Глава 10

Кира

— Да, — отвечаю хриплым голосом, с трудом приоткрывая глаза.

Кто такой умный по ночам звонит?

— Ты об этом пожалеешь, — раздаётся пьяный голос Ивлева.

— Матвейка, иди ты в баню, — зевнула, нашёл время для угроз.

— Ты крыса, Синицына, а знаешь, что с крысами делают?

— Ивлев, я знаю одно, тебе нужно полечиться, желательно в больничке полежать, пусть тебя прокапают, что ли. А то крыша у тебя совсем поехала, — зевнула. — Всё пока, не мешай нормальным людям по ночам спать.

Сбросила вызов, посмотрела на время и застонала.

Вот говнюк в три часа ночи разбудил.

Закрыла глаза, лежу, что-то неудобно лежу, на бок перевернулась, потом на другой, чёрт. Сон удрал, и даже не попрощался. Встала, попила водички и поняла, что окончательно проснулась. И первым, что я сделала, это набрала Максима. Не одной ведь куковать до утра.

Да, вот такое эгоистичное существо. Если он меня любит, как говорит, то должен принимать любой.

— Принцесса? — полувопрос-полустон.

— Пошли погуляем?

— Сейчас?

— Угу, — зажмуриваюсь, вот сейчас точно буду послана в далёкое путешествие.

— Сейчас соберусь и приду, — отвечает Макс и скидывает.

Смотрю на потухший телефон и не верю. Это ж что получается, можно и так? Интересно, а какие существуют рамки дозволенного? И существуют ли? Бли-и-ин. Он же меня провоцирует наглеть дальше.

Ох, идеальный мужчина!

Стою как дура, улыбаюсь, пока не доходит, что в одних труселях гулять идти как-то не очень. И здесь начинается паника. Что надеть! Шкаф нараспашку, и одежду в разные стороны. Вот меня колбасит. А все Устинов виноват, был бы кто-то другой, натянула джинсы и пошла.

Макс походу сильно не заморачивался и пришёл слишком быстро, в самый разгар примерки.

— Ты пойдёшь так? — кашлянул в кулак, рассматривая меня в трусах и коричневой толстовке.

— Да, а что не нравится? — начала вредничать.

— Мне очень нравится, но мне бы хотелось одному наслаждаться видом твоей аппетитной попки.

— Всё мы никуда не идём! — выдаю и ухожу в комнату.

— Что с тобой, Принцесса моя? — спрашивает Макс, сгребая в охапку объятий, садится на кровать.

ПМС! Как ещё можно определить, мои заскоки?

— Я не знаю, что надеть, чтобы тебе понравилось, — говорю честно, думаю, мужику это поможет не сойти с ума.

Макс улыбается, нежно убирая локон с лица за ухо. А вот это мило.

— А ещё меня разбудил звонок от Ивлева, — ну вот могла промолчать?

Улыбка на губах Устинова испарилась моментально.

— Что хотел? — брови сдвинул, челюсть сжал, мой мужчина в гневе.

— Угрожал, и крысой обзывал.

Язык, что ты делаешь? Ты же нас так всегда во всем сдавать будешь.

— Вот (пи-пи-пи)! — выдаёт и поражает до глубины души, вот это завернул, вот это круто.

— Какое точное описание Ивлева, — уважительно замечаю.

— Теперь нам действительно не помешает проветриться, иначе я его найду, — серьёзно говорит Макс.

И я, чёрт возьми, ему верю, глаза так и кричат о бешенстве.

— Вот чего ты напрягся? Обиделся мальчик, попсихует и успокоится, — делала вид, что поглаживаю плечи Макса в знак успокоение, а сама в это время без зазрения совести его мацаю.

Вот это плечи. Мур-р-р…

— У меня есть другое предложение, может, не погуляем, а покатаемся, и тебе тогда не придётся надевать джинсы, — Макс большим пальцем руки зацепил резинку трусиков и оттянул их.

