Воспоминание 1. “Подарок на день рождения”

6 лет назад…

Мишель покрутилась возле зеркала в белом коротком сарафане на тонких бретельках. Не знала, что сделать с волосами. Разделила пробором посредине, немного усмирила воском.

Сегодня ее первый «взрослый» день рождения. Когда наконец-то не нужно сидеть в ресторане матери с дурацкими украшениями и ждать поздравления друзей и соседей.

Она договорилась с родителями прокатиться на мамином «Порше» вместе с лучшей подругой, Карлой, до Бостона. А там уж они точно найдут чем заняться.

Конечно, не так она надеялась отметить девятнадцатый день рождения… так глупо! Глупо на что-то надеяться! Он уже месяц не появлялся. Даже не позвонил, чтобы поздравить, хотя прекрасно знал, когда у нее день рождения.

— Забудь, Мишель, — приказала она себе, крася ресницы черной тушью.

Вторя ее мыслям раздался звонок телефона.

Она с надеждой взглянула на дисплей. Нейт Кинг. Стараясь не думать о своем разочаровании ответила.

— Ты уже готова? Мы с Карлой сейчас заедем за тобой.

Стоп. Стоп. Стоп.

— Что значит мы с Карлой? У меня другие планы, — воспротивилась Мишель.

— Даже слушать не буду.

И сбросил вызов.

Мишель тут же пришла в бешенство. Карла так мечтала его закадрить, что даже позвала его с собой! А он-то с чего возомнил, что может вот так вмешиваться в чужие планы? Это ее день рождения. Это. Ее. Чертов. День. Рождения.

Она накрасила губы нежно-розовым блеском дойдя до такой степени злости, что могла за себя не отвечать.

Звонок в дверь.

Ну, сейчас она им обоим покажет! Выпроводит их пинком под зад и поедет сама… какой там Бостон! В Нью-Йорк! Заедет к этому несносному благовоспитанному зазнайке и выскажет все, что она о нем думает!

— Мишель, это к тебе! — прокричала мама откуда-то снизу.

Она торопливо завязывала босоножки на танкетке. Получилось не с первого раза.

— Мишель! — повторно позвала Анна.

Психанув, открыла дверь из комнаты и крикнула:

— Пусть проваливает отсюда!

— Спустись и сама скажи ему об этом, — мама отчего-то рассмеялась.

— Я сейчас спущусь! Я так сейчас спущусь!

Мишель плюнула на телефон и сумочку. Позже заберет. Бежала по лестнице через ступеньки, грозясь подвернуть ноги. Но гнев застилал глаза. Преодолев последнюю ступень, Мишель открыла рот, чтобы как следует прогнать Нейта.

Но это был не Нейт.

Сердце предательски застучало, в глазах слегка потемнело. Она схватилась за перила, чтобы удержаться на ногах.

Алекс.

Что… что он здесь забыл?

— Вижу, ты уже готова, — без приветствий, смеясь прокомментировал Алекс. Прошелся взглядом по ней от кончиков пальцев на ногах, медленно поднимаясь вверх, наверняка мысленно раздевая ее. Пока не остановился на ее губах.

Мишель нервно облизала их.

До чего же он красивый. В светло-серых тонких облегающих брюках и белой рубашке, расстегнутой на несколько пуговиц сверху. Крой рубашки идеально подчеркивал его сильные широкие плечи, напомнив ей как в последнюю их встречу она держалась за них и…

— Мог бы просто позвонить, — отмахнулась Мишель. Ну, уж нет. Она не позволит ему играть с ее чувствами. То целует и доводит до потери рассудка, то исчезает. И смотрит сейчас ей в глаза так нагло… так… будто она принадлежит ему.

— Это тебе, — он протянул ей букет белоснежных цветов, который она только сейчас заметила.

— Ты его по пути собирал? — Мишель, вопреки своему гневу, издала смешок, и тут же прикрыла рот рукой, снова пытаясь разозлиться. Но не могла.

