Прекрасная соседка (прекрасная 1)

Эрин нужно место, чтобы спрятаться на несколько дней после того, как в ее квартиру вломились. Но когда она появляется у своей бабушки, а свободная комната находится в стадии строительства, ее отправляют через холл в квартиру таинственного соседа-миллиардера. Одна ночь в роскоши, и она не хочет уезжать.

Девин работает как сумасшедший, и это забирает его из дома гораздо чаще, чем ему нравится. Но после очередной деловой поездки он обнаруживает, что кто-то побывал в его доме...в его постели. Его простыни никогда не пахли так вкусно, и внезапно пустое пространство стало казаться родным. Существует ли такая вещь, как любовь с первого взгляда ... без взгляда?

Внимание: Этот горячий герой с золотым сердцем готов спасти свою девицу в беде. Рыцарь в сияющих доспехах? Держу пари, что он живет долго и счастливо!

Глава первая

Эрин

“Это так глупо”, - говорю я себе, хватая сумочку и вешая ее на плечо.

Я должна иметь возможность покидать свою квартиру, когда захочу, потому что в этом смысл иметь собственное жилье. Я должна иметь возможность приходить и уходить, когда мне заблагорассудится, и не беспокоиться об ответе кому-либо. Вместо этого мне постоянно приходится сталкиваться с кем-то, кто ищет повод пожаловаться.

Блин, он делает это так неловко. Почему я не могу быть придурком и сказать ему, чтобы он оставил меня в покое, и что он заставляет меня чувствовать себя неловко?

Я подхожу к своему глазку и выглядываю наружу, надеясь, что его нет дома. Я кусаю ноготь большого пальца, глядя через холл на дверь моего нового соседа. Я думала, что могу быть немного странной, но он переводит это на другой уровень. Я проклинаю свою вежливость, когда принесла ему печенье в первый день, когда он переехал. Теперь начался этот странный танец, и каждый раз, когда я открываю свою входную дверь, он открывает свою. Как это вообще возможно? Он делает то же самое, что и я, и смотрит в глазок, ожидая, когда я уйду?

Я отодвигаюсь от двери и вздыхаю. Мне нужна моя порция сахара, а он стоит у меня на пути. Забудь об этом. Я ухожу. Я не хочу, чтобы меня держали пленницей в моем собственном доме.

Я хватаюсь за дверную ручку и открываю ее, и на этот раз его дверь не открывается. Я разворачиваюсь и запираю свою дверь так быстро, как только могу, чтобы выбраться отсюда.

“Ааа!” Я кричу, когда чуть не врезаюсь прямо в Питера. Он прямо в моем пространстве, когда я оборачиваюсь, и мое сердце подскакивает к горлу. “Ты напугал меня до чертиков”.

“Куда ты идешь сегодня вечером?”

Питер в своем обычном поло и шортах цвета хаки, его короткие светлые волосы идеально уложены. Все в нем всегда так гармонично сочетается. Он работает из дома в какой-то компании по интернет-безопасности или что-то в этом роде, и у него впечатление человека, который думает, что знает все.

Он не извиняется за то, что чуть не довел меня до сердечного приступа, а просто стоит и ждет, когда я ему отвечу.

“В кофейню”. И, возможно, также, чтобы посмотреть, осталось ли в кофейне еще что-нибудь вкусненькое, потому что я обожаю сладкое.

“Я пойду с тобой”, - говорит он, приглашая самого себя.

“Хорошо”, - соглашаюсь я, потому что что еще я могу сказать? Нет, тебе нельзя ходить в кафе?

Он кладет руку мне на поясницу, и я иду быстрее, пытаясь увернуться от его прикосновения. Он только ускоряет шаг, чтобы не отставать от меня, и я удивляюсь, почему этот мужчина, который кажется таким умным, не может читать язык тела.

“Как поживает твоя бабушка?”

Отчасти моя решимость угасает, потому что мне всегда нравится говорить о моей бабушке. Я ужасно по ней скучаю.

“Она хороша. У этой женщины больше энергии, чем у меня”.

Она всегда планирует какую-нибудь новую группу или устраивает вечеринку. Даже ее карточка знакомств остается заполненной. По крайней мере, она так это называет.

Питер тянется к двери кофейни и открывает ее для меня. “Тебе следует потренироваться”. Я останавливаюсь и смотрю на него. “Это придает тебе энергии. Ты можешь бегать со мной по утрам”.

Я делаю мысленную заметку, что утро было бы хорошим временем, чтобы незаметно улизнуть из моего дома.

“Я подумаю об этом”, - говорю я, но это абсолютная ложь. Я ненавижу бег, и я пробовала это не один раз. У меня две левые ноги, и в прошлый раз я прошла всего квартал, прежде чем запуталась в шнурках и вывихнула лодыжку. Я восприняла это как знак того, что мне больше никогда не следует бегать.

“Эрин!” Дженна машет рукой и зовет меня из-за прилавка. “Обычная?”

“Да, пожалуйста”. Я подхожу к прилавку и не отрываю глаз от кейк-попсов. “Это всегда самая сложная часть”, - вздыхаю я, не уверенная, какой вкус я должна выбрать.

“Я думаю, тебе стоит приобрести по одному из каждого. Я имею в виду, есть только четыре типа”, - смеется Дженна, и я киваю.

“Я должна сказать, что мне нравится твой стиль. Используй их все, и я смогу сохранить все, что не ем”. Мы оба расхохотались, зная, что этого не произойдет. Сохранять будет нечего.

“Что тут смешного?” Спрашивает Питер, переводя взгляд с Дженны на меня и обратно.

“Это твой двоюродный брат?” Спрашивает Дженна, кивая на Питера.

К счастью, я все еще смеюсь над кейк-попсами, поэтому Питер не понимает, что теперь я смеюсь над ее вопросом. Она знает, что он не мой двоюродный брат.

“Нет”, - усмехается он и пытается снова положить руку мне на поясницу.

К счастью, я действую быстрее, когда отхожу в сторону и притворяюсь, что меня действительно интересует витрина с кофейными кружками, и вручаю Дженне свою карточку.

“Я заплачу за это”. Он пытается взять мою карточку из рук Дженны, но она отдергивает ее, не позволяя ему. Я действительно не хочу, чтобы он мне что-нибудь покупал, потому что тогда я почувствовала бы, что я ему что-то должна.

“У меня получилось первой”, - говорю я ему, расплачиваясь за нас двоих.

“Это неправильно”. Он качает головой, выглядя смущенным.

“Мы друзья”. Я подчеркиваю это слово. “Друзья угощают друг друга кофе, а я перва достала свою карточку и заказала еще”, - пытаюсь рассуждать я.

“Я понял”. Он, наконец, смягчается, прежде чем произнести один из самых длинных рассказов о кофе, который я когда-либо слышала в своей жизни. Дженна бросает на меня взгляд, когда Питер поворачивается ко мне лицом.

“Я давно тебя не видел. Я подумал, что ты, возможно, уехала навестить свою бабушку”.

“Работа не давала мне покоя”, - говорю я ей, и это не ложь.

Всегда есть над чем поработать, и это всего лишь вопрос того, сколько я могу сделать. Я ретуширую фотографии, и некоторые из них могут занять у меня несколько минут, в то время как другие могут занять часы. Это зависит от каждого проекта.

Дженна ставит мой пакет с пирожными на прилавок, и мне приходится обойти Питера, чтобы взять их.

“Ты знаешь, что это действительно вредно для здоровья”.

“Окаааай”. Я растягиваю слово, пока беру свою сумку. Что еще я должна была сказать? Я думала, что торт - это самое лучшее для меня? Я начинаю волноваться и жалею, что не могу сказать ему, чтобы он занимался своими делами. Это то, что я хочу сказать, но тогда все было бы еще более неловко, чем сейчас.

“Эрин”, - зовет Дженна, протягивая мне мой напиток с карамелью. Питер задирает нос от моего напитка, прежде чем взять свой.

“Хочешь присесть?”

“Нет, они скоро закрываются, и мне нужно вернуться к работе”. Это еще одна ложь. Через несколько минут стартует новая программа для домохозяек. Кроме того, я бы предпочла смотреть, как сохнет краска, чем проводить с Питером хоть секунду дольше. Почему ему становится все больше и больше с каждым разом, когда я его вижу?

“Отлично”. Он хватает меня за руку и тянет к двери. Я так удивлена, что мне требуется мгновение, чтобы осознать, что он только что сделал, и я вырываюсь из его объятий.

“Ты делаешь мне больно”. Я потираю место, за которое он схватился, продолжая идти по тротуару обратно к своему дому. Я хочу уйти от него так быстро, как только могу.

“Извини за это”. Он делает глоток из своего кофе, совсем не выглядя сожалеющим. “Поскольку ты занята сегодня вечером, мы могли бы сходить куда-нибудь в эти выходные”.

Я сейчас так раздражена, что пытаюсь прервать это. “У меня свидание на этих выходных”.

“Подожди?” Он останавливается, а я нет. Когда он понимает, что я все еще иду, он бежит, чтобы догнать меня. “Свидание?”

“Да, я кое с кем встречаюсь”. Я поднимаюсь по лестнице на наш этаж, проклиная себя, потому что знаю, что не могу разорвать договор аренды. У меня все еще есть несколько месяцев в запасе, но, возможно, я могла бы переместить место жительства. Комплекс довольно большой.

Он провожает меня до двери, и я пытаюсь закончить на этом. “Увидимся позже”.

“Я никогда не видел, чтобы кто-то приходил к тебе домой. Как ты с кем-то встречаешься?” говорит он мне в спину, когда я пытаюсь открыть свою дверь.

“Это что-то вроде новенького”. Когда я вставляю ключ от двери, открываю дверь, и он подходит ближе ко мне.

Я возвращаюсь на свое место, держась рукой за дверь, чтобы он не мог войти. Он мгновение смотрит на меня, прежде чем улыбнуться, как будто пытается скрыть собственное раздражение.

“Мы выпьем кофе после твоего свидания”. Он говорит это так, как будто у меня нет выбора, и делает шаг назад.

“Я не—”

“Увидимся позже”. Он прерывает меня, прежде чем я успеваю ответить.

Я хочу сказать ему, что мы не будем пить кофе, но я тоже не согласилась. Я не хочу больше ходить туда-сюда, когда он уходит от меня. Я решаю пока оставить все как есть и закрываю свою дверь. Однако я трижды проверяю замки, просто чтобы быть уверенной.

У меня в сумочке звонит телефон, и я вытаскиваю его, чтобы увидеть, что звонит моя бабушка. Я улыбаюсь и забываю все о Питере и лжи, в которую я себя втянула.

Я разберусь с этим позже, потому что не похоже, что это может стать хуже.

Глава вторая

Девин

“Твой самолет готов и ждет”, - говорит Рене, и я слышу, как она щелкает на другом конце провода.

“Я почти закончил собирать вещи. Я не планирую, что это займет много времени, но в последний раз, когда мы пытались договориться с ними, я был в Париже неделю ”. Я захожу в свою гардеробную и вижу, что в углу висят вещи из химчистки. “Спасибо, что забрала мои рубашки”.