— Максик, может, поцелуемся? — заёрзала на его коленях.

Блин, я отказываюсь понимать логику своих действий. Меня вот из крайности в крайность. Может и правда скоро красный жигуль подкатит.

— Плохая идея, малыш, — хрипло сказал Макс.

А я о чём? Думаешь, мне нравится выпрашивать поцелуй?

— Ты прав, поехали, покатаемся, но джинсы я, пожалуй, надену, — краснею и соскакиваю с колен.

— Испугалась, малышка? — спрашивает Макс, когда мы уже выходим из квартиры и спускаемся по лестнице за руки.

И это мы не встречаемся, конечно, так я и поверила.

— Не очень, — нахмурилась, реакция внутри неоднозначная, то ли я действительно струсила, то ли общество Устинова меня сильно волнует.

— Не переживай, он ничего тебе не сделает, — мужчина вновь заводится и чересчур сильно сжимает мою хрупкую ладонь.

— Ай! — вырываю ладошку и обижено соплю.

— Прости, Принцесса, — ладонь зацелована, а я, уж так и быть, прощаю.

Садимся в машину и первым делом, я скидываю кеды и забираюсь с ногами на сиденье, косясь на Максика.

Дело в том, что он не любит такое поведение в своей машине, раньше по крайне мере, рычал. А вот сейчас мне достался только непонятный взгляд и всё, он завёл машину. А я развалилась по-царски и очень нехорошо улыбнулась. Какой простор фантазии. Гуляй, не хочу.

— Музыку? — спросил Макс, погладив меня по ноге, мурлыкать захотелось, как это приятно.

— Нет, давай лучше зададим друг другу двадцать самых откровенных вопросов.

— Насколько откровенных?

— Думаю не нужно себя сдерживать в откровенности, — улыбнулась, скосив взгляд на ответную улыбку.

— Кто начинает?

— Конечно я.

— Кто бы сомневался, — Макс зевнул, и мне на секундочку стало совестно, бедный, намучается ведь со мной, может отпустить и спасти мужика от такой судьбы тяжёлой?

Ага, отпустить, чтобы он достался другой, фигушки там! Мой мужик, что хочу, то и делаю!

Дала пинок совести и задала первый вопрос.

— Письмо от тебя? — затаила дыхание.

— Кхм, сразу так, да?

В машине наступила тишина, Макс мужественно крутил баранку, а я все больше убеждалась, что письмецо настрочил он.

— Моё.

— Да ты романтик, — усмехнулась и прикусила себе язык.

Романтики натуры ранимые, возьму сейчас и обижу, и так в прошлый раз слегка наговорила лишнего.

— Сам не знал, что настолько романтичен, — нервно хохотнул.

— Ты прости, что…

— Забей, Принцесса. Моя очередь.

Напряглась.

— Что ты ко мне чувствуешь?

Хотела откровенно, получай!

— Я влюблена, давно, — закусила губу, посмотрев на Максика.

— Давно? — спросил слегка севшим голосом.

Понимаю, у самой в горле комок чувств.

— Может быть год, очень сложно анализировать, я это только недавно осознала.

— Черт, так много времени, — эмоционально сказал Макс.

— Моя очередь, — хлопаю в ладоши.

Что толку сейчас об этом говорить.

— Сколько у тебя было девушек?

— Не так много, как ты думаешь.

— Мужчина, не юли!

— Какая разница сколько, если с появлением тебя в моей жизни, они исчезли из памяти? — какой хитрец, льёт в уши и не краснеет, а я и рада.

— Хорошо, засчитываю, как ответ, — расплываюсь в довольной улыбке.

Боже мой, Кира, ты не желе, чтобы растекаться по сиденью!

— Ты себя ласкаешь?

— В смысле? — покраснела от предположения.

— Кир, ты ведь поняла.

