Глава 11

Варвара Кажется, я начинала подпадать под обаяние Дамира-ботаника. Разумеется, профессорского обаяния, как мужчина он мне вот вообще не нравился, даже если этого одеть в одежду другого. Или его же переодеть… Мне в тот день было так хорошо, что я решила больше не думать о нем ни в каком контексте и просто ехала домой окрыленная. Мне так это нравилось – расследования, поиски, разгадки. Даже искать кабачки, представляя себя мисс Марпл, не меньше, мне тоже понравилось, и это добавило много плюсиков в карму Дамира-ботаника. Когда автобус остановился на моей остановке, я раздумывала: пойти ли заниматься к дяде Боре, позвонить Серафиме или просто лечь спать. Чаша весов качнулась в сторону дяди Бори, уж очень интересно мне с ним было! Решено: возьму Каса и пойду заниматься. На полпути у меня зазвонил телефон. Я достала трубку из кармана и улыбнулась. Мне по видеосвязи звонила моя любимая бабуля Марта Марковна. Наши с Лешей родители работали геологами и много времени проводили в командировках, а нас с братом воспитывала бабуля, которая два года назад перебралась из города в деревню, завела там огромное хозяйство и каждое лето звала нас в гости пить парное молоко из-под ее любимой дрессированной Буренки. – Привет, бабуль, – пропела я, отвечая на звонок. Бабушка смотрела на меня совершенно чистым, сканирующим взглядом, затянулась папиросой и, выделяя каждое слово, отчеканила: – Как дела? – Ты снова куришь, – попеняла я. – И что? Могу себе позволить, я совершеннолетняя, – с ироничной ухмылкой ответила она. – Ты почему пропала? Не звонишь. – Учебы много, по дому дел полно, я же с Лешей сейчас живу, пока родители ремонт делают. – Твой брат там с бывшей не сошелся? – с нотками раздражения уточнила ба. Бывшую жену Алексея мы с ней недолюбливали. – Нет, ба, он влюбился, – сдала я. – В кого? В очередную профурсетку? – фыркнула бабуля. – Нет, она хорошая, мы подружились. Зовут Серафима, у нее рыжие волосы и она по уши влюблена в Лешку. А он в нее. – Неужели? – выдыхая вонючий дым, изумилась ба. Мне казалось, что я на расстоянии этот запах чувствовала. – Да! А еще Серафима помогла мне найти репетитора. Вообще-то, он бомж и живет в нашем парке, но такой умный – ты себе не представляешь!.. Я сейчас Каса возьму и пойду к нему на занятия. Бабуля приподняла одну бровь, затем вторую, глубокомысленно затянулась папиросой и резюмировала: – Нормально. – Я к тебе на эти выходные в гости приеду, ладно? – широко улыбнулась я. – А ты бросай курить. – И помереть здоровой? Не дождетесь! – отрезала бабуля. – Жду в выходные. – Пока, бабуль, – я послала ей воздушный поцелуй и завершила вызов. Ба всегда была такой: грубоватой, жесткой, никогда не стеснялась в выражениях и могла переспорить даже сантехника с глубокого перепоя. Я лично наблюдала эпичный момент, когда сантехник пытался собрать глаза в кучу и быстренько запомнить все выражения, которыми наградила его бабуля за неправильную починку трубы. Нас с Лешей она не баловала. На любой вопрос, нравится ли бабуле мое новое платье, банты или сапожки, она презрительно отвечала «фигня», что в переводе с ее личного языка означало «отличная вещь». Но мы с братом и родителями всегда знали, что наша бабушка – гранитная, несгибаемая скала и к ней всегда можно прийти за помощью и за советом. Не факт, конечно, что совет не окажется матерным, а нам не насуют в панамку, потому что «головой надо думать, а не другим местом». Но она помогала всегда. И всегда была рядом. Улыбаясь, я дошла до дома, взяла Каскадера и отправилась заниматься со своим новым бомжеватым другом. Дядя Боря так обрадовался моему приходу, словно мы были знакомы уже лет двадцать и вместе когда-то прятали тело от правосудия, не меньше. Мы заняли одну из свободных беседок, и я приготовилась слушать, иногда отвлекаясь на Каскадера, которому слушать было неинтересно, и он так и норовил куда-то сбежать и что-то украсть. Я нашла