Глава 29

К счастью, с Некрасовым всё хорошо. Он ещё не приходил в себя, но показатели хорошие. Со дня на день очнётся, и я надеюсь, что в этот момент буду рядом.

Мэр организовал за ним лучший уход, как и тогда за моими родителями. Я провожу с ним всё свободное время. Остаюсь и на ночь. На занятиях еле высиживаю. Всё боюсь, что проснётся, а меня рядом не окажется.

— Ну же открой глаза и отругай меня! — глажу его по густым волосам.

Он такой красивый, всё не могу наглядеться. Теперь моё сердце болит не из-за него, а за него. Нежно целую Некрасова в губы.

— Я люблю тебя, мой принц! — прижимаюсь к нему.

Раздаётся тихий стук. Следует звук открывающейся двери. Поднимаю голову. В палату входит Влад. Он виновато отводит глаза.

— Что тебе нужно? Пришёл позлорадствовать? — подхожу к нему и пытаюсь вытолкнуть в коридор.

— Выслушай меня, Даш, пожалуйста!

— Зачем? — начинаю злиться. — Посмотри на него. Он ещё не очнулся. Если бы не вы, всё было бы хорошо.

— Знаю. Я правда не хотел. Моя вина лишь в том, что всегда потакал капризам Лизы.

— И видишь к чему привели её капризы.

— Некрасов не обманывал тебя. Да, он говорил, что сделает всё, чтобы победить тебя, но проиграл, как только увидел твои слёзы из-за родителей. Он понял, что готов сделать всё ради того, чтобы ты улыбалась.

— Откуда ты знаешь?

— Он сам мне сказал. — признаётся парень. — Мы ведь дружим с детства.

— Почему же ты помогал Лизе?

— Любовь такое чувство, с которым бороться сложно. Жданова умеет крутить мной. Но с меня хватит! Из-за её очередной выходки он чуть не погиб.

— Почему Некрасов пошёл к ней?

— Она пригрозила, что что-то сделает с собой. Он и поехал, испугался за неё.

Отпускаю Влада и плетусь к стулу у окна.

— Лизу бесит сам факт, что Кирилл предпочёл обычную девчонку, да ещё и бедную. Всё с самого начала делала она.

— Эта стерва толкнула меня с лестницы?

— Да!

— А в душе?

— Это был я. Прости!

— Но как мне вывести её на чистую воду?

— Разозли Лизу, и она сама всё выдаст.

— Ты же понимаешь, что Некрасов перестанет с тобой общаться, когда узнает правду?

— Понимаю. Пусть ненавидит меня. Главное, что остался цел. — он подходит к другу. — Я не думал о последствиях, считал, что ты неподходящая для него пара. Но теперь понимаю, что любовь не взвешивается деньгами. Не важны статус и положение, когда рядом тот, кто всё готов отдать за тебя. — Соколов поворачивается ко мне. — Хочу, чтобы и меня любили так же. Не из-за подарков, не из-за дорогой тачки, а просто потому что это я.

— Не будь тенью Лизы и люди к тебе потянутся. Ты не такой плохой, каким хочешь показаться. Просто перестань смотреть на окружающих сверху вниз.

— Мне очень жаль, правда! — вижу искренность в глазах Влада, она слышна и в голосе.

— А Жданова не жалеет, что так поступила?

— Нет. Она спокойно учится дальше, будто ничего и не произошло. Увидев её безразличие, взбесился. Но ей пофиг.

— Ничего я сломаю её так, что Лиза это запомнится на всю жизнь.

— Будь осторожна!

Киваю. Соколов уходит, а я устраиваюсь рядом с Некрасовым и засыпаю. Во сне всё снова прекрасно. Я смеюсь, обнимая любимого. Мы у меня дома, валяемся на кровати и смотрим кино.

А когда просыпаюсь, понимаю, что Некрасов не приходил в себя. Это разжигает во мне больше злости. Завтра с утра начну действовать.

Достаю телефон из рюкзака. И ищу контакт единственной подруги. Нажимаю на дисплей. Идут гудки.

— Хорошие новости? — спрашивает Лана.

— Пока не очнулся.

— Держись, Дашунь! Он сильный. Всё будет хорошо.

Она вместе с Яном пару раз приезжали в больницу. Эти двое — идеальная парочка, надеюсь в будущем сойдутся.

— Лан, я хочу, чтобы Лиза получила сполна. — говорю прямо.

