Глава 31

— Итак, Герман уже летит сюда на полной скорости. Счастливый, как никто, — я, улыбаясь от уха до уха, вошла в гостиную. — Тина, две минуты и можно идти в душ. Голову в четыре руки аккуратно помоем, чтобы не намочить щеку.

Знаете, бывает внутри такое чувство, что ты все делаешь правильно. Оно бесценно и разгоняет тебя до предельной скорости. Хочется сохранить внутри это тепло: сделать еще что-то, потом еще, а следом, возможно, и мир изменить. Сейчас, под властью этого чувства, я была неумолима. Даже не сразу заметила, что в гостиной висит напряженная тишина.

Марк хмурится и о чем-то думает, вращая в руках мобильник. Тина лежит на диване и чешет тонкими пальцами шею примостившегося рядом Бадди. Только не говорите, что на нашу очередную Ж нашлись новые неприятности! Я этого не переживу!

— Что за траур? Тина нашлась, сейчас её упакуем в красивую обертку и вручим Герману на реабилитацию, — улыбнулась, пытаясь хоть как-то развеять ощущение безнадеги.

— Все нормально. Тин, последний вопрос и отпускаю. Тимур что-то говорил о делах семьи? Есть ли какие-то планы? Кадровые перестановки? Ходили слухи…

— Нет, — оборвала его девушка. — Ничего. Он, знаешь ли, не привык со мной обсуждать бизнес. Ни в статусе жены, ни тем более в статусе бывшей жены я такого доверия не заслужила.

— Ясно, — Марк раздраженно потер переносицу. Ох, не нравится мне этот жест. Точно не к добру! Но через секунду Громов встряхнулся и посмотрел на меня уже с улыбкой. — Так, мне нужно сделать несколько звонков, а вы тогда дуйте в душ…

— Будет сделано, ваше высочество, — показала ему язык и подошла к Тине. — Идем?

***

“Когда всё успело так перемешаться?” — думал Марк, вращая в руках мобильник.

Отпускать Олю на встречу было теперь вдвойне страшно, но это последний шаг. Его необходимо сделать, чтобы закончить этот этап работы. Навсегда отвратить Ларису от Макса. Оле останется только убедиться, что он не метнется мириться в ближайшее время, а потом… всё будет иначе.

Деньги. Чертовы бумажки. Почему именно сейчас ему приспичило сделать две самые дорогостоящие покупки в жизни? Закон долбанной подлости. Теперь придется впервые за всю свою жизнь попросить у отца по-настоящему крупную сумму денег.

Он всегда был гордым, сразу после окончания университета некоторое время работал отдельно. Хорошо, кстати, работал и зарабатывал до тех пор, пока Даниил Громов не выдал строгое: “Ты должен втягиваться в семейный бизнес!” и просто выкупил половину активов их конторы. Вторая на тот момент уже принадлежала Марку.

Это был тяжелый период отношений отца и сына, но мир восстановился быстро, когда Громов-младший смекнул, что под эгидой отцовской фирмы и авторитета можно привлечь в несколько раз больше клиентов и расширить влияние. Тогда появилась эта квартира, потом машина, мотоцикл и обожаемая всей семьей яхта.

Последние два года Марк был весьма сдержан в тратах, прибыли спокойно лежали в банке, и тут, бац, подвернулся сначала ресторан, а потом и… место мечты. Заначка таяла в кармане, как молочная шоколадка. Год-два и вложение в ресторан отобьется с процентами, но у него нет этого времени.

Марк перебирал в голове все варианты решения, идеальным по-прежнему был только один.

— Привет. Неожиданно, ты обычно по почте отчитываешься, — раздался в телефонной трубке голос, так похожий на его собственный. Это их семейное проклятье, визуально они с отцом копия, по телефону постоянно путают. — Марк, случилось что-то экстренное? Проблемы в компании? Профукал-таки тот тендер?

— Нет, тендер взяли. В компании все нормально, пап, — отрапортовал скорее по привычке. — Как вы там? Отвлек от важных дел? Делаете мне братика? — вместо разговора по существу с губ слетела глупая шутка.

— Мы вернулись с фестиваля вина. Эмма надегустировалась и спит сном младенца, так что обойдешься пока без братиков.

Иногда так легко почувствовать, как кто-то улыбается тебе по телефону. Его отец сейчас точно улыбался и смотрел на свою любимую Эмму с невероятной нежностью. А тут он со своими проблемами. Тишина повисла в эфире на несколько бесконечных секунд.

