Глава 7

В отличие от моих друзей гости не прониклись значительностью момента и не подержали меня в первых шагах на стезе жреческого служения. «Шестерки» возмущенно переглянулись, мужеподобная Вайтиша скривилась так, словно съела скунса, приправленного чесночком, а вот преподобный Арбониус… Да, сей достопочтенный жрец даже бровью не повел.

Силен.

И опасен!

– Безусловно, вы правы, милейшая Ульяна.

Отстраненный взгляд и ровный тон демона мгновенно напомнили мне поведение Камаледдина в двусмысленных ситуациях, что заставило меня напрячься еще больше.

– Однако хочу заметить, что и с вами побеседовать мне будет… приятно.

Многозначительная пауза перед последним словом окончательно дала мне понять, что собеседник более чем умен и опытен, так что будет ой как нелегко.

А вот выкуси! Я перед гендиректором по два раза в месяц на ковре стояла, причем как одна, так и при полном составе сотрудников учреждения! Я о себе столько нового за последний год жизни узнала, что теперь твой замогильный голос и потусторонний взгляд мне как мертвому припарка!

Не боюсь!

– Что ж, раз таково ваше желание… – Я тоже позволила себе многозначительно потянуть паузу, при этом бросив на спутников Арбониуса весьма пренебрежительный взгляд старшего по званию. – Пойду вам навстречу. Однако позвольте заметить, наш противник весьма скор на расправу и невероятно коварен, так что не стоит затягивать с досмотром и допросом. Думаю, пока мы с вами обсудим интересующие вас детали, ваши спутники с помощью моей команды проведут все должные мероприятия, чтобы мы смогли разработать дальнейшую стратегию.

При слове «стратегия» кэп почему-то сдавленно хмыкнул, а один из однозвездочных жрецов выпучил на меня глаза.

Что, мальчики, не думали, что я знаю столько умных слов? А я знаю! И вы не поверите, это не последние из тех, что я произнесу сегодня.

Я повернула голову к Камаледдину, чтобы попросить его заняться тем, что я только что озвучила, и отметила его недовольный взгляд и поджатые губы. Нет, дорогой, это не твое дело.

К сожалению, с достопочтенным жрецом и его претензиями по поводу моего скоротечного вознесения в жрицы третьего ранга я буду разбираться сама.

И наедине.

Так что…

– Эфенди, будьте любезны сопроводить достопочтенных жрецов на «Громобой» и окажите им помощь, если таковая понадобится.

Я не удержалась от шпильки, которую явно оценил Варго, хмыкнувший снова. Вот только мой жених лишь чуть дернул бровями да пустил во взгляд побольше обеспокоенности, видимо для того, чтобы и я ею прониклась.

Ты не поверишь, но я уже за гранью этих эмоций. Сейчас я не просто натянутая струна, я… я нечто большее. Или меньшее.

Короче!

Все вон, у нас с конкретным парнишей будет четкий базар за мои права!

– Капитан, проследите за обстановкой на кораблях. – Отдавая приказ Варго, я не сводила глаз с Камаледдина, взглядом внушая ему всю значимость момента и искренне надеясь, что не придется повторять указания.

Сейчас я главная. Именно я. И он обязан это понимать как никто другой! Ведь именно из таких мелочей сложится мнение жреца обо мне. Не о достопочтенной махеши юного и несерьезного облика, а о преподобной жрице.

Сильной, властной, компетентной и действительно имеющей свою команду.

Не знаю, мои мысли дошли до мозга демона, а может, он понял все по взгляду, но эфенди подобрался, расправил плечи, кивнул и жестом предложил гостям (а заодно и кэпу) следовать на выход.

И вот… Мы остались одни. Я и жрец.

Преподобный жрец Харкона и служитель третьего ранга Особого Подразделения Арбониус.

Первым делом я подошла ближе и как ни в чем не бывало устроилась на своем любимом месте у стола. Откинулась на стену, положила ногу на ногу и только после этого насмешливо уточнила, словно для меня это являлось полнейшей тайной:

– Так о чем именно вы хотели поговорить, коллега?

Следует отдать должное жрецу – его выдержка и самообладание оказались на высоте, и на мой вопрос он лишь на миллиметр приподнял бровь, явно не торопясь с ответом, каким бы он ни был.

Но он будет?

И лишь через неимоверно долгие пять минут преподобный Арбониус соизволил открыть рот и прошелестеть:

– Впервые встречаю иномирянку, столь дерзко заявляющую о своем мнимом равенстве с тем, кто служит богам верой и правдой уже более семидесяти лет. Мы оба знаем, что это не более чем везение и женская блажь, получившая высокопоставленную поддержку той, кто никогда не упустит возможности перейти дорогу истинным защитникам мира. Ты не жрица. Ты насмешка в лицо Харкону.

