Глава 32

Дьявол – Алина! – кричу, бросаясь к любимой. Аля лежит на полу такая бледная и не дышит. Глажу прохладный лоб, трясу её за плечи, но всё бесполезно! – Что с ней?! – рычу, глядя на Женьку, застывшую у окна. Она молчит и лишь мелко вздрагивает, не отводя взгляда от неподвижной Алины. Я никогда не поднимал руку на женщину, но сейчас отвешиваю жене оплеуху, стараясь привести её в себя. – Что с Алиной?! – повторяю, встряхивая Женю. – Ты её так любишь… – произносит она оторопело. – Это видно по твоим глазам. Я бы тоже хотела, чтобы ты смотрел на меня так. За такое я согласилась бы умереть. Но умрёт твоя ненаглядная. Яд уже начал действовать. Сейчас мне хочется своими руками придушить Женю. Смотрю на неё так, словно взглядом пытаюсь испепелить, но ей всё равно… Кажется, что она выпала из реальности: глаза пустые и абсолютно безумные. Она медленно садится на пол, обнимает колени руками и начинает  раскачиваться из стороны в сторону. В комнату влетает Рус. – Рзоев мёртв! Из наших ранен Стас. Менты уже мчатся. Что с ними? – спрашивает безопасник, кивая на Алю и Женьку. – Скорую срочно! – коротко бросаю я, опускаясь на колени рядом с любимой. Внутри меня такая боль, которой никогда не испытывал, даже не знал, что подобное бывает. Хочется выть. – Не вздумай умирать, слышишь меня! Ты мне нужна, без тебя мне никак! Я тебе не дам бросить меня! – шепчу я и начинаю делать искусственное дыхание. – Держись, милая, скорая сейчас приедет! Сирены орут оглушающе, слышатся мужские командные голоса, крики. Но я не обращаю внимания, продолжая методично вдувать воздух в Алю и делать массаж сердца. – Всем лежать! Мордой в пол! – раздаётся приказ ворвавшегося в комнату сотрудника полиции. – Решил сбежать из-под ареста, Золотов! Сейчас поедем в СИЗО! А ну, отойди от женщины. – Дебил! – рычу, на секунду отрываясь от своего занятия. – Она умирает, вызовите уже врача. Скорее! Мужик ошарашенно хлопает глазами, топчется на месте, чешет голову. – Погнали в больницу, так быстрее будет! Позвоните в приёмный покой, скажите, чтобы к нашему приезду всё готовили! – приказывает он своим подчинённым. «Только бы Аля осталась жива! Я больше её никуда не отпущу! Мне нужна эта женщина, без неё мне не жить!» – думаю я, пока несу на руках свою любимую в газель. Сотрудник заводит машину, врубает сирену и вжимает педаль газа на полную. Мчимся так, что на ухабах подлетаю вверх, бьюсь пару раз головой, но не перестаю делать искусственное дыхание и массаж сердца. Эти простые действия хоть немного отвлекают от ужаса, который плещется внутри. Наконец, машина останавливается, распахиваю дверцу, около которой уже врачи и пара санитаров, держащих носилки. – В сторону! – кидает мне один из них. Алю аккуратно вытаскивают и несут в здание, бегу за людьми в белых халатах, но меня хватает за плечо полицейский. – Я же сказал, что ты поедешь в СИЗО, Золотов! – говорит он безапелляционно. – Не оказывай сопротивления, не увеличивай свой срок.