Глава 4

Последние три часа Аэнгилу приходилось постоянно напоминать себе о том, что он находится в чужом, да ещё и пустосветном мире, а значит, нужно мириться с тем, что некоторые вещи могут показаться странными или откровенно дурацкими. Ко всему прочему, обычная для Эленайи одежда в Зе-Ро оказалась не совсем по погоде и привлекла ненужный интерес (и в ней жарковато, но переодеваться было уже как-то неловко).

Необычное ощущение — самому быть странностью для целого мира.

Аэнгилу оно не понравилось. Он хотел как можно скорее вернуться в Эленайю; даже воздух Зе-Ро казался ему сухим и пыльным. Здешнее Светило не грело, а жгло, и творить магию явственно стало труднее.

— … Зная, что объявились Крадущие Свет, Гильдия не сделала ничего, чтобы оградить Александра от опасности?

Глеб злился по понятным причинам. Однако его вопросы бессмысленно сотрясали воздух.

— На этот вопрос может ответить только сама Гильдия, — ровно сказал Аэнгил, хотя понимал, что из-за таких слов почти наверняка покажется Глебу увиливателем или даже трусом.

Ну и пусть. Он — представитель Гильдии, но отвечать за Гильдию не подряжался. Главное сейчас — не допустить, чтобы этот тип увязался за ними в Преломление и Эленайю; в отличие от слабовидящей Виты, Аэнгил, подойдя к Глебу почти вплотную, обратил внимание на форму его зрачков и сделал некоторые неприятные выводы.

— Я так понимаю, в Гильдии творится чёрт знает что, — Глеб в сердцах сплюнул за перила. — И от Храма никакого проку!

Аэнгил промолчал, не поддаваясь на провокацию. Он и так сказал более чем достаточно.

— Тише, дядя Глеб, — проговорила дочь Александра, потирая переносицу. — Всё предугадать не могут даже маги, ты сам мне говорил это много раз. Что толку стоять и спрашивать, если можно пойти и узнать ответы? — с этими словами девушка бросила в сторону Аэнгила быстрый взгляд. — Думаю, нам пора.

— Я иду с вами, — заявил Глеб и повернулся к двери.

— Нет! — вскрик вырвался у Аэнгила и девушки одновременно.

Аэнгил с удивлением глянул на неё; она вспыхнула и уставилась себе под ноги.

Глеб круто обернулся.

— Дядя Глеб, не нужно меня опекать, — твёрдо сказала девушка, подняв на него глаза. — Ты множество раз заявлял, что ноги твоей в Эленайе больше не будет, и отказывался говорить, почему. И, если ты уйдёшь в Эленайю, кто будет охранять Преломление в Зе-Ро от посторонних? Ма… Елизавете Дмитриевне некогда, в Доме Творчества много работы…

Похоже, это был непробиваемый аргумент — Глеб нахмурился сильнее, и морщины резко обозначились на его лице.

— Девочка моя… — начал он.

— Я уже взрослая, — перебила она. — Мне хочется взглянуть на места моего детства и наконец-то поговорить с отцом как взрослой. Согласись, я имею на это право.

Дочь Александра — Вита, её зовут Вита — вызывала у Аэнгила противоречивые чувства: зная её ситуацию, он понимал её состояние, но при этом счёл её несколько заносчивой и ершистой. Она была похожа на своего отца — тёмные волосы, ярко-голубые глаза, черты лица, чуть длинноватый и самую чуточку вздёрнутый нос; Аэнгил узнал её, едва завидев. С Елизаветой её объединяло лишь то, что они обе принадлежали к одному полу и носили очки (и фамилия, вспомнилось магу). Возможно, что-то материнское было в характере Виты, но пока что Аэнгил видел в ней молодую женскую копию своего бывшего наставника; каким-то образом, не воспитываясь отцом, девушка неосознанно переняла его черты.

