Глава 19

Я так надеялась, что, как только открою глаза, то увижу Макса. Того самого, человеческого Макса, который так высокомерно ко мне относился в настоящей земной жизни. Теперь его надменное поведение не казалось мне унизительным, а моя влюбленность так и не исчезла, несмотря на то, что я до сих пор не знаю, где моя семья, где Стас. Что, если он попал в рабство? Что, если он мертв?

В страхе от этой мысли, я распахнула глаза и едва не закричала – на меня пристально смотрел Кэм. Он склонил надо мной свою громадную голову, и задумчиво жевал мясистые, блестящие губы. Иногда в щели его громадного рта проглядывал острый язык.

Боже, как он отвратителен, просто не описать! Огромный, массивный, настоящий гигант! Он так близко, что от тела исходит нестерпимый жар – такой сильный, что мурашки бегут по коже. Да если такой великан попробует только проникнуть в меня, меня разорвет на части. Я мгновенно умру. Но не говорить же ему, что я – человек! Да и не изменит это ничего. Откуда им знать, кто такие люди? Он просто решит, что я сошла с ума. Ведь каждый в своем мире уверен, что другого мира не существует.

- Очнулась. – Кэм мрачно засопел и бегло, без особого интереса осмотрел мое тело. – Сумасшедшая серая, ничего не понимаешь. Грохнулась прямо на кусты с розами. А знаешь, сколько трудов положено, чтобы их вырастить? Пыльца этих роз для нас очень ценна!

- Ах… - Будто только сейчас кто-то нажал на кнопку и включил меня: дикая боль разлилась по всему телу, болела спина, плечи, ягодицы. Все горело огнем. Я попробовала подняться на овальной, сколоченной из дерева кровати, но, не удержалась и рухнула обратно. Черт! Наверное, эти чертовы розы исцарапали мне всю спину. Но почему же такая сильная боль? Она меня буквально раздирает на части!

- Не двигайся, серая. – Кэм вздохнул. – Ты сломала ногу, и теперь мне придется тебя выхаживать. Не могу же я приступать к своим обязанностям с такой немощной калекой. Ты даже встать нормально не можешь.

- Что?! Я сломала ногу?

От этой мысли стало совсем плохо. Это значит, что я не смогу сбежать отсюда, все усложняется, все настолько усложняется, что кружится голова от дикого абсурда. Сейчас мы вместе с Максом в ужасном положении – ведь каждая минута в этом замке может стоить нам жизни. Кто знает, как он там? Что, если все раскрылось, и с минуту на минуту в комнату ворвутся стражники?

- Хорошо устроилась, мерзавка. – Кэм понял мое отчаяние по-своему,- отлыниваешь, как можешь. Но я все равно получу тебя. Я – осеменитель, и ни одна детородная особь еще не осталась пустой после меня. Пришлось переселить тебя на время в эту комнату, ведь там меня ждет целая очередь из жаждущих нимф. Все они гораздо прекраснее тебя, и все желают соединиться со мной. Желают быть со мной вечно, наслаждаться мной без конца, день и ночь.

От хвалебных слов великана я невольно фыркнула, и глаза его злобно сверкнули.

- Я могу передумать и начать с тебя. – Грозно просипел он.

- Нет-нет, что ты, зачем такая спешка, я могу подождать. – Я пугливо заморгала, стараясь говорить миролюбиво. Еще не хватало быть изнасилованной этим гигантом. Уж лучше как можно дольше оставаться «больной», а там – будь, что будет. Что, если в одно мгновение я усну, и перенесусь обратно в свой мир? Ничтожная искорка надежды забрезжила где-то в глубине меня, и я, ободренная, даже немного улыбнулась.

- Слушай, Кэм. А ты не мог бы позвать сюда своего господина?

- Чего? – гигант в недоумении вытаращил глаза, - в своем ли ты уме? Чтобы сюда, к грязной сумийке пришел господин Рэй! – от переполнявшего негодования, он захлопал ртом, как выброшенная на берег рыба.

