42. Эбигейл

— Я хочу поговорить с ними.

Том и Бредли поднимают на меня изумлённые взгляды.

— С друзьями Мэта, — уточняю я. — Бредли, ты назвал Ченса. У меня нет его контактов. Знаю только о клубе, где они любят собираться. Но может быть, ты сможешь устроить мне встречу?

— Малыш, ты уверена, что тебе это нужно? — тревожится Том. — Давай не будем кипятиться?

— И что ты предлагаешь? Сидеть в норе, вечно прятаться и бояться косых взглядов? Мне нечего стыдиться!

— Сейчас всюду обсуждают эти кхм… видео и фото… — осторожно говорит Том. — Я знаю, что ты уже поборола чувства внутри себя. Но давление общества — это нечто совершенно иное!

— Я не преступница. Я ни в чём не виновата! — ощетиниваюсь я. — Я не поверю, что Мэт сотворил для меня этот кромешный ад, пока не поговорю с ним. С глазу на глаз!

— Но он сделал это с тобой в прошлом!

— Да. И он же вылечил меня от страха. Мы оба заблуждались и находились в плену лживых мнений!

— Том, дружок, прекрати! — Бредли кладёт широкие ладони на плечи приятелю и гладит их. — Эта девочка выглядит очень хрупкой, но она боец. И я тоже считаю, что не стоит прятаться. Прожить всю жизнь в тени? Это не наш вариант. Мы должны бороться за право быть собой.

— Нечестно. Вас двое, а я — один! — поднимает руки Том в знак смирения. — Сдаюсь… Бредли, ты сможешь достать номер телефона?

— Я сделаю всё, что смогу! — обещает Бредли.

Потом мы заказываем одежду для меня. Ведь приятель забрал меня из дома в сорочке и халате. Том чудом успел схватить мою сумочку с телефоном. Это всё, что у меня есть.

— Ты звонила кому-нибудь из родных? — уточняет Том.

— Только маме. Она плачет и переживает за то, что теперь Стенли Купер не берёт меня в жёны. Мама переживает, как отнесётся к этому отец и дрожит от страха.

— Разговаривала с ним?

Я отрицательно качаю головой, бледнея от мысли, что придётся говорить с отцом. Рано или поздно он узнает обо всём. Тогда мне не поздоровится.

— Не вздумай! — злится Том, уточняя. — Не вздумай взваливать вся вину на себя. Именно отчим виноват в том, что случилось с тобой в том притоне. Его самого нужно подставить под чей-нибудь член! Я бы на твоём месте вообще прекратил любое общение с ним.

— Мой защитник, — улыбаюсь я и замираю, видя Бредли, вернувшегося в комнату.

— Я договорился о встрече. Это всё, что я могу сказать. Как пройдёт разговор, зависит не от меня.

Я заказываю одежду из фирменного магазина. Я переживаю. Пальцы мелко трясутся. Том советовал скрыть лицо за большими солнцезащитными очками и надеть огромную шляпу, чтобы спрятаться от любопытных глаз. Но я отмела в сторону эти предложения. Десятки тысяч людей посмотрели, как выглядит моё лицо в момент глубокого горлового минета. И по сравнению с этим всё остальное кажется сущими пустяками. Во мне словно поселился дух противоречия.

Вместо того, чтобы стыдливо прятаться в тени и не привлекать к себе лишнего внимания, я решаю выйти открыто. Не с чёрного выхода, а с парадного. Заказываю такси и расправляю юбку на бирюзовом платье. Волосы распущены. Я немного подкрасила глаза, но совсем немного. Я не хочу, чтобы растеклось много туши, в случае, если мне придётся много и горько плакать. Ведь я не застрахована от разочарования и огорчения. Жизнь вообще не включает в пакет своих услуг страховку от несчастного случая.

— Мы поедем с тобой! — заявляют мои друзья.

— Я должна сделать это сама.

— Ну уж нет, дорогуша, — возражает Бредли. — Забыла, что ты наша любовница, м? Свою девочку мы не отпустим без сопровождения!