— Можешь на меня рассчитывать, дорогая.

Моя ненормальная соседка, когда узнала, что произошло, пошла к Лизе и устроила драку. Поставила ей фингал под глазом и выдернула пару наращенных прядей. Её еле оторвали от Ждановой. Директор даже отстранил Лану от занятий на неделю.

— Мы должны вывести Лизу на чистую воду. Иначе в следующий раз пострадает кто-нибудь другой.

— Согласна! — твердо говорит она. — С чего начнём?

— Я хочу, чтобы ты сняла наш с ней разговор на камеру. А потом эту запись распространим.

— Можно и в интернет загрузить. Эту гадину все должны знать в лицо.

— Так и поступим.

— Осталось её разговорить.

— Сострой из себя разбитую, бедную и несчастную. Она сама захочет выпустить яд, чтобы покончить с тобой. Тут мы и возьмём её с поличным.

— Надеюсь, у нас всё получится.

— Я уверена.

— Спасибо тебе, Лан!

— Я тебя умоляю. Ради тебя и не на такое пойду.

— Обожаю тебя!

— Знаю. — смеётся подруга.

Как же мне повезло, что она появилась в моей жизни. Верные подруги — редкость.

Я вешаю трубку и поворачиваюсь к Некрасову. Кладу голову ему на грудь.

— Ты всегда спасал меня и защищал. Теперь моя очередь постоять за нас.

Его пальцы сжимают мою руку. Я привстаю. Неужели он приходит в себя?

— Даша! — шевелит сухими губами.

— Я здесь, Кирилл!

На душе разливается чувство облегчённости. Становится так легко. Впервые за эти дни получается дышать полной грудью.

— Ты в порядке? — с трудом открывает глаза.

— Благодаря тебе, да! — стараюсь не плакать.

— Это хорошо.

— Дурак, я так испугала! — подбородок трясётся, вот-вот разревусь.

— Не смей! — говорит строго. — Не хочу видеть твои слёзы.

— Это слёзы радости.

— Прости меня за эту глупую войну. Сказал тогда лишнее. Я правда люблю тебя! — он пытается привстать.

Я не позволяю.

— Ничего больше не говори. Давай забудем прошлое и создадим лучше будущее.

— Договорились, малыш! — прикрывает глаза.

А я наклоняюсь и целую его нежно-нежно.

На следующий день возвращаюсь в колледж. Больше ничего не боюсь. Тот миг, когда увидела Некрасова без сознания посреди дороги изменил меня навсегда. Я будто мгновенно повзрослела. И все проблемы теперь кажутся пустяком, и физическая боль по сравнению с душевной — ничто.

Больше нет той скромной и тихой Даши Елисеевой, которая опускала голову лишь бы её не трогали и не мешали учиться. Когда кто-то для тебя становится всем миром, ты забываешь про себя и свои желания. Ты ставишь любимого человека на первое место.

И сейчас я иду увидеться со Ждановой. Устроить ей полный разгром. Из-за неё он чуть не погиб. Пусть отвечает за свои поступки. Гадина!

Лана с телефоном наготове. Долго искать эту королевну не приходится. Она в общей комнате отдыха. Устроилась с подругами на диванчике и мило беседует, будто ничего и не произошло. Лиза в своём репертуаре.

Девушка замечает меня. По выражению моего лица догадывается, что пришла я не просто так.

— Оставьте нас одних. — махнув головой, показывает однокурсницам на двери.

— Лучше мы останемся с тобой. — говорит одна из подружек. — Вдруг она что плохое задумала.

— Я сказала, убирайтесь! — повышает тон Жданова.

— Не думаю, что вам захочется слушать такую мерзкую правду о вашей любимой Лизе. — ухмыляюсь излюбленной ухмылкой Кирилла.

— Пошли вон отсюда, быстро!

Девушки уходят. Я дожидаюсь, пока они скрываются в конце коридора. Замечаю Лану. Соседка подаёт знак. Пора начинать.

— Что ты хочешь от меня? — Жданова кладёт ногу на ногу и надувает шарик из жвачки.

— Чтобы ты призналась.

— В чём?

— В том, что из-за твоего вранья чуть не погиб Некрасов.

— Он сам виноват, нечего было бежать за тобой.

— Ты совсем дура? — еле сдерживаюсь, чтобы не расцарапать этой больной её симпатичную мордашку.

— Я просто хотела вас разлучить.

