Эпилог. Из толпы
Второй раз в это заведение Сашок попал только через неделю, практически, перед отъездом.
В тот день, когда его позорно изгнали, словно пса шелудивого, он, пылая яростью, пошел в шашлычку на пляже, там утешился местной чачей и шашлыком, а затем и вполне симпатичной туристкой, которая в полумраке и после поллитры показалась ему куда симпатичней той стервы в красном, которая даже не заметила, что он, Сашок, из-за нее пострадал.
Утром было похмелье и протрезвление, и ночные подвиги выглядели в этом свете совсем не очевидными. Как и намерение отомстить стерве.
Сашок окунулся в курортный вайб и вполне себе неплохо проводил время. Вот только внутри что-то грызло, мешало до конца расслабиться… Реванша хотелось дико.
И вот теперь, спустя неделю, Сашок сидел в ресторане, не один, кстати, а с новой своей знакомой, женой какого-то бизнесмена из столицы, женщиной, выдающихся во всех отношениях достоинств. Губы и грудь прямо очень выдавались, да…
Сашок, помня про здешние цены, небрежно шиковал, строя из себя старожила, но не позволяя, тем не менее, своей даме сильно расходиться. В конце концов, он ее еще не трахал даже, рановато бабло вкидывать.
Когда у барной стойки сверкнуло красное платье, он замер.
Почему-то он уверил себя, что вообще не ждет появления той брюнетки, даже думать про нее забыл… Но одно взгляда хватило, чтоб понять: не забыл.
Разом перестав слушать свою капризную спутницу, он развернулся всем телом к барной стойке и впился взглядом в незнакомку.
Она опять была в красном.
Правда, платье теперь смотрелось иначе, ярче как-то и открытей. Но, как и прежнее, шло ей безумно. И волосы, рассыпанные волной по спине, взлохмаченные небрежным движением тонких пальцев, и аккуратные коленки, сверкнувшие в вырезе, когда она поменяла позу, сев удобней…
— Александр… — манерно напомнила о себе его спутница, но Сашок не среагировал.
Что такого было в этой брюнетке, что у него мозги отрубались?
Девушка в красном, сделав жест бармену, чтоб повторил ей коктейль, улыбнулась кому-то из музыкантов, а затем…
Затем Сашок понял, что очень не зря сюда пришел сегодня.
И все звезды правильно сошлись.
Потому что девушка встала и, мягко покачивая бедрами, пошла на танцпол.
Она сейчас танцевать будет!
И Сашок ее перехватит!
И никакие официанты его не остановят!
— Александр… Вы меня не слушаете?
— Нет, — коротко сказал Сашок и, промокнув губы салфеткой, рванул на перехват добыче.
Правда, на пути его внезапно возникли препятствия в виде других танцующих, через которых пришлось пробиваться, но Сашок был упорным, и красное платье ярчайшим маяком сигнализировало, что в правильном направлении движется…
Вот только забыл Сашок, что красный — это всегда сигнал запрета движения…
Когда до девушки оставалось всего пару метров, внезапно зазвучала томное латино, а на красное платье легла смуглая татуированная лапа какого-то громилы настолько дикого вида, что Сашок, которого, казалось бы, ничего уже не могло остановить, тормознулся на полном ходу и замер, с неверием и досадой изучая того, кто оказался на его пути.
Огромный мужик, темноволосый, смуглый, небритый, в белой футболке, бликующей в лучах освещения, полностью заслонил от Сашкиного взгляда девушку в красном.
Он был настолько здоровенным, что, казалось, занял все пространство танцпола. И народ, поспешно расступавшийся по сторонам, это подтверждал.
Музыка не прекратилась с появлением нового персонажа, но стала еще более медленной и сексуальной.
А девушка, наверно, единственная, кто не испугался этого зверюгу, мягко оттолкнула его лапу, скользнула в сторону, словно собираясь скрыться в толпе, но мужик не позволил ей так поступить, легко вернул в свои объятия, властно и уверенно прокрутив в танце и даже чуть подбросив вверх.
Сложилось впечатление, что он сейчас ее просто на руки возьмет и утащит прочь, как неандерталец свою добычу, но девушка снова каким-то образом сумела увернуться!
Она мягко повернулась, красная юбка хлестнула ее по бедрам, обвилась вокруг стройных загорелых ног…
Мужик усмехнулся, протягивая ей руку и давя взглядом, черным, как сама преисподняя.
Девушка помедлила, будто раздумывая, надо ли ей это… И, чуть колеблясь, доверчиво вложила изящные пальчики в широченную грубую лапу.
А дальше Сашок увидел самый горячий, самый сексуальный латинский танец из всех, что когда-либо ему доводилось встречать. Не то, чтоб он был любителем, но по заведениям в свое время пошлялся.