“Всегда пожалуйста, и скрестим пальцы за быструю поездку. Мы с Даниэль будем в Хэмптонсе с ее родителями все выходные, если я тебе понадоблюсь”.

“Ты собираешься, наконец, сделать предложение?”

Я глубоко вздыхаю и улыбаюсь. Мы с моей сестрой Рене работаем вместе годами, и мы оба прикованы к нашей работе. Проблема в том, что она взяла и влюбилась. Она встречается с Даниэль в течение прошлого года, и я знаю, что все серьезно — серьезнее, чем она готова признать.

“Даниэль великолепна. Не переживай из-за того, что у тебя может быть своя жизнь и работа”.

“Говорит человек, который работает сто часов в неделю”. Я слышу, как она закатывает глаза.

“Кем я собираюсь быть сегодня? Кастрюлей или чайником?”

“Это должно быть что-то особенное. Может быть, я повезу ее в Токио весной, когда у нас будет дело Беннингтона”.

“Ты собираешься сделать предложение во время рабочей поездки? Теперь ты действительно говоришь, как я”.

Она заливается смехом в трубку так громко, что мне приходится отодвинуть ее от уха. “Определенно, только за вычетом предложения”.

“Хочешь совет старшего брата?” Я застегиваю сумку и несу ее к входной двери моего пентхауса.

“Нет”.

“Черт возьми, здесь только ты и я, малыш, так что я собираюсь дать это тебе”.

Наступает пауза, и в моем сознании вспыхивает образ наших родителей, когда мы видели их в последний раз.

“Не позволяй страху принимать твои решения”. Я произношу слова, вытатуированные на моей грудной клетке, и кладу руку на это место.

“В прошлый раз, когда ты сказал мне, что у меня выбиты два передних зуба”.

“Эх. Это были молочные зубы”. Я слышу ее смех и хватаю ключи, зная, что она сделает правильный выбор.

“Спасибо, Девин. Будь осторожен”.

“Позже”.

Выходя, я вижу свой запасной ключ, висящий рядом с дверью, и хватаю его тоже. Я никогда не знаю, сколько времени займут некоторые из этих переговоров, поэтому обычно я прошу свою соседку Бетти присмотреть за происходящим вместо меня.

Когда я переехал в здание несколько лет назад, мне сказали, что этаж пентхауса разделен надвое. Одна дверь с одной стороны и одна с другой, а противоположную сторону занимала пожилая женщина.

В своем воображении я представляла свою соседку как хрупкую мисс Хэвишем, которая до самой смерти оставалась за своей запертой дверью. Я не могла ошибаться сильнее насчет миссис Бетти.

Она может быть старше, но в ней нет ничего от старости. Она постоянно приходит и уходит весь день, ей нужно что-то сделать и повидаться с друзьями. В день, когда я переехал, она принесла мне бутылку скотча и сказала, чтобы я не вызывал полицию, если у нее слишком громкая музыка. Она никогда не встречала незнакомца, и хотя я иногда беспокоюсь о том, что она одна, по большей части это она всегда присматривает за мной.

Я стучу в ее дверь, и мгновение спустя она распахивает ее и лучезарно улыбается мне.

“Привет, Бетти, ты не могла бы присмотреть за этим местом для меня? Мне нужно срочно съездить в Париж, но, надеюсь, я вернусь к понедельнику”.

“Быстрая поездка в Париж, разве это не звучит замечательно ”. Она притворяется, что задумчиво смотрит вдаль, и я качаю головой.

“Ты знаешь, что тебе всегда рады быть со мной”. Я вручаю ей свой ключ, а она уже качает головой.

“Кто бы назвал номера пятничного бинго? Ты хоть представляешь, сколько времени мне потребовалось, чтобы получить эту работу?” Она отмахивается от меня рукой, как от смешного. “Кроме того, в эти выходные я переделываю свою гостевую комнату, так что мне нужно быть здесь, чтобы командовать этими потными рабочими-строителями”.

“Я не хочу знать”. Я качаю головой, хватаю свою сумку и нажимаю кнопку вызова лифта. “Но я собираюсь провести проверку безопасности, чтобы убедиться, что у тебя не будет неприятностей”.

Лифт открывается, и я захожу внутрь. Она смеется и окликает меня прямо перед тем, как они закрываются. “Это ты должен беспокоиться о неприятностях”.

Я спускаюсь на лифте вниз, и мой водитель ждет меня у тротуара. Я чувствую, как улыбка покидает мое лицо, как только я выхожу из своего здания. Не то чтобы я несчастлив, просто я обычно не в настроении, когда дело касается моей работы.

После того, как я стал адвокатом, я решил специализироваться на международном праве. Рене на два года младше меня, и мне не потребовалось много убеждения, чтобы уговорить ее поступить так же. Наши родители работали в Организации Объединенных Наций и путешествовали по всему миру. У них появилось много связей, которые помогли нам с Рене начать и превратить наш бизнес в то, что он есть. Я очень серьезно отношусь к тому, что я делаю, и мне повезло, что в моей жизни есть маленькие проблески счастья, которые дают мне некоторое ощущение нормальности.

Наши родители погибли в море, когда мы с Рене учились в средней школе. Это безвозвратно изменило нашу жизнь, и с тех пор у меня всегда было чувство ответственности за то, чтобы о Рене заботились. Нас воспитывала наша тетя, и хотя она была доброй, она не вкладывала в нас двоих столько, сколько наши родители. В тот момент, когда мы смогли уехать, мы так и сделали.

Сегодня мы с Рене владеем одной из крупнейших глобальных юридических фирм в мире, и мы чертовски хороши в том, что делаем. У нас работает команда юристов, но иногда на таких важных работах, как эта, мне приходится присутствовать лично.

Я работаю на своем ноутбуке, пока не чувствую, что машина останавливается, и выглядываю, чтобы увидеть, что мы в аэропорту.

“Вы готовы, мистер Вудс?” - спрашивает водитель, и я киваю, хватая свою сумку.

“Готов настолько, насколько я когда-либо буду”.

Глава третья

Эрин

“Здесь все в порядке”, - говорю я водителю такси, когда он подъезжает к дому моей бабушки. Я передаю ему наличные, открывая дверь. “Оставь себе”.

Это был долгий день, и я устала. После того, как мой рейс отменили, мне пришла в голову блестящая идея сесть на автобус. Это была более долгая поездка, чем предполагалось, потому что у нас спустило колесо, и им пришлось вызвать второй автобус. Затем мой телефон разрядился. Все, что я хочу сделать, это упасть в кровать и проспать пятнадцать часов подряд. Бабушка даже не знает, что я приду, но, надеюсь, это будет приятным сюрпризом, когда она увидит меня.

Я перекидываю сумку через плечо, и швейцар открывает мне дверь и кивает. “Мисс”.

“Спасибо”. Я борюсь с зевотой, нажимая кнопку лифта. Я чувствую, как начинает болеть голова, и мне нужно прилечь. Если я позволю этому выйти из-под контроля, это быстро превратится в мигрень, а это последнее, что мне сейчас нужно. Я здесь, чтобы расслабиться и сбежать от Питера. Он становится все более странным с каждым днем, и это вызывает у меня беспокойство. У меня появились безумные мысли, что он вломится в мою квартиру или что-то в этом роде. Мне нужно отказаться от подкастов ужасов, которые я слушаю, потому что все это ударяет мне в голову.

Я захожу в лифт и вскоре поднимаюсь на верхний этаж. Я была здесь всего один раз, так как бабушка всегда выходила ко мне, когда я училась в колледже. Мы останавливались в каком-нибудь модном отеле и проводили там время как в отпуске.

Мне действительно стоит просто переехать сюда. Я осталась после окончания учебы, потому что раздумывала о получении степени магистра и знала, что там будет легче это сделать. Теперь, когда я получила диплом, я не предприняла никаких шагов, чтобы получить его, и я задаюсь вопросом, действительно ли я этого хочу, или мне скучно и я ищу, чем бы заняться.

Когда я выхожу из лифта, я слышу музыку и голоса, доносящиеся из дома моей бабушки, и улыбаюсь. Похоже, сегодня ночью мне не удастся уснуть. Я стучу в дверь, но никто не отвечает. Я слышу смех за музыкой, поэтому на этот раз стучу сильнее.

“Рауль, ты опоздал”, - говорит бабушка, открывая дверь, а затем потрясена, увидев, что там стою я. “Сладенькая!”

Бабушка хватает меня и заключает в гигантские медвежьи объятия. “Я не знала, что ты придешь”. Она целует меня во все лицо, что она делала всю мою жизнь. Не имеет значения, сколько мне лет или где мы находимся.

“Кто такой Рауль?”

Она пренебрежительно машет рукой на вопрос. “Он просто кто-то, кто подходит, чтобы попытаться залезть ко мне в штаны”. Но она наклоняется и подмигивает. “Возможно, я позволю ему”.

У моей бабушки более активная сексуальная жизнь, чем у меня. Черт возьми, в целом у нее более активная жизнь, чем у меня. Трудно поверить, что мы из одной семьи. Она экстраверт, а я законченный интроверт.

“Все, моя внучка здесь!” - объявляет она группе, увлекая меня на свое место.

“Привет”. Здесь по меньшей мере двадцать человек, и я нервно машу рукой. Грэмс указывает на каждого, называя мне их имена, как будто я могла бы запомнить их всех. “Приятно познакомиться”.

“Вам нужна карточка для игры в бинго?” - спрашивает пожилая дама с розовыми волосами.

“Нет, спасибо”. Я смотрю на Бабушку. “Я вроде как хочу прилечь, у меня болит голова”. Может быть, я смогу улизнуть в комнату для гостей.

“Мигрень?” Она касается моего лба тыльной стороной ладони.

“Пока нет”.

“Ну и дерьмо. В комнате для гостей беспорядок. Я ее переделываю”.

“О. Прости. Мне следовало позвонить, а не напрягать тебя”.

“О, пожалуйста. Ты знаешь, я хочу, чтобы ты была здесь в любое время, когда сможешь прийти”. Она поворачивается к толпе и машет пальцем. “Без меня не веселитесь. Я скоро вернусь”.

Она берет ключ со столика у входа, и мы выходим.

“Куда мы направляемся?”

“По соседству. Ты можешь остановиться у Девина”.

Я останавливаюсь и качаю головой. “Ни за что”.

Она уже несколько месяцев рассказывает о Девине и о том, как она хочет, чтобы я с ним познакомилась. Она все говорит и говорит о том, какой он красивый и что ему нужно найти хорошую девушку, чтобы остепениться, потому что он слишком много работает.

“Я не собираюсь встречаться с ним прямо сейчас. Я в ужасном состоянии”.

“О чем ты говоришь? Ты всегда очаровательна”.

Я закатываю глаза, потому что она видит меня такой, а очаровательной я не хочу, чтобы мужчина думал, когда смотрит на меня.

“Его все равно нет дома”, - говорит она, прижимая меня к себе со всей своей причудливой силой.

“О”. Я удивлена, когда чувствую небольшое разочарование. “Тогда что мы делаем?”

“У меня есть ключи от его квартиры”. Она показывает их.

“Тебе нужно покормить собаку или что-то в этом роде?”

“Нет”. Она издает смешок. “Он недостаточно домашний, чтобы заводить домашних животных”.