– Неужели? – Я запрещала себе злиться на открытое презрение не только ко мне, но и к самой Судьбе, моей госпоже, предпочтя жесткую иронию и сарказм. – Что ж… Раз вы видите данную ситуацию только с этой стороны, то могу лишь выразить сожаление по поводу однобокого мышления. Неужели вы и правда думаете, что вам виднее все на свете, преподобный и крайне заслуженный жрец третьего ранга, умудренный прожитыми годами и опытом?

Я неприязненно скривила губы и, глядя прямо в потусторонне черные глаза демона, бесстрашно продолжила:

– Выслушав ваши весьма пренебрежительные слова, в свою очередь не буду держать в тайне и собственную точку зрения: осознав, что меня ждет в ваших «дружных» рядах и от вашего «милостивого» бога, я без сожалений приняла покровительство той, что спасала меня уже не раз, ничего не требуя взамен. И ее дар, ее воля, ее решение возвести меня в жрицы третьего ранга, минуя нижние ступени, – для меня теперь намного больше, чем прямой приказ подчиниться и принять служение. Для меня это истинная радость! Не думаю, что умудренная более чем тысячелетним опытом мудрейшая Дариатта руководствовалась в своем выборе лишь желанием уязвить вашего бога. Уверена, у нее были веские причины поступить именно так, а не иначе. Или, может, вы хотите поспорить с Судьбой, преподобный Арбониус?

Моя речь, щедро сдобренная язвительностью, все-таки нашла брешь в броне непоколебимости демона, и тот глухо рыкнул, сжал кулаки и подался вперед.

Невероятным усилием воли оставшись на месте, я лишь плотнее сжала губы да чуть прищурилась, бесстрашно принимая еще не прозвучавший вслух вызов. Неужели этот… этот зашоренный сексист действительно рискнет бросить мне вызов, заявив о несоответствии занимаемой должности?

Как ни странно, но я знала и то, что подобные прецеденты были, причем вполне одобряемые богами.

Секунда, другая… Отсчет пошел на минуты, а жрец все сверлил меня пронзительным взглядом, не предпринимая больше ничего. Словно…

Словно чего-то ждал.

Чего?

На пятой минуте напряженного молчания по виску демона скатилась первая капля пота, и только тогда я поняла, что мы не просто играем в гляделки.

Черт возьми, да он на меня воздействует!

Точнее, пытается воздействовать.

Стоило мне сообразить, что жрец, судя по желвакам на скулах и глубокой морщине на лбу, безуспешно пытается взломать мои ментальные щиты (я знала и это!), как я расслабилась и нарушила гнетущую тишину каюты:

– Достопочтенный Арбониус, моя защита построена иначе, чем вы привыкли. Вам ее не взломать.

Вот только я точно не ожидала того, что мои слова окончательно выведут жреца из себя и он вместо того, чтобы признать поражение, подскочит, сменит ипостась (господи, вот это монстр! Да магараджи по сравнению с ним – пушистый пуся! Тут одних шипов и рогов килограмм на двадцать!), схватит меня за горло и с низким угрожающим рычанием впечатает в стену…

Больно!

Я прекрасно понимала, что стоит лишь попытаться начать сопротивляться физически, и мои шансы на победу враз обнулятся, так что моментально приняла решение действовать нестандартно.

А именно – произвести слияние.

То, чего наверняка и добивался настырный, но не слишком умный жрец, решивший одним махом выяснить не только мои знания и умения, но и забраться в воспоминания.

Я обхватила пальцами его запястья (якобы пытаясь ослабить захват), затем обмякла, словно не сумела выдержать мощь давления, и, экстренно вспоминая наставления и последующие пояснения Камаледдина, на долю миллиметра впустила настойчивого Арбониуса в личное, ментальное пространство.

Почувствовала торжество демона и…

Ударила своей возмущенной мощью! Не стесняясь! От души! Разрывая жреческую защиту, как бумагу, подавляя и проникая в святая святых, личное пространство преподобного подонка, поднявшего руку на жрицу Судьбы!

Каков бог, таков и служитель! Зарвавшийся, подлый, беспринципный в достижении цели, презирающий всех и вся!

Да-а-а…

Брезгливо рассматривая дымящуюся тушу, лежащую у моих ног, я не удержалась и мелочно пнула жреца, вымещая на нем боль от синяков, которые наверняка украсили мою шею. Мерзавец! Думал взять нахрапом? А вот выкуси! Молодость далеко не всегда синоним беспомощности! Я еще подниму вопрос о превышении полномочий на Совете! И не только твоих, но и твоего мерзкого похотливого бога, приказывающего привести меня (иномирную девственницу с неведомыми способностями, для последующего «обучения») к нему любой ценой. Даже ценой жизни команды корабля. Даже несмотря на покровительство Судьбы!

