Глава 47

Так врал или нет?

Ночь тяжелая какая-то. В темноте палаты едва слышно гудит аппарат, пикнувший пару раз, как будто проверяя, жива ли я. Тишина течёт волнами, обволакивает, заставляет звуки становиться громче, чем они есть. Шаги где-то далеко в коридоре эхом возвращаются сюда, дребезжат о стекло умывальника. Одеяло слишком тонкое, а простыня будто шершавее обычного, каждый её изгиб ощущается на коже, режет.

Переворачиваюсь. Потом ещё раз. Все не могу найти удобное положение. Взгляд скользит по потолку - нет там ничего, но разглядеть хочется.

Почему Рокотов сказал это всё? Его слова, как трещина на зеркале, не исчезают. Что, если он врёт? Легче бы стало, если бы это была ложь? Или хуже?

Пальцы впиваются в край одеяла. Мелкая дрожь пробегает по телу - не от холода. Просто что-то сидит внутри, не даёт успокоиться.

Куда он уехал? Уехал ли вообще? Может, он уже летит к ней и меня обманывает?

- Ты и наш малыш, - шепчу, чтобы ещё раз это услышать.

Что, если это правда? Что, если оставил свою невесту ради меня? Хочется верить в это, но гулкий стук сердца не даёт расслабиться. Оно колотится, как будто подсказывает - не верь.

Это же Рокотов. У него же все на деньгах завязано. Он вообще не про какие-то отношения. Опять хотел воспользоваться, но пожалел…

Шторы не закрыты до конца, полоска света от фонаря падает на стену, колышется, будто пытается сказать что-то. Мягкий свет рисует его лицо в голове, его глаза, голос. "Ты и наш малыш." Слишком легко звучит. Слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Переворачиваюсь на другой бок и подминаю под щеку подушку, как если бы это был Тимур. Как бы не ненавидела его, а все равно скучаю.

Если он врёт, он снова ломает меня. Если не врёт, ломает себя. А я где? Между этими осколками, что ли?

Он звонил, такси вызвал. А если правда все, что сказал? Там свадьба, контракты. Я, конечно, ничего в этом не понимаю, только догадываться могу. Но явно по голове его не погладят.

Беру телефон и набираю его номер.

Не знаю, что скажу, когда ответит.… Зачем вообще звоню.

Но абонент вне зоны действия…

Кое-как дожидаюсь утра. Рокотов же сказал, что у него есть время до утра все решить. Решил - не решил?

Да какая вообще мне разница.

Это его образ - появляться и пропадать. Я не такая. Пусть с невестами своими играет в прятки. Я и сама справлюсь. Не знаю как, но справлюсь. Видите ли про ребёнка узнал и сразу нужна стала. Хотя детей не хотел.

Вообще ничего не стыкуется и я вижу одно сплошное противоречие.

Завтрак, процедуры, уколы, ЭКГ. Мой день начинается, как будто мне не двадцать, а уже пятьдесят.

Я все кручу в руках телефон. Жду, что Рокотов позвонит или напишет. Скорее всего и не отвечу, но мне надо, чтобы позвонил, чтобы я знала, что хотя бы подумал.

Но телефон молчит, зато вместо этого ближе к обеду приходит отец. Не просто входит. Врывается так, что дверь врезается в стену, как удар молнии, взрывая тишину палаты.

Потом также с грохот закрывает ее.

- Ты вообще в своём уме? - повышает голос и идёт к окну. - Ты! - заносит руки и сжимает пальцы в кулак.

Сжимаюсь и натягиваю на себя одеяло. Прижимаюсь к спинке кровати, чувствуя, как тело холодеет от его тона.

И что случилось, не понимаю? С Тимуром, что ли, что-то?

- О чём ты? - мой голос звучит тише, чем хотелось бы.

- О чём я? О том, что ты пришла и попросила помочь! Я много хотел взамен? - машу головой. - Всего лишь вести себя так, чтобы меня не компрометировать! Что сделала ты?

По венам бежит холодок от предчувствия.

- Я тебя не понимаю, - надо все отрицать. Мало ли, кто там что наговорил.

- Не понимаешь? Сейчас поймешь, дрянь! - Достает телефон и кидает мне на постель. Там видео, где мы с Тимуром в той аудитории. Его рука на мне, слишком близко, чтобы понять все неправильно. - Теперь понятно?

- Ты, ради грёбаных оценок связалась с женатым мужиком. С преподавателем! Я тебя предупреждал, Мия. Предупреждал! А ты? Крутишь жопой перед кем ни попадя, лишь бы что-то получить. Узнала, что богатый мужик и решила устроится удобно?

- Это не так! - вырывается у меня, голос поднимается, но звучит сломлено. - Это он, он первый начал…

- Он? А у тебя своего мнения нет? Он - мужик, - обрывает меня отец. - Ни один мужик не дернется на бабу, если она не даст повод. А ты? Ты что? Святая невинность? Не видела, куда всё идёт? Не могла сказать «нет»? Ты думала, это всё так просто закончится?

Тело дрожит, слова застревают в горле. Его гнев - это буря, в которую я попала, и нет ни укрытия, ни выхода.

- Ты думаешь, я не знаю, как это работает? Сама побежала к нему, сама вертелась перед ним, пока он не повелся. Всё ты знала. Всё. А теперь что? - его голос становится тише, но от этого ещё страшнее. - Думаешь, он бросит свою невесту ради тебя? Он что, дурак? У него там всё готово: свадьба, деньги, проекты. Или ты содержанкой собралась быть? Вот это воспитала мне твоя мамаша свою дочку.

- Она не мамаша!

Моя грудь сжимается, воздух становится вязким, его слова словно отравляют кровь.

- Ты меня подвела. Опозорила. Скомпрометировала. Ты думала, я буду тебя тут содержать после этого? Ошибаешься. Больницу я больше не оплачиваю. Можешь катиться, куда хочешь. И к Рокотову не лезь! Поняла? Ишь, пиявка. Присмотрела его, когда у нас был, да? Жопой покрутила, глазки построила и все… Естественно он повелся. А ты и рада ноги раздвинуть и деньги из него тянуть.

- Я ему расскажу все про тебя. Глаза-то открою.

- Я люблю его.

- Любит она… Если я узнаю, что ты к нему пошла, или что подставишь его или меня, отчислю из универа.

- Можешь уже отчислять! - вскакиваю с кровати и начинаю собирать свои вещи.