Глава 15

Я вожу с шестнадцати лет. Не скажу, что прекрасный водитель, но практики достаточно. А хорошая память позволяет не забыть что к чему. Но в этой крутой тачке всё немного иначе.

Мы едем по объездной дороге. Машин мало, практически нет светофоров, как раз то, что нужно. Немного страшно, но спокойствие Некрасова внушает мне уверенность в себе.

— Ну же, дерзай! — с его лица так и не сходит улыбка.

Может ли быть доверие между врагами? И нормально ли видеть в противнике — союзника, спасителя и защитника? Что делать, если сердце против воли подпускает его всё ближе и ближе?

А ведь у нас отношения на время. Скоро всё закончится. Но глядя в пронзительные глаза, чувствую себя лучше.

Увеличиваю скорость. Он диктует, как правильно совершать манёвры и идти на обгон. Чётко, без лишних слов и повышенного тона. Ему бы преподавать в автошколе.

Я гоню на дозволенном пределе. Ещё немного и на спидометре будет превышение, но сдерживаю себя. Уж больно правильная. В моём мозгу множество границ мной же расчерченных.

Еду плавно, движение не ощущается, словно парю.

— Умничка! А теперь входи в поворот не сбавляя скорость. — Некрасов кладёт руку на руль, чтобы подстраховать.

И всё же я доверяю ему. Может и дура, но не могу по-другому. Последнее время кардинально изменило моё отношение к нему.

Выкручиваю руль и на удивление идеально вписываюсь в узкий проезд. Сердце гулко колотится в груди. Нервы приятно щекочет. Начинаю смеяться.

Я поворачиваюсь к Кириллу. О, Боже! Не смотри на меня так. Не смотри, пожалуйста! Иначе точно влюблюсь.

— А ты способная, Елисеева! Тихоня с огоньком. — подмигивает мне.

На душе от его комплимента разливается тепло.

— Тебе нравится? — спрашивает он.

— Очень! — улыбаюсь во все тридцать два зуба. — Это потрясающе!

— Улыбайся чаще. Улыбка — твоя визитная карточка.

Смущённо отвожу взгляд, не забывая про дорогу. Некрасов мне говорит куда ехать, и мы наконец приезжаем по нужному адресу. Припарковываю машину у очень дорогого бутика. Мне известно, какие там цены.

— А может, поедем в другой магазин?

— Ты забыла куда идёшь?

— Но…

— Никаких, но.

Вылезаем из автомобиля. Заходим в бутик. К нам сразу подбегает длинноногая девушка-консультант. Ей бы моделью работать.

— Чем я могу вам помочь? — на её лице идеальная, но искусственная улыбка.

— Подберите моей девушки несколько нарядов для званого ужина. Цена не имеет значения.

Консультант высокомерно осматривает меня.

— Подождите здесь, пожалуйста. — указывает на диван. — Вам сейчас принесут кофе. Я сама всё подберу и отнесу в примерочную.

— Спасибо! Только поторопитесь. И ещё обувь. — Некрасов даже не смотрит на неё, копается в своём телефоне.

— Какой у вас размер? — обращается ко мне девушка.

— 35-ый.

— У тебя такая маленькая ножка? — удивлённо вскидывает брови Кирилл.

— Угу!

— Дюймовочка!

— А размер одежды у вас “S”? Я же права?

— Я ношу “М”.

— Принесу оба размера, но уверена “М” будет великовато.

Неужели похудела? Или в своей голове я вижу себя не такой, какая есть на самом деле?

— Хорошо.

Консультант мгновенно исчезает. Нам приносят кофе и разные сладости. Но в горло ничего не лезет. Слишком волнуюсь.

Через минут пятнадцать она возвращается.

— Всё готово! Прошу в примерочную.

Сразу встаю и следую за ней. Некрасов за нами. Он садится в кресло. А я иду переодеваться.

— Позвольте помочь вам!

