Глава 15

Роман быстро отдал подчинённым ещё несколько приказов, назначил Доувера старшим в своё отсутствие и выбрал себе в сопровождение нескладного тщедушного паренька, шлем которого то и дело сползал ему на брови; юный дозорный потешно дёргал головой и бросал взгляды в сторону Виты.

«Мои штаны им покоя не дают. Точно пора новую моду вводить», — со смешанным чувством тоски и веселья подумала девушка.

Она в своей одежде странно смотрелась на улице Ноктура — не потому, что носила очки, и не потому, что немногие эленайские женщины предпочитали брюки. Даже будучи уроженкой Эленайи, Вита являла собой воплощение чужеродности — одним своим присутствием, как Аэнгил в летнем городке Н в Зе-Ро. То, что никакой одеждой не изменить и не скрыть. Как сова и чайка — обе птицы, но одну с другой не спутаешь…

Люди высыпали на улицу, с тревогой смотрели вверх, расспрашивали суетящихся дозорных и бесцеремонно глазели на Виту, когда она попадала в поле зрения. Остро ощущая повышенное внимание к себе, она жалась ближе к Аэнгилу. Он не возражал.

Ноктурийский городской дозорный пункт состоял из большого главного здания, объединённого с казармами, и группы небольших причудливых сооружений геометрических форм — пирамиды, конус, цилиндр…

Роман и паренёк-дозорный, которого звали Лекс, повели Виту и Аэнгила к белому полукруглому строению, похожему на вкопанный в землю шар, разделённый на секции треугольными зарешечёнными окнами.

Путь от одного крыльца до другого занял едва ли пять минут, однако Вита основательно продрогла — в Ноктуре, напрочь игнорируя календарное лето, как будто наступила ранняя осень: воздух стал неприятно прохладным, и дул резкий порывистый ветер, причём определить его направление было невозможно — он попеременно дул с разных сторон. Вита застегнула куртку под горло и спрятала руки в карманы, но это почти не помогло.

Серость заметно приглушила яркие цвета. Недвижное однотонное небо накрывало город пластмассовой крышкой. Ветер лишь слегка рассеивал это ощущение — и вскоре оно возвращалось.

Это всё из-за меня. Это всё творится потому, что я зачем-то понадобилась Крадущим. Александр… отец уже примкнул к ним. Чтобы получить доступ в его дом и забрать его исследования, я им не нужна. Если бы им нужен был Аэнгил, они бы поймали его ещё до того, как он отправился в Зе-Ро…

Он и сообщение Александра — приманка, а я её заглотила.

Вита терялась в догадках, по какой ещё причине она могла понадобиться Крадущим, что у неё есть такого особенного… и уже у самого входа в шарообразный домик её осенило.

Кое-что, что могло быть особенным, у неё имелось. И даже имело отношение к Александру.

Кольца. Отцовский подарок, который не могут забрать у неё без её ведома и разрешения. Артефакты не известного Вите назначения.

Вот почему она, вернувшаяся в Эленайю добровольно, и нужна Крадущим — как коробочка для хранения, которую можно и выбросить, когда надобность в ней отпадёт.

Думая об этом, Вита непроизвольно сжала правую руку в кулак.

Тем временем Роман всего лишь прикосновением ладони открыл тяжёлую, окованную железом дверь и первым шагнул в темноту, Лекс пронырливо юркнул следом. Следующим пошёл Аэнгил. Вита, замыкая процессию, подпрыгнула от неожиданности, когда дверь с грохотом захлопнулась за её спиной.

Магия. Снова.

Под потолком вспыхнул белый огонёк.

Снаружи маленький, внутри круглый дом казался очень просторным — потому что весь он состоял из одного-единственного помещения, целиком отделанного белым с голубоватыми прожилками минералом (вероятно, мрамором). Окна были тщательно завешаны плотной белоснежной тканью, неведомым образом крепившейся к стенам и в центре купола, там, где светился огонёк. Прямо под ним в полу был выложен круглый бассейн — совсем неглубокий, едва ли по щиколотку, и пустой. По его периметру были расставлены чаши с зубчатыми краями, отлитые из серебристого и золотистого металла; Вита подумала о серебре и золоте, но сразу же засомневалась. Подойдя ближе к бассейну, она увидела, что в каждой чаше мерцает крупный кристалл каплевидной формы.