Подумать только!

А ведь я услышала лишь то, что лежало на самой поверхности воспоминаний Арбониуса! А что спрятано глубже?

Вот только как теперь быть дальше?

Потирая шею, шагнула в сторону, а затем обессиленно рухнула на стул, ничуть не беспокоясь о том, что демон, потерявший сознание от уничтожения ментальных щитов, умрет. Такие циничные твари не умирают просто так…

Что же делать? Никто из команды не рискнет нас побеспокоить, но досмотр и допрос не будут длиться вечно. Да и коллеги-жрецы наверняка вскоре почувствуют, что их глава в «измененном состоянии», и прискачут с проверкой…

Хмыкнув, перевела взгляд на демона. Надо что-то делать. Срочно. Но что? Какое решение спасет не только меня, но и не подставит команду?

Прикусила губу чуть ли не до крови… И нервно хохотнула, осознав, что ответ лежит на поверхности.

А ведь и правда! В команде прибывших следователей лишь жрецы Харкона, что крайне возмутительно и в принципе недопустимо!

Мозг начал выдавать один вариант за другим, подаренные богиней знания выскакивали из глубин памяти, выстраивая логическую цепочку рассуждений и формируя идеальное решение проблемы. И спустя всего несколько минут мой разум, выведенный на новый уровень возможностей, создал поистине гениальный план.

Так, мне нужны накопители! Срочно!

Призыв с открытием двустороннего портала для прибытия еще нескольких следователей будет непрост.

Я прекрасно понимала, что время поджимает и принудительно приведенный в обморочное состояние преподобный Арбониус может очнуться в любой момент и сразу приступить к буйству, так что торопливо встала и рысью отправилась в свою каюту, чтобы найти шкатулку с амулетами, которые подарила мне Истана.

Неужели это было всего лишь вчера?

Со знанием дела (спасибо тебе, Дариатта!) перебрав имеющиеся металлические кругляши, наполненные магической энергией, я не стала скромничать и взяла большую часть имеющегося. Пять самых мощных повесила на шею, по одному обмотала вокруг запястий и еще парочку положила про запас в карман.

Не откладывая в долгий ящик, той же бодрой рысью (и не обращая внимания на шарахающихся от меня матросов) поднялась на верхнюю палубу, а затем на корму. Властным жестом прогнала замешкавшегося боцмана и…

Доверилась Судьбе.

Первым делом минимальным усилием воли сменила ипостась, которая уже давно рвалась наружу, с удовольствием размяла крылья и взмахнула хвостом. Расставила ноги пошире, развела руки в стороны, закрыла глаза и нырнула в себя.

Знания о призыве всплывали из глубин разума сами, как и слова. Сила текла из моих пальцев, формируясь в причудливую вязь будущего портала, ей вторил мой голос. Плеск волн, шум ветра, взбудораженный шепот команды, мое дыхание… все это сливалось в одно: в призыв тех, кто более благочестив и справедлив, чем уже прибывшие.

Призыв не являлся адресным, и именно поэтому требовалась прорва сил, которые появились у меня весьма вовремя. Не будь накопителей, я бы даже и не подумала затевать это безумство, но с ними у меня были все шансы на удачный исход дела.

Я звала и просила.

Звала честных, справедливых, доблестных. Просила о помощи, содействии и вдумчивом разбирательстве. Ситуацию освещала лишь вкратце, делая акцент на захваченном корабле и его грузе, а также на предвзятом отношении служителей Харкона ко мне, как к слишком молодой и неопытной. Звала жрецов не ниже третьего ранга, так как только они могли приструнить зарвавшегося Арбониуса.

Первым откликнулся жрец бога Шессари. Сосредоточенный, высокий и атлетически сложенный лысый ярп с темно-синей крупной чешуей по всему телу, которую ничуть не скрывала кожаная перевязь, заменившая рубаху (из одежды – лишь замшевые брюки, а ноги босые), вышел из портала очень быстро и так же быстро отошел на несколько метров левее, да там и замер, предпочтя первым делом осмотреться.

Еще через минуту к нам присоединился оборотень с мощным посохом и в мокром дорожном плаще с низко надвинутым на глаза капюшоном. Практически сразу за ним вышла пожилая орчанка, одетая по-походному и сплошь увешанная амулетами, и под конец, когда я удерживала открытый портал уже с трудом, на палубу «Молнии» ступил облаченный в кольчугу, приземистый и невероятно бородатый гном с огромной секирой наперевес.

