Глава 15

Лиза одиноко стояла в нескольких шагах от собственного дома, пока её мать, отец и фельдшер выносили брата на носилках. Лёнины дружки подкараулили его по пути на работу, разбили нос и лицо в хлам, сотрясение, перелом ребер…

Видеть страдания близких и понимать, что виновата в них только она — настоящий яд, который заставлял её гнить заживо. А она, кажется, никак не может остановиться и продолжает совершать одну ошибку за другой.

Теперь уже сделка, которую предложил миллиардер не казалась такой уж грешной. Но сон… тот сон… проклятый сон.

Холодный ветер дул ей в шею, прямо за воротник, и в этот момент Лизе казалось, что ледяной коркой от происходящего покрывается сама её душа. Разве так может быть, что еще неделю назад беззаботная жизнь разбилась вдребезги на острые осколки, которые тысячей игл впиваются в кожу, заставляя выть от отчаяния.

— Марк! — Лиза ринулась к брату, когда его вынесли из подъезда к машине. Она легонько обхватила пальцами его опухшее лицо. В тоже время боясь делать лишние движения, чтобы не причинить боли, — я все исправлю братик, все исправлю! Прости меня, прости, милый…

Его ангельские светлые вьющиеся волосы, которые всегда придавали беззаботный вид, сейчас оказались слипшимся от запекшейся крови. Он не ответил на её мольбу, только отвернулся, стиснув зубы.

Лиза могла его понять. Разве можно так просто простить, что все беды в его жизни начались из-за того, что сестра связалась с отборной сволочью? Сейчас Марк ненавидел её и она вместе с ним ненавидела себя.

Возможно теперь её ненавидит и мать. Она пообещала, что вопрос решится, а сама вернулась на следующий же день с пустыми карманами.

В горле началось горячее удушье, она четко ощутила: если поставит личные переживания на первый план, то всему хана. Нет, в начале она должна решать проблему, а только потом разбираться со своим чувством вины.

Тогда Лиза подняла голову, стиснула зубы и, проглотив комок в горле, смогла наконец подойти к родителям.

Первый шаг на встречу сделал отец. Высокий, плотный, с выцветшими золотыми волосами, которые почти полностью покрылись серебром, он сразу же обнял дочь. Рядом она увидела бледное потрясенное лицо матери. Все это напрочь лишило Лизу рассудительности и в объятиях отца она всё же дала слабину. Положила голову ему на плечо и по-детски разрыдалась.

— Не плачь, детка, я со всем разберусь. Вам с мамой не нужно об этом думать.

Лиза откинулась назад в ужасе, уставившись на отца.

— Нет, — прошептала она, — нет, папа, я всё решу, мне уже пообещали одобрить один кредит, я все сделаю!

— Никаких кредитов. Иди к себе, с Марком всё будет хорошо, я поеду с ним один, — большие руки отца сомкнулись у ее запястий.

— Мам? — Лиза умоляюще посмотрела на мать, но встретила строгий взгляд, граничащий с ненавистью.

— Идём, — та схватила её за руку и грубо увела в квартиру.

Как только они оказались внутри, щека Лизы сразу же встретила хлесткую пощечину.

— Видишь? Видишь, что ты творишь? Ты уничтожаешь наших мужчин, отец доведён до предела! Не приведи Господь в таком состоянии он может решить убить твоего Леню, или какого-нибудь из дружков и присядет лет на двадцать! Связалась с кретином, а я ведь предупреждала! Предупреждала! Но ты не головой думала явно!

Мать кричала так громко, что вены на её лбу вздулись, а глаза в бешенстве округлились. Все вокруг стало походить на ад.

— Мне уже пообещали одобрить пару кредитов, я все сделаю, я сама вляпалась сама и разберусь, — держась за щеку шептала Лиза.

— Сама… сама. Ты ничего не можешь. Посмотри, даже богачам ради потехи оказалась не нужна. И слава Богу!

— Не ради потехи…, - парировала Лиза, но тут же вспомнила о неразглашении. Не хватало ещё, чтобы за ней с топорами гонялись и Резниковы…, - хотя да ты права. Я не сгодилась для их увеселений.

Лиза подняла голову, вытерла рукавом слезы и выпрямилась. Пора брать себя в руки. Заскочит на квартиру, заберет кредит и сама свяжется с Лёниными компаньонами.