16(2)

Я плохо помню, что было в тот день. Очень плохо...

Было солнце, с утра однозначно было солнце, потому что в глазах словно до сих пор стоит блеск красного металла, яркого, сочного цвета. В ушах все ещё голос Захара. Он обходит тачку вокруг около пяти раз, я вижу, как бегают его глазки, как он стелится, но в душе явно ненавидит. Ему не даёт покоя эта покупка, это за пределами его возможностей. 

- Дар, это беллиссимо!- голос прорывается в сознание.

Я вижу нас словно со стороны, и проваливаюсь в тот день. В реальности я стою посреди кухни обнимая Элю, но мыслями я далеко. 

Дягилев в очередной  раз обошёл тачку вокруг, проводя ладонью по крыше. 

- Она реально полторашку стоит?

- Лям двесте.

- Уровень,- кивает, бегая глазами по красному железу. 

- Фикция это не про нас,- сажусь за руль,- падай, прокатимся.

- Может в Саламандру? Такое надо отметить.

- Разумные вещи глаголишь, умница сынка. Поехали.

Это последнее, что я помню четко, его слова о Саламандре.

Клуб уже гудел, в тот вечер он был битком, впрочем он всегда делал бабки и пользовался популярностью, для этого я вложил много сил и связей с медийными персонами. У бара куча девочек, Музыка закладывает уши, мы поднимаемся наверх, закрываясь в випке со звукоизоляцией. Кальян, виски, ром, танцующая у шеста девчонка.  

-Давай, за лошадок под капотом,- Захар вытягивает руку со стопкой.

Звон стекла, вспышки, красный свет царящий в комнате, неон, лестница, двигающиеся в так музыке тела, все слишком расплывчато. Громкий смех, мерзкий, давящий смех. Дягель оскаливается, трёт десну, прикрывая глаза. Белый порошок на столе, нет он по всюду, и опять смех. Чувствую онемение, медленное расслабление, щелчок, и спокойствие трансформируется в возбуждение, мозг начинает хаотично подавать сигналы телу, ты чувствуешь себя всемогущим. Живым. 

Ещё немного порошка, и полная амнезия. Я не помню почему я нюхал, это был порыв. Забыться? Насолить отцу? Не знаю. Скорее просто эксперимент, опыт над собственным сознанием. 

Темнота, улица, удар, шум...Эля. Она что-то мне говорит, кажется даже вцепляется пальцами в ворот футболки, я смотрю сквозь неё, я все ещё в том дне. Зажмуриваюсь, смотрю в ее глаза, и вновь проваливаюсь в ночь. 

Дорога, я помню дорогу, она освещается фарами. Разделительная полоса. Одна сплошная, от неё рябит в глазах, она кажется лишней, отягощает мозг. Дягилев топит по газам заливаясь смехом, музыка- дабстеп, отъезжаю в нирвану, делая глоток из бутылки. Это алкоголь, только что? Не понимаю, даже больше, не чувствую у него нет вкуса.

Трек застревает на репите, Захар поворачивается ко мне, и берет по максимуму, скорость, ветер, поворот. Машину заносит, но его убитое сознание каким- то чудом вытаскивает нас, спасает от смерти. Это не вызывает страх, совсем нет, только больше смеха, свободы. Выравнившись, машина плавно скользит по дороге, чуть больше скорости, ветер за окном и свет. Яркий свет прямо в глаза. 

Слишком быстро, очень быстро, не понимаю что происходит, мне не больно, скорее не удобно. Тачка слетает с дороги, переворачиваясь на крышу, вылетает подушка, я помню как она вылетела, потому что меня припечатало к креслу. Жмурюсь, слыша шум, какие-то голоса, сознание медленно мутнеет.