Глава 15. Артур

Мы двигались вдоль стен винтовой лестницы, шаг за шагом, проем за проемом спускаясь к подземелью. Воздух становился все холоднее, а число факелов, освещающих наш путь, – все меньше. К темницам вел длинный, высеченный прямо в камне коридор, стены которого были покрыты плесенью и странной черной жижей. – Ну и вонища здесь, – скривив пухлые губы, заключила Саманта. Фейка натянула тетиву лука, внимательно осматривая дальние углы коридора, и подалась вперед. За ней двинулся Габриэль, занеся меч над плечом. – Ну почему мне так не везет? Как праздник во дворце, так меня отправляют на дежурство, – раздался из-за угла возмущенный голос стража, который должен был вот-вот выйти прямо на нас. Мое сердце, гулко стукнув, замерло. Я посильнее вцепилась в рукоять кинжала. Габриэль тихо выругался: – Здесь сильное эхо. Вступим с ними в бой – и, считай, выслали Александру приглашение. – Защищай Саманту, – тихо приказал генералу Эллин. Недолго думая Габ схватил фейку за руку и толкнул ее к узкому проему в стене. Оказавшись в расщелине, Габриэль затянул ее водной гладью, создав эффект поверхности зеркала, отряжающего противоположную скалистую стену. – Не так я себе это представлял. Прости, Агнес… – быстро протараторил Эллин, когда из-за угла показались стражи. Рывком король прижал меня спиной к сырой стене, выжав из моих легких воздух, и впился в мои губы своими. Я не ответила на поцелуй Эллина, не сразу сообразив, что он задумал. Заклинание гламура перестало действовать, а его яркая внешность и запах магической силы тут же разоблачили бы нас. Скрыть лицо за поцелуем, смешав запах неблагой магии с феромонами было для нас единственным способом остаться незамеченными Александром, который спит и видит, как Эллин угодит в его ловушку. Мое тело расслабилось, и я послушно разомкнула губы. Мои руки устремились в белесые пряди, слегка потянув короля за корни волос. Эллин низко зарычал, и в нем словно что-то оборвалось. Из робкого его поцелуй превратился в требовательный, а руки короля легли мне на бедра, с силой их сжав. Я протяжно застонала, и эхо, подхватив мои стоны, разнесло их по всему тоннелю. Жар, разгорающийся в венах, накрыл меня с головой. Эллин закинул мою ногу к себе на пояс, вдавив в меня свой напряженный пах. Машинально он произвел несколько толчков, его язык исследовал мой рот, переплетаясь с моим. Я тонула в этих ощущениях, в вибрирующих вдохах, в его выплеснувшейся наружу страсти. Крепко вцепившись королю в плечи, я царапала ногтями ткань камзола. Мои руки невольно потянулись к воротнику его черной рубашки, и Эллина затрясло. – Эй, вы! Что вы здесь делаете? – окликнул нас появившийся в коридоре стражник. Эллин с трудом оторвался от моих губ и спустился к шее. Он прятал свое лицо за моими длинными волосами. Ледяные губы ласкали мочку моего уха, порождая сладостное чувство между ног. – Да ладно тебе, – сказал второй страж более басистым голосом. – Обычная похотливая парочка с праздника. Должно быть, искали укромный уголок и забрели сюда. Интим в подземелье имеет свои плюсы, здесь просто сумасшедшее эхо, – он усмехнулся. – Пошли лучше, а то еще забрызгают чем-нибудь. Их грубый, грохочущий смех с подвыванием вернул меня в реальность. Наша близость с Эллином перестала утягивать меня в бездну вожделения, хотя ласка его рук, все еще блуждавших по моим ягодицам, до сих пор порождала неумолимую дрожь в ногах. Как только стражи завернули за ближайший угол, скрывшись в темноте подземелья, я попыталась оттолкнуть фейца, уперев ладони в его мускулистую грудь. Неблагой Король воспротивился, его губы снова прижались к моим, требуя подчиниться. Он больше не сдерживался, его целиком поглотило желание. Все мои мышцы превратились в лужу, и только сильная боль в лопатках, прижатых к бугристой стене, напоминала о том, где мы и зачем сюда