— Ты не смогла пережить, что Кирилл полюбил меня. Такую простую, обычную девчонку. Мне искренне жаль тебя.

Она подскакивает с дивана и начинает расхаживать по комнате туда-сюда.

— Признай, что с самого начала делала всё, чтобы нас разлучить. Те угрозы и нападения тоже твоих рук дело.

— Ты ничего не докажешь.

— А мне и не надо. Главное, что Кирилл в это верит. Ты в его глазах пала ниже плинтуса.

— Ах, ты, стерва! — кидается на меня.

Но я перехватываю её руки и со всей силы отталкиваю, девушка падает на пол.

— Ты проиграла, Жданова!

— Нет, нет, нет! Это не правда.

— Правда! — смеюсь, намеренно зля её ещё больше.

Она на пределе и скоро всё выложит.

— Некрасов никогда не смотрел на тебя, как на девушку. Ты всегда была в френдзоне, — добиваю.

— Ты не подходишь ему. Такая нищенка не достойна нашего принца.

— Когда ты перестанешь оценивать людей по статусу и деньгам?

— Никогда!

— Значит, ты всегда будешь проигрывать.

— Я выигрывала не раз, дура. — кричит она. — Когда поливала тебя вонючей водой, когда Некрасов верил мне, а не тебе. Когда подстроила вашу встречу с Яном в клинике, когда пугала тебя крысой и когда чуть не испортила твою страшную мордашку горячим кофе. Всё это моих рук дело. Я побеждала раз за разом. Даже в тот день я разыграла сцену, и ты убежала, поджав хвост, как побитая собака.

Её хохот режет слух.

— Я номер один во всём. Умею управлять людьми. И они готовы на всё, лишь бы дружила с ними.

Стою и просто позволяю ей выговориться.

— Каждая девушка мечтает быть мной.

— Только вот Некрасову ты не нужна, несмотря на красоту и популярность. Он в тебе видит лишь капризную и разбалованную подругу.

Вдруг на глазах девушки выступают слёзы. Опешиваю от неожиданности.

— Знаешь, каково это по сто раз менять имидж, чтобы он заметил? Я была брюнеткой, шатенкой, рыжей. Делала разные стрижки. — она смеётся сквозь плач. — Блондинкой хожу уже второй год только потому, что ему нравится.

Жданова сокрушённо садится на диван.

— Я ведь влюблена в него с самого детства. Но чтобы не делала, как бы не пыталась обратить на себя внимание, он никогда не видел во мне девушку.

Закрывает лицо ладонями.

— Каждый раз, как у Некрасова появлялась новая "пассия", старалась боль спрятать за улыбкой. А по возвращению домой тихо рыдала в подушку. И так по новой раз за разом.

Она подскакивает и хватает меня за грудки.

— Ты и понятия не имеешь сколько я страдала. Ради него готова на всё, но он по-прежнему не замечает меня. Стала той, кто я есть из-за своих сильных чувств.

Стою в ступоре, не зная, как реагировать на её истерику.

— Когда смотрю на своё отражение в зеркале, я ненавижу себя. Любовь, оказывается, равносильно прекрасна и страшна. Мои чувства превратили меня в монстра.

— Лиза, он же не виноват, что не смог полюбить тебя. — гляжу в заплаканные глаза девушки.

— Ты думаешь, не понимаю? Но ничего не могу с собой поделать. — она разбита, и только сейчас это осознаю. — Мне хотелось умереть, когда заметила, что он по-настоящему влюбляется в тебя. Ведь Кирилл впервые так на кого-то смотрит.

Не нахожу слов, чтобы хоть что-то сказать. За маской высокомерия, надменности и безразличия Жданова прятала истинные эмоции.

— Я унижала других, возвышала его над остальными, была всегда ухоженной и красивой, но так и не удостоилась полного нежности взгляда.

Она кладёт лоб мне на плечо.

— Кириллу я не нужна, как бы не старалась. — она горько рыдает. — Всё было зря. — сокрушённо опускается на диван.

Сажусь перед Лизой на корточки и накрываю её руки ладонями.

— Почему же ты не пришла навестить Некрасова в больнице? Он многое тебе позволял и сейчас простит.

— Видела, как машина сбила Кирилла. Это я вызвала скорую. Если бы он умер, не смогла бы простить себя и жить дальше.

Я пыталась вывести её на чистую воду. Но теперь даже не знаю, как поступить. Из-за стремления завоевать его любовь, она в первую очередь разрушила себя. Как мне быть?