Глава 17

Охраны в каменном доме за высоким забором было, как в фильмах про миллионеров, за которыми охотятся террористы. Камеры на фасаде дома. Люди в саду. Детекторы на воротах. “Ого, да сюда просто так не войдешь”, - подумала я, когда передо мной галантно открыли резную дверь дома.

Просторный холл, ярко освещенный лампами. Да я во дворце! Мне казалось, что у Олега Шилова, бывшего партнера отца, гигантский дом. Этот же был в несколько раз больше и обставлен так дорого, что я на секунду потеряла дар речи. С кем я связалась, черт побери? Что это за человек и каким образом он зарабатывает свои, как минимум, миллионы? Как максимум, я гуманитарий и не знаю названия таких цифр.

— Я не буду спать! — кричал тонкий голосок. — Я хочу позвонить маме!

В гостиной послышалась возня.

— Лерочка, сейчас очень поздно. Давай ты завтра позвонишь? — уговаривал её мягкий женский голос. — Сейчас приедет папа, ты поговоришь с ним. Если он разрешит, позвоним маме прямо с утра, хорошо?

— Не хочу к папе. Он не разрешит! — не унимался голосок.

Я вопросительно посмотрела на Тимура. Он просто пожал плечами, мол что с ребенка взять. Трудно переживает расставание родителей.

— Лерочка, у тебя температура тридцать восемь. Ты должна лечь! — упорствовала женщина, но как-то вяло.

— Я хочу позвонить маме! — был ответ на все.

Вошла следом за Тимуром в просторную гостиную. Главная драма вечера разворачивалась на ковре у красивого камина. Женщина бальзаковского возраста с классическим пучком на затылке сидела рядом с темноволосой девочкой. Навскидку почти школьница, лет шесть, не больше. Хвостик растрепался, некоторые прядки прилипли ко лбу, на щеках нездоровый румянец. Девочка резко обернулась и увидела нас.

— Тимур, простите. Но она капризничает и не хочет успокаиваться уже третий час, — посетовала женщина.

— Все нормально, — снисходительно кивнул мой спутник. — Лера, ты почему еще не спишь? — чуть строже обратился к дочери.

Девочка же во все свои огромные глаза смотрела на меня. Вот ведь настоящие блюдца, кого-то она мне напоминает. Что-то есть знакомое в этих красивых чертах лица. Лера уже сейчас похожа на маленькую куколку.

Внезапно сорвалась с места и обняла меня. Так резко и порывисто, что я пошатнулась и с трудом удержала равновесие.

— Лера? — Тимур, кажется, тоже был в шоке.

— Ты почитаешь мне сказку? — малышка упорно игнорировала отца.

Нет, дети меня не пугают, даже наоборот. Они милые, очаровательные и чудесные, когда чужие. Примерять на себя роль матери я пока точно не планирую, но вот что творится в голове этого маленького, вцепившегося в меня чуда? Только ей самой и известно.

— Оля, я не могу тебя не о чем просить, — устало потер лоб Тимур. — Здесь явная диверсия. Артем отвезет тебя домой прямо сейчас.

Я опустила взгляд и встретилась глазами с малышкой. Она смотрела на меня так, что сердце и у камня дрогнет, не то, что у злой ведьмы. Несколько секунд разглядывали друг друга.

— Не проблема. Лера, ты покажешь мне свою комнату? — улыбаюсь. Не могу отказать ребенку. Просто не могу.

Меня тут же схватили за руку и потащили вверх по лестнице. Успела бросить виноватый взгляд на Тимура, тот лишь кивнул нам вслед и остался в гостиной. Да, с дочерью у него дела идут похуже, чем с собственным бизнесом, каким бы он ни был.

***

Вернулась домой под утро. План просто почитать сказку и уехать с треском провалился, девочка даже с температурой была удивительно энергичной. В три утра она все-таки уснула, крепко сжимая мою руку. Что ж, теперь мы с ней точно друзья, а вот с её отцом — сомневаюсь.

Успешно назвала Артему свой прежний домашний адрес, оттуда пришлось доехать на такси. Ждала целый час, даже начала делать ставки, кто появится раньше таксист или маньяк, который мимо меня в таком платье точно не пройдет.

Щелкнул ключ. Тихонько приоткрыла дверь в квартиру Громова, боясь разбудить Бадди. Если проснется пес — проснется и хозяин. Вот только дома не спали…

— Что за? — вошла в квартиру и закашлялась от насыщенного сигаретного дыма. Громов воспользовался случаем и устроил тут курильню? Хоть бы вытяжку включил.

— Какие люди! — из полумрака задымленной комнаты вышел пошатывающийся и злой, как черт парень. — Явилась!

— Громов? — опасливо сделала шаг назад. — Марк? Эй…

Он меня, как будто, не слышал. В карих глазах гнев, а в руках, что схватили меня за плечи и впечатали спиной в стену невероятная сила. Где-то в дальней комнате лает и скребет дверь лапами Бадди.