“Тогда что мы делаем?”

“Ты остаешься здесь”. Она говорит это так, как будто это очевидно, и открывает дверь.

“Я не могу здесь оставаться”. Она затаскивает меня внутрь и закрывает за нами дверь. “Ты ходила в спортзал или что-то в этом роде?” Я вырываю свое запястье из ее хватки и встряхиваю его.

“Водная аэробика”, - небрежно отвечает она, включая свет.

“Вау”. Я оглядываю огромное помещение, похожее на музей. “Неудивительно, что у него нет домашних животных”. Я смотрю вниз на безупречно чистые паркетные полы. Они черные? Все это место такое блестящее и новое, что мне следует снять обувь. “Я действительно не могу здесь оставаться. Я что-нибудь испачкаю или разобью”.

“Все в порядке”. Она снимает мою сумку с плеча. “Отдохни здесь. Они будут работать всю ночь, и тебе нужно отоспаться от головной боли. Мы знаем, насколько сильными могут быть твои мигрени. О, тебе следует окунуться в ванну, ” говорит она, прежде чем поцеловать меня в щеку и поставить мою сумку на огромный стул.

“Что, если он придет домой?”

“Он этого не сделает, он в Париже”.

Это звучит гламурно и захватывающе.

Она дарит мне еще один быстрый поцелуй и объятия. “Увидимся утром. Запри за мной дверь”.

Я выхожу вслед за ней, зная, что это не тот спор, в которой я собираюсь победить. К тому же это место выглядит таким мирным по сравнению с вечеринкой по соседству. Я машу Грэмс и запираю дверь, прежде чем повернуться лицом к прекрасному дому.

Да, может быть, мне стоит пойти проверить ту ванну, о которой она говорила.

Глава четвертая

Девин

Я прихожу домой посреди ночи, совершенно измотанный. Это заняло на три дня больше, чем я ожидал, но я рад, что дело закрыто. Я не хотел рисковать, возвращаясь к другому посредничеству, поэтому, хотя оно было более длительным, оно завершено.

Я бросаю ключи на стол в фойе и не утруждаю себя включением света. Все, что я хочу сделать, это лечь лицом к простыне на своей кровати на несколько драгоценных часов, пока мне не придется идти в офис. Изменение времени - это худшая часть, хотя я был там не очень долго.

Когда я вижу свою идеально застеленную кровать, я почти стону от облегчения и потребности. Я быстро раздеваюсь догола и бросаю свой телефон на тумбочку, прежде чем откинуть покрывало и лечь в постель. Прохладные простыни, мягкий матрас и шелковая наволочка, которые Рене подарила мне на Рождество, действуют как алоэ при ожоге. Комфорт наступает мгновенно, и я глубоко дышу, устраивая свое тело поудобнее.

Когда я лежу там, у меня такое чувство, что что-то не так. Дело не в простынях или матрасе, а в чем-то другом. Я снова вдыхаю мягкий аромат, который не могу определить. Я зарываюсь лицом в подушку, и там она самая сильная. Это лаванда? Что-то цветочное, но не терпкое. Я вдыхаю еще раз, и в ней ощущается успокаивающий аромат.

Я кладу одну руку под подушку, а другую сверху, прижимая ее к себе. Моя команда уборщиков, должно быть, использовала новое моющее средство, и мне нужно сказать им, чтобы они продолжали им пользоваться. Аромат такой успокаивающий, и я как будто не могу подойти достаточно близко.

Я прижимаюсь щекой к прохладному шелку и снова закрываю глаза. Больше ни о чем не думая, я быстро засыпаю.

Звук открывающейся двери моей спальни заставляет меня вскочить с кровати. Все размыто, когда солнце заливает мою комнату, и я вижу, как моя сестра становится в фокусе.

“Слава богу”, - говорит она, глядя на меня. “Я пыталась дозвониться тебе в течение последнего часа. Господи, Девин, я думала, ты погиб в Атлантическом океане!”

“Я тоже по тебе скучал”. Я использую тыльную сторону ладони, чтобы прогнать сон с глаз, пытаясь определить, который час. Я хватаю свой телефон с прикроватной тумбочки и тут же просыпаюсь. “Черт, как это время обеда? Я собирался поспать всего час или два”.

“Да, я знаю. Я все думала, что ты просто наверстываешь упущенное после смены времени, но потом ты не отвечал на звонки, и я забеспокоилася”.

“Прости, Ни, я забыл завести будильник”. Я разблокирую телефон и вижу десять пропущенных звонков и почти три дюжины пропущенных сообщений.

Она глубоко вздыхает и заметно расслабляется. “Все в порядке. Я просто перепугалась, и у меня без причины участилось сердцебиение. Думаю, мне, по крайней мере, не придется потом делать кардио ”.

“Не за что”. Она закатывает глаза, а затем ставит кофе на мой прикроватный столик вместе с запиской.

“Вставай, придурок, у нас встреча через час”. Она собирается выйти из комнаты, но окликает через плечо. “Твоя соседка оставила тебе ту записку. Напомни, как ее зовут?”

“Бетти”, - говорю я, когда сажусь и беру кофе.

“Это верно. Она мне нравится”. Она закрывает дверь моей спальни, и я сбрасываю с себя одеяло, радуясь, что не был обнажен, когда она ворвалась сюда.

Я иду голый в свою ванную, прихватив с собой кофе. Я уже мысленно перестраиваю свой день и думаю о том, что мне нужно отложить, потому что я проспал. Как, черт возьми, я это сделал? Я никогда не сплю всю ночь, независимо от того, насколько я устал. Даже если бы я не поставил будильник, мое тело должно было разбудить меня.

Стеклянная дверца душа открыта, что странно, а сиденье унитаза опущено. Мне нужно проверить, работает ли бригада уборщиков по новому графику в этом месяце, потому что обычно они не работают так близко друг к другу.

Я быстро принимаю душ, а когда выхожу, хватаю полотенце. Я снова чувствую аромат, которым они обработали простыни, и зарываюсь в него лицом. Черт, должно быть, это и было тем, что вырубило меня прошлой ночью. Мне придется купить сотню бутылок этого средства, потому что я не могу насытиться им.

Как только я бреюсь и надеваю костюм, я беру телефон и встречаюсь со своей сестрой на кухне. Она доедает что-то похожее на сэндвич и разговаривает со мной с набитым ртом.

“Ты готов?” Кажется, она говорит, и я киваю.

“Ты помолвлена?” Спрашиваю я. Она замирает, поставив тарелку на полпути в раковину, а затем пожимает плечами, заканчивая жевать. “Не смогла выбрать подходящий момент?” Она снова пожимает плечами, хотя проглотила еду, которая была у нее во рту. “Ты добьешься своего”.

Я не хочу слишком давить на нее по этому поводу. Я знаю, что она любит Даниэль и хочет быть с ней вечно. Рене просто пересматривает каждое решение в своей жизни.

Она сварила мне еще кофе, чтобы я мог снова наполнить свою чашку столь необходимым кофеином. Когда я наливаю кофе, краем глаза я замечаю что-то оранжевое, и, обернувшись, вижу резинку для волос, лежащую на стойке рядом с холодильником. У Рене короткая стрижка "пикси", так что это ни в коем случае не ее. Черт, неужели бригада уборщиков оставила и это?

“Поехали”, - говорит Рене, вытирая руки.

Не раздумывая больше об этом, я беру ключи со стола, и мы выходим в коридор. Как только я закрываю дверь, одновременно выходит моя соседка.

“Привет, миссис Бетти”, - радостно говорит Рене, и Бетти улыбается нам двоим.

На ней светло-зеленый комбинезон и белые солнцезащитные очки, которым позавидовал бы Элтон Джон. “Ну, и тебе привет. Поздновато начинаешь день?” - говорит она, глядя на мою кофейную чашку.

“Смена часовых поясов ужасна”. Я улыбаюсь ей, нажимая кнопку лифта. “Куда ты направляешься?”

“У меня урок сальсы, на который я опаздываю, а потом я пью маргариту на пирсе с несколькими подружками”.

“Я так ревную прямо сейчас”, - стонет Рене, и я не могу сказать, что не согласен.

“Вы оба слишком молоды, чтобы так усердно работать”. Она опускает очки и бросает на меня многозначительный взгляд. “Кстати, о усердной работе, ты получил мою записку?”

Черт, я забыл это прочитать, но не хочу показаться грубым. “Да, и еще раз спасибо, что присмотрели за квартирой, пока меня не было”.

“Отлично, я рада, что это не было проблемой”. Она надевает очки на место и улыбается. “Я надеюсь, что однажды вы двое сможете встретиться”.

Я снова проклинаю себя за то, что не прочитал записку, но у меня нет времени смотреть прямо сейчас. Мне нужно будет проверить это, когда я вернусь домой, а это будет поздно вечером.

“Я тоже”, - говорю я, заходя в лифт, и мы вместе спускаемся вниз.

Как бы мне ни хотелось узнать, о чем она говорит, у меня слишком много других дел, на которых нужно сосредоточиться с работой.

Глава пятая

Эрин

“Заведите собаку, сказали они. Это будет весело, сказали они”. Лось лежит посреди тротуара, не двигаясь. “Ты действительно облегчаешь мне задачу усыновления”. Я кладу руку на бедро, пристально смотрю на него сверху вниз и пытаюсь показать власть, но все, что он делает, это самым восхитительно раздражающим образом высовывает язык.

“Мне жаль. Это было подло”. Я опускаюсь на колени посреди тротуара, и людям приходится обходить нас. Я слышу их сдавленный смех и не могу удержаться от смеха сам. “Мы оба знаем, что я собираюсь оставить тебя”.

Я должна была отвезти Лося на пробный визит, чтобы проверить, совместимы ли мы. Я ходила в приют для животных в поисках злой свирепой собаки, но теперь у меня есть огромный пушистый комок, который, возможно, весит больше меня. Он также ненавидит прогулки, так что у нас много общего.

“Ты должен встать”. Он переворачивается на спину, и я чешу ему живот. “Ты должен быть моим свирепым сторожевым псом”. Он переворачивается на спину, наконец встает на четвереньки, затем лижет меня прямо по лицу. “Ну, тогда. Я собирался посмотреть, сможет ли Дженна приготовить тебе один из тех напитков ”пуппучино", о которых все говорят, но я передумала ". Он снова облизывает меня, разоблачая мой блеф.

“Тогда пошли”. Я отталкиваюсь от земли, вытирая колени. “Теперь ты собираешься идти?” Я отступаю в сторону, давая ему достаточно места, и он действительно встает. Я понятия не имела, что некоторые собаки ненавидят прогулки — Лось просто хочет лежать на диване и смотреть реалити-шоу. Он действительно живет мечтой.

“Сюда”. Я осторожно дергаю его за поводок, когда мы доходим до конца улицы, и он смотрит в обе стороны и соглашается со мной. Поводок бессмыслен, потому что Лось ходит только туда, куда он хочет. Мне нужно будет заглянуть в школу для собак или что-то в этом роде.