Чего в этом букете только не было. Гортензии, ромашки, розы, хризантемы, герберы, гардении, эустомы и даже… полынь! Полынь, чтоб его! Торчащая в разные стороны из этого хаоса.

— Пришлось. Ты же не любишь, когда я трачу на тебя деньги. Подарок своими руками, знаешь ли, самый ценный, — шутил он, подходя к ней ближе. Удивительно, стоял на пороге их дома и терпеливо ждал, пока она спустится. Хотя, может и не очень терпеливо судя по его напряженным губам.

— Тогда ты сделал все зря. Букет красивый. Но на этом все. Спасибо. Мне пора.

Мишель взяла букет и развернулась к нему спиной.

— Всего хорошего!

Так, сейчас поставит цветы в вазу… Зачем он приехал? Ну вот зачем тревожит ее душу? Она ведь только начала успокаиваться.

Еще и прошлую ссору припомнил ей.

— А где Алекс? — поинтересовалась мама в легком ужасе осматривая букет.

— Ушел туда, откуда пришел, — Мишель достала вазу с верхнего шкафчика на кухне, набрала воды.

— Если что, я в саду, — мама налила себе послеполуденный «чай» в фарфоровую чашку с блюдцем и ушла через открытую веранду на улицу, слегка защелкнув дверь из кухни во внутренний двор. В роли чая — ром. Всегда пила его, стоило Мишель начать нервничать и сносить на своем пути. Из-за Алекса в основном.

— А-а! Да чтоб тебя! — выругалась она. Когда уже закрывала кран, случайно обрызгалась, окатив себя холодной водой и намочив платье. Вытащила вазу из раковины и поставила на кухонный островок. Ваза качнулась. Опрокинулась на бок и вылилась на пол. Не разбилась. И на том спасибо

— Как у тебя дела? — веселясь спросил нарушитель ее спокойствия, подходя к островку.

— Прекрасно, как видишь, — едва не взвывала Мишель. Он хочет добить ее. — Приехал зачем-то. Подарил эти дурацкие цветы! Я теперь из-за тебя мокрая!

— Приятно слышать, Мишель, — он похотливо улыбнулся от двусмысленности ее фразы и облокотился на островок. — Ты тоже меня заводишь.

— Зачем ты приехал? — она с тоской смотрела на то, как вода стекает на деревянный пол. Прекрасный день рождения. Сейчас самое время заняться уборкой.

— Мы с тобой, кажется, договаривались отметить твой день рождения вместе, — напомнил он.

— Это было до того, как ты…

Мишель прикусила губу, боясь смотреть на него. От его близости у нее тряслись и не слушались руки.

— Ну, же. Договаривай, — Алекс медленно обошел островок и остановился возле Мишель. — И правда мокрая.

Мишель смотрела ему в вырез рубашки. Ямочка у основания шеи так и манила к себе. Вот бы прикоснуться к ней.

— Мишель? — настойчиво требовал Алекс, притянув ее к себе за талию. — Так что же я сделал такого, что ты упрямо не отвечаешь на мои звонки и сообщения?

У нее вспыхнули щеки.

В прошлый раз она набросилась на него. В прямом смысле. Сорвала с себя одежду и залезла к нему на колени. Целовала как обезумевшая и требовала заняться с ней сексом.

А он без слов одел ее обратно и потребовал успокоиться. Она убежала, и он даже не попытался ее вернуть и задержать. Уехал. И месяц не появлялся.

— Ты звонил только первую неделю, — попыталась защититься Мишель.

— Я не буду играть с тобой в эти игры.

— Или ты со мной, или дурачишься и обижаешься. Запомни. Я не буду валяться в твоих ногах и умолять о твоем внимании, — сурово произнес он, сжав пальцы на ее талии.

Она едва дышала. О чем она думала? Он старше нее на десять лет. Опытен. Требователен. И уж точно не будет терпеть истеричку возле себя.