Ему удаётся обернуть всё в шутку, и я соглашаюсь на их компанию. Они желают мне добра и искренне поддерживают меня, даже несмотря на риски для их собственной репутации и карьеры.

***

Я жду, что такси привезёт меня в офис или в клуб «Gentleman», но такси останавливается у роскошного особняка. Пронырливым репортёрам не удалось проникнуть на частную территорию, все машины папарацци остались за пределами контрольно-пропускного пункта. Но им есть чем порадовать страницы жёлтых издания — гиены сделали немало снимков, пока я шла к такси, припаркованному у подъезда.

Хозяин дома, Ченс Кроули, сам встречает нас на пороге. Он высокий, мощный брюнет с потрясающе тёмными глазами и волевым лицом. На нём надеты шорты, длиной чуть выше колена и белая тенниска, облепляющая широченную грудь.

— Эбигейл Вуд? — приветствует он меня кивком. — Я — Ченс Кроули. Можно просто Ченс.

— Очень приятно, — улыбаюсь ему, но задумываюсь, насколько уместна моя улыбка. — Это мои друзья. Том и Бредли. Если разрешите, они пройдут вместе со мной.

— Серьёзная охрана, — усмехается Ченс. — Учитывая ситуацию, это более чем необходимо. Что ж… — распахивает дверь. — Добро пожаловать в мой дом, господа. Здесь нет папарацци, можете рассчитывать на конфиденциальность разговора. Только предупреждаю… — оборачивается в дверях, сложив руки под грудью. — Я не терплю грязи и ссор в стенах своего дома!

— Да? — усмехаюсь я, складывая руки под грудью. — Тогда вам, мистер Кроули, стоит оставить меня за порогом своего чистого дома. Потому что моё имя совсем недавно стало синоним грязи.

— Гони мою сотню! — слышится голос второго приятеля Мэта.

Рядом с Ченсом появляется щеголь, одетый, как с иголочки. Он моложе Мэта и значительно моложе Ченса, вглядывается в моё лицо с чистой улыбкой, поясняя:

— Мы поспорили. Я сказал Ченсу, что одного полоскания вашего имени в жёлтых газетах мало, чтобы сломить дух огня. Я выиграл! — протягивает мне сухую и горячую ладонь. — Итан. Наглец…

— Да-да-да… И это было мега-нагло, вмешаться и выступать за хозяина дома! — шумно возмущается Ченс. — Проходите, Эбигейл. Простая проверка. Только и всего. Мой дом открыт далеко не для всех!

— Проверка на стойкость? — уточняю я.

— Что-то типа того… — отзывается Ченс.

Он проводит нас в просторную гостиную. Прислуга приносит прохладительные напитки. Ченс и Итан не спешат приступать к разговору, обмениваются дежурными любезностями и ведут светскую беседу. Я решительно отставляю бокал в сторону. Стук получается слишком громким.

— Джентльмены, прошу прощения, за то, что у меня нет желания поддерживать дружеский трёп. Но я пришла сюда с одной целью — найти Мэтью. Если вы знаете, где его найти, прошу сказать мне это. И я тотчас же уйду. Я звонила ему. Он не отвечает.

— Та же фигня, — пожимает плечами Ченс. — Как сквозь землю провалился. И… я даже могу предположить куда! — цедит сквозь зубы.

— Куда?

— Наркота. Бухло… Я не в курсе, насколько вы близко знакомы с Мэтом. Но иногда его заносит. Его не заносило уже очень давно. Судя по всему, настали те самые дни. Чёрные дни.

— Нет. Вы ошибаетесь! — с жаром возражаю я. — Я знаю о пристрастиях Мэтью. Вам может показаться смешным, но он дал мне обещание, что всё наладится. Мы хотели изменить свою жизнь. Вместе. Провели вместе чудесные сутки, потом он должен был отправиться к приятелю из прошлого. И на следующий день произошло вот это… — машу рукой в сторону плазменного телевизора. — Может быть, вам ещё что-нибудь известно?