— Осторожней, — шепнул Аэнгил, мягко, но настойчиво оттесняя Виту от кромки бассейна. — Шагнёшь раньше времени, и Преломление утащит тебя.

— Оставайтесь на месте, — Роман обошёл бассейн кругом, встал над золотистой чашей-цветком и встряхнул кистями рук. — Лекс, встань у двери и следи, чтобы никто не вошёл. Аэнгил, вы знаете, что нужно делать. Приготовьтесь. Я начинаю пробуждение Волны.

— Вита? — тихо произнёс Аэнгил. Девушка понятливо забрала свой рюкзак, и маг достал книгу.

Роман закрыл глаза и начал быстро-быстро бормотать заклинание, одновременно выплетая замысловатые жесты; в воздухе напротив лица командира проявились и зависли несколько сиреневых знаков, напоминающих египетские иероглифы. Огонёк наверху померк, зато камни в чашах начали светиться, и по куполу поплыли блики, как от воды.

Аэнгил ничего не говорил, но раскрыл книгу. Его движения были такими, будто он сманивал со страниц буквы, — и правда: сияющие зелёные символы один за другим послушно вспархивали с бумаги. В отличие от «иероглифов» Романа, эти выстроились в овал, ненадолго замерли в таком положении, затем разлетелись в разные стороны и прилипли к куполу, ярко сияя. Один магический символ пролетел в паре сантиметров от Виты, и девушка на всякий случай отступила на шаг в сторону.

Скорее уловив, чем заметив движение позади себя, она обернулась — как раз вовремя, чтобы увидеть в руках дозорного маленький флакон с красно-розовым содержимым.

— Стой! — крикнула она.

Дозорный — нет, Крадущий в доспехах дозорного! — вздрогнул и едва не выронил флакон.

Аэнгил круто обернулся и выставил правую ладонь — и очень вовремя: вспыхнувший зелёный диск поглотил атакующее заклинание (довольно слабое, определила Вита). Однако Лекс тут же выпустил другое, заметно более мощное, и по щиту Аэнгила с треском побежали сверкающие трещины, похожие на электрические разряды.

Девушка попятилась, одновременно одной рукой шаря в рюкзаке в поисках баллончика. В сражении магов он казался довольно-таки жалким оружием, но другого у Виты не было. А просто стоять столбом значило оказаться на линии огня.

Роман стоял, широко раскинув руки, — словно пытался обхватить и удержать нечто большое и невидимое. Поглощённый Волной, командир видел, что происходит, но не мог прерваться, чтобы помочь Аэнгилу.

Аэнгил выбросил руку со щитом вперёд и выдохнул короткое непонятное слово. Зелёный диск с бешеной скоростью сорвался с пальцев и врезался в Лекса — и бесславно рассыпался искрами. Крадущий ответил пучком синих молний. Аэнгил устоял — у него уже был готов новый щит, однако мрамор пола поблизости с противным скрежетом начал лопаться.

Вита наконец выхватила баллончик — и тут же его уронила, спасаясь от шальной молнии, неловко плюхнулась на пятую точку. Жестянка со звоном откатилась Аэнгилу под ноги. Маг пнул её и неуклюже махнул книгой. Вокруг девушки замерцал призрачный зеленоватый барьер, и следующая атака Лекса испарилась вместо того, чтобы опалить Вите волосы.

— Сдавайся! На всех щит не растянешь! — угрожающе заявил Лекс. Его треугольное лицо исказилось до неузнаваемости, и он сразу стал казаться старше. — Сил не хватит!

— Проверим? — Аэнгил с презрением фыркнул. — Ты хочешь разбить Волну, чтобы не позволить нам уйти? Глупо.

— Не глупее твоего, — Лекс осклабился. — Ты знал, что творится в Ноктуре, и всё-таки притащил девчонку сюда…

— Почему ты примкнул к ним? — вдруг спросил Аэнгил.

Лекс осёкся и недоверчиво уставился на него.

— Ты шутишь? Почему я примкнул к ним?.. Ха! Дурак!

Кристаллы в чашах вспыхнули ярче, и в помещении стало очень светло; фигура Романа почти скрылась в столбе света. Лекс сотворил новую молнию и направил её в Романа. Аэнгил снова опередил Крадущего, выставив щит.

