Глава 41

- Алиса, ты слышишь меня? – голос Макса доносился до ушей, будто сквозь толщу воды. - Нам нужно спешить!

- Я...что делать с ней? – я посмотрела на Марсинию, которая стояла как вкопанная и боялась пошевелиться.

- Ничего. Пусть остается в своем мире. Это не наша забота.

Странное чувство не отпускало меня. Казалось, что я что-то делаю не так, мысль, что нам нельзя уходить без Кэма, не давала покоя. Странно, но я впервые почувствовала беспокойство, представив, что громила останется один, окруженный врагами. Ведь это верная гибель! Гибель, на которую он пошел ради нас!

Неожиданно, шум борьбы у выхода прекратился, и наступила зловещая тишина. Что это может значить? Жив ли гигант? Уйти вот так, даже не узнав, все ли с ним в порядке, я не могла.

- Чего ты ждешь? – готовый выскочить за дверь, Макс едва ли не подпрыгивал от нетерпения, - хочешь, чтобы нас убили?

- Но куда нам идти, когда мы выберемся из этого тоннеля?

- По ходу дела разберемся. Сейчас нет времени рассуждать. Мне тебя что, на руках понести? Смотрю, ты привыкла, что тебя Кэм везде таскает.

Я сделала несколько неуверенных шагов к Максу и едва не подпрыгнула – к нам кто-то шел. До меня донеслась тяжелая поступь и лязг сабли об бедро.

Кэм. Он шел очень медленно, зажимая рукой левый бок и тяжело дыша через нос. Голое плечо было залито чужой кровью, но выражение лица оставалось прежним – суровым и мрачным. В свободной руке он держал лампу и факел, который снял со стены, наверное, после того, как закончился бой.

- Кэм! Ты ранен? – задала я глупый вопрос. Наверное, он тысячу раз пожалел, что связался с нами. И все же, несмотря ни на что, он знает, что делает и знает, чем рискует.

Кэм ничего не ответил, лишь зацепил рукой Марсинию и грубо толкнул к двери.

- Она пойдет с нами. Это королева, и пока она у нас, мы будем живы.

Макс одобрительно хмыкнул, только сейчас сообразив, что Марсиния может быть нашим спасением, если мы окажемся в тылу врага. Он отошел в сторону, с преувеличенной учтивостью пропуская гиганта вперед.

Я ошарашенно посмотрела на Макса, пытаясь понять выражение его глаз. Сейчас он казался мне совсем чужим, в нем проступали качества, которые были незнакомы прежде. Вернее, никогда не были знакомы в земной жизни. И это внезапное прозрение оставило неприятный осадок. Что, если мы сами взращиваем в себе чувства? Придумываем любовь, влюбленность, а людей, которых выбираем – делаем заведомо идеальными и упрямо не замечаем, что человек совсем другой? Разве не это главная ошибка – создавать себе идеала и жить в розовых очках, пока их кто-нибудь не разобьет вдребезги?

- Да хватит стоять уже! – Макс дернул меня за руку, и мы вошли в открытую дверь. Замешкавшись, я споткнулась у порога, и едва не задела факел, который Кэм передал Максу, перед тем, как скрыться в темном проеме.

- Растяпа! Иди вперед!

Кэм с Марсинией уже успели от нас оторваться, освещая узкий проход лампой, а Макс шумно дышал за моей спиной и возился с дверью. Когда он плотно закрыл дверь, стало еще темнее – лишь мерцал желтоватый огонек вдали, прокладывая нам путь.

Тоннель казался бесконечным и извилистым, но мы продолжали неспешно продвигаться вперед. Даже на быстрый шаг перейти не получалось, места хватало лишь для размеренного, спокойного передвижения.

Иногда я придерживалась за стену, и под ноги тут же сыпались комья земли. Почти сразу, затхлый воздух стал вызывать легкое головокружение, и мне казалось, что стены сужаются незаметно для нас.

Мозг услужливо рисовал в голове картинки с жуткими фантазиями – кто знает, что будет дальше? Что, если Кэм ошибся, и мы уткнемся в глухую стену? Сердце колотилось с бешеной скоростью, стоило только представить, что придется возвращаться назад. Наверняка, замок превратился в кровавое поле битвы, и повсюду лежат тела серых и золотых. В этом мире больше нет никакого мира, все кончено. Почему же мне так грустно?

- Алис?

До меня донесся тихий, спокойный голос Макса. Его дыхание было немного сбитым от непрерывной ходьбы, но все же, чувствовалось, что он немного приободрился.

- Когда мы вернемся домой, что нас ждет? Думаешь, нас уже ищут? И, если да, то - как давно?

Задумавшись, я чуть замедлила шаг.

- Не знаю. Мне кажется, что прошла целая вечность, и нас уже объявили в розыск. – Я хмыкнула, - представляю, как волнуется твоя жена. Интересно, как бы она себя вела, оказавшись здесь?

- Так же как и ты. За одним исключением. – Макс сделал паузу, - она бы никогда не пошла на поводу у Кэма. Никогда бы не сидела у него на руках как личная наложница.

- Что?!

От возмущения, я резко остановилась и развернулась к Максу. На этот раз мы стояли почти вплотную друг к другу, и факел ярко освещал наши лица. Его глаза. Я совсем забыла их настоящий цвет. Теперь они не казались мне холодными или презрительными. Несмотря на колкие слова, его глаза смотрели на меня со странной, несвойственной нежностью. Хочу ли я, чтобы он так же смотрел на меня, когда мы вернемся домой? Не знаю. Но сейчас точно неподходящее время для сентиментальностей.

- Ты хоть понимаешь, что говоришь? – как я не старалась, в моем голосе, наверняка отразилась обида, - считаешь, что я специально все это делала? Думаешь, я хотела, чтобы чужак использовал меня как рабыню для получения регулярного потомства?

- Нет, я не это имел в виду. – Макс слегка опешил, - мне показалось, что он тебе понравился как мужчина.

- Ты в своем уме?!

- Тогда почему ты так к нему относишься? Почему защищаешь? – Макс прищурился, - в какой-то момент, твое отношение к нему стало другим. И не ври мне, иначе, я могу подумать, что у вас все было.

- Ты что, не мог найти другого случая для допроса? И разве я твоя жена, почему тебя это вообще волнует?

- Почему меня это волнует? – Макс задумался, - если честно, сам не знаю.

Он не дал мне ничего ответить – обнял за талию и по-хозяйски прижал к себе. Я почувствовала горячие, требовательные губы на своей щеке, они щекотали, как крылья бабочки, очень нежно и умело подбираясь к губам. Язык Макса мягко проник в мой рот, и волна мощного наслаждения затмила разум. Я настолько была изумлена, что даже не смогла хоть как-то отреагировать – отодвинуться, что-то сказать или сделать, на это просто не было сил. Ноги стали ватными и подкосились, как у девочки подростка, которая, наконец-то получила то, о чем мечтала много лет. Поцелуй. Настоящий поцелуй, который я ждала и прокручивала в голове не меньше тысячи раз. Как там у нас говорят – бойтесь своих желаний?

И все же, я не удержалась и поддалась его напору. Каждое наше движение казалось однородным, мы – словно единое целое, тонко чувствовали друг друга. Поцелуй превратился в томительную ловушку, дурманил мысли и заставлял дрожать тело. Макс с трудом оторвался от меня, и мы не меньше минуты просто стояли, пытаясь отдышаться.