Понимая, что изумляться не время, я максимально аккуратно завершила призыв, мысленно поблагодарив покровительницу и само мироздание за то, что отклик пришел так быстро, а затем сунула руку в карман, чтобы сжать в ладони запасные кругляши амулетов.

Как бы я ни крепилась, но из-за чудовищной потери магических сил даже просто стоять было тяжело.

– Здравствуйте, – поприветствовала я прибывших и нервно улыбнулась, когда услышала неуместную дрожь в своем голосе. Кашлянула и добавила: – Благодарю за отклик, достопочтенные. Пройдемте вниз, преподобный Арбониус…

И пошатнулась, не сумев побороть предательскую дрожь в ногах.

– Вай, дива! – Ко мне метнулся гном и уверенно подставил свое плечо. – Не падать! Кажуй, куды итить? Брага е? Лечить бум!

Лечить? Лечить – это хорошо. Но не брагой.

– Вниз, пожалуйста.

Я с благодарностью приняла помощь жреца, макушка которого едва доставала мне до плеча. Однако сил в крепыше оказалось столько, что меня без особых усилий не только спустили по лестнице, но и практически на руках внесли в кают-компанию, усадили на стул и даже поделились толикой силы, влив ее в меня через прикосновение.

– Ну-с… – Остановившись перед до сих пор лежащим на полу Арбониусом, ярп присел на корточки и начал внимательно осматривать демона, но обращался ко мне. – Можем мы услышать полную версию произошедшего? Кстати, меня зовут Серассан.

– Очень приятно. – Я попыталась улыбнуться, но слабость не позволила, и получился нервный оскал, который я тут же побыстрее убрала. – Ульяна.

Ни соблюдения протокола, ни униформы на вновь прибывших, ни сил для удивления. Одно я понимала, рассматривая тех, кто отозвался на мой призыв: можно говорить на суржике и ходить полуголым, но быть при этом достойным представителем своей профессии, тогда как другие могли похвастать лишь эполетой на плече.

– Погодь, Сань, – пробухтел гном, деловито обходящий каюту и без лишних угрызений совести досматривающий сундуки и буфет. – Дай вначаль диву в чуйство приведу. Серая ж совсем.

Едва уловимо поморщившись на замечание, ярп кивнул и, пока коллега, нашедший таки что-то алкогольное, с подозрением принюхивался к содержимому внушительной фляги, вернулся к осмотру демона.

Орчанка и оборотень тоже не стояли без дела: дама присоединилась к ярпу и буквально сразу начала высказывать свое мнение о состоянии Арбониуса, а оборотень предпочел подойти ко мне. Его пристальный взгляд я почувствовала даже с прикрытыми глазами, как и невероятно мощную силу, которую не очень успешно скрывал плотный плащ, пахнущий сыростью и лесом.

Сначала не поняла, что именно меня насторожило в этом жреце, но стоило мужчине снять капюшон, как все встало на свои места.

Пронзительные желтые глаза с теплым медовым оттенком, коротко стриженные русые волосы с ранней проседью, твердая линия подбородка, хищный тонкий нос, высокие скулы, плотно сжатые губы, выражающие не неприязнь, а скорее суровую сосредоточенность. А еще по виску оборотня, которому навскидку можно было дать лет тридцать пять, не больше, вилась очень даже величественная серебристая татуировка, спускающаяся на щеку и самым длинным завитком захватывающая и подбородок.

Пятый ранг!

Господи, да это же… Это полноценный генерал!

Пальцы рефлекторно сжались в кулаки, захотелось не просто подскочить, а вообще – вытянуться в струнку и отдать не только честь, но и все остальное. Однако я смогла лишь широко распахнуть глаза и недоверчиво прошептать:

– Ваше преподобие? Вы…

Память услужливо подсказывала, что внимание жрецов пятого ранга сродни вниманию императора, а может, даже и выше. Недоумение росло, но…

Лишь у меня.

– Збавко, подвиньсь. – Гном без должного пиетета жестом указал оборотню на стул, сунул мне в руки литровый кубок, до краев наполненный чем-то мутным, и скомандовал: – Пей, дива. Разговор будет долгим. Закусь бушь?

– Бушь, – ошалело выдохнула я, переводя непонимающий взгляд с гнома на оборотня и обратно. – А вы…

– Да, мы знакомы, – неожиданно мягко подтвердил мои безумные подозрения оборотень и пододвинул ко мне тарелку с бутербродами. – Пей и заедай, Ульяна, тебе необходима и такая энергия.

Я с тоской заглянула в кубок, припоминая, чем кончился последний подобный эксперимент, но возражать не стала. Уверена, жрец пятого ранга осознает все последствия своего совета.

А если нет, то…

Была не была!