Глава 1

Городок Н внешне мало чем отличался от десятков и сотен подобных населённых пунктов, разбросанных тут и там по огромной стране. Единственное, что как-то выделяло его в бетонно-кирпичном ряду и чахлой полузадушенной зелени — слухи о том, что он находится в аномальной зоне.

И только весьма немногочисленные его жители знали, что эти слухи — правда. С небольшой поправкой: происходили здесь вовсе не какие-то аномалии, а творилась самая настоящая магия.

Организация, называемая Н-ским Домом Творчества, занимала небольшой парк и три аккуратных кирпичных здания на его территории: в самом большом занимались собственно творчеством — рисованием, оригами, вышиванием, художественной лепкой и даже скульптурой; здание поменьше было жилым корпусом, а самое маленькое служило складом и архивом.

Магией владели всего три человека, и обучающихся этому искусству тоже было трое, по одному на взрослого учителя, — воспитанники Дома, сироты, прибывшие из других миров через Преломление. Разумеется, ничто из этого не афишировалось.

В тайну магии, кроме этих шестерых, был посвящён отшельник, проживающий в лесном домике, два человека из обслуживающего персонала, проживающих вне территории Дома, и один-единственный не-маг. И сиротой он, то есть она, не была, — не считая того, что родной отец выдворил её вместе с матерью из родного магического мира за отсутствие способностей.

Она подъехала на велосипеде к боковой калитке — девушка лет двадцати с небольшим, худенькая шатенка в очках. Её одежда вполне соответствовала переменчивой почти-летней погоде и званию творческой личности: расстёгнутая клетчатая рубашка, из-под которой выглядывала маечка, и драные на коленках джинсы. Со всем этим несколько диссонировала обувь: довольно громоздкие и тяжёлые с виду ботинки на толстой подошве — дань удобству и любви к прогулкам по труднопроходимой местности.

Убедившись, что калитка закрыта изнутри на задвижку, девушка подогнала велосипед к боковому крыльцу жилого корпуса. Из распахнутой двери выглянула полная немолодая женщина в синем форменном халате и белой косынке.

— Шустрая ты, Витка! — сказала повариха, вытирая руки полотенцем.

— Обеденное время, очереди на кассу не было, — отозвалась девушка, вытаскивая из велосипедной корзины пакет с кое-какими продуктами. — Вот, всё по списку.

— Спасибо, деточка. А теперь беги к матери, там тебя дожидаются.

— Кто? — удивилась Вита.

— Гость. Пришлый, с той стороны света, но приехал на машине, — понизив голос до полушёпота, сообщила женщина и взяла у неё пакет. — Слушай, сперва сбегай в общежитие, хоть переоденься в форму. Сама знаешь, они там такое не носят…

— Если он и правда явился оттуда, не всё ли равно, во что я одета? — ответила Вита, пожав плечами, и побежала в сторону главного корпуса, демонстративно срезая путь прямо по газону.

А в её голове в такт учащённому пульсу билась одна мысль, одно-единственное слово.

Отец.

Однако же, едва Вита перескочила порог здания, все её чаяния были развеяны. Таинственный гость, да ещё и настолько приметный, своим появлением вызвал в Н-ском Доме Творчества бурю догадок и обсуждений. И его описание, коим с девушкой любезно поделились охранник и встречные преподаватели (те самые, которые были магами), совершенно не соответствовало описанию внешности Александра Бринка.

Как ей старательно объяснили, гость был молод, примерно её ровесник, и «очень симпатичный, несмотря на то, что гот». Готами Виту было не удивить, в Доме Творчества мелькали самые разные личности, большинством из которых были подростки, ищущие самовыражения. Но это был иномирянский гот, можно даже сказать, — инопланетянин! И потому он заранее рисовался Вите в неприглядном свете.

Она тоже родилась не в этом мире, но прожила в Зе-Ро слишком долго, чтобы ощущать себя чужой.

Разочарованная и в то же время заинтригованная, Вита поднялась на третий этаж почти бегом, — чтобы уже никто не успел её остановить и поделиться «новостями».

Секретарь приёмной, увидев девушку, поспешно ринулась открыть ей дверь. Чтобы получить возможность самой заглянуть в кабинет директрисы, сообразила Вита.

Неужели этот «гот» и в самом деле так интересен?

Едва она вошла, человек, до того занимавший кожаное кресло перед письменным столом, оглянулся и молниеносно вскочил, скрипнув обивкой.

Не гот, определила Вита, хотя и одет броско для нынешней погоды: чёрный кожаный плащ, чёрные же кожаные штаны, высокие ботинки со шнуровкой. Наверное, там, откуда он прибыл, было прохладно и дождливо. В сочетании с тем, что он являлся брюнетом, и создавалось впечатление «готичности».

— Вита, к тебе… гость из Эленайи, — натужно проговорила Елизавета Ларина и тоже поднялась на ноги. — Лично к тебе, с важным сообщением. Я оставлю вас, но буду сразу за дверью, — предупредила директриса, бросив на посетителя взгляд, исполненный неприязни.

Вита кивнула.

Елизавета вышла, и её дочь сосредоточила всё своё внимание на госте.

Он приветственно поклонился, однако до поры хранил молчание, позволяя себя рассмотреть.

Ростом он был примерно на полголовы выше Виты и не намного крупнее, хотя в нём чувствовалась сила. Чуть длинноватые чёрные волосы обрамляли серьёзное и действительно симпатичное молодое лицо. Определить цвет глаз не удалось — тёмные, но то ли тёмно-серые, то ли тёмно-синие…

И прохладная аура инаковости. Нездешности. Словно сама его кожа говорила о том, что впитывала свет другого Солнца; впрочем, так оно и было, — хотя загар отсутствовал.