пришли. Щелкнув зубами, я прикусила королю язык. Во рту противно замаячил привкус крови, Эллин протяжно взвыл и возмущенно распахнул подернутые дымкой глаза. На этот раз он отпустил меня, отскочив к противоположной стене. На исказившемся лице фейца читалось смятение и небольшая взволнованность. Если бы не тусклый свет тоннеля, я могла бы поклясться, что видела легкий румянец на его всегда бледных щеках. Мы оба тяжело и прерывисто дышали, не отводя взгляда друг от друга. Шаги стражей давно затихли, и теперь тоннель заполняла мертвая тишина, нарушаемая только стуком наших колотящихся сердец. Эллин поднес большой палец к распухшим губам, утирая капли крови, стекавшие у него по подбородку. – Больно же, – сипло возмутился он, оглядывая алый палец. Черные штаны короля сильно натянулись, демонстрируя мне бугорок, выпирающий рядом с ширинкой. Лихорадочно вдохнув, я перевела взгляд на заплесневелую стену позади короля. – Я же извинился. Да и выбора у нас не было… – попытался оправдаться Эллин, и я взорвалась. Оторвавшись от стены, я одним прыжком пересекла разделяющее нас расстояние и ткнула пальцем ему в плечо: – Извинился! Вы думаете, это дает вам право руки распускать, а, Ваше Величество? Эллин возмущенно раздул ноздри, стряхнув мой палец со своего плеча: – Не гуди, Агнес. Я действовал исходя из ситуации, и, стоит заметить, тебе понравилось. Меня скривило, я уперла руки в бока, едва не задохнувшись от нахлынувшего на меня возмущения. – Говорите за себя, – ледяным тоном осадила я короля. Мой многозначительный взгляд спустился ниже пояса Эллина, и я ехидно вздернула бровь. – Агнес, если ты надеешься устыдить меня моим к тебе желанием, у тебя ничего не получится. Это нормальный отклик мужского тела на твои стоны. Пискнув от этого нахального выпада, я посмотрела не него так, словно передо мной стоял не прекрасный высший феец, а зловонный веспертио. – Знаешь, что, Эллин… – Умолкли оба! – раздался у меня за спиной взбешенный голос Саманты. Друзья Эллина покинули свое убежище и теперь стояли чуть позади нас. Я покраснела, гадая, как много они успели увидеть. – Подземелье Двора Дикой Охоты – не лучшее место для выяснения отношений, вы так не думаете, Ваше Величество? – Саманта выглядела так, будто ее сейчас стошнит, но ее полные молний глаза прожигали вовсе не меня, а Эллина. Обстановку разрядил Габриэль, тихо рассмеявшись. Он без стеснения указывал пальцем на перепачканный кровью подбородок короля и, сложившись пополам, всячески пытался сдержать рвущийся из него смех: – Только не говори мне, что смертная девчонка тебя цапнула? – в перерывах между хохотом протянул Габ. Саманта отступила от нас. Она опустила задумчивый взгляд в покрытый черной плесенью пол, делая вид, что разглядывает свои ботинки, и тоже тихо хихикнула. – Агнес, с этой минуты я – твой фанат! – добавил генерал, весело мне подмигнув. Эллин толкнул друга в плечо и, проходя мимо, пробормотал что-то похожие на: «Уменьшу жалованье, и не видать тебе нового винного погреба как собственных ушей». Мы двинулись дальше, вглубь скалистого коридора. Я шла рядом с Габриэлем, который то и дело давился смехом или, кривясь, пытался скрыть задиристую улыбку. Мое тело пылало неугасаемым плотским голодом, постоянно возвращая меня к мыслям о поцелуе, заставляя тяжелеть и без того налившуюся грудь. Так что я отчетливо ощущала каждый неровный шов на верхней части своих доспехов. В конце прохода нас встретил новый поворот, ведущий к небольшому пространству, разделявшему пещеру и вход в темницы. – Четверо веспертио и пятеро стражей на шесть часов, – сказала Саманта, присев на корточки, она выглянула из-за угла и быстро вернулась назад. – Ждите здесь, а то я уже заскучал, – приказным тоном прошептал Эллин, выходя из укрытия. Габриэль тяжело вздохнул и, цокнув языком, недовольно пробормотал ему