Глеб ещё пытался спорить, однако быстро сдался. Вита его переупрямила — её успеху отчасти способствовало то, что тем, кто собирался попасть в Эленайю, действительно следовало торопиться к Преломлению: его место в Зе-Ро находилось в лесу, на маленькой полянке, и там в него попадало меньше света, чем могло бы. А без света дорога из пустосветного мира в магический закрыта…

Аэнгил в спор не вмешивался и просто ждал посреди двора, вскинув на плечо рюкзак Виты. Когда она, договорив и напоследок обнявшись с Глебом, попыталась забрать свой багаж, маг сделал вид, что не понимает намёка.

— До встречи, ребята, — сказал им Глеб, проводив их до ворот, и пристально посмотрел Аэнгилу в глаза. — Что-то подсказывает мне, что мы ещё увидимся — здесь, все трое.

Аэнгил догадывался, что подсказало Глебу будущую встречу (не до конца выжженный дар Видящего), но промолчал в ответ, только поклонился и торопливо зашагал по узкой тропинке.

Вита, расчувствовавшись, снова обняла Глеба и бросилась догонять Аэнгила.

До места Преломления они шли молча.

Над тропинкой поблёскивали нити паутины. Пахло лесом.

— Он ваш родственник? — рискнул спросить Аэнгил, когда идти осталось пару минут.

— Знаешь, давай уже перейдем на «ты», — устало предложила Вита. — Как ты сам сказал, у нас мало времени, а ещё и расшаркиваться…

— Хорошо, давай, — охотно согласился маг. — Глеб — твой родственник?

— Мамин троюродный дядя. А почему ты спрашиваешь?

Вопросов по этому поводу у Аэнгила возникло предостаточно, но он выбрал максимально нейтральный:

— Его магия. Я ни разу не видел магии такого цвета.

Вита удивлённо покосилась на мага и тут же запнулась о корень. Аэнгил поддержал её под локоть.

— Разве красный цвет — редкость?..

— Именно тёплые цвета, — пояснил Аэнгил. — Высвобожденная магическая энергия обыкновенно синяя, льдисто-зелёная или фиолетовая, также возможны их оттенки, немного реже встречается чисто-белая. А вот красный, жёлтый, оранжевый — редкость. В Гильдии, насколько мне известно, только у двоих магия жёлтая, у четверых — белая.

— А от чего это зависит? — полюбопытствовала Вита.

— Закономерность всё ещё вычисляется, — Аэнгил невольно улыбнулся. — Увы, особых результатов в данной области не было достигнуто. Пока что господствует гипотеза о том, что цвет магии обусловлен наследственностью. Также велись исследования на тему того, энергия какого цвета мощнее, но привести доказательства в пользу определённого цвета никому не удалось, — по всей видимости, это индивидуальная особенность… Вот мы и пришли! — объявил он, раздвигая густую поросль молоденьких сосёнок. Хвоя громко шуршала о кожу его плаща.

Вита пробиралась медленнее, с ворчанием и ойканьем, цепляясь рубашкой за колючие ветки.

— И вовремя, — добавил Аэнгил.

Светило Зе-Ро находилось в нужной точке, и место Преломления было ярко освещено. Воздух над полянкой рябил, мерцал и переливался, как будто кто-то вертикально подвесил пласт спокойной воды, пронизанный солнечными лучами. Посреди него сияло чёткое кольцо золотого света с мягко колыхающимися лепестками-ответвлениями — сейчас их было восемь.

Вита замерла, зачарованно глядя на этот диковинный цветок. Золотое сияние отбрасывало блики на её очки.

Аэнгил перекинул рюкзак на левое плечо и достал из кармана плаща книгу заклинаний.

— Держись за меня, — сказал он Вите, подставляя правый локоть. Девушка вздрогнула и поспешно за него ухватилась, словно испугалась, что маг пойдёт через Преломление без неё. — Шагай спокойно, но не сбавляй хода. Не оглядывайся, не разговаривай. Достигнем Эленайи, тогда и поговорим.

Вита кивнула. Аэнгил чувствовал, как она напряглась, дыхание у неё участилось.

