Глава 4 Геенна огненная

Я вышла из шатра и замерла. Нико стоял посреди стана, молча глядя на женщину напротив. По его лицу мне стало понятно, кто это, и убедилась, когда она повернулась к нам лицом. Глаза разного цвета – один карий, другой зеленый. Петра, его сестра. Которую убил Горан.– Здравствуй, Светлая. – Тихо сказала она и склонила голову. – Я провожу тебя до места. Ты можешь доверять мне.

– Здравствуй, Петра. – Ответила госпожа Ангел. – Что ж, веди.

– Как прошло, родная? – Горан взял меня за руку, когда мы направились в путь.

– Мне рассказали, что куда нужно вставлять. – С серьезным видом сообщила мисс Хайд.

– И для этого нужно было так далеко ехать? – в глазах супруга заплясали чертенята. Кажется, он попытался взять себя в руки. Что ж, хорошо.

– Нико в порядке? – спросила я, кивнув на Ковача и Петру, шагающих впереди.

– В шоке, но держится.

– А ты?

– Мне важнее, как ты, любимая.

– Все держатся, и я держусь.

– Знаешь, оказывается, Странники приняли Петру к себе. Теперь она одна из них, несмотря на то, что демон.

– Их шаман тоже демон.

– Серьезно?

– Да. Дюббуки не такие категоричные, как люди, санклиты и изгои. Они смотрят внутрь, Драган. Это мудро. Хотя кто–то считает это слабостью. А Петра хорошая, хоть у нее и был дрянной характер. Плюс ей не повезло оказаться целью Архангелитов.

Я замолчала. А ведь мы, кажется, на месте.

– Это Око Господнего гнева. – Сказала, когда мы подошли, Петра, указав с гребня песчаной дюны, на которой мы стояли, на… Да, иначе это и не назовешь!

Та самая большая дыра в земле, чье черное нутро глянуло на меня во время полета на драконе. Отсюда, когда смотришь под углом, песчаная стена, благодаря ветру ставшая похожей на рифленый чипс, на самом деле делала дыру Оком с ресничками.

– Вам туда, Светлая. – Петра печально улыбнулась. – Мне с вами нельзя, к сожалению. И… простите меня за все, пожалуйста.

– Прощаю. – Я кивнула. – И вы нас. Нико, останься с сестрой…

– Нет. – Резко перебил он. – Мы уже поговорили.

– Как скажешь.

Половину пути спуска с дюны пришлось проделать на попе, как со снежной горки. Потирая «санки», я скривилась – песок порой тверже камня! Да и вытряхивать его из труселей придется еще долго. Но это моя самая маленькая проблема.

– Саяна, пожалуйста, не надо! – взмолился Горан, притянув меня к себе.

– Ты не веришь в меня?

– Верю, любимая, но безумно боюсь потерять. – Горячо зашептал он. – Сегодня, когда появился Киллиан, я вспомнил ту боль, что испытал, потеряв тебя!

Так вот в чем причина обострения ярости Драганов! Какая же госпожа Ангел тупая!

– Иди ко мне. – Я крепко обняла застонавшего Горана и потянула на себя его боль. Так ему будет спокойнее, да и мне тоже.

– Что же ты творишь, наказание мое! – мужчина через силу отстранился.

– Мне больше нравится вытворять! Все, идем.