Лекс направлял заклинания только правой рукой, в левой, прижатой к груди, он держал флакон. Аэнгил тоже действовал вполсилы, экономя энергию…

Вита отпрянула к стене, закрывая руками голову, — одна из синих молний задела валяющийся баллончик, и он с оглушительным хлопком взорвался. Несмотря на защищающий её барьер, девушка ощутила горячую ударную волну и резкий запах, от которого в носу защипало.

Взрыв магам не навредил, но оба они от неожиданности шарахнулись; Аэнгил кое-как удержал равновесие, чтобы не свалиться в бассейн Волны, Лекс ударился спиной о дверь и выругался.

Вита вскочила, прижимая к себе рюкзак, и замялась, не зная, куда податься. Подойти ближе к Аэнгилу?.. А вдруг опять что-нибудь взорвётся, и её отшвырнёт в Волну⁈

Аэнгил и Крадущий замерли друг против друга, напряжённые, как высоковольтные провода, и даже искрили почти так же — один зелёным, другой синим. Лекс, удерживая на растопыренных пальцах синие огонёчки, стрельнул глазами по сторонам, выискивая, чем бы отвлечь внимание противника, но сам потерял секунду-другую.

И Аэнгил, не колеблясь, атаковал.

Лекс взвыл — тонкий, как лазер, зелёный луч впился во флакон, стекло лопнуло. Сквозь осколки и пальцы поплыл красноватый дымок.

Вита почувствовала приторно-сладкий запах, перебивший слезоточивую вонь газа.

— Волна! — раздался крик Романа.

Вита бросилась к Аэнгилу. Тот мигом схватил её в охапку, нечаянно ткнув в бок уголком книги, и прыгнул в бассейн. Девушка зажмурилась, ожидая удара о твёрдую поверхность, но ослепительно полыхнуло, и мир вокруг расплылся мельтешащими пятнами света.

Ощущение полёта оборвалось, едва начавшись. Виту и Аэнгила кубарем прокатило по Преломлению и вышвырнуло… где-то.

В последний момент Аэнгил выпустил Виту, и девушка упала на мощёную дорогу, пребольно ударившись коленом и до крови ободрав ладони о булыжники.

Порыв холодного ветра взметнул облако пыли. Вита закашлялась, поднимаясь на четвереньки. Поправив скособочившиеся очки, она увидела, что маг медленно поднимается и морщится — его падение тоже оказалось болезненным.

Её пострадавшие колено и ладони горели огнём. Ничего нового.

Ввиду собственной неуклюжести, порождённой плохим зрением, Вита частенько попадала — и падала — в подобные ситуации.

Вокруг расстилалось чистое поле, пополам рассечённое дорогой. Вдалеке виднелась тёмная полоса леса, правее высились горы, кажущиеся нарисованными на тусклом однотонном небе.

Вита поднялась и оглянулась.

В обратную сторону дорога шла под склон, в низину, к уютно устроившемуся в ложбинке долины городу. Ноктуру. Вита прикинула, что до него примерно километр или два.

Сейчас город был словно в тени огромного облака. Только у этой тени были неестественно чёткие границы.

И весь Ноктур неотвратимо погружался в темноту. Выглядело так, будто в стакан с водой добавляют чёрную краску — с каждой каплей всё темнее и темнее. Дома теряли очертания, сливаясь в одно гигантское пятно.

— Он… он разбил Волну, — прохрипел Аэнгил, смахивая с обложки книги пыль. — Мы не смогли уйти.

— Но мы же переместились, — неуверенно проговорила Вита. — А что такое с городом? Это и есть темнота из-за Волны, да?

Аэнгил стремительно поднялся на ноги.

По выражению его побледневшего лица Вита поняла, что всё, что произошло до этого, было вполне себе терпимым.

— Нет… Нет, нет! — маг в бессильной ярости покачал головой. — Если бы это была только Волна… Видишь, там, где граница тени, белая полоса? — Вита тщетно силилась её увидеть, но кивнула. — Это Рефлект. Он пожирает Ноктур, но и сам становится частью Эленайи. Гниющая рана на теле мира.

Вита не совсем поняла, что это означает, но тон Аэнгила испугал её ещё сильнее.

— И что же нам делать⁈

— Идти в Храм, — выровняв дыхание, сказал Аэнгил. — Сейчас же.