Эпилог

Наконец-то воцарилась тишина, только капли крови беспрерывно отбивали такт, капая на пол. Бриэль прекратила свои бесполезные попытки прорваться ко мне, угрожая стражникам. Сейчас мне нужен был только Габриэль. Сидя в мягком кресле, я закинул ноги на мраморный стол и скрестил их. От этого движения щека полыхнула болью, но разве могла она сравниться со страданием разорванной души. Оторвав еще один лоскут от рубашки, я быстро заменил алеющую тряпку, бросив ее в дальний угол покоев. Дверные створки распахнулись, пропуская внутрь Габриэля. Он принюхался и недовольно поморщился. Неудивительно: в покоях разило кровью вперемешку с крепким алкоголем. Не удосужившись даже поставить себе стакан, я отхлебнул из горла бутылки и жестом пригласил Габриэля сесть напротив. Генерал размашистой походкой пересек комнату и тяжело осел в предложенное кресло. – Может, позвать лекарей? – осторожно начал он, но, наткнувшись на мой испепеляющий взгляд, тут же замолчал. Я протянул ему бутылку через стол, Габриэль мотнул головой: – Алкоголь тебе не поможет, брат. Я надменно фыркнул, размазав локтем багровые капли крови по поверхности стола, и снова пригубил дурманящий разум напиток. – Бриэль сказала, что Агнес – внебрачная дочь Благого Короля, это правда? Меня прошиб озноб – странное чувство для того, кто никогда не испытывал холода. Я молча кивнул. – И давно ты знаешь? – Генерал потер заросший щетиной подбородок. После нападения на Араклеон он практически не спал, подготавливая новые отряды гвардейцев для защиты Неблагого Двора. – Знаю недавно, но догадывался давно. Просто до последнего не хотел верить, что моей возлюбленной предначертано убить меня. – Схватив валявшийся на столе кинжал, я в ярости метнул его в противоположную стену. Острие клинка застряло в камне, и паутинка трещин поползла вниз по стене. Габриэль неодобрительно проследил за траекторией полета ледяного оружия: – Тебе не помешало бы почаще посещать Тренировочный Зал: амплитуда броска просто ужасная. Пропустив мимо ушей попытку друга разрядить обстановку, я снова припал к горлышку бутылки, чувствуя, как струйки рома потекли вниз по подбородку. – И что теперь делать? Пророчество… – генерал осекся, он мог не договаривать, повисшая между нами тишина и так сказала много. – Поэтому ты и здесь, Габ, – коротко ответил я, утирая с лица ром. – Агнес – моя родственная душа, и я заключил с ней сделку, – помахав перед лицом генерала левым запястьем, неожиданно признался я. Габриэль завуалированно выругался, а я горько рассмеялся: – Интересно, когда я умудрился так разгневать прародителей, что они решили навечно связать меня с дочерью Маркуса? Внезапно лицо Габриэля стало серьезным, он скрестил руки на груди: – Эллин, но мы не можем допустить падения Неблагого Двора. Если верить пророчеству, это станет толчком для разрушения всей страны волшебного народа. Сморгнув запекшуюся кровь с глаза, которым все еще мутно видел, я согласно выдохнул: – Ты прав, не можем. Поэтому если Агнес Эркенст обретет полную силу или заинтересуется переворотом власти в мире фейри, ты убьешь ее, Габриэль, – ненавистные слова дались мне с таким трудом, что я ощутил, как сжалось мое горло. – А следом за ней убьешь и меня. Генерал вскочил с кресла, возмущенно всплеснув руками: – У тебя совсем крыша поехала? А ну хватит заливать горе алкоголем. Возьми себя в руки! Повернув окровавленное лицо к другу, я усмехнулся: – Я похож на того, кто разбрасывается словами, генерал? И да, это не просьба, а приказ. Габриэль побледнел. Я ненавидел себя, когда приходилось использовать власть на друзьях, но противиться слову короля генерал не мог. Низко мне поклонившись, Габриэль поплелся к двери и уже на выходе понимающе прошептал: – Я бы тоже не смог жить в мире, в котором нет Бриэль.