вслед: – Выскочка! Пещеру окутали удивленные возгласы стражей и противное шипение крылатых монстров. – Неблагое отродье! – яростно выкрикнул кто-то из них, и я с леденящим душу ужасом, услышала лязг обнажавшихся мечей. – Разве ты не должен защищать короля? – шепотом поинтересовалась я у Габриэля, который лениво созерцал пространство вокруг. – Эллин сам разберется, ему необходимо выпустить пар, – феец загадочно мне улыбнулся, и я поежилась, понимая, к чему клонит Габриэль. Морозный треск, резко заполнивший воздух в подземелье, стал предвестником яркой магической вспышки. Предсмертные, душераздирающие крики наших врагов пронзили мой слух, заставив меня содрогнутся. Каменистый пол и стены покрыла плотная изморозь, и я принялась растирать плечи руками, чтобы хоть как-то унять пробивший меня озноб. Как только крики утихли, первой из-за скрывавшего нас выступа, натянув тетиву лука, выглянула Саманта. Кивком головы она дала нам понять, что все в порядке. Мы вышли на обледенелую площадку со сталактитами, свисавшими с потолка. В противоположной стене поблескивала решетчатая дверь в темницы. Я заскользила по замерзшему полу и, осторожно шаркая ногами, двинулась вперед. В центре всего снежного безумия стоял Эллин. Его глаза сияли белым светом, а вокруг него летали снежинки. Они вздрагивали, то поднимаясь вверх, то падая к ногам короля. Серая пещера превратилась в ледяной дворец, а насмерть замерзшие стражи теперь навсегда остались его пленниками. Габриэль, похрустывая на снегу, приблизился к решетке. Ударив по хрупким обледенелым прутьям мечом, он открыл нам проход в темницы. – Скоро Александр учует силу моей магии, нам лучше поспешить, – разминая шею, сообщил Эллин, искоса наблюдая за моими жалкими попытками не растянуться на льду. Неожиданно из глубины подземелья до нас долетел тихий, мучительный стон, наполненный болью и страданием. – Артур! – вскрикнула я и, не дожидаясь остальных, кинулась в темный проход к камерам, юрко проскочив мимо Габриэля. Влетев в сумрачный, плотно пропитанный запахом гниения и испражнений тоннель, я замерла. По обеим сторонам тянулись маленькие, решетчатые камеры. Некоторые из них пустовали, а в некоторых на каменном полу, словно набитые мешки, лежали какие-то существа. Нет, не фейри и не люди, а именно неизвестные мне существа с рогами и копытами, перепачканные кровью и грязью. Они были прикованы металлическими цепями к стенам, горло каждого из них сдавливал странный, светящийся обруч, напоминавший тугой ошейник. Заметив мое сбивчивое, испуганное дыхание, они взвыли, как волки, и бросились к решеткам. Взвизгнув от страха, я отступила. Через мгновение мое запястье обвили ледяные пальцы. Развернувшись, я уперлась лицом в грудь Эллина, он крепко прижал меня к себе, приобняв за плечи. – Глупая, здесь опасно. – Эллин нежно провел рукой вдоль моего позвоночника, успокаивая. – Пленники Двора Дикой Охоты – не просто преступники, это монстры, веками убивавшие все живое. Они не знают ни пощады, ни чести. Так что давай лучше я пойду вперед. – Феец обошел меня сбоку и, крепко взяв за руку, повел в темноту. Позади нас раздались мягкие шажки Саманты и тяжелая, шаркающая поступь Габриэля. Осторожно вглядываясь в камеры, они брели за нами. От ужасающего трупного запаха, витающего вокруг, меня начало подташнивать. В некоторых темницах мы встречали объеденные крысами останки пленников. – Артур! – всхлипнув, позвала я. Я больше не могла ждать, сердце не слушалось и стучало так громко, что все остальные звуки отходили на второй план. – Не волнуйся, твой брат жив. Я чувствую его смертную кровь, – тихо успокоил меня Эллин, крепко сжав мои пальцы. Внезапно возле моих ног что-то зашевелилось. Опустив голову, я обнаружила жирную крысу, пробегавшую вдоль темниц. И снова мой громкий визг разбудил коматозных пленников. Они двинулись