Когда я прихожу в кафе, я вижу на окне табличку "собакам запрещено", которую никогда раньше не замечала. Лось лает, и я киваю. “Я слышу тебя. Похоже, никто из нас ничего не получит ”. Но как раз в тот момент, когда я собираюсь уходить, Дженна замечает нас и машет мне рукой, приглашая. Я указываю на Лося, и ее глаза расширяются при виде массивной собаки рядом со мной. Она выходит из-за прилавка и, ахнув, открывает дверь.

“Что это, черт возьми, такое?”

“Лось”.

“Ему понадобятся три puppuccino”.

“Он был плохой собакой, ему не следовало заводить даже такую”. Лось смотрит на меня самыми печальными глазами. “Хорошо, у него может быть четыре”, - говорю я, и Дженна разражается смехом.

“Я вижу, он уже над тобой поработал. Иди сюда. Я только что достала свежее печенье”.

“Знак”. Я указываю на него.

“Что Рид собирается делать? Увольте меня?” Она закатывает глаза и, вероятно, права.

Они танцуют друг с другом какой-то странный танец, и, честно говоря, заведует заведением она. Думаю, это хорошо, потому что Рид не из тех, кого я когда-либо представляла владельцем пекарни или кофейни. Когда я впервые встретила его, он был в модном костюме, который определенно не подходил для мам и пап из кофейни. Затем он снял пиджак, и повсюду стали видны татуировки. Этот мужчина был загадкой, в которую, я думаю, Дженна влюблена, но скорее умерла бы, чем призналась в этом.

“Где Рид?” Я оглядываю магазин, он пуст, но уже поздно.

“Я не знаю, может быть, в байкерском клубе”.

“Что?”

“Я не знаю. Вчера он был на байке”. Она вытягивает руки, как будто заводит мотоцикл.

“Ты можешь показать мне это еще раз?” Я борюсь с ухмылкой.

“Заткнись”. Она бросает в меня салфетку, и Лось ловит ее. Он жует ее секунду, прежде чем выплюнуть обратно, явно недовольный вкусом. “Когда у тебя появился этот очаровательный щенок?”

Щенок? Он огромный. “Я подумала, что мне не помешала бы компания”. Зачем весь день разговаривать сам с собой, когда вместо этого я могла бы поговорить с собакой?

“Он ужасно большой. Тебе не кажется, что тебе следовало взять поменьше?”

“Он просто пушистый”. Я закрываю ему уши, и она бросает на меня подозрительный взгляд. “Он должен был быть злым и свирепым”.

“И зачем тебе нужна злая и свирепая собака?” Она протягивает мне свежее печенье, прежде чем начать готовить мне напиток.

“Я одинокая девушка, совсем одна”. Я откусываю кусочек и стону. Никто не готовит сладости так, как Дженна.

“Это о Жутком Питере?”

“Он жуткий, не так ли?” Мне становится немного легче от осознания того, что я не единственная, кто это видел.

“Раньше я не придавала ему особого значения, но рядом с тобой он ведет себя странно. Он спрашивал меня о тебе, пока ты была у своей бабушки”.

“Он действительно?” Я съеживаюсь, потому что это так странно. Или, может быть, это по-соседски? Моя бабушка следит за домом своего соседа.

“Скорее допрашивал меня. Он разозлился из-за того, что я ни хрена ему не сказала, и вылетел отсюда”.

“Он заставляет меня чувствовать себя неуютно”.

“Ты должна сообщить о нем или что-то в этом роде”.

“Могу ли я сообщить о ком-то, кто доставляет мне неудобства? Он ничего не сделал, и я почти уверена, что быть жутким не противоречит закону ”.

Если это так, то у меня проблемы, потому что прошлой ночью я потратила слишком много времени, нюхая подушку Девина. А также немного пошарив вокруг. Я не смогла найти ни одной его фотографии и была разочарована. Я нашла довольно много фотографий красивой длинноногой брюнетки. Она была сногсшибательной и утонченной, что определенно подошло бы шикарной квартире Девин.

“Нет, но ты можешь послать его нахуй”.

“Не думаю, что я когда-либо говорила кому-либо это раньше. Разве моя злая собака не должна так поступать?” Лось лает, и, клянусь, иногда мне кажется, что он меня понимает. “К счастью, я не видела его с тех пор, как вернулась, так что, возможно, он перестал быть жутким”.

“Он никогда не перестанет быть жутким”. Она протягивает мне мой напиток, прежде чем перегнуться через стойку, чтобы дать Лосю его.

Он съедает все одним гигантским глотком. “Я подумываю о переезде”.

“Все так запутано, что он становится подонком, и тебе приходится переезжать”.

“Я согласна, и я много думала над этим. Если я собираюсь переехать, я могла бы переехать по-настоящему, а не просто поменяться местами”.

“О боже”. Плечи Дженны опускаются. “Ты собираешься пойти к бабушке, не так ли?”

“Может быть”. Я пожимаю плечами. “Я имею в виду, почему бы и нет? Я могу работать откуда угодно, и она моя единственная семья. Так часто, как я навещаю ее, я тоже должна быть ближе ”.

“Я знаю, я просто буду скучать по тому, как ты общаешься и несешь чушь о людях. Ладно, может быть, это я несу чушь, но ты не бросаешь на меня осуждающих взглядов, когда я это делаю”.

Я смеюсь, потому что я тоже буду скучать по этому. Дженна говорит то, о чем мы все думаем. Она протягивает руку, обнимая меня сбоку.

“Я тоже буду скучать по тебе, но я уезжаю не сегодня. Сейчас это просто идея, но у меня нет никаких серьезных планов”.

“Хорошо, дай мне знать, если тебе что-нибудь понадобится. Я собираюсь закрыть это место ”. Мы оба смотрим в сторону входной двери, когда слышим, как она открывается и входит Рид.

“Где сегодня твой байк?” Спрашивает его Дженна.

“Увидимся позже”, - шепчу я, подмигиваю Дженне и выскальзываю из заведения.

К счастью, Лось не доставляет мне никаких проблем по дороге домой, и я могу допить свой напиток. Когда я поднимаюсь по лестнице, Лось останавливается, и я слышу исходящее от него низкое рычание. Я с удивлением смотрю вниз, потому что он никогда раньше этого не делал.

“Лось?” На этот раз он рычит глубже и дольше, и мое сердце начинает учащенно биться. Я слежу за его взглядом и вижу, что он смотрит прямо на нашу входную дверь, которая открыта настежь.

Глава шестая

Девин

Это был долгий и изнурительный день в офисе, и я рад, что возвращаюсь домой. Первым делом пришла Рене и положила мне на стол новое дело, и я часами просматривал документы, чтобы определить, можем мы взяться за него или нет.

Я люблю свою работу, но иногда задаюсь вопросом, не слишком ли много работаю. Хотя не похоже, чтобы у меня было много других дел. Может быть, мне стоит завести собаку? Я сразу же отбрасываю эту мысль, потому что меня никогда не бывает дома, и хотя у меня есть наше офисное здание, я помню все свои международные поездки. Обычно это не запланировано, и иногда я не знаю, как долго меня не будет. Может быть, я мог бы достать рыбу?

Интересно, есть ли у Эрин домашние животные. Эта мысль раздражает меня, как только я завожу ее и смотрю в окно. Почему я всегда возвращаюсь к ней? С тех пор, как я вернулся к себе домой и прочитал записку, оставленную Бетти для меня, я был тихо одержим ею. Бетти сказала мне, что у ее внучки Эрин была мигрень и ей нужно было тихое место для сна, пока в ее комнате для гостей шел ремонт. В записке она написала, что это был неожиданный визит, и я начал задаваться вопросом, когда это повторится.

Это объясняло запах на простынях, который сводил меня с ума, и опущенное сиденье унитаза. Это также объясняло оранжевую повязку для волос, которую я теперь ношу на запястье. На нем все еще сохранился ее слабый аромат, и я сказал себе, что ношу его только для того, чтобы не забыть отдать Бетти. Но я видел ее достаточно много раз, и теперь я явно сохраняю это, потому что у меня нездоровая одержимость. Меня больше волнует тот факт, что мои простыни больше не пахнут так, как она. Я пошел на рынок и понюхал около сотни моющих средств, и ни одно из них не было вполне подходящим. Я не спал спокойно с той первой ночи, так что отчасти мое раздражение могло быть вызвано этим.

Я даже не знаю эту женщину и все же не могу перестать думать о ней.

Водитель подъезжает к зданию, и я выхожу из машины. Я умираю с голоду и пытаюсь вспомнить, есть ли у меня в холодильнике что-нибудь съедобное. Интересно, ужинает ли Эрин со своим парнем, и я ворчу "Привет" своему швейцару, когда захожу в лифт. На самом деле я не знаю, есть ли у нее парень, но, по-моему, я создал для нее всю эту жизнь, в которой нет меня. Интересно, не делает ли это меня мазохистом?

Когда я поднимаюсь на верхний этаж, я подхожу, чтобы вставить ключ в замок, и слышу, как Бетти открывает дверь позади меня. Я оборачиваюсь, чтобы поздороваться, но слова замирают у меня на губах, когда я вижу ее.

“Ты в порядке?”

Она измотана и роняет ключи, пытаясь запереть свою дверь. “Привет, Девин, я в порядке, просто немного потрясена. Эрин позвонила мне, и я собираюсь встретиться с ней. На этот раз она не смогла улететь, и часть пути ее подвез друг.”

У меня подскакивает кровяное давление, и я подхожу, чтобы помочь ей успокоиться. “Что случилось?” Мои слова больше похожи на приказ, чем на вопрос, но если она и замечает, то не показывает этого.

“Я не знаю, на самом деле. Она сказала, что кто-то вломился в ее квартиру, и она в безопасности, но она направляется ко мне. О боже, это все беспорядок. Эти ребята все еще не закончили с моей комнатой для гостей, и я знаю, что она, вероятно, вся потрясена. Может быть, я сниму нам номер в отеле, и мы оба сможем провести там выходные ”. Я думаю, что в данный момент она в основном разговаривает сама с собой, но я должен что-то сделать, чтобы помочь.

“Сначала сделай глубокий вдох”, - говорю я, и она, наконец, смотрит мне в глаза. “Я собираюсь с этим разобраться”. Бетти кивает и переходит от попыток разобраться в этом к тому, чтобы позволить мне взять ответственность на себя. “У меня внизу есть водитель, он отвезет тебя прямо к Эрин. Затем ты приведешь Эрин обратно сюда, и она снова сможет пожить у меня. Я все равно уезжаю сегодня вечером в поездку ”.

Я не уезжаю в путешествие, но я не хочу, чтобы Бетти беспокоилась о необходимости заботиться об Эрин, находясь в отеле. Если она расстроена, ей понадобится хотя бы что-то знакомое и успокаивающее. Я знаю, что хотел бы быть рядом с Рене, если бы она была потрясена.

“Хорошо”, - говорит Бетти, на этот раз немного более твердо. “Спасибо, Дэвин, я не могу отблагодарить—”

Я качаю головой, прерывая ее. “Просто пойди забери ее и верни обратно. Мы позаботимся о том, чтобы она была в безопасности”.

Лифт открывается, и я сообщаю своему водителю, что Бетти спускается. Затем я делаю заказ в своей службе доставки, чтобы ей привезли еду и еще кое-что, что, по моему мнению, могло бы ей понравиться. После этого я отправляю сообщение своей сестре и сообщаю ей, что собираюсь пожить у нее несколько дней. Когда она спрашивает меня почему, я говорю ей, что объясню позже.