Как-то мне неловко раздеваться перед незнакомым человеком. Еле заставляю с себя снять роллинг и стянуть джинсы. По реакции девушки вижу, что её развеселило моё нижнее бельё с котятами. Стыдно-то как!

— Я сейчас вернусь. Под эти платья надо соответствующее бельё.

Она выходит. А я рассматриваю себя в зеркале и замечаю, что действительно похудела. Вероятно, стресс повлиял. Столько всего произошло за сентябрь.

Консультант передаёт мне через занавес очень красивый комплект. Надеваю и застываю. Неужели я могу выглядеть столь сексуально? Кружево отлично сидит на моей небольшой груди. А трусики будто специально сшили для меня! Так и стою разинув рот.

— Мне можно войти? — голос девушки приводит в чувства.

— Да!

— О, великолепно! Правильно подобранные покрой и размер имеют огромное значение. — она явно довольна собой.

Дальше следуют платья. Одно за другим показываю Некрасову, но он все отсеивает. Уже сомневаюсь, что что-то найдём. Осталось последнее. Насильно натягиваю его на себя. Шёлковое серебро плавно растекается по телу, подчёркивая изгибы, и мои серые глаза делает ярче.

— У вас есть шпильки для волос?

— Ковыряюсь в своей сумочке и достаю несколько штук.

Девушка поднимает мне волосы, отрывая ключицы и шею. Закрепляет их и пару локонов вытаскивает, чтобы спадали на лоб. Протягивает красивые туфельки на тонком высоком каблучке, чтобы дополнить образ.

— Идеально. Это ваш парень точно не отсеет. Вы неотразимы! — её глаза прям горят.

— Спасибо!

Я стою и не решаюсь выйти из примерочной. Очень нервничаю и в то же время хочется, чтобы Некрасов увидел меня такой.

— Смелее. — подталкивает девушка.

Она отдёргивает занавес, и мне приходится выйти вперёд. Когда Кирилл поднимает глаза, все звуки и окружающие исчезают, словно в бутике мы остались совершенно одни. Чувствую, как пульс резко подскакивает.

Некрасов всё молчит и молчит, будто потерял дар речи. Он сидит и даже не шевелится. Пытаюсь разглядеть, дышит ли вообще. Потом парень с шумом вдыхает и выдыхает, словно стараясь взять себя в руки. Обычно я так делаю.

— Мы берём это платье, — говорит консультанту. — и остальное тоже.

— Хорошо. — кивает девушка.

— Тебе очень идёт. — всё так же разглядывает меня сверху до низу.

Я киваю, не в силах выговорить ни слова. В горле пересохло.

— Пойдёмте, снимем его, и я всё упакую.

Следую за девушкой. Сердце всё ещё гулко колотится в груди. Даже ладони вспотели. Наконец, надеваю на себя привычную одежду. Насколько можно считать привычными дорогие вещи Ланы.

Некрасов всё оплачивает с карты. Один клик, и огромная сумма исчезает с его счёта. Он несёт пакеты. Затем закидывает их на заднее сидение. Ведёт себя так, будто покупать мне одежду само собой разумеющееся.

— Я голоден. Не успел позавтракать. Здесь неподалёку классное кафе. Очень вкусная еда.

Я соглашаюсь, потому что сама очень голодна. Тоже пропустила завтрак. Мы останавливаемся у заведения с очень красивой вывеской. А внутри уютно, прям как дома. Диванчики, торшеры, много горшков с цветами, разные картины и мягкие ковры.

Мы устраиваемся за столиком у окна. Я заказываю себе блинчики, а Некрасов бутерброды. Официантка быстро исчезает и так же быстро появляется с чайными чашками.

— Спасибо за платье! — благодарю его, продолжая пялиться в меню, будто выбираю что-то ещё. — Похоже я теперь тебе по гроб жизни обязана.

А сама в уме пытаюсь понять, как распределить время, чтобы больше заработать на репетиторстве?

— Я не против! — говорит, что-то печатая в телефоне.

— Обязательно найду способ вернуть деньги.

