22(4)

Никогда не думал что столкнусь с подобным, но Эрик и еще десяток, как оказалось псевдо друзей, включают заднюю. Когда у тебя нет бабок, ты почему-то сразу становишься лишним элементом в их координате дружбы.

Осознание этого добивает, и на деле оказывается, что остаться со мной готов лишь один человек, и этому человеку я почти сломал жизнь. Неужели после всего она готова быть рядом, а те, кого я сто раз выручал в нужный момент, испарились...

- Эль,- подхожу к ней, переминаясь с ноги на ногу.

- Что? Если опять будешь отправлять меня домой, я за себя не ручаюсь.

- Нужно искать найти ночевку.

- Он отказал?

Киваю, сжимая ее ладонь.

Мы возвращаемся, садясь за стол, рядом друг с другом, я завороженно смотрю в центра этого самого стола, и никак не могу уловить один момент - телефон.

- Сука! - вскакиваю оглядываясь.

Элька выпучивает глаза.

- Что случилось?

- Телефон. Бл*ть! Оставил на столе...

- Украли телефон? Боже Доронин, ты как вообще до стольки лет дожил?

- Не ходил по таким забегаловкам,- упираюсь костит в стол, а пальцами в виски.

- И зря, сейчас бы знал, что телефон стоит убирать в карман. Ладно, давай думать, где будем ночевать, а лучше жить.

- Давай…

Несколько моих предложений Элька сразу разбила в пух и прах, и я понимаю почему, цена за сутки. Я не привык жить с пониманием, что за душой почти ничего нет,  и это, как оказалось сущий ад. К тому же, если утром у нас был более широкий выбор, то сейчас , когда ч остался без телефона, и лишился ещё и трехсот баксов засунутых под чехол...короче мрак. 

И если первую неделю я еще как-то старался делать вид, что все хорошо, то по прошествию второй недели в съёмных апартаментах общей площадью с мою ванную в отцовском доме, оптимизм свалился к самой нулевой отметке, и даже ниже.  Но вот моя любимая Разумовская, наоборот, кипела бурной деятельностью, кажется ей доставлял удовольствие процесс моего экономического краха. И честно, за это я ценил ее ещё больше, за то что ей плевать на бабки. 

 Только вот ее тур.виза всего на полгода, а я отчетливо чувствую, что с моими потугами в зарабатывании денег, чтобы вернуться домой, должно пройти куда больше времени.

Работа дурацкого  помощника официанта в дурацком ресторане, это лишь вершина этого апокалипсиса, мои привычки и несдержанность играют со мной самую злейшую шутку, потому что в самом первом месте я задержался ровно на два часа, нахамил клиенту и был выкинут на улицу. Сегодняшний день не исключение, третье увольнение.

Заходя домой, я чувствовал себя бесполезным, и  это лишь малая доля моих невзгод. Говорить об очередном провале Эле не просто стыдно, это подобно линчеванию. Я знаю что она будет поддерживать, но представив себя на ее месте, вряд ли бы я думал о себе хорошо.

- Я приготовила ужин, и еще выучила новые слова, ты обещал разговаривать со мной дома на английском, помнишь?

- Помню. Эль, я хотел сказать…

Прижимаюсь щекой к углу открытой двери.

- Уволили?

Киваю, и кинув на стол кофту сажусь на собранный диван, который ночью превращается в кровать, под действием парочки манипуляций.

- Знаешь, я тут думала, ты же работал в клубе…

- Я им владел.

- Точно,- щелкает пальцами доставая что-то из духовки,- так вот, может стоит поискать вакансию в этой сфере?

- Опять официантом?

- Ну на охранника ты не смахиваешь.

- А официант это мое?

- Пока да! – с нотками раздражения,- Подбери сопли Доронин, тебе не пять лет.