Я быстро собираю вещи, хотя понятия не имею, сколько времени потребуется Бетти, чтобы забрать ее. Как далеко находится половина пути? Если она обычно летает, это несколько часов? Я много раз совершал короткие поездки, когда мог бы сесть за руль, но мне интересно, почему на этот раз все иначе, чем раньше? Она сказала, что с ней все в порядке, но что, если она была ранена?

Каждая ужасная мысль, которая приходит мне в голову, разыгрывается как возможность, и все, что она делает, усиливает мое беспокойство. В итоге я звоню одному из наших детективов и передаю ему всю имеющуюся у меня информацию об Эрин и Бетти, а также прошу его проверить, как обстоят дела для меня. Я не знаю, что еще я могу сделать, но я хочу убедиться, что полиция делает все, что в ее силах, а если нет, то поручить это кому-то другому.

После того, как я собрал несколько вещей, я оглядываюсь и вижу папку с делом на моем обеденном столе. Это простой кейс, который я принес домой только для того, чтобы подписаться, но когда я подхожу, чтобы взять его, вместо этого я оставляю его.

Возможно, я вернусь за этим позже и проверю, как там Эрин.

Глава седьмая

Эрин

“Я не могу оставить тебя здесь”.

“Ты можешь и ты это сделаешь”. Я хватаю Дженну за руку. “Ты должна вернуться к своему брату. Со мной здесь все будет в порядке”.

Мы стоим возле какой-то захудалой забегаловки, которая знавала лучшие дни. Я счастлива, что Дженна смогла завести меня так далеко для начала, потому что мне нужно было выбраться оттуда. Приехали копы и составили протокол, но это было все. Они мало что могли еще сделать, поскольку не было никаких признаков взлома. Кто бы ни заходил, он делал это с помощью ключа, и это была самая жуткая часть из всех.

“Черт. Черт. Черт.” Она застряла между молотом и наковальней.

Я все еще пытаюсь держать себя в руках, потому что знаю, что если я сломаюсь сейчас, она ни за что не уйдет, когда у нее действительно не будет особого выбора. Она должна вернуться к своему младшему брату, потому что она - все, что у него есть. Все, что Дженна делает, - это для этого маленького мальчика. Он был всем ее миром с тех пор, как их мама встала и ушла посреди ночи. Не то чтобы это действительно сильно изменилось для них, поскольку Дженна уже заботилась обо всем и воспитывала его. Только теперь она ставит точки над каждым I и зачеркивает каждое T, потому что не хочет давать государству повод разорвать их на части.

“Я собираюсь пойти поесть жирных яиц и картофельных оладий, затем выпить немного несвежего кофе, пока не приедет моя бабушка”. Я смотрю на свой телефон. “Она в двадцати минутах езды. Со мной все будет в порядке ”.

“Хорошо. Но напиши мне, как только она приедет, или я возвращаюсь через тридцать минут”.

“Договорились”, - соглашаюсь я.

“А ты оберегай ее”. Она указывает на Лося, который был приклеен ко мне с тех пор, как все рухнуло. В какой-то момент он даже не подпустил ко мне копов. Я предполагаю, что под всей этой чепухой скрывается свирепый защитник.

Я обнимаю Дженну, прежде чем забрать свои сумки с заднего сиденья ее машины. “Позже”. Я машу с вымученной улыбкой, наблюдая, как она выезжает со стоянки.

“Никаких собак”, - рявкает пожилой мужчина за стойкой, когда я захожу в закусочную. У него изо рта торчит сигарета, и я почти готова рассмеяться над иронией. Вместо этого я вздыхаю и выхожу обратно.

“Никаких нам жирных яиц”, - говорю я Лосю, плюхаясь на бордюр.

Лось прижимается ко мне сбоку, настороженный, как всегда, и осматривает парковку. У меня урчит в животе, но, к счастью, проходит не слишком много времени, прежде чем я вижу, как Бабуля подъезжает на какой-то модной городской машине. Я отправляю Дженне краткое сообщение, чтобы она не волновалась.

Я встаю, когда она подъезжает, и едва машина паркуется, как она бросается ко мне. “Милая! Ты в порядке?” Она осматривает меня, всюду засовывая свои руки.

“Я в порядке. Меня там не было, когда они вломились”.

Она закрывает глаза и вздыхает с облегчением. “Давай, давай убираться отсюда. Я уверена, ты устала ”. Я киваю в знак согласия, потому что сейчас почти час ночи. “Что это, черт возьми, такое?”

“Лось”.

“Мне это нравится”. Она открывает ему дверь. “Давай, Лось”. Он следует ее приказу и запрыгивает внутрь.

“Он никогда не делает то, что я ему говорю”, - ворчу я.

“Все в тоне, сладкая”. Она хватает мои сумки и ставит их рядом с Лосем. “Хочешь поговорить об этом?” - спрашивает она, когда мы выезжаем на шоссе. “Или ты хочешь попробовать поспать?”

“На самом деле не о чем говорить. Кто-то обыскал мой дом. Я не думаю, что они что-то взяли, так какой смысл это делать?”

“В мире много сумасшедших. Вы сами сойдете с ума, если попытаетесь понять, почему люди что-либо делают”.

Я киваю в знак согласия. “Копы сказали, что у того, кто входил, должно быть, был ключ, иначе я не заперла дверь”.

“Это на тебя не похоже”.

“Нет, я никогда не забываю запирать дверь. Моя бабушка убила бы меня, если бы я это сделала”, - поддразниваю я. Перед тем, как я пошла в колледж, она подробно рассказала мне о технике безопасности. Мы даже провели несколько таких уроков самообороны. “Жутко, что кто-то так легко проник в мою квартиру. Я не знаю, смогу ли я снова там спать”.

“Ты не обязана ”. Она похлопывает меня по ноге, слегка сжимая ее. “Я думаю, тебе пора переехать сюда со мной. Если только у тебя там нет кого-то, за кого ты держишься”.

“Выуживает компромат на мою личную жизнь?” Она никогда не упускает для этого момента.

“Я буду офигенной бабушкой”.

“Ты уже крутая бабушка”, - напоминаю я ей, но правда в том, что она всегда была мне как мама, так что я понимаю, что она имеет в виду. “И я подумывал о том, чтобы переехать сюда, но я не хотела стеснять твой стиль”.

“Милая, ты никогда не смогла бы ограничить мой стиль. Я хотела, чтобы ты переехала сюда с тех пор, как ты окончила университет, но я ничего не сказала, потому что это твоя жизнь. Я хочу, чтобы ты жила так, как тебе хочется, но правда в том, что я всегда хочу, чтобы ты была рядом по моим собственным эгоистичным причинам ”.

“Я займусь этим”. Эти слова наполняют меня некоторым облегчением.

“Хорошо. А пока ты можешь переночевать по соседству, поскольку Девина снова нет в городе. Я собираюсь посмотреть, смогу ли я привести в порядок подрядчиков, чтобы сделать эту свободную комнату ”.

Я понятия не имею, как выглядит Девин, но у меня появилось так много фантазий. Пока что мне больше всего нравится, когда он ложится ко мне в постель посреди ночи, а потом занимается со мной любовью до восхода солнца. Что безумно, потому что кому захочется, чтобы незнакомый мужчина проскользнул к ним в постель посреди ночи? Наверное, поэтому они называют это фантазиями.

“Он действительно не возражает?”

“Нет. Кто-то должен извлечь какую-то пользу из этого модного места. Может быть, теперь я наконец смогу познакомить вас двоих ”.

“Поехали”. Я улыбаюсь, зная, что некоторые вещи никогда не меняются. И это не всегда плохо.

Глава восьмая

Девин

“Значит, она сейчас у тебя дома, и ты никогда с ней не встречался?” Даниэль улыбается поверх своей кофейной кружки, наклоняясь через кухонную стойку. “Пожалуйста, скажи мне, что ты собираешься сделать ей сюрприз и сказать, что тебе нравится, как она пахнет”.

Я закрываю лицо руками и стону, когда моя сестра входит в кухню. “Дэни, оставь его в покое”.

“Что? Я думаю, это романтично”. Она мечтательно вздыхает.

“Что, если это меньше похоже на одну из твоих историй, а больше на одну из моих?” - Говорит Рене, притягивая Даниэль ближе и целуя ее в шею.

“Ты имеешь в виду, что вместо того, чтобы они влюбились друг в друга и занимались много грязным сексом, он убивает ее, а затем пускается в бега, пока крутая женщина-детектив не найдет его?”

“Крутая британская женщина-детектив”, - поправляет Рене.

“Верно”, - соглашается Даниэль, когда они оба поворачиваются ко мне лицом, а затем притворяются, что внимательно изучают меня, как будто я действительно могу быть одним из этих вариантов. “У него действительно линия подбородка серийного убийцы”.

“Вы знаете, я пришел сюда не для того, чтобы страдать от такого рода злоупотреблений”.

“О, но ты это сделала”. Рене наливает кофе в мою кружку, а затем в свою. “Но у нас действительно нет времени решать наверняка. Через час у нас встреча с Garret Global, и сегодня мне нужно позвонить в кадровое агентство, чтобы заменить Оскара в НЕМ ”.

“Он переехал, верно?”

“Да, его жена родила ребенка, и они хотели быть ближе к семье. Теперь у нас есть это свободное место, и я хочу, чтобы оно побыстрее занялось”.

“Мне нужно пойти забрать файл”. Я смахиваю со стола какие-то несуществующие крошки и затем встаю.

“Почему бы тебе просто не подписать это цифровым способом, и мы распечатаем в офисе?” Рене выходит из-за прилавка и хватает свою сумку.

Мне требуется секунда, прежде чем я придумываю веское оправдание. “Я сделал несколько заметок”.

Она вздыхает, потому что это похоже на меня - возиться с контрактом до последней секунды. “Хорошо. Встретимся там. Я не собираюсь в центр в этот час”. Она хватает Даниэль, и я отворачиваюсь, когда иду ко входу в их квартиру.

Я слышу, как они двое шепчутся, а Даниэль хихикает, прежде чем моя сестра подходит к входной двери, чтобы встретить меня.

“Готов?” - спрашивает она меня, и я киваю.

Мы спускаемся вниз, и как раз перед тем, как сесть в разные машины, я окликаю ее: “Ты наденешь это кольцо ей на палец или мне?”

Она хмуро смотрит на меня, и я пожимаю плечами. “Она единственная, Ни. Прекрати валять дурака”.

Рене садится на заднее сиденье машины без помощи своего водителя, и я слышу, как хлопает дверца. Я смеюсь, когда сажусь в свою машину, а затем говорю своему водителю ехать ко мне.

Я пытался не думать об Эрин, оказавшейся на моем месте, и о том, каково это - встретиться с ней в первый раз. Я тоже пытаюсь не тешить себя надеждами, но, думаю, уже слишком поздно.

