Глава 3.3 Дюббуки

Мужчина, в том же черном костюме, что был на нем в день смерти, стоял напротив, заставляя сбоить мой разум, в котором никак не могло уместиться то, что эта мерзость дышит, движется, чувствует – ведь я убила его! Кем он стал? Демоном?

Не сказала бы. Вибриссы не подтверждают. Больше похоже на то, что Киллиан остался собой, тем, кем и был – нарушением божьих законов, существом, чуждым всему и всем. Даже здешняя ткань бытия словно не знала, как себя с ним вести, как подступиться к этому раритетному экземпляру. Она задумчиво обтекала его, не трогая, и просто вилась вокруг, наблюдая сей феномен.

– Рад, что свиделись! – прошипел Драган, рывком метнувшись к нему. В отличие от ада, он к потомку ангелов пиетета не испытывал – о чем красноречиво свидетельствовали удары, которыми муж отправил эту мерзость в нокаут.

– И за это я прощения просить не буду! – прорычал Горан, исподлобья глянув на меня.

– Не сомневаюсь. – Тихо ответила мисс Хайд, не отрывая глаз от Киллиана. Он тоже, даже упав, смотрел на меня.

– Любимая, ты в порядке? – хорват явно встревожился.

– Да. – Таким же бесцветным тоном сорвалось с моих губ. – Утихомирь, пожалуйста, охрану. Они не нужны здесь, пусть уходят.

– Ковач! – Горан махнул Нико и отвел в сторону.

Ясно, далеко не уйдут, все–таки муж предпочел все сделать по–своему. Как всегда. Но мне сейчас не до этого. Что вообще полагается чувствовать, стоя лицом к лицу с собственным насильником?

– Все гадала, когда же ты объявишься. – Глядя, как он поднимается, вытирая кровь с лица, сказала я. – Чувствовала тебя рядом с самого первого дня здесь. Физически ощущала, как твой склизкий взгляд ползет по мне. Что, смелости не мог набраться?

– Ты стала еще красивее, Саяна! – достав из кармана платок – надо же, в аду! – и промокнув им разбитую губу, мужчина попытался улыбнуться.

– Мы уже закончили партию, Киллиан. Шах и мат, помнишь? Больше нам не во что играть.

– Я не играю с тобой, Саяна. И не играл никогда.

– Странно, а почему же тогда я ощущала себя игрушкой маньяка?

Он промолчал и убрал руки за спину – и мне стало ясно, почему.

– Что, тяжело? – я усмехнулась, подойдя к нему вплотную. – Нельзя сделать с пленницей все, что угодно, шантажируя ее жизнями родных людей? Видит око, да член неймет? – его глаза жадно полыхнули, но едва он дернулся ко мне, госпожа Ангел с удовольствием ударила Крыльями. Киллиан отшатнулся, шипя и прикрывая лицо руками.

– Я помню каждую нашу ночь! – простонал он, морщась от того, что мельчайшие пылинки Света, что еще искрясь в воздухе, жалили его.

– Помни! – прошипела мисс Хайд, в два счета оказавшись рядом с ним. – Не забывай ни в коем случае! Помни о той иллюзии счастья, что у тебя имелась! И самое главное – помни, что больше у тебя не будет ни мгновения того блаженства! Ни–ког–да!