— Ты унизил меня тогда…

— Тем, что берегу тебя и не тороплюсь? Какой же я негодяй. Что еще я натворил? — Алекс приподнял пальцами ее подбородок, вынуждая взглянуть ему в глаза. Обсидиановые, черные, безграничные и… такие нежные. — Твой первый раз будет незабываемым. Я обещаю тебе. Не торопись, прошу.

Алекс… родной, благородный. Терпит истерики взбалмошной девчонки, сносит оскорбления и продолжает быть рядом. Он подарил ей легкий невесомый поцелуй, как лепестки тех белых цветов, что он подарил.

— Мой подарок ждет. Пойдем, — попросил он, улыбаясь. В его глазах заплясали золотистые искорки. Она замечала и раньше, как менялись его глаза, когда он смотрел на нее, а она умирала от любви к нему.

— Мне нужно все убрать.

— Я помогу, — вызвался Алекс, отпустив ее.

— Что? Его высочество Александр Конте соизволит мыть со мной кухню? — фыркнула Мишель. Он закатил глаза и, когда она отвернулась в поисках швабры, легонько шлепнул ее пониже спины. Она обернулась, счастливо рассмеявшись.

Вдвоем и правда работали слаженно, как единый механизм. Одна команда. Она мыла пол, ловя на своих ногах горячие взгляды мужчины, который так эротично протирал от воды островок.

Их отвлек звук звякнувшей чашки о блюдце.

Мишель как раз закончила мыть пол. Обернулась со шваброй. Мама непонимающе уставилась на них двоих. Алекс поправил полынь в букете в вазе с абсолютно невозмутимым видом.

Может быть, мама ожидала увидеть кое-что более неприличное?

— Мадам, я забираю Мишель. Вы не против? — по-деловому обратился Алекс к ее маме.

Чистая формальность. Потому что Алексу на самом деле было плевать на окружающих и их мнение.

— Я уже было подумала, что это ваша вечеринка и вы забыли на нее позвать меня, — усмехнулась Анна. Ром ей явно помог поднять настроение.

Мишель расхохоталась, откинув голову назад. В принципе, ей все нравилось, если Алекс рядом и так смотрел на нее. Обжигающе и пронизывающе.

— Мишель отказалась отмечать с семьей сегодня. Да и Тони уехал по срочным делам. Так что я не против, если вы повеселитесь без меня.

Раздался звонок в дверь.

Алекс и Анна о чем-то шутили, Мишель побежала открывать. Она и забыла о друзьях.

Распахнув дверь, она охнула. На ступеньках стоял Нейт с букетом розовых роз.

— Мишель, с днем рождения! Поехали?

Она аж опешила, взглянув на черный «Мустанг» на дороге.

— А где Карла?

— У нее заболела голова. Я решил, не оставаться же тебе одной в свой день рождения. Знаю, что вы с ней планировали поехать в Бостон…

— Вообще-то Мишель не одна, — раздался глубокий баритон у нее за спиной. Она боялась дышать.

Черт. Только помирились.

И надо же было Нейту прийти! Да еще и с цветами!

— Оу. Я думал, что ты пошутила насчет других планов, — Нейт отшатнулся, как будто испугался нападения хищника.

Высокий и симпатичный парень. Карла по нему с ума сходила и никогда ему об этом не говорила. А он… он запал на Мишель. И как это называется? Карла — ее лучшая подруга.

Мишель никогда не ответила бы ему взаимностью. Никто. Ни один мужчина не сравнится с Алексом. Она любила его. Беззаветно, отдаваясь чувствам полностью. Да и этот месяц без него… По-честному, она никогда не верила, что их разрыв настоящий.

— Как видишь, не пошутила, — ответил за нее Алекс, собственнически притянув ее за талию спиной к своей груди.

— Ясно. Ну, удачи, — пожелал он. Так и побрел к своему «Мустангу» с цветами в руках.

Алекс сам закрыл дверь, толкнув ладонью. Мишель вздрогнула.