— Где ты была? — рыкнул принц как-то совсем не по-доброму. Кажется, корону темного властелина пора торжественно передать ему, потому что Тимур по сравнению с ним белый и пушистый зайчик. От Марка тяжело пахло коньяком и сигаретами. Громов курит? С каких пор?

— Тебя не касается, — с вызовом посмотрела на это недоразумение. Неужели приступ ревности?

— Ты спала с ним? — блеск в глазах совсем нездоровый. Он так близко, что наши носы почти соприкасаются. Мечтаю научиться проходить сквозь стены. Юркнуть и вылезти уже в коридоре. Меня еще раз тряхнули, чуть приложив головой о стену. — Ты спала с ним? — рявкнул еще громче.

— Не твое дело, — кулак с силой впечатался в стену рядом с моим лицом. Марк зашипел от злости и боли. Решаю повторить для особо одаренных, — Не твое де… — не дал договорить, наказал за дерзость. Это был не поцелуй. Нет. Это были укусы, давление, злость. Кажется, принц только что придумал очень эффективные пытки. Я пыталась вырваться, отвернуться — нет, ни единого шанса.

— Повторяю последний раз, — наконец, оторвался от меня, переводя дыхание. — Ты спала с ним?

— Нет, — чувствую себя Штирлицем, которого Мюллер расколол очень странным методом. — С бывшим мужем Тины я не спала, — отрезаю холодно в надежде хоть как-то отрезвить. На плечах точно будут синяки.

Марк удивленно отпрянул и внимательно на меня посмотрел.

— Ты знала? Тогда зачем поехала с ним? Нахрена ты с ним танцевала? Чем ты думала? — в нем поднималась новая волна гнева, что вот-вот на меня обрушится. Нет, только не сейчас. — Он мог сделать с тобой всё, что угодно. Телефон не доступен. Ты с этим монстром. Мы подняли на уши всех, кого могли! Тина места себе не находила. Ты чуть все не испортила!

Метался по комнате туда-сюда. Наглости снова ко мне прикоснуться у него не хватило. Воспользовалась моментом и щелкнула по выключателю. Яркий свет. На стойке пепельница с целой горой окурков и бутылка коньяка. Громов взлохмаченный, бледный, с красными глазами.

— Как ты додумалась вот в этой провокации сбежать с мужчиной? — не унималась моя укуренная и пьяная полиция нравов.

— Значит, тебе можно по бабам, а мне по мужикам нельзя? — нахмурилась и сложила руки на груди. — Тимур — шикарный мужчина, обходительный, сексуальный. Я же не железная. Мне тоже нужны здоровые отношения. Хорошо, что Лера меня узнала, показала наше с Олей фото и попросила передать маме, что она её очень сильно любит и ждет.

Парень устало опустился на диван и запустил пальцы в волосы. Выдохнул с явным облегчением.

— Хорошо, что хотя бы Лера смогла тебя образумить. Ты понимаешь, что он мог не довести тебя до дома? Затащить в ближайший лес и там никто не смог бы помочь, — он поднял на меня усталый взгляд. — Этот мужик не особо церемонится с женщинами.

Странное ощущение, как будто мы говорим о разных людях. Со слов Тины и Марка этот мужчина — исчадие ада. Со мной же он вел себя, как истинный джентльмен и очень приятный собеседник. Кому верить?

— Знаешь, Громов, — подошла и наклонилась к самому уху. Я точно камикадзе. — Если бы не знала о Тине, то провела бы сегодня шикарную горячую ночь с шикарным мужиком. Я до сих пор не уверена, что поступила правильно, отказав себе в этом.

— Кожевникова! — вскочил с дивана и замер напротив. — Я не знаю что с тобой сделаю, — рывком притянул меня к себе и обхватил шею, — чертова ведьма!

Наши губы ссорились за нас. Вместо криков злые прикосновения, вместо пощечин укусы, вместо бьющейся посуды пылающий огонь. Я высказала ему все за то, что был холоден, за то, что лапал какую-то девку на празднике. Все мое негодование, обиду и злость. Он ответил тем же, вложив в прикосновение все свои переживания за этот безумный вечер.

Мы рухнули на кровать, я не сразу поняла в чьей комнате. Все-таки его. Слева скребется Бадди, значит, там моя спальня. Больше в голове ни одной трезвой, разумной мысли.

— Как же я тебя ненавижу, — прошептал он зло, покрывая поцелуями шею. — Ты все портишь. Все должно было быть не так. Из-за тебя я становлюсь похож на него, — как помешанный шептал Громов.

Пока я, нежась под его поцелуями, проваливалась в темноту. Бессонная ночь дала о себе знать и я, как истинная очень уставшая женщина, уснула в самый неподходящий момент.