— Марк, что происходит? Твое молчание — первый признак Апокалипсиса. Где накосячил?

— Накосячил? Не думал, что скажу это, но Эмма на тебя плохо влияет, — снова увильнул парень. Хотел не увиливать, но не мог.

— Марк… — этот напряженный тон заставлял большую половину бизнес-партнеров Даниила Громова поседеть. Для сына же это был сигнал — пора колоться.

— Мне нужны деньги, много, — выдохнул парень и назвал сумму.

— О как, — кашлянул в трубку Даниил. — Внушительно. Зачем?

— У одного человека большие проблемы, — попытался юлить.

— У одного человека? Марк, либо ты сейчас нормально описываешь мне ситуацию, либо идешь и пытаешься взять кредит в банке, — Громов-старший не повысил голос ни на мгновение. Наверное, даже положения тела в пространстве не изменил и телефон к другому уху не приложил, зато холодок у Марка по спине пробежал. Умеет его отец быть убедительным.

— Хорошо. Проблемы у моей девушки, любимой женщины, будущей жены… короче, её надо спасать! — неизвестно чему разозлился и ударил кулаком по столу. — Для этого мне нужны деньги. Своих ресурсов недостаточно.

Тихий смех вывел из внезапного приступа раздражения.

— Ты определись сначала, кто она тебе, — веселился на том конце отец. Явно предвкушал хорошую месть за них с Эммой. Да-да, пап, попал твой сын. Вляпался по самые уши, можешь злорадствовать. — Я её знаю? Что за проблема?

— Это тебе сейчас так важно, да? — обреченно выдохнул Марк.

— Нет, ну должен же я знать, кто метит на место моей заочно горячо любимой невестки, — продолжал веселиться Даниил, что не мешало ему плавно выуживать из сына бесценную информацию. Ну что ж, получай отец эксклюзив.

— Кожевникова Ольга Ильинична, знаешь такую? — выдал парень.

— О как, — вот она, высшая форма офигевания от полученной информации. — А теперь давай по порядку. Я должен знать всё. В том числе, что ты там успел без меня нахимичить, каких сетей наплести и, главное, зачем тебе это понадобилось. Всё Марк, до последнего чиха!

Пришлось рассказывать От проблем Тины с Тимуром до коварных планов и ситуации с Ольгой. Всё. Лишь бы отец согласился помочь, хотя в этом Марк не сомневался ни на секунду. Допрос — это скорее попытка разобраться в ситуации и, если возможно, посодействовать еще как-либо, нежели шантаж.

— И откуда в моей семье такой интриган? — выдохнул Даниил.

— Весь в тебя, — тут же вернул шпильку отцу Марк.

— Ладно, Робин Гуд, делаем так. Я даю тебе доступ к счету, ты снимаешь оттуда необходимую сумму. Завтра свяжусь с парой человек. Всё, что ты за это время нарыл, передаешь им. Связь держишь с ними постоянно, выполняешь требования. На мировую Тимур с тобой не пойдет, даже если отдашь деньги. Так что закрывать его надо сразу и капитально — такие люди не любят оставаться проигравшими, — больше никаких шуток, только спокойствие в каждом слове. — Само собой, я ни о чем не знаю. В случае чего, буду хлопать глазами и обещать тебе ремня за плохое поведение.

— Понял, не дурак, — кивнул Марк собственному отражению в зеркале.

— Все, будь осторожен. Пока я в Европе, попробую навести справки о Кожевникове. Душа просить припереть и этого слизняка к стенке. Бросить дочь в такой момент, догадаться надо, — негодовал Громов-старший.

— И он спрашивает, в кого я такой, — рассмеялся парень, которому почему-то очень захотелось пожать руку отцу. Почувствовать рядом с собой человека, который всегда на твоей стороне, даже когда ты полный идиот.

***

Ммм, кофе. Насыщенный аромат и ощущение покоя, которое шелковым покрывалом окутывает после тяжелого дня. Нет, это я не рекламу репетировала, просто очень устала и, наконец, просто села на кухне в полной тишине. Тина после душа прилегла на мою кровать и благополучно уснула, Марк окопался в своей комнате, видимо, продолжал строить свои дофига наполеоновские планы.

Звонок в дверь. Еще один и еще. А вот и Герман пожаловал, только очень соскучившийся влюбленный мужчина может с такой яростью бить по несчастной кнопочке. Сломает же…всё. Звонок пискнул последний раз и затих. Видимо, навсегда.