к решеткам, старясь ухватить нас когтистыми лапами или лягнуть копытами. Габриэль зашипел, и на пленников обрушился водный поток, заключивший их в коконы. Вода обступала их, не позволяя вздохнуть, и существа отступили, повалившись на перепачканный гниением пол. Саманта раздраженно фыркнула, косо посмотрев на меня своими голубыми глазами. – Значит, ты готова вступить в бой со смертоносными монстрами, а от крыс впадаешь в панику? – ехидно спросил Эллин, слегка склонившись ко мне. Я вцепилась в его ладонь мертвой хваткой, все еще следя за желтозубой крысой. Мой испуганный вид стал достаточно красноречивым ответом. Не сдержав ухмылки, Эллин двинулся дальше. Темница казалась мне бесконечной, мы шли и шли, шаг за шагом погружаясь в первозданную тьму. Светом нам служила лишь магическая сфера Габриэля, созданная им еще у входа в тоннель. Она летела впереди нас, тускло освещая путь. Мои ботинки противно хлюпали по зловонным лужам, утопая в грязи и каше, стекавших из камеры отходов. Неожиданно Эллин остановился. Тщательно принюхавшись, он шумно пропустил потоки душного воздуха через себя. – Здесь, – тихо прошептал король. Я порывисто обернулась на ближайшую камеру, в которой прикованный громоздкими цепями, сидел мужчина. Его лица я не видела, пленника скрывали спадающие вниз сальные волосы. За руки он был длинными цепями подвешен к потолку, а сам стоял на коленях, низко склонив голову. Оглядев пленника с ног до головы, я заметила на его шее до боли знакомый кулон, оставленный Артуру нашей мамой, и излюбленную братом футболку с надписью: «Фак». – Артур! – крикнула я во все горло, чувствуя, как хлынувшие слезы обожгли щеки. Вырвавшись из рук Эллина, я вцепилась в металлические прутья камеры брата. – Артур? – снова позвала я, но он никак не реагировал, продолжая в забвении раскачиваться взад-вперед. На меня разом обрушился поток нестерпимой боли и страх за брата, до этого крепко удерживаемый в глубинах моей души. – Брат, прошу! – Я как сумасшедшая трясла решетку, стараясь прорваться к нему, но, кроме скрипа металла, ничего не добилась. Мои глаза застилали слезы, превращая фигуру измученного Артура в размытое пятно. – Агнес, отойди! – рявкнул рядом со мной Эллин, стараясь оттащить меня от камеры. – Я заморожу решетку. – Его глаза вновь полыхнули белым светом, король рывком завел меня к себе за спину, и лед поглотил металл. От ничтожного дуновения ветра решетка обрушилась на пол снежной россыпью, разлетевшись на кусочки. Тут же бросившись к Артуру, я рухнула на колени рядом с ним и обхватила руками исхудавшие плечи брата. Ноги пронзила ноющая боль, от царапающих кожу осколков и камешков. – Артур… Арти… – Я рыдала, захлебываясь слезами. – Это я, Агнес. Ну же, посмотри на меня! Рядом со мной кто-то напряженно выдохнул, но мне было плевать на все, на всех, кроме измученного брата. Я легонько встряхнула его, стараясь привести в чувства. Артур приоткрыл заплывшие глаза и затряс головой, словно прогоняя дурной сон. Его каштановые волосы сбились в колтун и прилипли жирными прядями к вспотевшему лбу. Что-то проворчав голосом, похожим на шуршание щебня, он все-таки взглянул на меня, и его зрачки испуганно расширились: – Агнес, ты вправду здесь? Это опасно! Слезы вновь защипали глаза, я коснулась губами поросшей густой щетиной щеки брата. Даже в полузабвенном состоянии он все равно думал о моем благополучии. Не о своей жизни, а о моей безопасности. – Я пришла спасти тебя. Неужели ты думал, что я брошу тебя умирать? – прижавшись к Артуру, я стиснула его в крепких объятиях, уткнувшись носом в изгиб его шеи. От Артура несло потом, кровью и грязью, но даже среди всей этой вони я ощущала родные нотки сирени. Артур вздрогнул со звуком, похожим на всхлип. Он попытался обнять меня в ответ, но его руки крепко держали кандалы, так и не позволив ему