для пса огромное бревно, долго пыталась его отжать, чтобы доберман сильнее прочувствовал вкус победы, и расслабилась, когда пес увлеченно начал его грызть и перестал коситься на дворника с метлой. Точнее, на саму метлу. И на листья, которые разлетались по сторонам и которые так весело ловить в воздухе. Домой я возвращалась уже на закате, вдохновленная и наполненная новыми знаниями. А во дворе Каскадер напрягся и встал в охранную стойку, когда заметил, что из окна первого этажа вылетают чьи-то вещи. Я присмотрелась и поняла чьи. Невысокий лысый мужичок бегал по кругу и пытался поймать их на подлете, игнорируя нелестные высказывания, которые летели в комплекте с вещами из окна. – Фу, Кас! – Я чуть потянула поводок на себя, боясь, что Кас побежит помогать мужику ловить рубашки. Были у нашего добермана вороватые наклонности! На шоу стали собираться соседи, вставая чуть в стороне, чтобы не поймать случайно что-то себе на макушку. – Так мне эта суета нравится, – услышала я вкрадчивый голос над ухом. Подпрыгнула, схватилась за сердце и резко обернулась, встречаясь взглядом с насмешливыми глазами соседа. Того Дамира, который блудник. – Привет, ушастый, – подмигнул он обалдевшему Касу. – Как дела? – Р-р-р, – Каскадер вспомнил, что он не только вороватый, но еще и немного охранник. – Ой, у меня сердце от страха щиплет, – сделал вид, что испугался Дамир. – Хабиби, скажи собаке, что я невкусный. – Хаби… кто? – не поняла я. – Джаным, не вредничай. Укусит – я потом совсем мертвый буду, да? Болеть буду, хромать буду. – Какой я тебе джаным? – окончательно окосела я. – Варя-джан, персик моей души, успокой собаку и расскажи, что за суета творится, – улыбнулся он. – Ты нерусский, что ли? – сузила я глаза. – Русский, мамой клянусь, – приложил он ладонь к груди и спрятал улыбку. А я подозрительно косилась на него и мысленно играла в игру «найди десять отличий от препода». – Кас, фу! – дала я команду. – Укусишь брата Самира Муратовича, и все, не видать нам зачета, как тебе – твоих ушей. Обидится за порчу второй половины, и все, пиши пропало! – Ты откуда Самика знаешь? – нахмурился Дамир. – Он сегодня на паре по криминалистике рассказывал нам, как прятать крупногабаритные трупы, – очаровательно улыбнулась я и со значением посмотрела на Дамира. – Ты на юриста учишься? На каком курсе? – с живым любопытством спросил Дамир. – На первом. – Так ты еще мелкая. Понял, когда на свидание поедем, куплю детское кресло! – Кто тебе сказал, что я пойду с тобой на свидание? – приподняла я бровь. – Хабиби, – снисходительно начал он. – Прекрати обзываться! – потребовала я. – Учи арабский, джан, – подмигнул он. – Так что у нас тут за суета? Кто, кого, кому куда напихал? О, смотри, утюг летит! Утюг действительно летел под задорное «Кобель!» Я проследила взглядом за полетом и попыталась придумать способ снова заглянуть ему в паспорт, чтобы выяснить фамилию этого самоуверенного парнокопытного кентавра! Не спрашивать же в лоб… Хотя… Нет, пока не буду! Может, собрать женсовет из моих новых подруг и устроить мозговой штурм? Играть в игры с Дамиром-преподом было чревато, а вот с соседом почему-то было не страшно. Даже азарт нездоровый в груди зажегся. В конце концов, он начал первый! – Жаль, что мимо! – мстительно прошипела я, думая о макушке Дамира в тот момент. – Это ж уголовка, – охнул сосед. – А вот почему измену до сих пор не приравняли к уголовно наказуемому деянию? Значит, изменять можно, а по морде чайником за такое – сразу хулиганка! Несправедливо! – Мир вообще несправедлив, но у тебя есть шанс все изменить, – миролюбиво подмигнул он мне. – Ты домой? – Да, пойду прятать Геннадия, – улыбнулась я. – Кто такой Геннадий? – округлил глаза Дамир, на что я загадочно улыбнулась. – Он хоть живой? – продолжал интересоваться сосед, но ответом ему снова была лишь улыбка. – Кас, пойдем, – мягко позвала я пса, оставляя соседа на улице теряться в догадках.