«Гость» в ответ изучил девушку с головы до ног и задержал взгляд на её коленях, явно удивившись дырам на джинсовых штанах. Вита мгновенно ощутила раздражение.

— Кто вы? — резче, чем намеревалась, спросила она.

— Аэнгил Римнай, — представился незнакомец, подняв на неё глаза, и продемонстрировал несколько браслетов тёмного металла на левом запястье, — посланник Эленайской Гильдии Магов. Вы — Вита Александровна Бринк.

Он не спрашивал — утверждал. Голос у него был приятный, негромкий; в речи звучал лёгкий акцент, чуть выразительнее проявившийся на отчестве.

— Всё верно, за исключением одного — я не ношу фамилию отца, — чуть помедлив, сказала Вита. — Хотя здесь можно обходиться и без неё, имени более чем достаточно для общения. — Она подавила желание сложить руки на груди. — Почему вы не оставили сообщение директрисе?

— Мне было велено передать сообщение только вам, устно, — сказал Аэнгил.

— Велено кем? И сообщение от кого? — всё тем же резким тоном спросила она.

Он разом помрачнел и будто бы разом сделался старше.

— Сообщение от Александра Бринка, переданное им в Гильдию три дня назад. Повеление было дано сегодня ночью королём Эленайи за несколько минут до гибели.

— Король погиб? — охнув, переспросила Вита, ненадолго позабыв свои предыдущие чувства.

Перестав быть жительницей Эленайи, она не забыла, что для его жителей королевская семья означает стабильность и магическую защиту.

— И королева, — глухо добавил Аэнгил. — Убиты Крадущими Свет. Наследник престола спасён и спрятан. Назначен регент.

Новости были печальными, но, в общем-то, малозначащими для Виты, проживающей в мире Зе-Ро. Однако король Эленайи почему-то велел передать ей сообщение отца, пришедшее за три дня до того… выходило, что до этого момента его никто не торопился отправлять по назначению.

— И что же… Александр просил мне передать? — спросила Вита. Назвать его отцом она почти брезговала.

— Он просил вас, Вита, вернуться в Эленайю, — Аэнгил благоразумно опустил отчество.

— После того, как самолично отослал нас оттуда? Зачем? — мгновенно отреагировала Вита.

— Он пожелал встретиться с вами для разговора.

— Всего-то? — Вита язвительно фыркнула. — В его распоряжении — магия, которая гораздо круче телефонной и любой другой технологической связи на расстоянии! Что помешало ему связаться со мной, минуя Гильдию?

— Король знал о вашей ситуации и предполагал ваше недовольство, — спокойно продолжал Аэнгил, — но дело даже не в сообщении вашего отца. Вам известно о Крадущих Свет?

— Да. Здесь они однажды побывали, но поняли, что нечего ловить, и не задержались ни одной лишней минуты.

— Они изобрели оружие, способное уничтожать магию, — очень тихо сказал Аэнгил, на мгновение оглянувшись на закрытое окно. — Именно с его помощью были убиты король и королева. Александр Бринк — маг-изобретатель, и он исчез несколько месяцев назад с некоторыми гильдейскими разработками.

Вита вдруг ощутила озноб.

— И вы подозреваете, что он связался с Крадущими Свет?

— Возможно, не по собственной воле. Но, согласитесь, — всё выглядит очень подозрительно в свете случившегося. Столько времени Александр не давал о себе знать никому, и вдруг прямиком в Гильдию приходит сообщение для вас, проживающей в другом мире. Сообщение с двойным дном — устная просьба и магически сокрытый текст. Естественно, у Гильдии не могли не возникнуть подозрения насчёт вас и Александра…

— И вы надеетесь через меня выйти на него? Напрасно. С того самого дня, как мы с мамой оказались здесь, он никак не интересовался нашей жизнью. Что абсолютно взаимно.

Аэнгил покачал головой.

— Позвольте усомниться. Вы нужны ему, и вам не совсем безразлична его судьба, иначе вы бы не носили его подарок.

Вита тут же спрятала правую руку за спину.

На указательном и среднем пальцах она носила свои единственные украшения — два кольца, одно серебряное, другое, чуть более массивное, — золотое, с маленькой печаткой; последний подарок отца. Однажды он упомянул, что они магические, но иной магии, кроме той, что с возрастом подстраивала кольца под размер пальцев, Вита не обнаружила.

Аэнгил же продолжал:

— Или же в сообщении кроется некий шифр, который доступен только вам. Меня обязали сопроводить вас в Эленайю. Сожалею, но если вы откажетесь последовать за мной добровольно, я буду вынужден применить силу.

Говорил Аэнгил всё так же тихо и почти умоляюще — ему явно не хотелось конфликтовать.

— Я арестована? — холодно спросила Вита.

— Разумеется, нет, — отозвался Аэнгил. — Поймите, если бы не особые обстоятельства, вас бы никто и не потревожил… — Он смешался, сознавая, что допустил бестактность. — Если у вас есть информация об Александре, которой вы готовы поделиться, или же альтернативные варианты по решению этой проблемы, я с радостью вас выслушаю.

К своему большому сожалению, Вита не видела никакой альтернативы.

И где-то глубоко в душе встрепенулась детская, давно похороненная надежда, — она всё-таки нужна отцу, он зовёт её.

Вита приоткрыла дверь — чуть-чуть, ровно на щёлочку — и сказала:

— Елизавета Дмитриевна, прошу оформить мне бессрочный отпуск за свой счёт. Я еду навестить дядю Глеба и, по всей видимости, затем… — она сглотнула, — … отправлюсь навестить отца.