Вчера вечером я разговаривал с охраной и позвонить их позвонить мне, как только они приедут. Было так поздно, что я знаю, что, если я пойду сейчас, это, вероятно, разбудит ее, но я не могу ждать. Если я не сделаю этого сейчас, у меня может не быть шанса. Что, если ей не нужно оставаться там еще на одну ночь? Что, если она вернется к себе и все? Это мой единственный шанс, и я не собираюсь его упускать, даже если это может быть совсем ничего. Может быть, то, что я чувствую, когда думаю о ней, - это мое собственное отчаянное желание общения. Я не могу не завидовать Рене и Даниэль, когда вижу, как они счастливы. Я не должен придавать значения встрече с совершенно незнакомым человеком, и это что-то значит, но почему-то это кажется другим.

“Сэр?”

Я понимаю, что мы долго сидели на обочине, и я сидел здесь, пытаясь продлить момент перед моим неминуемым разочарованием.

“Спасибо”, - говорю я ему, выходя из машины и заходя в свое здание. Когда я захожу внутрь, швейцар отличается от того, что работает в ночную смену, так что разговор с ним не даст никаких результатов. Не те, которые я действительно ищу. Она была потрясена? С ней был кто-нибудь еще? Почему от нее пахнет раем на земле?

Когда я поднимаюсь на свой этаж, я нервничаю, когда достаю ключ и открываю дверь. Я не совсем молчу об этом, потому что хочу, чтобы она знала, что здесь кто-то есть. Я слишком громко захлопываю дверь, надеясь, что она проснется, если еще не проснулась.

Я захожу к себе и вижу файл, лежащий на столе там, где я его оставил. Я подхожу и беру его, затем оглядываюсь. У входной двери стоят две сумки, которые, похоже, не открывались. Оба довольно большие, и мне интересно, как долго она планирует оставаться со своей бабушкой.

Когда я захожу на кухню, там нет никакой посуды, но я вижу на столе еще одну резинку для волос. На этот раз она нежно-голубая, я беру ее и надеваю на запястье вместе с оранжевой. Я не знаю, почему у меня такое желание собирать ее маленькие кусочки, но такое чувство, что Гензель и Гретель оставляют мне панировочные сухари.

“О боже”.

Я оборачиваюсь и вижу Эрин, стоящую на моей кухне, одетую в то, что должно быть одной из моих рубашек на пуговицах, и я почти уверен, что больше ничего. Ее коричнево-светлые волосы растрепаны, а тушь размазалась, как будто она спала с ними. Ее босые ноги начинают отступать, и я протягиваю руку, чтобы остановить ее.

“Ты, Эрин”. Почему я говорю так, будто я гребаный пещерный человек? Используй полное предложение, тупица. Боже, она чертовски красива. Она выглядит мягкой и теплой, и мне до боли хочется отнести ее обратно в постель и узнать, как эти изгибы будут ощущаться рядом со мной. “Извините, ты, должно быть, Эрин. Я Девин”.

Ее щеки вспыхивают, когда она складывает руки на груди и смотрит вниз на то, что на ней надето. “Прости, было так поздно, я не хотела рыться в своих сумках в поисках пижамы”.

“Я понимаю. Обычно я сплю голым”. Ее взгляд останавливается на мне, и я проклинаю себя за то, что сунула ногу в рот. “Я имею в виду, что когда я путешествую и попадаю в разные места, я тоже не хочу рыться в своем чемодане”. Заткнись, Девин, просто перестань болтать. “Поэтому я сплю голым”. Итак, мы просто поговорим об этом на первой встрече. Отлично.

Ее глаза скользят по моему телу, и у меня такое чувство, что она представляет меня обнаженным. Я быстро перемещаю файл перед своей промежностью, чтобы она не могла видеть смущающую выпуклость, которую я получаю от одного ее взгляда. Я подхожу к острову, чтобы спрятаться за ним, а затем поднимаю папку. “Я забыл свой файл. Извини. Я не хотел тебя будить, но я не хотел, чтобы ты не слышала меня и испугалась еще больше. Но теперь я вижу, что, несмотря ни на что, вероятно, было поразительно обнаружить кого-то здесь, когда ты думала, что ты одна ”. Почему я не могу перестать болтать?

“Я думала, тебя нет в городе”. Она покусывает губу, ее брови сосредоточенно сходятся вместе.

“Я был занят. Я имею в виду, я не уехал из города, я остановился у своей сестры в городе. У нас есть дело, которое нам нужно было обсудить ”.

“О”. Она секунду оглядывается по сторонам, прежде чем ее зеленые глаза возвращаются к моим. “Если ты дашь мне секунду, я могу больше не мешать тебе”.

“Нет!” Я кричу немного слишком громко и быстро. “Я имею в виду, нет, конечно, нет. Я переночую у нее на несколько дней, так что это место будет пустым ”. Мое тело придвигается к ней на шаг ближе без моего приказа. “Пожалуйста, останься”.

“Я действительно ценю это. Ты понятия не имеешь”. Она нервно теребит пальцами край рубашки. “И еще раз извини за пижаму”.

“Я думаю, это смотрится на тебе лучше, чем когда-либо на мне”. Слова вырываются из меня прежде, чем я успеваю их обдумать, но она ничего не говорит, она просто смотрит вниз на свои босые ноги. “Мне придется вернуться еще раз сегодня вечером, чтобы забрать кое-какие файлы. Мне нравится хранить здесь некоторые из моих открытых дел”. Теперь я действительно понятия не имею, откуда это взялось, но я ценю, что какая-то часть меня планирует заранее. “У тебя есть планы на ужин?”

“Ммм”. Она смотрит на мою входную дверь, как будто пытается разглядеть свою бабушку насквозь. “Я так не думаю”.

“Мне нужно идти”, - говорю я, размахивая папкой. “Но я принесу что-нибудь поесть, когда вернусь домой, и мы сможем официально встретиться”. Она кивает, и я вижу, как в уголках ее губ появляется улыбка. Тем временем я улыбаюсь, как идиот, который только что прокатился на своих первых американских горках. “Немного поспи”.

Я быстро выхожу из квартиры, как будто каким-то образом вломился в чью-то квартиру и украл файл. Может быть, я пытаюсь отвлечься от всей сцены, которая только что произошла там, или, может быть, и более точно, я пытаюсь ускорить окончание дня.

Одно можно сказать наверняка, и это то, что я должен снова увидеть Эрин.

Глава девятая

Эрин

“Разве все эти маленькие магазинчики не милые?” Спрашивает бабушка. Она весь день усердно работала над тем, чтобы продать идею моего переезда сюда.

“Приятно, что они все так близко”, - признаю я. На улице перед ее домом полно всевозможных магазинов, и почти все, что вам может понадобиться, находится в нескольких минутах ходьбы.

“Вот, в этом заведении самый вкусный пирог”. Она придерживает дверь в маленькую пекарню.

“Бетти! Как дела, сладкая?” - кричит пожилой мужчина за прилавком.

“Я в порядке. Я привела свою—”

“Сестра?” он вмешивается, и я прикрываю смех рукой.

“Внучка, Эрин”. Она качает головой, улыбаясь ему.

“Да, Эрин. Приятно наконец познакомиться с тобой”. Он протягивает руку над витриной. “Я Джонни”.

“Мне тоже приятно с вами познакомиться. Я слышала, у вас самые вкусные пироги в округе”.

“Ты говорила обо мне, милая?” Джонни подмигивает бабушке, и я никогда не встречала никого, кто был бы большей кокеткой, чем она. Хотела бы я, чтобы во мне было хоть немного этого. Вместо этого я впадаю в шок всякий раз, когда вижу красивого мужчину. Экспонат А был этим самым утром.

“Я пытаюсь уговорить свою внучку переехать сюда. Что может быть лучше, чем с помощью пирога?”

“Хорошо. Как насчет того, чтобы вы двое присели, и я принесу вам несколько образцов”.

“Это было бы идеально”. Грэмс улыбается ему. Я замечаю, что ее щеки немного розовее, чем обычно. Грэмс кокетка, но на нее никто никогда не обращает внимания, и это всегда весело. Я продолжаю думать, что однажды она столкнется лицом к лицу с мужчиной, прежде чем поймет, что происходит.

Мы садимся в дальнем углу, и Джонни выходит мгновение спустя с чаем со льдом. Очевидно, он знает, чего хочет бабушка, потому что, когда я делаю глоток, он такой сладкий, какой ей нравится.

“Итак, как ты себя чувствуешь сегодня?”

“Вообще-то, хорошо. В здешнем здании я чувствую себя в безопасности. Я имею в виду, на этом этаже только мы, и там есть швейцар ”. Это не похоже на мою квартиру, где люди могут приходить и уходить, и я никогда не думала о том, насколько это может быть опасно для одинокой женщины. “Я думаю, что меня продолжает беспокоить то, что, если бы я была дома”. Я стараюсь не плакать, думая об этом, потому что это не давало мне спать большую часть ночи. Бабушка протягивает руку и сжимает мою руку. “Сколько времени потребовалось бы кому-то, чтобы понять, что я пропала, или прийти меня искать?”

“О, Эрин”. Бабушка встает и крепко обнимает меня. “Я никогда не хочу, чтобы ты так думала. Если ты не переедешь сюда, мне придется переехать туда ”. Я отрицательно качаю головой, потому что это глупо. У нее здесь целая жизнь, и я ни за что не стала бы просить ее отказаться от этого.

“Я собираюсь переехать сюда”, - заверяю я ее.

“Пирог!” - зовет Джонни, неся поднос, на котором пирогов больше, чем мы когда-либо сможем съесть. Они не похожи на образцы. Это полноценные кусочки любого пирога, о котором вы только можете подумать.

“Ты такой хороший”. Грэмс садится обратно, когда Джонни ставит поднос на стол, а затем вручает нам обоим вилки.

“Могу я предложить вам, дамы, что-нибудь еще?”

“Я думаю, у нас все в порядке”. Грэмс придвигает лоток ближе ко мне.

“Спасибо”. Я улыбаюсь Джонни, который смотрит на Бабушку, совершенно сраженный.

“В любое время”. Он возвращается за прилавок и возвращается к работе.

“Попробуй это. Это кокос”, - говорит Грэмс, протягивая его.

“О боже, это вкусно”. Кокосовый орех - мой абсолютный фаворит.

“Видишь, ты можешь прийти и взять это в любое время, когда захочешь”.

“Это звучит опасно”, - смеюсь я, откусывая еще кусочек. “Ты знаешь, Джонни, кажется, влюблен в тебя”. Я поднимаю брови, глядя на нее.

“Я не могу винить его, я - находка”. Грэмс пожимает плечами, откусывая яблочный пирог. “А как насчет твоей личной жизни? Давай поговорим об этом”. Всегда возвращаюсь к этому.

“Ну, поскольку я переезжаю, у меня их нет”.

“Так это официально?” Глаза Грэмс загораются возбуждением.

“Да, я должна была сделать это давным-давно. Просто сначала мне нужно было найти место”.

“Мы должны посмотреть, есть ли что-нибудь в моем здании”.

“Я не уверена, что могу позволить себе твое здание. Оно действительно милое, а дом Девина безумно модный. Я боюсь, что собираюсь что-нибудь там сломать ”.

“Хорошо, может быть, это будет выглядеть так, как будто там действительно кто-то живет, и оживит это место”.