коснуться меня. – Разрубите цепи, – взмолилась я, давясь слезами, и, обернувшись к отряду, указала пальцем на металлические наручники. Габриэль двинулся к нам, а Эллин и Саманта остались у входа в камеру охранять нас от пленников Двора Дикой Охоты. Генерал взмахнул мечом, и цепи, прогремев, упали на пол. Руки Артура устало повисли вдоль его тела. Обхватив посиневшие запястья брата, я принялась их растирать. Освободившись от оков, Артур растерянно огляделся и чуть не завалился на бок, когда среди теней различил силуэт Эллина. Я вовремя успела его придержать, прежде чем он попытался кинуться, а точнее, поползти в сторону фейца. – Ты! Негодяй! – ругался брат, метая в Эллина убийственные взгляды. Саманта предостерегающе обнажила острые резцы, король лишь жалостливо посмотрел на Артура. – Артур, прошу тебя, не сейчас, – вклинилась я в яростный порыв брата. – Эллин помог мне освободить тебя, он на нашей стороне. Давай сначала уберемся отсюда, ладно? Я погладила брата по широкой спине, на которой теперь отчетливо проступали кости позвоночника. – На нашей стороне? – гневно выкрикнул он. – Из-за этого ублюдка меня заключили в плен, а ты подверглась опасностям мира фейри! – Артур, сейчас они – наша единственная надежда выбраться отсюда живыми и вернуться домой! Умоляю, позволь им помочь. Брат громко чертыхнулся и сплюнул кровь с разбитой губы в угол своей камеры. – Вот и договорились, – невесело вставил Эллин, натянув на себя маску холодного королевского безразличия и отчужденности. – Встать сможешь? – ласково обратилась я к брату, стараясь не замечать пронзительного взгляда ледяных глаз на своем заплаканном лице. Артур презрительно оглядел неблагих фейри. Не желая показывать им свою слабость, он повернулся ко мне. – С твой помощью, думаю, да, – прохрипел он так тихо, чтобы только я смогла расслышать его слова. – Отлично, тогда поднимай его и уходим, – беспардонно объявила Саманта, показав Артуру, что все прекрасно слышали его просьбу. Я сжала кулаки. Мне захотелось бросить в нее камень или что-нибудь потяжелее, но, вовремя остыв, я встала с колен и, подхватив брата под левую руку, попыталась поднять его. – Сэм, перемести Габриэля, встретимся за ангаром, – приказал Эллин своей бывшей любовнице и двинулся к нам. Остановившись на расстоянии вытянутой руки, он задумчиво склонил голову набок, словно размышляя, стоит ли предлагать Артуру свою помощь. – Поддержи его с другой стороны, – игнорируя неодобрительный взгляд брата, попросила я Эллина, сообразив, что сама вряд ли смогу удержать даже исхудавшего Артура. Саманта схватила Габриэля за запястье, напоследок взглянув на озадаченного Эллина. Король молча ей кивнул, и фейри растворились в снежном потоке, на мгновение осветив ярким светом застоялую тьму темницы. В ярком свете перемещения я смогла разглядеть брата получше. Он похудел и осунулся. Его лицо приобрело землистый оттенок, схожий с цветом каменных стен камеры, а под глазами растеклись синяки. Местами его тело и лицо было изранено порезами и странными ранами – словно его кто-то кусал или даже жег. Меня замутило. «Неужели его пытали?» – от этих мыслей мне захотелось развалиться на части. Превратиться в вечную мглу, царившую в этом жутком месте, до краев наполненном болью пленников и обреченностью их душ. Эллин, вопреки сопротивлению моего брата, все-таки подхватил его под локти, крепко поставив на ноги, и потянулся ко мне, требуя взять его за руку. Артур пару раз непонимающе моргнул. – Мы совершим прыжок в лимбо. Сделай глубокий вдох и, что бы ни произошло, не открывай глаза, – вкратце объяснила я брату, твердо настояв на своих последних словах. Артур устало кивнул и, покрепче вцепившись в меня, послушно зажмурился. Я глубоко вздохнула и сжала ладонь Эллина, позволяя фейцу окунуть нас с братом в зияющую пустоту межмирового пространства.