Глава 17

– Привет, Арсен! Что тебе надо? – говорю холодно, чувствуя, как в районе виска вспыхивает предательская боль. Только бы не мигрень! – Да вот приехал на тебя посмотреть! – ехидно изрекает бывший, обрисовывая контуры моей фигуры. – Хороша, нечего сказать. – Посмотрел? Всего доброго! Замираю у калитки с ключами, которые наконец-то нашла в сумке. Бывший делает шаг ко мне, будто дожидаясь, когда открою дверь, чтобы зайти следом. – Я не жду сегодня гостей! – поясняю зло, чувствуя, как усиливается боль. Ещё пять-десять минут и меня скрутит жёстким приступом. Надо успеть избавиться от бывшего, принять таблетку, занавесить окна и упасть в постель до того, как прижмёт. Раньше мигрень считали болезнью аристократов и гордились ей. А мне вот в такие моменты хочется просто сдохнуть. Но при бывшем муже я точно не позволю себе показать слабости. – А что такое? Натрахалась так, что нет сил пообщаться с отцом своего ребёнка? Кстати, я хочу увидеться с дочерью! В словах Захарова столько злобы и желчи, что у самой во рту становится горько. – К чему сейчас эти сцены? Право заявлять какие-либо претензии по поводу моего морального облика и интимной жизни ты утратил в момент развода. Хотя нет, ещё раньше, – когда начал спать со своей молоденькой помощницей. А с Катей  увидишься, лишь если она сама этого захочет. Даже не представляешь, сколько мне пришлось ходить с ней по психологам, чтобы хоть как-то залечить ту рану, что ты ей нанёс своим предательством. Всё, больше нам говорить не о чем! До встречи в суде. – Я засажу твоего любовничка в тюрьму, где он и сгниёт! – шипит Арсен, склоняясь ко мне и обдавая запахом мятной жвачки, сквозь которую проступает перегар. Надо же, раньше Захаров не злоупотреблял алкоголем. – Обломаешься! – завожусь я. – У вас ничего нет, кроме признаний его жёнушки, которые тоже лишь косвенные улики. А вот у меня есть кое-что интересное. Я тут же прикусываю язык, но слово не воробей… Бывший муж тут же становится в охотничью стойку. – Что ты раскопала? Подходит вплотную, вжимая меня в дверь и заглядывая в глаза. Мне решительно не хватает воздуха, рядом с ним я банально задыхаюсь, а кожа покрывается липким потом. – Я тебе скажу… – заявляю максимально невинно и искренне, поднимая взгляд на бывшего и надеясь, что он не замечает моей бледности и испарины. – Но ты дашь мне пообщаться за это с Евгенией Осиповной. Захаров шарахается от меня, и дышать сразу становится проще. – Конечно, она придёт на встречу, а там её будет поджидать твой любовничек? Ну уж нет, я не дам Женю в обиду. Будто мало он ей нервов потрепал. Он же гнусный садист и абьюзер. Ты ещё не заметила? Ничего, скоро узнаешь. Вспомнишь мои слова, когда Дьявол посадит тебя на цепь и будет устраивать с твоим телом такие непотребства, которых в БДСМ роликах не увидишь. Арсен  направляется к машине, но вдруг разворачивается и обжигает меня ненавидящим взглядом. – Увидимся в суде, Правдина! Скоро твой ненаглядный трахарь сядет пожизненно, а ты вылетишь из адвокатуры, как пробка от шампанского! А ещё я отберу у тебя дочь! – Зубы сломаешь, милый! – реву разъярённой львицей. – Я уже не та клуша, которой была.  Смотри, как бы первого с работы не попёрли! А явишься ещё раз и начнёшь угрожать или решишь подойти к дочери без моего согласия, я тебе зубами горло перегрызу. – Надо же… – присвистывает бывший. – Кажется, кто-то и впрямь изменился, даже голосок прорезался. Его машина  срывается с места, обдав меня пылью, а я, гордо задрав подбородок и расправив плечи, вхожу на участок и захлопываю за собой дверь. Теперь, когда меня никто не видит, приваливаюсь спиной к разогретым воротам и сползаю по ним на землю, чувствуя, что силы оставили меня. Почему нельзя дать мне хоть немного спокойствия? Неужели я не заслужила на него права? Руки дрожат, перед глазами всё плывёт, а в висок вкручивается раскалённая спица. Откуда у Арсена информация о том, что Золотов садист и маньяк? Из рассказов Евгении? Где правда, а где ложь? Я ведь действительно не знаю Сергея. Возможно, весь его чинный облик, невероятная нежность и удивительное тепло – лишь красивая блестящая маска, на которую я наивно повелась, а за ней на самом деле скрывается настоящее чудовище. Из последних сил доползаю до дома, перемещаясь действительно на руках и коленях, так как вставать сейчас слишком опасно, – не хотелось бы нелепо проломить себе голову на крыльце – и падаю на диван. Эта неопределённость и сомнения сожрут меня изнутри! Так нельзя… Набираю номер телефона Золотова, которым ему можно пользоваться для общения с адвокатом, и терпеливо жду, отсчитывая гудки. – Привет! Я уже соскучился! Глупо, да? – звучит его ласковый баюкающий голос. – Ты добралась? Всё нормально? Меня будто накрывает тёплым невесомым одеялом. – Да, всё хорошо… – произношу слабо. – Просто захотела тебя услышать. – Кстати, звонил Руслан, обещал к вечеру приехать. Вроде есть у него какие-то новости. А ещё я подумал, вдруг это имеет значение… Короче, последние несколько месяцев Женя стала частенько ездить в столицу на пару-тройку дней. Я понял, что у неё там любовник и даже обрадовался, ведь так проще сохранять видимость идеальной семьи, если у неё мужик в другом городе. Может, в эту сторону есть смысл копнуть… Сквозь головную боль начинает проявляться какая-то мысль, нечто весьма очевидное, лежащее на поверхности, но тут приступ скручивает меня так, что тихо вою сквозь зубы, отодвинув трубку подальше.