16. Месяц спустя

Анна нервно поправила блузку, как ей казалось, слишком сильно обтягивающую грудь, заправила выбившийся из строгой прически локон. Так. Вдох-выдох. Вдо-о-о-ох — вы-ы-ы-ыдох. Все. Она справится. Она сможет. Это не страшно.

Хотя, кого она обманывает?

Страшно. До безумия страшно.

Первый день практики, и сразу в офисе городского прокурора. Не шутка! Мало кто из первокурсников удостаивается подобного. Только отличники. Только те, в ком видят перспективных работников.

В ней, судя по всему, увидели. Ей дали шанс.

Теперь главное, не облажаться.

Анна еще раз сделала успокаивающую дыхательную гимнастику и, слегка покачиваясь на высоких каблуках, твердой походкой направилась ко входу в здание.

Вестибюль, лифт, четырнадцатый этаж.

Выдохнуть.

Вдохнуть.

Народу ехало немного, по пути еще подсаживались, выходили, лифт тащился медленно, останавливаясь на каждом этаже, ужасно раздражал.

Анна все свои силы тратила на то, чтоб успокоиться, и репетировала про себя приветствие.

Вот зайдет сейчас, и кто там будет, в офисе?

Секретарь?

Еще помощники прокурора?

А если она не понравится? Не то впечатление произведет? Она все-таки слишком несерьезно выглядит… Блондинка, с грудью, которую не удается никак спрятать за строгим бельем и не менее строгой блузой. И глаза эти голубые… Ричер, не к ситуации будь помянут, говорил, что у нее глаза — наивные, как у куколки. Смеялся над ее обидой на нежелание воспринимать себя серьезно, а потом показывал, насколько серьезно он ее воспринимает…

Так, к черту Ричера! Забыть!

Он — давно уже прошлое!

А сейчас у Анны будущее! И ей надо понравиться всем! И произвести правильное впечатление! Но…

А если…

За всеми волнениями она не заметила, как оказалась в лифте одна.

Зазвонил телефон и одновременно открылась дверь, пропуская еще кого-то.

Анна, отвернувшись к стене, взглянула на экран, покачала головой. Отвечать не хотелось, к тому же сигнал не очень ловил, но ответить было надо. Иначе Генри будет названивать постоянно, пока она не сдастся и не возьмет трубку.

— Да, Генри, привет!

— Ты где? Уже приехала? В офисе уже? — раздался взволнованный голос ее ухажера, динамик работал на полную мощность, слова отдавались легким эхом по кабинке.

— Еду как раз, в лифте… Генри, я же просила не звонить… — Анна не могла сдержать раздражение. Все-таки это было слишком. Надо решать с ним вопрос кардинально, ситуация ухудшается с каждым днем.

— Но я же волновался, зайчик… — Анна поморщилась. Зайчик. Какая пошлость.

— Просила же тебя…

— Все, все, отключаюсь, удачи тебе! Люблю тебя! — радостный громкий голос разносился по всему лифту. Почему она не уменьшила громкость динамика?

— Да, да… Целую, — ответила Анна слегка раздраженно и отключилась.

Пока она говорила, лифт еще два раза останавливался, кажется. Боже, она надеялась, что с ней не ехали ее будущие коллеги, а то неудобно как-то…

— Кто этот Генри? — внезапно раздался за спиной голос, который она менее всего ожидала услышать.

Анна подскочила на месте, опасно качнувшись на высоких каблуках, и медленно обернулась, уже зная, кого она увидит.

Вальяжно прислонившись к противоположной стене кабинки, на нее в упор смотрел Майк Ричер. Кроме них, в лифте никого не было.

Анна почувствовала, что сердце ее сейчас просто прорвет грудную клетку, так сильно оно забилось. От неожиданности и паники она не могла вымолвить ни слова и только пристально и испуганно смотрела на мужчину.

Майк не двигался, не улыбался, глядел молча, тяжело.

Она все еще помнила этот его взгляд.

Она все еще не могла ему противостоять.

— Ну? Че за Генри, я спрашиваю? — голос звучал как всегда хрипло, низко и недружелюбно.

Анна собралась с силами, чтоб достойно ответить, открыла рот, и тут мигнул свет, и лифт, резко дернувшись, остановился. Между десятым и одиннадцатым этажами.