— Максик, когда я говорила откровенные вопросы, я не на такие откровенные намекала!

— Отвечай.

— Не буду, это слишком личное.

— Кира, тебе через месяц двадцать, мне интересно, на каком этапе созревания ты находишься, — мягко объяснил.

— И зачем тебе такая информация?

— Ты сейчас нарвёшься на ответ, и будешь сидеть всю дорогу красная, — усмехнулся.

— Возможно, и ласкаю, такой ответ подойдёт?

Вай, как щеки полыхают.

— Когда у тебя был последний раз секс? — вот, пускай теперь отвечает!

— Не помню.

— Макс!

— Я реально не помню, это было два года назад.

— Да ладно? И как ты с этим живёшь?

— Нормально, ладони, как видишь, почти без мозолей, — усмехнулся, и я вновь покраснела.

— Свидание твоей мечты? — не стал Максик долго наслаждаться моим смущением.

— Не знаю, как-то не мечтала об этом. Единственное, хочу как можно больше цветов.

— Каких?

— Разных, я всеядная.

— Любимые всё же есть?

— Макс, моя очередь.

— Хорошо.

— Твой любимый цвет? — а то мне стыдно, он знает, а я нет.

— Серый, — улыбнулся.

— Странное совпадение, мои глаза тоже серого цвета.

— Может и не совпадение.

— Твоя очередь.

— Ты ревнивая?

— Как и ты, до ужаса.

— Подловила.

— Моя очередь.

— Подожди, я на минутку, — Макс притормозил возле цветочного.

Через пару минут вышел с большим букетом красных роз.

— Это тебе.

— Какая красота, — с восхищением смотрела на розы.

— Положить на заднее сиденье?

— Ты что? Я его теперь из рук не выпущу, — прикрыла глаза и понюхала.

Не очень пахнет, но все равно приятно.

— Поцелуй в щеку заслужил?

— А можно?

— Нужно, — улыбнулся.

Пришлось убрать цветочки на заднее сиденье, мешали для задуманного манёвра. После чего, перебралась к Максу на колени, попутно своей попкой нажав на руль несколько раз. Надо худеть!

— Кира, — судорожно втянул воздух, сжав мои бедра.

— Так удобней, — чуть-чуть поёрзала, и мужчина рыкнул.

Улыбнувшись, наклонилась, делая вид, что хочу поцеловать в щеку, сама, в конце концов, чувственно поцеловала в уголок губ и замерла, встречая горящий взгляд Устинова.

Не знаю, сколько мы так просидели, прижавшись лбами, и ласкали друг друга жарким дыханием.

— Нужно возвращаться домой, — хрипло произнёс Макс, лаская шею лёгким касанием пальцев.

— Не хочу никуда.

— И я, но тебе завтра в универ, и у меня куча дел.

— Ты переночуешь у меня?

— Слишком заманчивое предложение.

— Просто переночуешь, — поправила, мало ли не так понял.

— Не думаю, что смогу сдержаться, — поцеловал мою шею, тем самым вырвав у меня судорожный вздох.

— А если постараешься? — спросила, запуская свои руки под его футболку, царапая кубики пресса.

— Девочка моя, слезь с меня, — голос такой низкий, что аж мурашки по коже.

— Ну, хорошо, — с неохотой вернулась на своё место, Макс ещё пару минут сидел неподвижно, прежде чем завести машину и направиться домой.

— Мы так и не задали по двадцать вопросов, — сказала, когда стояли в обнимку, на лестничной площадке.

— У нас есть время их задать, — Макс поцеловал в лоб.

— Хочу ещё раз так.

— Если хочешь, то обязательно повторим, а теперь иди спать, Принцесса.

Макс вернул поцелуй в уголок губ. Черт, когда же мы нормально поцелуемся!

— Спокойной ночи, Макс, — шепчу.

— Спокойно, любимая, — произносит Макс, и сердце сладко сжимается.