Сделала небольшой глоток кофе и с сожалением посмотрела на чашку. Эх, покой современной ведьме только снится!

— Где она? — Герман ворвался в комнату. Едва не сбил меня с ног, я чудом успела отскочить в сторону. Бадди гавкнул несколько раз, защищая мою скромную персону.

— Тихо, Бадди. Все в порядке, у дяди просто чердак потек, раз он так орет среди ночи. Но мы его сейчас спасем, — успокаивающе почесала своего рыцаря виляющего хвоста и косточки за ухом. — Герман, она приняла душ и уснула. Не буди, умоляю тебя.

— Ладно. Прости, я совсем чокнутый, — смутился парень и тихо сел на диван.

В этот момент за его спиной, в дверном проеме, показалась хрупкая фигурка. Женских халатов здесь не водилось, покупать себе персональный я не стала, мне нравилось после душа тонуть в этой мягкости. Тина в нем казалась такой тонкой и хрупкой, что вот-вот переломится пополам. Лицо, и так не отличающееся здоровым цветом, стало белее мела. Она усиленно крутила головой, призывая не выдавать её. О нет, прелесть моя, злая ведьма, так злая ведьма.

— Герман, ты её все-таки разбудил, — выразительно кивнула в сторону Тины.

Гений фотографии вскочил с дивана, как ошпаренный, подбежал к девушке и обнял. Прижал к груди здоровой щекой. Черт, мне под это воссоединение захотелось даже музычку подложить, что-то такое возвышенно-пафосное, как в старых мелодрамах. Я чувствовала себя лишней, но эта парочка перекрыла единственный путь к отступлению.

— Тина, наконец-то вернулась, — Герман осторожно гладил её по волосам.

— Кажется, — Тина отстранилась, — я закончила карьеру модели, — поморщилась и содрала повязку, открыв ему свое изуродованное ножом лицо. — Прости, ты не сможешь меня больше снимать, — в голосе звучали слезы и страх. Да, девушка без шуток верила, что Герману важно её лицо, красота и… как она там говорила? Эстетика!

— Ты прекрасна, — прошептал парень.

В тишине гостиной я отлично все расслышала и чуть не захлопала в ладоши. Браво, Герман! Знай, я была на твоей стороне. Требую пару фоток для портфолио вне очереди.

— Всё заживет, это просто порезы. Главное, ты со мной. Ты жива. Поехали домой. Ты объяснишь, что случилось, и мы придумаем, как из этого выпутаться.

— Задержитесь немного и выпустите уже меня. Вы пробку создаете, — прозвучал знакомый голос из недр коридора. Его высочество изволило опочевальню покинуть.

***

Спустя два часа, выслушав многоступенчатый мат Германа в адрес моего потенциально отвергнутого ухажера, мы решили-таки разбрестись по домам. Не то, чтобы мне доставляло удовольствие слушать все это по второму кругу, но мало ли что еще придет в голову моему принцу. Лучше злой ведьме быть в курсе и вовремя стучать по одной временами слишком горячей голове.

— Спать идешь? — зевнул Марк, щелкая замком входной двери, за которой только что скрылась милая парочка.

— Ага, мне же завтра вечером надо иметь товарный вид. Хорошо хоть Ланс от позирования на завтра освободила. Высплюсь, — зевнула в ладошку и вылила в раковину остатки третьей за ночь чашки кофе.

Слезла с высокого барного стула и поплелась в свою комнату, мне сейчас было глубоко наплевать, как я выгляжу, почесывая спутавшиеся волосы. Важно только две вещи: упасть и уснуть. Я почти не обращала внимания на шаги за спиной до тех пор, пока меня коварно не схватили рукой за талию. От такой наглости чуть не проснулась, честное слово!

— Что это такое? — попыталась вырваться, но увы. Хитроумный принц успел одной рукой открыть дверь в свою комнату. — Ай! — меня бесцеремонно утянули внутрь, захлопнули дверь и, видимо для верности, прижали к ней спиной.

— Попалась, злая ведьма, — прошептал мне в губы.

— Мы не на корабле, мой пират, — ответила тихо. — Что ты делаешь?

— Перестаю бояться…

Сон, как рукой сняло. Такие поцелуи взбодрят кого угодно, особенно, когда только о них и мечтаешь. Дверь на замке. Бадди в гостиной, телефоны там же. Наконец-то, нам никто не помешает. А если кто и попытается, я лично наведу на него порчу всех частей тела, а также движимого и недвижимого имущества. Возможно, венценосный мне в этом поможет!