Глава 50

Артур

Папа Громов крепкий мужик и втащить может будь здоров. Но я тоже не пальцем деланный. Увернувшись от удара, оказываюсь у него за спиной. Хватаю за руки и сковываю их сзади. Он дергается, но не настолько, чтобы вырваться, хотя мог бы.

— Одному Громову я уже позволил мне безнаказанно втащить. Это был лимит. Я и Демона предупредил, что в следующий раз будет ответка. И то я позволил ему так поступить только потому, что еще пару лет назад он предупредил всех своих друзей. Если кто-то посмотрит на Симу иначе, чем на младшую сестру, он врежет. Все по справедливости. А вы сейчас действуете нечестно. Вы сами согласились отдать мне Серафиму в жены. А когда я взял, собрались со мной подраться. Алексей Валерьевич, вы действуете вразрез с вашей репутацией.

Отпускаю отца Симы и делаю шаг назад. На всякий случай сохраняю бдительность, если вдруг он опять решит напасть.

Громов поправляет свой кардиган, приглаживает волосы и садится за стол. Опять закуривает.

Занимаю место напротив и тоже сую сигарету между губ.

— Ты погубишь ее, — произносит Алексей Валерьевич, а я качаю головой.

— Я смогу ее защитить, — парирую, щелкнув зажигалкой. — Как не сможет никто другой.

— Ты уже это говорил.

— Но вы продолжаете спорить. Теперь, когда Сима носит фамилию Шнайдер, вы не можете ее удерживать взаперти.

— Артур, — вздыхает Громов, — куда ты привезешь ее? В свою квартирку? Сима привыкла к масштабу.

— Я дам ей масштаб, — отвечаю серьезно. — Дам ей все, чего ее душа пожелает. Услышьте меня наконец. Я люблю вашу дочь. Говорю это один раз, чтобы не возникало сомнений. Повторять не стану, так что запоминайте. — Встав, тушу окурок в пепельнице и забираю паспорт Серафимы. — Когда остынете, можем обсудить свадьбу, достойную вашей дочери. Я на связи.

— Артур, какая свадьба в разгар войны?

— Пышная. Такая, какую заслуживает моя невеста. Хорошего дня, — желаю и, прихватив свой рюкзак, покидаю кабинет Громова. Возле него стоят его сыновья и сверлят меня взглядами. — Вас отец зовет, — говорю им, а сам иду в гостиную.

— Мама! Ты не понимаешь! — слышу возмущенный голос Серафимы.

— Дочка, я прошу тебя, не встревай, — отзывается Татьяна Владимировна.

— Доброе утро, — здороваюсь. — Простите, что опять навели шороху и разбудили, — говорю маме Симы.

Моя малышка срывается с дивана и летит ко мне. Успеваю только бросить рюкзак на пол и раскрыть объятия, чтобы она влетела в них на полной скорости. Обвиваю своими руками и целую в макушку, глядя поверх головы Симы на ее маму.

— Иди собирайся, малышка, мы едем домой, — говорю я.

— Что? Правда? — восклицает Сима и, подняв голову, смотрит на меня полными восторга глазами.

— Правда, — киваю.

— Так у меня рюкзак собран.

— Возьми чуть больше вещей, а я пока поговорю с твоей мамой. — Серафима косится на мать, а потом снова смотрит на меня с тревогой в глазах. — Давай, маленькая, нам есть что обсудить с Татьяной Владимировной.

— Ладно, — неохотно отзывается моя жена и топает наверх, а я усаживаюсь на диван напротив ее мамы.

— Ты все-таки добился своего, — без тени иронии или злости произносит Татьяна Владимировна. — Я знала, что так будет, — продолжает с легкой улыбкой. — Не понимаю, как так вышло, что она за столь короткий срок влюбилась в тебя без ума.

— Сам не знаю. Но обещаю вам, что не подведу ее и не разочарую.

— Ты тоже любишь ее. — Киваю. — Артур, будьте осторожны. Такие сильные чувства, которые я вижу в вас обоих, ослепляют и заставляют терять бдительность.

— Спасибо за наставления.

— Я надеюсь, она будет с тобой счастлива.

— Сделаю для этого все возможное и невозможное.

— И будь осторожен с ее желаниями. Сима порывиста в силу возраста. Фильтруй ее хотелки.

— Мы разберемся, но я благодарен за совет.

— Я не собираюсь учить тебя, как строить ваши отношения. Вы и без меня разберетесь. Я это говорю к тому, что, несмотря на свой новый статус, она все еще немного ребенок, неспособный до конца просчитывать последствия своих действий. Тебе придется делать это за нее. Сима — папина принцесса, которую с самого рождения все мужчины семьи носят на руках. Она зачастую не видит берегов и считает, что мир был создан, чтобы лечь к ее ногам.

— Потому что так и есть, — отвечаю твердо. — И если он не ляжет сам, его к ним положу я.

На лице Татьяны Владимировны появляется загадочная улыбка, но она ничего не отвечает. Только коротко кивает и встает с кресла.

— Что ж, дети, будьте счастливы. Если вам нужна помощь или совет, вы знаете, где меня найти.

Через пару минут мы слышим грохот на лестнице. Сима пытается стащить сверху огромный чемодан. Пыхтит, краснеет, но за помощью не обращается.

— Вот об этом я и говорю, — кивает в ту сторону Татьяна Владимировна.

— Сима, оставь чемодан, я сейчас сам заберу, — командую.

Достаю телефон и набираю своего помощника.

— Влад, подгоните машину к дому Громова. Сейчас.

— Понял. Все нормально? — спрашивает сонный безопасник.

— Да, порядок. И скажи парням, что надо забрать из кювета электричку. Геолокацию я пришлю.

— Вы попали в аварию? С вами все хорошо? Вы были без охраны?

— Нормально все, сказал же, — цежу недовольно и хватаю чемодан Симы, а потом спускаюсь вниз. — Машину мне пришли. Немедленно.

Прервав звонок, ставлю чемодан на пол, и в этот момент из кабинета выходят отец Симы с ее братьями. Мужики смотрят на меня хмуро, кроме… на удивление, Матвея. Он понимает. Не знаю, как и почему, но понимает.

— Если вы собираетесь ругаться, — заявляет Серафима, — то я прямо сейчас тут упаду в обморок!

Алексей Валерьевич с улыбкой качает головой.

— Иди сюда, строптивая моя, — зовет и раскрывает объятия, в которые Сима тут же окунается с довольной улыбкой. Хитрая мышка. Надо постоянно быть начеку, потому что, кажется, навыком манипулирования она в совершенстве овладела еще в детстве.