Он поднимает на меня взгляд.

— А разве я просил тебя их вернуть?

— Прости, что это говорю, но ты никогда не работал и сам не зарабатывал. Ты не знаешь цену деньгам. Может для тебя это и копейки, но для меня сумма, заплаченная за вещи, слишком велика. На них обычная семья может прожить месяц, а то и два.

Выражение красивого лица сразу меняется. Теперь сидит серьёзный. Такое ощущение, словно задумался над моими словами.

— Поэтому для меня важно их вернуть. Сразу не получится конечно, но я уже звонила по объявлению. Пару учеников намечается. Надеюсь в ближайшее время найду ещё. Самое сложное рассчитать время, чтобы не перетрудиться.

— Так сложно просто принять от меня подарок?

— Мы ведь вместе понарошку, а значит, ты не обязан всё это делать.

— А если хочу? — он подаётся вперёд.

Его лицо слишком близко. Ладонью накрывает мою руку, лежащую на столе.

— Я не могу его принять. — убираю её, потому что прикосновения Кирилла чересчур тревожат.

По коже волной бегут мурашки. Поскорей прячу руку, чтобы он не заметил. Некрасов сразу отклоняется и откидывается на мягкую спинку диванчика. Похоже мой ответ его задел.

Он привык, что девушки вешаются ему на шею и всё с радостью принимают. А мне неловко.

— Хочешь казаться сильной и независимой в моих глазах? — грубо кидает парень.

— Нет. Я такая какая есть.

— Неблагодарная?

— Раз так считаешь, пусть так и будет, переубеждать не стану.

— Блин, бесишь! — и как стукнет кулаком по столу.

Официантка чуть ли не роняет поднос с нашими блюдами. Бедная девушка не решается переложить еду на стол. Некрасов даёт ей знак кивком, и она сразу ставит перед нами тарелки. Вмиг испаряется, будто её здесь и не было.

— Я это делаю не для того, чтобы разозлить тебя, Кирилл.

— Значит, если бы у нас были настоящие отношения, ты приняла бы подарок?

Я задумываюсь. Вполне возможно, что да. Но не уверена, ведь он слишком дорогой.

— Вижу сомнения. — ухмыляется.

— Прости!

— Видимо постепенно придётся из тебя выбивать эту дурь.

— Моему парню со мной будет непросто. — улыбаюсь я.

— Очень непросто. Сочувствую ему.

— Некому сочувствовать, мне отношения не нужны. Главная моя цели закончить колледж, найти себе хорошую работу. Хочу, чтобы мои родители ни в чём не нуждались. Ради них я готова учиться и работать день и ночь.

— Кто бы мог подумать, что под обликом незаметной, тихой и спокойной девушки скрывается такая сильная личность.

— Если бы Лиза не порвала мою одежду, для покупки которой родные столько работали, скорее всего терпела бы издевательства и дальше. Но когда дело касается мамы с папой, я кардинально меняюсь. Ради них стану ещё сильнее и добьюсь лучшего будущего для нас троих.

Некрасов смотрит на меня с уважением.

— Ты очень необычная.

— Как раз наоборот, самая обычная.

— Поверь, я знаю, что говорю. Ты слишком выделяешься среди этих пустышек нашего колледжа.

— Просто твой круг общения другой. Вокруг тебя те, у кого обеспеченные родители. В моём мире много таких, как я. Вы сторонитесь стипендиатов, но на самом деле у них есть чему поучиться.

— А тебе есть чему поучиться у меня.

— И чему же?

— Относись к жизни проще. Надо жить, пока молодая, годы не вернуть. Потом будет поздно. Учёба, работа и снова учёба. Этот круговорот затянет тебя и потом не вырвешься.

Может, он и прав. Но я хочу помочь родным.

Тут на мой телефон приходит сообщение. Сразу за ним следующее штук пять. Беру мобильный, чтобы прочесть, но Некрасов выхватывает его.

— Это гад похоже по-хорошему не понимает. Тебе крышка, Ян!