Бумажки

– Нет, вот есть же люди, до чужого добра жадные!

Праведное негодование откупщика Федула Латера вызвала папка, обнаруженная в опечатанном сургучными печатями пакете.

– Пап, что там такое? – спросил отца старший сын и главный помощник.

– Его высокоблагородие барон Тихий прислал. Видать, как члену Госсовета ему доложили, а он, наш благодетель, мне переправил. Копают под нас, копают. И я знаю, кто из приказчиков расклад сдал. Посмотри сам, подумай хорошенько, а потом мне назови виноватого. Тебе тоже надо учиться ворогов находить. Ничего! Я так дело поверну, не подкопаешься! Милостивец наш вовремя предупредил.

– Заплатить бы ему надо, пап.

– Не заплатить! Отблагодарить! Разницу понимаешь?! Такое высокое лицо никак обижать нельзя! Взятки чинушам совать будешь. – Голос откупщика наполнился искренним почтением и приобрёл несколько елейные тона: – А такого человека только благодарить возможно!

* * *

В клубе два давно знакомых почтенных господина беседовали в маленьком кабинете.

– Эльрик, я всё понимаю, но всё-таки так-то оно слишком…

– Мой друг, я под постоянным прицелом. Мне никак нельзя оказаться смешным и близоруким рогоносцем. Тем более до коронации, пока не решился вопрос с утверждением министров.

– Сведения точные?

– Увы! Я проверил. Не сам, и людей не посылал следить. Расспросил её слуг.

– Ты их сильно прижал?

– Нет. Немного заплатил за рассказ.

– Хорошо. Я возьмусь за организацию дела, но должен знать твой источник.

– Барон Тихий. Причём ничего не попросил взамен. Благодарный мальчик, помнит, кто дал принцу первый отзыв о нём. Опять же его отец подо мной служит. Я тоже добра не забываю… Как, впрочем, и зла.

– Государь в курсе?

– Нет. Барон не обременил его мелкими сплетнями.

* * *

– Граф, вы сегодня чрезвычайно рассеянны.

– Всплыли кое-какие грешки моей бурной молодости.

– Надеюсь, удалось решить дело деньгами?

– Решилось даже без денег. Некий крайне любезный молодой человек вернул мне случайно попавшие ему в руки бумаги.

– Просто так вернул?

– Вы удивитесь! Да! И даже не захотел обсудить форму моей благодарности. Сказал: «Какие могут быть счёты между дворянами?»

– Он богат?

– Уж точно не беден. Мог бы попросить о какой-нибудь услуге, и, конечно, я не смог бы ему отказать, но…

– Разрешено будет спросить его имя?

– Хм… Пожалуй. Барон Тихий.

– Наш герой? Не ожидал. Вот действительно не ожидал. И что мы теперь с ним делать будем?

– Что делать? Мы теперь его уважать будем. Мы будем его сильно уважать. Всей нашей славной компанией. Право слово, невзирая на молодость, он настоящий дворянин.

* * *

– Ваше величество…

– Стах, разрешил же «милостью» величать.

– Виноват, ваша милость.

– Ты зачем доклад тет-а-тет попросил?

– Ваша милость, вчера после отставки из придворных Лауры, находясь в несколько нервическом состоянии, долго не мог…

– Уснуть. Дабы успокоиться, вышел погулять. Как же! Помню! Много покойников?

– Ваша милость, все живы! Просто я, прогуливаясь…

– Совершенно случайно нашёл бумажку. Сказал же – помню.

– Как вы разрешили…

– Давай, что у тебя?

– Вот, ваша милость.

– Угу… Так… А это… Вон оно как выходит! А я-то всё не понимал… И тут, значит… Больше этим пока не занимайся. За ночную прогулку хвалю и, поверь, не забуду. Не ты, а охранители должны были это принести. Ладно, разберусь. Что ещё нагуляешь, докладывай. И не записывайся, заходи, если у меня никого нет. Прикажу, тебя будут пускать сразу.