Я прикусываю губу, задаваясь вопросом, смогу ли я задать несколько вопросов так, чтобы бабуля не поняла, что я делаю. Я не рассказала ей о Девине, заскочившем сегодня утром, или о его разговоре о том, что мы поужинаем сегодня вечером. Все это все еще немного шокирует. Действительно, безумно горячий мужчина пригласил меня поужинать с ним, когда я стояла там практически голая.

“Его действительно никогда там не бывает? Кажется, это такая пустая трата времени”. Место красивое. Я бы никогда не хотела его покидать.

“Он трудоголик”.

“Юрист, верно?” В своем костюме он выглядел как человек, который кричит о силе и авторитете. Затем он открыл рот и был очарователен настолько, насколько это возможно. Не говоря уже о сексуальности. Мне потребовались все силы, чтобы не рассмеяться, когда он начал рассказывать о том, что спит голышом, а потом попытался пойти на попятную. Давайте не будем забывать и об одной ямочке на щеке. От этого у меня подкосились колени. У него много чего происходит, и все это работает у меня.

“Да, тоже необычный. Ты знаешь, что ему принадлежит здание, так что он мог бы легко найти тебе жилье. Он мог бы даже предложить тебе сделку ”. Она пододвигает ко мне еще один кусок пирога. Я не уверена, сколько еще смогу съесть.

“Я не собираюсь пытаться договориться о цене квартиры”, - смеюсь я. К тому же, у нас вроде как свидание сегодня вечером, и это сделало бы все еще более странным. Или, может быть, это вообще не свидание. Нам обоим нужно поесть, и, возможно, он просто был милым.

“Хорошо, мы можем посмотреть в других местах, если хочешь”. Она сдается, но я могу сказать, что она разочарована.

“Мне все еще нужно подумать о расторжении договора аренды. Я надеюсь, что смогу выкрутиться из всего, что произошло, но кто знает, повезет ли мне настолько”.

“Попроси Девина позвонить им. Он юрист”. Все ли ведет обратно к Девину? По словам Грэмс, да.

“Я его не знаю. Я не могу просить об одолжениях. Он уже разрешает мне оставаться у него ”. Я отодвигаю от себя пирог, потому что, если я съем еще кусочек, я могу взорваться.

“Я поговорю с ним”.

“Граммы”, - стону я.

“Что? Я член правления в здании. Я говорю с ним обо всех, кто переезжает ”. Я знаю, что на данный момент ее ничто не остановит, поскольку она уже вернулась к тому, что я переезжаю туда.

“Я собираюсь осмотреться и проверить некоторые места”.

“Хорошо, но постарайся быть рядом. Я знаю, ты ненавидишь водить”. Это действительно тот страх, который я должна попытаться преодолеть.

“Как все прошло?” Джонни ставит перед нами на стол несколько коробок с пирогами.

“Замечательно, большое вам спасибо”. Начинает звонить мой телефон, и я достаю его из сумки. “Хозяин”, - шепчу я бабушке, и она кивает, когда я встаю. Я машу Джонни рукой, направляясь на улицу, чтобы ответить на звонок.

“Привет”, - говорю я, прижимая телефон к уху.

“Привет, Эрин. Я хотел сообщить тебе, что мы сменили замки в твоем доме. Они действительно кое-что там сделали. У тебя есть страховка арендатора?”

“Да”. Я им еще не звонила, но в какой-то момент мне придется вернуться, все почистить и оценить ущерб. Мне нужно собрать все, что можно спасти, и я хотела бы знать, могу ли я нанять кого-нибудь для этого. Тогда мне вообще не пришлось бы беспокоиться о возвращении, но мне нужно быть умной, а это, вероятно, обошлось бы в небольшое состояние.

“Это хорошо. Я знаю несколько мест безопасности, если вы хотите узнать, как получить сигнал тревоги или что-то в этом роде”, - предлагает он.

“Я не совсем уверена, что вернусь туда жить”, - признаюсь я.

“О”. Его голос звучит удивленно. “Хорошо, мы можем поговорить об этом, когда ты будешь здесь в следующий раз. У тебя еще есть немного времени на аренду”.

“Я знаю. Я побеспокоюсь об этом, когда вернусь”. Может быть, он мог бы оставить мой страховой депозит, и мы могли бы считать это квитанцией?

“Хорошо. Я пошел дальше и сделал несколько снимков. Я отправлю их вам по электронной почте. Они могут понадобиться вашей страховой компании”.

“Спасибо. Я была бы признательна ”. Я действительно не хочу их видеть, но это должно быть сделано. “О, и Питер беспокоится о тебе. Он хотел позвонить тебе, но мне было неудобно давать твой номер, даже если он твой сосед. ”

Мой желудок переворачивается при упоминании его имени. “Да, пожалуйста, не надо”. Последнее, что мне нужно, это чтобы он звонил мне.

“Хорошо. Я пришлю эти фотографии сегодня вечером. Если вам понадобится что-нибудь еще, дайте мне знать”.

“Спасибо”. Я заканчиваю разговор, когда Грэмс выходит на улицу.

“Сладости поздней ночи”. Она протягивает мне сумку. “Куда теперь?” Я смотрю на часы, уже почти четыре.

“Я думаю, что хочу прилечь”. На самом деле мне нужно что-то сделать со своими волосами и подобрать что-нибудь из одежды. Мне нарядиться или я буду выглядеть так, будто слишком стараюсь? Что, если я думаю, что это свидание, когда это может быть не так?

“Вздремнуть - звучит неплохо. Мне нужно привести себя в порядок перед сегодняшним выходом. В "Аламо’ женский вечер. Хочешь пойти?” Грэм пожимает плечами, как будто танцует.

“Думаю, я проведу ночь в квартире ”. Я зеваю, разыгрывая это.

“Хорошо. Если ты передумаешь, мы более чем рады присоединиться к нам”.

“Спасибо”.

Теперь я просто молюсь, чтобы бабушка ушла до того, как Девин вернется сегодня вечером. Я никогда не услышу конца этого, если она застанет нас вместе. Я не хочу, чтобы бабушка возлагала надежды на нас двоих. Девин находится в совершенно другой лиге, чем я, и я имею в виду не только внешность. Вся его жизнь проходит в другом мире, и я не уверена, что когда-нибудь смогу вписаться в него.

Глава десятая

Девин

Странно стучать в дверь моего собственного дома, но я решаю, что это может быть лучше, чем просто войти, как сегодня утром. Эрин не занимает много времени, прежде чем она немного выглядывает и видит меня, стоящего там.

“Было бы странно, если бы я сказала ‘пожалуйста, заходите’?” Она смеется, когда открывает дверь, и я вхожу с пакетами еды.

“Не так странно, как то, что я заказываю все по меню”. Я подхожу к обеденному столу и ставлю все пакеты с китайской едой на него.

“Ты приглашал людей пойти с тобой?” Она смотрит на меня, а затем быстро отводит взгляд, и я задаюсь вопросом, был ли это звук разочарования, который я услышал в ее голосе.

“Нет, я просто хотел, чтобы у нас было много вариантов”.

“На самом деле я здесь только ради печенья с предсказанием”, - смеется она, но я хватаю пакет и поднимаю его.

“Хорошо, что у меня есть дополнительные”.

“Сколько это?”

“Двадцать?” Я пожимаю плечами, и она прижимает руку ко рту, продолжая смеяться. “Я думаю, что это, вероятно, достаточное количество, учитывая всю еду, которую я принес”.

Наступает тишина, когда она улыбается мне, и мне это нравится. Это удобно, и хотя я весь день ждал этого момента, я снова в ее присутствии и чувствую себя чертовски хорошо от этого.

“Я захвачу кое-какую посуду”, - говорю я, идя на кухню за столовым серебром и тарелками.

Я наблюдаю за ней краем глаза, когда она открывает несколько китайских контейнеров с едой. Она нюхает их, прежде чем положить на стол, и я могу определить, какие из них ей нравятся, основываясь на выражении ее лица при виде запаха. Мило наблюдать, как она помещает те, которые хочет, слева, а те, которые не хочет, справа. Также чертовски мило видеть ее в моей столовой, которая выглядит чертовски уютно.

На ней белая рубашка с V-образным вырезом, плотно прилегающая к телу, и обрезанные джинсовые шорты. Она также босиком, что создает впечатление, что она принадлежит этому месту, и по какой-то причине это возбуждает меня. Ее сиськи напрягаются под тонким белым материалом, который облегает ее грудь, когда она наклоняется, и на секунду я бросаю долгий взгляд на нее спереди. Черт, у нее горячие сиськи, и мне приходится заставить себя повернуться и перевести дыхание. Образ ее коричнево-светлых волос, убранных на одну сторону, запечатлелся в моем мозгу, и я собираюсь подумать об этом позже вечером, когда останусь один.

“Позже”, - шепчу я себе, прежде чем вернуться в столовую. “Что бы ты хотела выпить? У меня есть пиво, вино и вода”.

“Вина, пожалуйста”. Она забирает у меня посуду и накрывает на стол.

Она усаживает меня напротив себя, и я удивляюсь, зачем у меня вообще такой большой стол. Я беру наши напитки и приношу их обратно в столовую, но свою тарелку ставлю рядом с ней, чтобы мы оба оказались в углу.

“О, извини, я не знала, где тебе нравится сидеть”.

“Это просто упрощает обмен”, - говорю я и тоже придвигаю свой стул немного ближе к ней. “Какой из них ты выбираешь первым?”

“Мое любимое блюдо - курица с кунжутом, но это блюдо действительно вкусно пахнет, и я не знаю, что это такое”.

Я смотрю на коробку и немного ковыряюсь в ней палочкой для еды. “Да, я тоже не знаю. Кажется, я только сказал им положить мне что-нибудь из всего”.

“Это объясняет все коробки”. Она улыбается, берет контейнер с рисом и накладывает немного ложкой себе на тарелку.

“Итак, я просто хочу сначала избавиться от неловкости”. Ее глаза расширяются, она откладывает еду и ждет с серьезным выражением лица. “Каким шампунем ты пользуешься, потому что он мне нужен”.

Улыбка растягивает ее губы, когда она берет палочки для еды. “Это Полуночный сад. Бабушка подарила мне это на Рождество в прошлом году, и мне это так понравилось, что я продолжала покупать ”. Она смеется и качает головой. “Почему ты меня об этом спрашиваешь?”

“Аромат этого на моих простынях сводил меня с ума”.

Она краснеет, когда опускает взгляд на свою еду и подпирает подбородок. “Это хорошее безумие или плохое?”

“Хорошее”. Я делаю глоток воды и смотрю на нее, в то время как она переводит взгляд на меня.

“Это мои резинки для волос у тебя на запястье?” Она указывает на оранжевую и нежно-голубую резинки, и я смотрю вниз, туда, где я закатал рукава.

“Да”, - отвечаю я и не предлагаю их ей обратно.

Она перекидывает волосы на другое плечо. “Я искала их. Мои волосы сводят меня с ума”.

“Я думаю, это прекрасно. Но ты не получишь их обратно”.

Она поджимает губы, пытаясь скрыть улыбку, в то время как ее зеленые глаза внимательно изучают меня. “А почему бы и нет?”

“Ну, они у меня дома, так что технически они моя собственность”.

“Я тоже в твоем доме”.