Друзья переглядываются, но молчат. Я понимаю, что я кажусь чужой для них. Но я не чужая для Мэтью, чувствую это всей душой.

— Кажется, вы поспорили на меня? — спрашиваю, разглядывая мужчин в упор. Ни один из них не смутился. Итан даже не пошевелился, ответив на мой прямой взгляд твёрдым, ясным взглядом. Ченс усмехнулся.

— Судя по всему, я права.

— Поспорили, да! — пожимает плечами Ченс. — Мэт заявил, что вы, Эбигейл, станете его…

— Его шлюхой, будем называть вещи своими именами. Меня не смутить грязными словечками, мистер Кроули, — говорю, подавшись чуть вперёд.

— Да. Мы поспорили. Мэт должен был представить доказательства. Весомые. Судя по всему, именно это и произошло.

— Нет. У Мэта всегда были при себе фото и видео из прошлого… И если бы он хотел выиграть ваши дорогие игрушки, он бы продемонстрировал доказательства давным-давно. Выиграл бы, даже не отрывая задницу с кресла, на котором сидел. Но судя по всему, вы верите, что он сделал это значительно позднее. Почему? — спрашиваю я. — Почему вы пригнали свой залог к другому дому?

— Если бы Мэт выиграл спор по-другому, более чистым способом, я бы пригнал тачку к его старому дому, в котором ему нравится жить, — подаёт голос Итан. — Но Мэт выиграл спор, как засранец вселенских размеров. Это слишком грязно даже для Игроков. Даже для нас троих. Он просто переплюнул самого себя. Пригнав тачку к особняку его отца, я дал понять, что не вижу в нём Мэтью Хилла. Мэтью Боуманна — да, возможно. Думаю, Ченс со мной солидарен!

— Ты читаешь мои мысли! — соглашается Ченс, ударяя по кулаку Итана своим. — Это было слишком грязно. Мне плевать, какие отношения связывают вас с Мэтом, не маленькие — разберётесь сами. Но выигрывать так — это слишком!

Ченс откидывается в кресле, сжимая кулаки.

— Я мог это предотвратить. Во всём виновата наркота. Я мог закрыть Мэта в лечебницу давным-давно. Но я верил ему на слово… Верил, что он сможет перебороть это сам.

— И он может это сделать! Может! — вскакиваю с кресла. — Я более чем убеждена, Мэт не делал этого. Вас не было рядом в наш последний день. Но я была с ним. Я разговаривала с ним сердцем к сердцу! А это намного значимее самых громких слов и обещаний.

— Я найду Мэта и, богом клянусь, выколочу из него всё дерьмо! — обещает Ченс, грозно рыкнув.

— О боже, послушай себя со стороны! Говоришь, как самый настоящий Подонок! — слышится возмущённый женский голос.

Перестук каблучков. В комнате появляется высокая, смуглая девушка с роскошной копной золотистых волос, рассыпанных по плечам. Темноглазая, соблазнительная, с ногами от ушей и фигурой фотомодели. Судя по тому, как она садится на колени к Ченсу и льнёт к мужчине, это его супруга.

— Эмилия, — представляется девушка.

— Эбби, — отвечаю я. — Но, наверное, моё имя вам уже известно.

Она отмахивается рукой, мол, какая ерунда, и поворачивается к своему мужу.

— Ты ошибаешься! — говорит Ченсу, потом поворачивается в сторону Итана. — И ты, Наглец, тоже…

— Нет, — качает головой Ченс. — Я не единожды выгребал за Мэта. Но сейчас он перешёл все допустимые границы.