Беззвучно шепча заклинание, он раскрыл книгу на нужной странице; едва свет коснулся бумаги, над разворотом вспыхнула зелёным кружевом магическая схема пути в Эленайю. Завитки энергии концентрировались и скользили вокруг путешественников, на самой границе зрения, обволакивая их призрачным ореолом.

— Готова? — спросил Аэнгил. Вита снова кивнула. — Идём.

И они одновременно шагнули, переступая границу мира — покидая Свет Зе-Ро.

«Цветок» шевельнулся и плавно сложил лепестки — будто огромная рука сжалась в кулак, схватив глупцов, дерзнувших войти в Преломление.

Оно не имело красок, но было ослепительно ярким. Не было водой, но хлынуло, захлёстывая мощным потоком.

Вита задержала дыхание, словно перед погружением, и Аэнгил едва не рассмеялся, вспомнив себя.

Ещё во время обучения в Гильдии он наслушался множество описаний Преломления: одни маги сравнивали его с колпаком раскалённого света, другие — со смерчем из солнечных лучей, третьи — с водопадом без воды, четвёртые — с хрустальным воздухом…

Аэнгил, впервые вступив в Преломление, решил, что очутился в прозрачном море без дна и берегов, а вокруг — сотни, тысячи солнц: рассветы, закаты и самый знойный зенит… И магическая энергия, которой пронизано было всё, — даже собственное тело становилось её частью: казалось, один неверный шаг — и плоть рассыплется на частицы. В том и таилась главная опасность Преломления: потерять самоё себя, захотеть раствориться в Свете и более никогда не обретать твёрдую почву под ногами.

Волевое усилие, — и Аэнгил двинулся вперёд, увлекая Виту за собой. Она послушно подстроилась под его поступь и так крепко вцепилась в его руку, что наверняка останутся синяки, подумалось ему. И откуда взялась такая силища в хрупкой девушке? Мельком глянув на неё, он убедился, что не от страха.

Путь от Зе-Ро до Эленайи составлял семь мужских шагов, но в Преломлении терялись ощущения времени и пространства, и это расстояние можно было пройти за секунду… или, если воля оказалась слабее магии, за год. К счастью, слабовольные в одиночку к Преломлению не приближались.

Ровная поверхность слегка пружинила под ногами и, подчиняясь заклинанию, стягивалась в подобие дорожки, что вела прямо в Эленайю. Энергия вокруг бушевала с тихим гулом; Аэнгил чувствовал вызванные ею колебания воздуха.

Четвёртый шаг. Пятый. Шестой…

Занеся ногу для последнего шага, Аэнгил ощутил, как поверхность расплывается, теряя плотность, и потерял равновесие. Заклинание-схема брызнуло искрами, книга сама собой захлопнулась в руке мага, и дорожка исчезла. Магия полыхнула такой яркостью, что глазам стало больно.

Аэнгил только и успел обхватить Виту, притягивая её к себе, как вдруг Преломление раздвинулось перед ними и вышвырнуло их с порядочной высоты на землю.

Густая прохладная трава немного смягчила падение. В нос ударил сильный запах земли.

— Ох!.. Это… так и должно быть? — выдавила Вита, кое-как принимая сидячее положение, и смахнула выступившие из-за света слёзы. Её очки не пострадали только чудом.

— Не должно, — отозвался Аэнгил, пытаясь отдышаться, тоже сел и огляделся.

Место, где они очутились, ему было не знакомо; смешанный лес, просторная поляна, неподалёку виднелся просвет — вероятно, водоём. На небе теснились облака — светлые, не дождевые.

Аэнгил вытянул руку перед собой. На кончиках пальцев вспыхнули зелёные огоньки.

— Мир магический, — пробормотал он.

Вита с ужасом уставилась на него.

— Ты хочешь сказать…

— Пока ничего, — поспешно заявил Аэнгил. С неё станется запаниковать — и она будет абсолютно права. — Магия при мне, и она действует, так что разберёмся. Надо только найти безопасное место и немного отдохнуть.