- Я же говорила, что я необычная сумийка. Я владею секретной информацией, которая очень ценна для Рэя, к тому же, он неровно ко мне дышит. Это стало ясно с первого взгляда, как я его увидела. Ваш господин влюбился в меня, и скоро захочет увидеть в своих покоях. Это как пить дать. Я такие вещи мгновенно распознаю, ведь я женщина, и очень привлекательная, между прочим.

Кэм смотрел на меня, и с каждой секундой его широченный лоб хмурился, покрывался складками. Наконец, он тяжело выдохнул и для пущей значимости упер руки в бока.

- Мне все равно, кто ты такая. Мое предназначение я уже обозначил, а что касается господина… - Кэм задумчиво пожевал нижнюю губу, - его возлюбленная была настолько красива, что от одного только вида на нее, можно было ослепнуть. Ее золотистая кожа была ярче солнечного диска, ее волосы сияли драгоценными каплями, а пыльца роз делала ее похожей на волшебную богиню. А что ты? Не вижу в тебе ничего выдающегося. Ты – низшая раса, серая, и этим все сказано. Ты никогда не привлечешь внимание господина. Ты – не представляешь интереса.

- Ну, знаешь ли… - я немного оскорбилась от отдаленно знакомых фраз, но, хорошо, хоть вовремя вспомнила, что я человек, а значит, у меня есть преимущество, да еще какое. И все же, решила не отступать так просто:

- В каждом из нас есть что-то особенное, как ни крути. И все твои драгоценные капли, золотая кожа и все такое – полная туфта. Главное, не это!

- Главное не это…ну ладно. – Кэм вдруг миролюбиво отступил, - если посмотреть с другой стороны, то ты в чем-то права. Лично для меня нет разницы, как выглядит моя рабыня. Меня волнует, какого ребенка она мне принесет. Но на господина Рэя даже не надейся. После гибели его возлюбленной, все для него потеряли значимость.

На это мне нечего было ответить. Наверное, уж раса серых точно должна была знать, что стало с этой самой возлюбленной, и если я вдруг задам вопрос, это будет выглядеть очень странно.

Гигант, наконец-то оставил меня одну, лязгнула тяжелая дверь и наступила резкая звенящая тишина, которая сейчас казалась мне настоящим спасением, пусть и мнимым. Теперь я смогла подробно рассмотреть свою правую ногу – ее перетянули странной мягкой тканью, и сейчас кожа слегка чесалась внутри. Боли не было, даже наоборот, было немного приятно. Правда, ходить я все равно еще не могла.

Я вспомнила диковинного человечка Кори, который смазал рану Макса, и она мгновенно затянулась, словно ее и не было. Что, если и мою ногу смазали этим чудодейственным средством? Выходит, не так уж долго я пролежу в этой постели. Главное – не паниковать. Все наладится, я уверена. Ведь все-таки, я не одна, со мной Макс. Только вот нет мысли о том, что он меня спасет. Представить страшно, какая участь меня ждет впереди, если все оставить как есть и просто ждать у моря погоды…

Вздохнув, я потянулась к овальному блюду, на котором лежали причудливые оранжевые фрукты, отдаленно напоминающие наши груши. На вкус они оказались сладкие, даже приторные, а мякоть сочная, ярко сиреневого, неестественного цвета. Казалось, что одновременно и ешь, и пьешь эту мякоть. Да уж, в удивительный мир мы попали.

В эту секунду за окном послышался невнятным шум, а затем и пронзительный звук, от которого заболели уши. Да так сильно, будто их пронзили тонкой иглой. Чувство, что кто-то трубит в громадный рог - усиливалось с каждой секундой, а на улице становилось все оживленнее – доносились голоса и невнятные крики, хлопки. На крики ужаса, конечно, не было похоже, но мне все равно стало неуютно. Что могло случиться на этот раз?