— Да что с вами такое? — возмущается Эмилия, стукнув Ченса кулаком по груди. — Мы говорим о Мэтью. О нашем Мэтью. Циник, матершинник, любитель экстрима и грязных развлечений? Да, это всё про него. Но ты, Ченси, забываешь о том, как Мэт, не задавая лишних вопросов, кинулся вместе с тобой в тот крошечный городок на границе с Мексикой, чтобы спасти меня. Ты забываешь о том, как он закрыл нас собой. Словил пулю вместо тебя! У Мэта большое и чистое сердце… Я в это верю, потому что видела его в разных ситуациях. Он не из тех, кто говорит и делает красиво. Он способен на многое… Он может и унизить, и обматерить. Но только глаза в глаза. Мэт неспособен на подлость! Он не будет гадить исподтишка! И мне больно думать, что ты, Ченс, так плохо думаешь о том, кто однажды спас тебе жизнь…

Все замолкают на пару минут. Слышится тишина. Ченс громко прочищает горло.

— Первое. Моя жёнушка, как всегда, круто вставила мои мозги на место. Второе… Я всё равно хочу намылить шею Мерзавцу! Потому что слишком сильно за него переживает моя Карамелька. В чём дело, негодница?

Ченс шлёпает свою жену по попке и что-то шепчет ей на ушко. Судя по тому, как озорно начинают блестеть её глаза, муж обещает что-то жутко неприличное, но безумно приятное.

— Закатай губу, Ченс. Тебе ещё нельзя заниматься сексом, — невозмутимо подаёт голос Итан.

— Завались, Наглец. И не суй свой праведный нос в мою постель, ясно?

— Ох, Итану тоже не мешало найти кого-нибудь, — хихикает Эмилия, целуя Ченса. — Потому что Мэт, судя по всему, уже нашёл свою волчицу, — и смотрит при этом прямо на меня.

— Да ну? — усмехается Итан. — Хотел бы услышать это от него самого!

— О, не сомневайся, Итан, что это так! — тянет Эмилия. — Эбби сунулась в логово двух Игроков и выглядела так, что скажи вы ещё хоть одно плохое слово про Мэта, она откусила бы вам головы. И я бы её поддержала. У Мэта неприятности. Его подставили! А вы сидите и греете задницы в креслах!

Ченс растирает ладонями лицо.

— Возможно, Эми и Эбби правы… Чёрт, а ведь даже имена чем-то похожи, — внезапно широко ухмыляется он. — Ох, блять, не судьба ли это? Ладно! — восклицает он. — Я готов подарить своему бро ещё один шанс. Но сначала нужно его найти!

— Ты должен сделать ещё кое-что, Ченс… — говорит Эмилия. — Имя Эбби полощут всюду. Если бы тебя не было рядом, и Мэт узнал, что кто-то плохо говорит обо мне, он бы вступился и прекратил это.

— Да, наш Мэт пошёл бы по головам и наделал много шуму, — вздыхает Ченс. Тянется за телефон в карман. — Окей. Напои гостей чаем, Карамелька… Мне нужно сделать несколько важных звонков.

— Ты любишь тако, Эбби? — спрашивает Эмилия, увлекая меня за собой.

— Не уверена, что смогу съесть хоть кусочек, но мои друзья, Том и Бред, большие любители мексиканской кухни, — говорю я.

Мы следуем за Эмилией, но потом я вспоминаю ещё кое-что и подхожу к Ченсу. Он отнимает телефон от уха, с ожиданием смотря на меня.

— Ещё кое-что… Те видео. Они были сделаны много лет назад. Тогда меня и сестру насильно закинули в притон одного негодяя. Так моего отца вынудили вернуть долг как можно быстрее. Именно там я впервые встретила Мэта. Он купил меня, шлюху, не зная, что я оказалась там против своей воли. Правда открылась Мэту совсем недавно. Он был зол, ведь тот парень, Кит, хозяин притона, был его осведомителем. Мэтью был недоволен, что он обманул его, не сказав ни слова… И когда мы расставались, Мэт сказал, что хочет навестить старого приятеля. Может быть, он поехал именно к нему! — перевожу дыхание. — Возможно, я ошибаюсь. Но это всё, что я знаю.

— Осведомитель Кит. Пять лет назад. Как раз перед увольнением Мэта! Думаю, мы сможем пробить информацию через знакомых. Спасибо, Эбби, — отзывается Ченс. — Побудь в обществе моей супруги… Мы дадим знать, когда появятся сведения.