Глава 4. Ночной визит

Я замерла.

Заснеженный сад и статуи стали в один миг неинтересны.

«Чего это он? Рано… Мы на его личный визит не рассчитывали. И Грета, как назло, опаздывает!»

Дион отпросилась по своим делам. Обещала явиться сразу после ужина, но…

Стук оборвался.

Я боялась пошевелиться, но тихие проклятия и удаляющиеся шаги позволили выдохнуть с облегчением.

«Где же она?!»

– Госпожа?

– Фух! Грета! – воскликнула я, чуть не подскочив до потолка. – Испугала. Где ты была?!

– В магазине сувениров, – женщина виновато поморщилась, снимая перчатки. – Хотела отказать Адалин, но девочка так просила… хочет на Новогодие сделать для тебя подарок. Мы должны были вернуться ещё час назад, но совершенно потерялись во времени. Прости. Что-то случилось?

– Нет. Помоги расшнуровать корсет. Что-то я устала. Завтра тяжёлый день.

– Распорядиться насчёт ванны?

– Да.

Девочки-горничные быстро справились – спасибо здешнему водопроводу. Он… просто был здесь, в отличие от угодий Маркела Криоса. Молоденьким женщинам не пришлось таскать из кухни вёдра с горячей водой. Быстро и легко они открыли краны, добавили душистой лавандовой пены, и я с наслаждением окунулась с головой, млея от высокой температуры воды.

«Если так только в городах, то я буду жить в столице Веридана! Или раскручу щедрого Эрика на поместье с удобствами».

От меркантильных размышлений отвлёк урчащий живот Греты.

– Ты… Ты голодна?

– Ничего страшного, детка, – хмыкнула женщина, забавно заливаясь румянцем. – Пропускать ужин полезно после тридцати лет.

– Но не для магов. Иди… поешь. По моим расчётам Дориан уже должен предаваться разврату в борделе за компанию со своими родственничками. Я пока волосы расчешу. Да будем укладываться. Перед балом мне надо как следует выспаться.

Грета кивнула, и бесшумно вышла из спальни.

Я же переоделась в длинную ночную рубашку, ту самую, от которой мне было велено избавиться, и села с расчёской за трюмо.

Тихий скрип двери со стороны смежной спальни заставил меня вздрогнуть.

Не поворачивая головы, я уже знала, кто стоит на пороге.

– Кира... – голос Дориана был хриплым, но в нём звучала та самая раздражающая властность, от которой у меня сводило скулы. – Ты ещё не спишь?

Я медленно выдохнула, заставляя плечи опуститься.

«Маска. Маска покорной простушки в студию!»

– Собираюсь, дорогой... – мой голос прозвучал тихо, как и полагалось «покорной скромнице». – А ты почему ещё не спишь?

Паршивец не стал ждать приглашения.

– К злобным духам сон! – Дор шагнул в комнату, пошатываясь.

«Пьян».

От говнюка пахло вином и чем-то приторно-сладким – духами или пудрой. Глаза блестели нездоровым блеском.

– Я желаю знать, когда эта твоя... женская дрянь закончится!

Я стиснула зубы, чувствуя, как внутри поднимается волна холодной злости. Но внешне – только опущенные ресницы и дрожащие губы.

– Я... я не знаю. Пока идут…

Молодой наследник фыркнул, словно я выдала какую-то глупость.

– Моя мать сказала: у нормальных женщин за три дня всё проходит! Три дня! А у тебя что? Уже четвёртая ночь пошла! Я уже весь извёлся! Ты – моя жена! Должна обслуживать меня! С какой стати я должен терпеть?! Мало того, что герцог действует мне на нервы, требуя чуть ли не каждый день наследника, так мне ещё и воздержанием мучиться? Ты... ты просто тянешь время!

Он сделал шаг ко мне, и его тон вдруг резко изменился. Исчезла пьяная грубость, уступив место чему-то липкому и приторному.

– Ну, чего ты молчишь? – Дор протянул руку и коснулся моей щеки. Его пальцы были холодными и влажными, но он осторожно и ласково провёл ими по моей коже. – Ты же знаешь, как я жду... Как мы все ждём. Ты ведь не хочешь расстраивать папеньку?

От его прикосновений хотелось сбежать, но я не отстранилась. Позволила его руке скользнуть по подбородку.

– Я... я стараюсь... – прошептала, глядя в пол.

Настроение Дориана снова резко изменилось.

Лицо «мужа» исказилось раздражением, пальцы зарылись в мои мокрые растрёпанные волосы и сжались, причиняя боль.

– Старается она! – рявкнул он, резко дёргая меня на себя, заставляя встать. Я пошатнулась, но Дор не позволил мне упасть, прижимая к своему телу. От запаха перегара и дешёвых благовоний меня замутило. – Ты специально? Специально мучаешь меня? Думаешь, я не вижу? Ты же здоровая девка! Крепкая! Почему до сих пор не понесла?! Или я недостаточно нежен?! А может… может, наоборот, таким дворняжкам, как ты, нужна мужская грубость, чтобы забеременеть?

Его губы накрыли мои прежде, чем я успела отвернуться.

Поцелуй был грубым, мокрым, с привкусом вина и злости. Он впивался в меня, словно хотел наказать за собственную беспомощность, за давление отца, за всё на свете.

Влез языком…

Внутри меня всё бунтовало.

«Огреть бы тебя чем-нибудь тяжёлым!»

Но я стояла неподвижно, позволяя ему терзать мои губы, мысленно отсчитывая секунды до того момента, когда он наконец отстанет.

Дориан оторвался от меня, тяжело дыша. Его мутный тёмный взгляд порочно скользил по моему лицу, наводя жуть. В этом взгляде читалось что-то похожее на торжество.

– Вот так-то лучше... – пробормотал он, отпуская меня так резко, что я свалилась обратно на банкетку. – Завтра позову целителя. Пусть осмотрит тебя. Если скажет, что твои затяжные регулы – это норма, будешь служить мне иначе…

Глаза Дориана похотливо блеснули. Он схватил мой подбородок и провёл большим пальцем по губам, заставляя приоткрыть рот. Второй рукой накрыл свой пах.

– Научу тебя кое-чему… – хрипло протянул Криос.

Дориан отпрянул раньше, чем я поддалась желанию цапнуть его за палец.

Развернулся, будто сам испугался своих мыслей, и, пошатываясь, выскочил из моей спальни.

Я осталась сидеть возле трюмо с колотящимся в груди сердцем и подкатывающей к горлу тошнотой.

«Ненавижу!» – рьяно стерла следы поцелуя и пальцев Дориана со своих губ, чувствуя, как внутри всё кипит от злости и бессилия.

Мысль, как молния, пронзила сознание:

«Где мои защитники, мать их?! Ладно, Грета пошла ужинать, но второй где волындается?! Эта игра в молчанку меня достала! Хватит!»