— Почему он все время ошивается возле тебя? — проворчал Алекс. — Клянусь, если он распускал руки и касался тебя…

— Алекс, прекрати! — возмутилась Мишель, резко развернувшись в его руках. Как же хотелось ему треснуть. — Если я показалась тебе слишком доступной..

Он взял ее лицо в свои теплые ладони и смял ее губы в обжигающе грубом, собственническом и глубоком поцелуе. Впечатывался языком в ее рот раз за разом. Она задыхалась, пытаясь ответить. Живот скрутило в тугой узел. Вот сейчас… Реши он воспользоваться ей сейчас в самом грубом варианте, она бы даже не смогла воспротивиться. Алекс зарылся рукой в ее волосах и потянул назад, яростно заглядывая в глаза.

— Ты — моя! Видит бог, Мишель Роулэнд, ты даже смотреть в сторону других мужчин не будешь. Обещаю тебе.

Она и так не могла. Знала, что не сможет. Алекс этого почему-то не замечал. Как смотрит на него. Как ждет. Как скучает… Как любит.

— Что за подарок ты мне приготовил? — попыталась отвлечься Мишель. Не могла долго находиться в таких зашкаливающих эмоциях. Слишком безумно и больно одновременно.

— Какая меркантильная особа, однако, — усмехнулся Алекс.

— После вручную собранного букета я жду, как минимум, луну или звезды.

— Много лучше, Мишель. Много лучше, — пообещал он, снова одаривая ее золотом в глазах.

Он отвез ее в свой дом у озера, ставший за последние полгода ему вторым домом. Мишель знала, что он разрывается между Нью-Йорком и Кингз-Роуз, но менять текущее положение вещей он не стремился. Будто оттягивал момент и более серьезные отношения с Мишель. Он ни о чем ее не просил, а она старательно избегала этой темы. Хотя нет. Пыталась его соблазнить. Без толку.

— Иди к озеру, я сейчас подойду, — повелел он, припарковав машину у дома.

Ее бесил этот его снисходительный тон, но они уже и так достаточно выясняли отношения сегодня. Еще раз не выдержит.

Недовольно оглянувшись на него, пошла к заднему двору дома и… обомлела…

Деревянный столик с шампанским в ведерке. Одинокий цветок гардении в маленькой вазе. Вокруг на деревьях висели фонарики и флажки, электрические гирлянды с золотыми лампочками.

Пожалуй, такой сюрприз и правда был лучше звезд и луны. Она представила, как Алекс самостоятельно украшал их небольшую полянку и в груди разлилось тепло. Он любит ее. Любит, хоть она и отказывалась в это верить.

— Эй, Майки. Тут кто-то хочет с тобой познакомиться, — позвал он. Мишель обернулась. Он закатал рукава рубашки до локтей, чтобы держать в руках прелестное создание. Маленький щенок черного лабрадора звонко тявкнул, оглушив Мишель.

— Что это? — она и правда не могла поверить в происходящее.

— Очевидно, что собака, — рассмеялся Алекс от ее реакции. Он передал ей щенка в руки. Мишель заплакала. По-детски так. А щенок слизывал ее слезы, вызывая у нее смех.

— Как зовут это чудо?

— Я осмелился назвать ее Джеки, — его голос… такой проникновенный. Заботливый.

— Стоп. Она? — радость Мишель переросла в хохот. — Джеки был крепким парнем.

— Реинкарнация разная случается, знаешь ли, — Алекс был в замешательстве, но виду не подал. Извернулся и нашел ответ, как всегда, даже в самой нелепой ситуации.

— Я люблю тебя, Алекс. Боже, как я тебя люблю! — она уткнулась ему в шею, наслаждаясь его теплом. Джеки спрыгнула с рук и побежала крушить обстановку их убежища, потянув зубами за конец гирлянды с флажками.

— С днем рождения, милая Майки, — прошептал он, стиснув ее в своих объятиях.