5 (4)

Я чувствую его губы, и то, как его тело в ещё не досохшей одежде прижимается ко мне. Его рука скользит по спине и ниже.

Резко отталкиваю его от себя

- Ты охренел?

- Тебе же нравится.

- Мне не нравится.

- А твоё тело говорит другое.

- Когда не было секса почти год, оно и не то скажет.

- Год?

Он явно в шоке.

- Год-год, проваливай

- Не, теперь я точно не уйду, пока не выслушают эту занимательную историю.

- Слушай, когда ты молчал и сидел с недовольным лицом сегодня в обед, то больше мне импонировал.

- Как грубо Эльвира.

- Эля.

- ?

- Не люблю своё полное имя.

- Эля.

- Иди уже

Но он даже не думает. Просто отодвигает меня в сторону и возвращается на кухню

Уже хочу идти следом, как в дверь звонят. Интересно кто? Смотрю в глазок, и поджимаю пальчики на ногах. Андрей. Ну этого то, как сюда занесло?

Что моему бывшему мужу могло понадобиться от меня в час ночи?

Да, мне всего девятнадцать, но у меня за плечами есть и муж, и даже развод.

Мы дружили с ним с детства. Все говорили, что когда вырастем, то обязательно поженимся. Так и случилось. Мы выросли, и как только мне исполнилось восемнадцать, Андрей пришел к моему отцу проситьруки. Красивый, в темно-синем пиджаке и бабочке. Я тогда стояла у слегка приоткрытой двери и подслушивала их разговор. Папа, конечно, был в шоке, но он знал Андрюшу, как и его родителей. Да и я со своей детской непосредственностью и наивностью, проплакала все глаза, умоляя дать свое согласие.

Наверное, это решение далось папе нелегко, но он все же пошел нам на встречу, согласился, но с одним условием, жить мы будем у нас. Сейчас я понимаю, что лучше бы он этого не делал. Но он так сильно меня любит, мой отец, что просто не смог отказать. Не отважился поранить мое сердце. Но лучше бы это сделал он. Лучше бы он…

В тот момент, я активно готовилась к поступлению в МГУ, а Андрей учился в техникуме, попутно подрабатывая в автосервисе своего отца. Мы готовились к свадьбе полжизни, будучи подростками, а когда выросли, все получилось иначе. Совсем иначе.

Я помню, как подружки в очередной раз говорили мне : «Ты что? Как ты не хочешь свадьбу? Платье, гостей, ресторан...??? Все об этом мечтают!»

Я сжимала кулаки и говорила: «Не все!».

Я уверена, что не все. Знаю что кому- то это не нужно, и не имеет значения. У них другая позиция. И они имеют на неё право.

Не все...но не я. Я хочу. Очень. Правда...

Но Андрей не имел на это средств, а просить у своих или моих родителей отказывался на отрез. И мне тоже запрещал.

Я улыбалась, и делала вид что понимаю. Потому что я правда понимала, у нас ничего не было. Ничего, кроме любви, у нас ничего не было. А сейчас, я склонна думать, что и любви у нас не было. Потому что не поступают так люди, если любят!

Так вот, мы шли к этому событию на сверхскоростях. Андрей мне говорил как правильно, и как он хочет. Хотя по факту это было одним и тем же.

А я, всю жизнь, мечтавшая о сказке, как в далеком детстве, когда ты смотришь мультики про принцесс и думаешь, что в жизни все точно так же. Выросла и поняла, что сказки не существует. Мне было до жути обидно, но я так его любила, что была готова на все, лишь бы он был счаслтил.

Конечно, сейчас я понимаю, что это всего лишь детские прихоти, и что есть куда более важные вещи, как и то, что тогда мы были совсем не готовы к такой ответственности, к такому шагу

Мой муж, был слишком однобоким человек. Ему ничего было не нужно. Его устраивал сервис его отца, техникум, посиделки дома у телевизора. За полгода, мы стали чужими. Он любил своё болото, а оно затягивало. Сильно.

А я, по своей глупости или же великой любви, просто приняла его позицию. Я просто приняла, что сказки не случится, люди не меняются, поэтому давай как есть, ведь мы любим друг друга.

Без платья, гостей, без мамы с папой. Мы просто сходили в загс и поставили парочку подписей. Мы сидели в душном кабинете, и на нас завис компьютер. Может это был знак? Не знаю...в больнице я часто думала об этом. О неверном шаге. О том, что даже если бы не эта авария, с течением времени, мы бы все равно развелись.

Я смотрела в огромное окно, и представляла, как в белом платье танцую с папой. Ведь так многие делают.. и есть в этом что-то...что заставляет сердце сжаться.

Мы вышли из ЗАГСа, шли по улице мимо людей, ресторанов, шли домой. Просто домой. Кто-то звонил, поздравлял, но мне было все равно. Я испытывала, какое-то подобие трепещущего волнения, а в сумочке лежала розовенькая бумажка, о которой мы так мечтали.

Я любила человека, который держал меня в тот день за руку. Любила и тихо ненавидела всех вокруг. Ненавидеть плохо. Все вернётся бумерангом, наверное, мне и вернулось.

Андрей шел с улыбкой. На его пальце блестело кольцо, и я ловила себя на мысли, что мне это нравится. То как оно там сидит, как смотрится. Нравится, но в душе было пусто.

А ведь я даже не была полностью уверена. Он сделал мне предложение на выпускном, и я согласилась, а как не согласиться? Мы с детства вместе. Всегда и везде.

Мне восемнадцать, вся моя жизнь еще впереди. Я вышла замуж за человека, которого люблю, а может это вовсе ни мой человек? Я не знала.

Знала только одно, что все мои «мне не хочется» были ложью.

Я была и есть, самый обычный человек со своими слабостями, а ещё, тогда, я кажется, променяла свою позицию и мечту, на то, что казалось приемлемым и более рациональным для человека, который отныне звался - муж.

Почему?

Я до сих пор не могу ответить себе на этот вопрос…почему?

Но ответа и не потребовалось, через полгода после нашей свадьбы, мы с Витькой и Олькой возвращались с дачи, Андрей тогда с нами не поехал. Сослался на большое количество работы. Но я то знала, что ему просто не нравятся мои друзья. Никогда не нравились. Он всегда общался с ребятами старше, еще по школе. Поэтому с нами, ему явно было не интересно, что в школе, что после ее завершения.

Спустя три месяца после аварии, его мать пришла к моей, и со слезами на глазах просила прощения за своего сына, который подал на развод. Я узнала об этом не сразу, но его визиты становились все реже и реже, пока не прекратились совсем. А потом, потом папа мне все рассказал. Что я тогда чувствовала? Не знаю.

А что может чувствовать человек, с изуродованными огнем ногами, и разбитым сердцем, почти три месяца не вылезающий из больничной койки?

Открываю дверь. Он стоит там, такой чужой. И я понимаю, что ничего к нему не чувствую. Совсем.

- Привет, пригласишь?