И одна из бывших его девок сильно уважала старый фильмец про грязные танцы, там что-то про Кубу было, кажется. И парни с девчонками танцевали так, будто трахались прямо на танцполе.
Так вот, те танцы по сравнению с тем, что сейчас происходило — вообще святая невинность!
Мужик с замашками дикаря так крутил, вертел и тискал девушку в красном, что удивительно, как она еще в платье своем оставалась!
Было полное впечатление, что еще чуть-чуть — и все, голая будет!
И в то же время, от одного взгляда на них, становилось горячо. Невероятно горячо, словно при просмотре офигенной эротики.
Они не раздевались, никаких таких движений не позволяли, но так смотрели друг на друга…
Мужик — жадно, ноздри раздувались, словно у быка, мышцы на огромных плечах напрягались до каменного состояния.
А девушка — с намеком, полуулыбкой, обещанием, настолько явным, что у Сашка все прямо привстало и падать вообще не хотело.
Музыка длилась, парочка танцевала, люди, замерев, смотрели на них…
И Сашок — вместе со всеми. Он настолько увлекся зрелищем, одновременно горячим и шокирующим, что не заметил сначала, как в эту, казалось бы, слаженную пару, вмешался третий участник.
Высокий смуглый парень, в строгой белой рубашке и очках, он смотрелся более утонченно, если сравнивать с громилой. Не настолько вздутые мышцы, не так явно выраженные хищные черты… Но от его взгляда брала оторопь даже вполне серьезных мужиков. А Сашок себя серьезным считал.
Парень в очках подошел к парочке со спины девушки и молча развернул ее на себя, резко крутанув вокруг своей оси.
Она лишь ахнула и машинально обвила его ногу своей, прогнувшись в талии и упав спиной на грудь громилы.
Сашок не успел даже удивиться, подумать, что сейчас тут будет кровавое мочилово, потому что громила не выглядел человеком, просто так отдающим свое.
А девочка явно была его.
Даже если они впервые тут встретились, в чем Сашок теперь сильно сомневался. Очень уж слаженными были их движения.
И потому еще один человек в этой паре — сто процентов, третий лишний…
Или… Нет?
Мужчины переглянулись поверх макушки девушки, внимательно, с ласковым восторгом, изучавшей лицо парня в очках, а затем принялись двигаться. Одновременно. Слаженно.
Передавая мягко и податливо гнущуюся партнершу из одних рук в другие, трогая ее, вертя вокруг своей оси с тем, чтоб в следующее мгновение прижать ее к себе, провести ладонью от живота выше, к груди, потрогать, но не пошло, не порнушно, а именно огненно, так, что только намек на движение, а уже все внутри горит!
Потрогать, провести губами по покорно подставленной шейке, а затем отдать в руки другому… И смотреть, как он ведет нежную, яркую, словно сам огонь, девушку, в танце, как двигается вместе с ней, как тоже трогает, оставляет поцелуй на виске, губами скользит вниз, по скуле, к розовому ушку…
Это было охрененно…
— Оба, значит, в городе… — пробормотал кто-то позади Сашка, заставив его вынырнуть из полутранса и обернуться.
— Кто? — спросил он у мужика, стоящего рядом и наблюдавшего за танцем с узнаваемым голодным выражением на физиономии.
Похоже, не только Сашка торкнуло тут от нереального танца на троих.
— Жнецы, — ответил мужик, — вернулись. Раньше, чем хотели…
— Кто такие Жнецы?
— А тебе какое дело? — мужик, похоже, опомнившись, с подозрением уставился на Сашка.
— Никакого… — пожал плечами тот, — танцевали красиво…
— Ага… Глаза не пяль, а то вырвут. Это они, видно, соскучились сильно, раз прямо сюда за ней приехали…
— А она? Кто?
— Так, я не понял, а ты кто? — мужик принялся оглядываться, словно охрану искал, и Сашок решил прекратить спрашивать, а то опять выставят.
Он обернулся к танцполу, на котором сменилась музыка, и понял, что трио пропало! Сашок в шоке начал выискивать их в толпе, но нашел лишь знакомого охранника, пристально разглядывающего его.
Этого только не хватало!
Сашок торопливо пошел к выходу, выскочил на улицу и успел увидеть, как мелькнуло красное платье неподалеку.
Девушка садилась в здоровенный черный внедорожник.
Громила в белой футболке, подсадив ее, устроился на переднем пассажирском, и машина вырулила со стоянки.
После Сашок так и не сможет объяснить себе причины своего поступка.
Зачем он тормознул такси?
Зачем указал на черный внедорожник?
Зачем он вообще поперся куда-то на ночь глядя? Чего хотел? Что им двигало?
Но бывает иногда ситуация, в которой ты не управляешь собой.
И стечение обстоятельств приводит тебя к тому, к чему бы ты сам никогда по своей воле не пришел…
Просто кто-то так, наверху, явно имеет извращенное чувство справедливости.
И юмора.