“Я знаю”.

Два слова повисают между нами на секунду, прежде чем она пожимает плечами. “Хорошо. Я буду считать это платой за то, что ты позволил мне остаться здесь”.

Боже, она чертовски милая, когда дразнит меня. Почему мне так нравится с ней флиртовать? Я никогда не провожу с женщиной больше нескольких мгновений, прежде чем готов убежать. Но мысли о том, как я могу заставить Эрин остаться, не дают мне покоя.

“О, это будет стоить тебе больше, чем две резинки для волос”.

“Я уже согласилась поужинать”. Она машет руками, откусывая еще кусочек.

“Ты думаешь, это то, чего стоит это место? Какие-то паршивые резинки и китайская еда?”

“Если они такие паршивые, я заберу их обратно”.

“Ни за что”. Я подмигиваю ей, прежде чем сделать глоток. “Ты можешь рассказать мне, что произошло прошлой ночью?”

Она вздыхает, и я ненавижу, что испортил ей настроение. “Я еще не совсем уверена, но кто-то вломился в мою квартиру и устроил обыск. Мой домовладелец прислал мне по электронной почте несколько фотографий, и они довольно плохие. Не похоже, что что-то украдено, но я не держала там никаких ценностей, поэтому я не знаю, что они могли забрать. У меня даже нет хорошего телевизора, а мой ноутбук был в магазине, когда это случилось ”.

“Когда тебе нужно вернуться?”

“Я могу уйти в любое время”. Она садится прямее и оглядывается. “Тебе нужно, чтобы я ушла?”

“Нет!” Говорю я слишком громко и слишком быстро. “Нет, извините, я не это имел в виду. Я работаю над делом со своей сестрой и остаюсь у нее ”.

“Она тоже юрист?”

“Да, у нас совместная фирма”. Она задает мне кучу вопросов о работе, и я задаюсь вопросом, не потому ли это, что она не хочет обсуждать то, что произошло у нее дома. Я понял, но мне нужно связаться с детективом, которого я нанял для этого, и посмотреть, что ему удалось выяснить.

“Спасибо, что запаслись для меня холодильником”, - говорит она, откидываясь на спинку стула и выбирая несколько полупустых коробок.

“Откуда ты знаешь, что я сделал это для тебя?” Я улыбаюсь, ковыряясь палочками в овощном бульоне.

“Потому что, когда я была здесь в первый раз, в холодильнике были только кофе и старая банка маринованных огурцов. Я предположила, что ты сделал это для меня, но, может быть, я была в конце твоего ежегодного посещения продуктового магазина?”

“Ты дразнишь меня, Эрин?” Когда я произношу ее имя, ее щеки краснеют, и она отводит взгляд.

“Может быть”.

“Чем ты занимаешься?” Я хочу знать о ней все.

“Сейчас это и для меня самой загадка”. Она пожимает плечами, а я откидываюсь на спинку стула и жду. “В прошлом семестре я закончила колледж по специальности "Графический дизайн", и теперь мне нужно либо получить степень магистра в области информационных технологий, либо найти работу”.

“И ты уже решила?”

“Я знаю, что не собираюсь проходить там обучение в магистратуре. Бабушка здесь, и у меня ничего не осталось там, где я была. Я хочу быть рядом с ней, поэтому прямо сейчас я собираюсь двигаться этим путем и, надеюсь, обдумать свой следующий шаг ”.

Я не понимаю, что задерживаю дыхание, пока не отпускаю его. “Так ты переезжаешь сюда?”

“Да, я думаю, таков план. Я должна подумать о разрыве моего договора аренды и о том, во что это мне обойдется. Я также должна посмотреть на места здесь и найти то, что сопоставимо по цене с тем, что у меня было раньше ”.

“В этом здании есть свободная квартира”, - предлагаю я, теребя этикетку на своей пивной бутылке.

“Я думаю, что это место выходит за рамки моего ценового диапазона”.

“Это не так”, - выпаливаю я, и тогда она смеется надо мной.

“Ты даже не знаешь, какой у меня ценовой диапазон”.

“Позвольмне сначала показать тебе место, а потом мы сможем поговорить о цене”.

“Я не уверена, что хочу влюбиться во что-то, а потом не иметь возможности это иметь”.

Ее слова прямо ударяют меня в грудь и тяжелым грузом висят между нами. Чувствует ли она то же самое сейчас?

“Сколько у тебя времени до того, как тебе нужно будет вернуться на свое место?”

Она пожимает плечами. “Я не думаю, что смогу откладывать это слишком долго. Мне нужно забрать свои вещи и поговорить с моим домовладельцем. Это будет занозой в заднице, но я не могу избегать этого вечно ”.

“Ты можешь оставаться здесь столько, сколько тебе нужно”.

“Это место довольно невероятное, ты ведь знаешь это, верно?”

Я улыбаюсь и киваю. “Я купил это из-за ванны”.

“Ты шутишь”. Она садится и смотрит на меня широко раскрытыми глазами. “Скажи мне, что ты несерьезен”.

“О, да. Я человек, который любит хорошенько понежиться в конце рабочего дня”.

“По какой-то причине я не могу представить тебя в ванне”. Ее взгляд скользит по моему телу, а затем она снова быстро краснеет. Всегда ли так легко определить, когда она возбуждена?

“О, представь это, детка. Зажженные свечи, тихая музыка, повсюду пузырьки”.

“Пузыри?” Она смеется, и мне нравится, как это звучит.

“Эй, я люблю побаловать себя”. Я наблюдаю за ней секунду и просто наслаждаюсь тем, что она счастлива. “Не похоже, что в моей жизни есть что-то еще, кроме работы”.

“Моя бабушка говорила, что ты слишком много работаешь”.

“Да”, - соглашаюсь я и наклоняюсь вперед, опираясь на локти. “Мне нравится то, что я делаю, но я создаю то, что хочу сохранить надолго. Для меня важна безопасность тех, кого я люблю ”.

“Мне это нравится”.

Она вытягивает ноги рядом с собой, и мои глаза путешествуют по всей длине ее обнаженной кожи. Я сжимаю руки вместе, чтобы удержаться от того, чтобы протянуть руку и коснуться ее, но желание не проходит.

“Мне это нравится”, - наконец говорю я, заставляя себя откинуться назад, отчаянно пытаясь увеличить дистанцию между нами. “Ужин с тобой был приятным, и я хотел бы сделать это снова”.

Она кивает и секунду не отвечает, делая глоток вина. “Но только если ты вернешь мне резинку для волос”.

“Никогда”. Я улыбаюсь, и она делает то же самое.

“Думаю, я просто собираюсь испачкать весь ваш идеальный девственно чистый дом”.

“Я бы хотел, чтобы ты это сделала. Это будет напоминать мне, что ты здесь”.

“Ты имеешь в виду, долго после того, как я уйду?”

Я пожимаю плечами, не желая думать о том времени, когда ее не будет на моем месте. “Какой твой любимый фильм?”

“Я не знаю”. Она выглядит застигнутой врасплох, но мне нужно сменить тему. “У меня их так много. Может быть, я могла бы выбрать в зависимости от жанра, например, любимой комедии или любимого фильма ужасов”.

“Хорошо, начнем с этого”.

Мы долго говорим о фильмах, а затем переходим к музыке. В какой-то момент мы убираем посуду за ужином, обсуждая преимущества живых концертов по сравнению с просмотром их на экране, и в конце концов добираемся до гостиной. Мы долго разговариваем, и одна тема приводит нас к следующей, и у нас никогда не заканчивается, что сказать. Чем дольше мы разговариваем, тем расслабленнее мы оба становимся, и к тому времени, когда я понимаю, что уже действительно поздно и наступает раннее утро, я сижу на диване лицом к ней, а она откинулась назад, вытянув ко мне ноги.

Ее щеки порозовели, возможно, от вина, когда она рассказывает мне обо всех домашних животных, которые у нее были. Она рассказывает мне о собаке, которую она недавно усыновила по кличке Лось, которая живет по соседству у ее бабушки, и я касаюсь большим пальцем ее пальцев.

“Почему ты не привела его сюда?”

Она замолкает и смотрит, как я касаюсь ее пальцев ног, прежде чем сглотнуть, а затем улыбается. “По-моему, это не похоже на место, где разрешено проживание с домашними животными”.

“Это так”, - просто говорю я и продолжаю поглаживать ее пальцы.

Я хочу потереть ее всю, но я просто наслаждался звуком ее голоса и ее очаровательными историями.

“Может быть, я позволю тебе встретиться с ним”.

“Ты играешь в недотрогу?” Я смотрю на нее и улыбаюсь, и этого достаточно, чтобы ее щеки запылали. “Мне пора”.

Внезапно ее улыбка исчезает, и она оглядывается, как будто осознав, который час. “Уже?”

“Уже почти час ночи”. То, что я говорю о времени, на самом деле не имеет никакого отношения к тому, что я чувствую, но мне нужно уйти сейчас, иначе я не смогу себя контролировать.

В последний раз касаясь ее босой ноги, я ставлю свое пиво на кофейный столик и встаю. Когда она начинает двигаться, я вытягиваю руку, чтобы остановить ее.

“Нет, не вставай. Ты и так выглядишь идеально”. Я подхожу ближе и кладу одну руку на спинку дивана, нависая над ней. “Я хотел бы увидеть тебя завтра”.

Она кивает, облизывая губы. “Я бы тоже этого хотела”.

“Тогда это свидание”.

Я наклоняюсь и, прежде чем могу остановить себя, целую ее в щеку. Я задерживаюсь там и вдыхаю ее сладкий аромат, которым я не могу насытиться. Я закрываю глаза и наслаждаюсь ощущением ее теплой щеки на своей и не тороплюсь. Этого недостаточно, и я жажду большего, но на сегодня хватит. Я буду спать с ней в своих легких, и это больше, чем у меня было прошлой ночью.

“Спокойной ночи, Эрин”, - шепчу я, а затем направляюсь к двери, прежде чем смогу передумать.

Расставание с ней, возможно, было самым трудным, что мне когда-либо приходилось делать.

Глава одиннадцатая

Эрин

“Никто не готовит завтрак лучше тебя, бабуля”. Я откусываю еще кусочек от омлета, тайком подбирая сосиску под столом. Грэмс готовит мой кофе, а затем свой, прежде чем присоединиться ко мне за столом.

“Приятно, когда есть для кого готовить”. Она делает глоток кофе, наблюдая за мной. Я опускаю взгляд в свою тарелку и продолжаю есть, стараясь не ерзать на стуле. Почему мне вдруг кажется, что я вернулась в старшую школу?

“Итак”, - говорит она, и я снова смотрю на нее. Она смотрит на меня с выжидающим выражением.

“И что?”

“Я хорошо провела время прошлой ночью”, - наконец говорит она.

“Может быть, в следующий раз я приду. Хотя я не уверена, что смогу угнаться за твоими танцевальными движениями”.

“Ты когда-нибудь ходила на танцы?” Она бросает на меня скептический взгляд.

“Нет”, - смеюсь я. “Я была на нескольких вечеринках в кампусе, но там было так много народу, что никто не мог там танцевать. Они раскачиваются, когда все прижаты друг к другу”. Я дрожу, думая об этом.