35. Чувства на свободу

Ракель

Больно… Почему же так больно? Его слова… Они вонзили в сердце десятки игл, раздирая его на куски. Не думала, что хоть когда-то услышу подобное, а если даже и услышу, то моя реакция должна была быть явно не такой.

Стоя посреди пещеры, сотрясаясь от рвущихся наружу эмоций, не понимала, почему меня так сильно задело сказанное Ливаном.

Он ушел… Впервые мужчина довел меня до вершины блаженства и вместо того, чтобы прижимать к себе, оставил одну, наговорив такого, от чего грудь ходила ходуном, а в горле образовался слезный ком. Да, боевик смог задеть меня за живое, смог унизить, но если бы он только знал…

«И что бы изменилось, если бы он знал?! – спросила я саму себя, сдерживая слезы и не давая им скатиться по щекам. – Маловероятно, что этот парень понял бы, почему я решила распрощаться с девственностью, только бы не идти замуж за дракона. Ни один мужчина не сможет встать на мою сторону. Я скорее услышу от них, что родители дали мне много свободы, раз я осмелилась провернуть такое, но явно не слова сострадания!»

Захотелось забиться в какой-нибудь угол, сжаться комочком и долго рыдать, пока боль не покинет моего сердца, но я не могла себе этого позволить. Показать хоть кому-то свою слабость? Да никогда в жизни! Скорее буду смеяться в голос, выказывая хладнокровие и эгоизм, нежели биться в слезливой истерике. Пусть лучше окружающие считают, что я избалованная принцесса, которой на все плевать, чем увидят то, что творится у меня в душе. Никто… Никто не должен знать, что я ранима и желаю чистой, настоящей любви, что мечтаю, наблюдая за закатывающимся за горизонт солнцем, что часто нахожусь в одиночестве, уставая от внимания слуг и стражников.

«Только Ясмина… – всплыла мысль в голове. – У меня есть только Ясмина, которой я могу довериться. Знаю, что она сохранит мои секреты в тайне. Никому не расскажет, что мне пришлось пережить…»

«Госпожа, – голос Корнуэла вклинился в мои мысли, отчего я вздрогнула, не ожидая, что он решит связаться со мной в такой момент, – ваш брат нервничает возле пещеры…»

«Я поняла», – кивнула, собирая все свои силы по крупицам и, не проявляя ни одной эмоции на лице, направляясь к своему платью.

Ливан смог ткнуть меня носом в грязь, смог спустить с небес на землю…

«Боги, да почему же так гадко и больно на душе?! – зарычала я мысленно. – Мне должно быть плевать! Я получила свое! Добилась его прикосновений и поцелуев! Тогда почему испытываю странные чувства и хочу броситься к нему, умоляя простить?!»

Злость от непонимания сводила с ума. Я рывками натянула на себя платье, причиняя боль, ведь в некоторых местах оно нечаянно врезалось в кожу, оставляя вдавленные следы.

«Наверное, будут синяки… Да и плевать на них! Все равно я никому не нужна! Не перед кем красоваться! Нужно успокоиться. Нужно взять себя в руки!» – внушала себе, но легче не становилось.

Гордо вздернув подбородок, я прошла мимо ожидающего меня Ливана. Эта пещера блокировала перемещение порталами, пространственными воронками пользоваться в ней не получалось, но я точно знала, что когда выйду за ее пределы, то пешком возвращаться не буду, пусть и планировала ранее обратное.

Мой шаг был быстрым, но не настолько, чтобы казалось, будто я пытаюсь как можно скорее отделаться от боевика. Ливан шел рядом со мной, не произнося ни слова. Он вел себя непринужденно, словно ничего между нами и не произошло вовсе, а мне в этот момент хотелось рвать и метать. Хотелось нагрубить ему, высказать столько гадостей, что даже самой страшно становилось, но я прикусила язык, не давая пасть низко и устроить скандал, тем более брат уже рядом, у него могло возникнуть множество ненужных вопросов.

Все эти минуты, пока мы приближались к выходу из хрустальных пещер, я пыталась ощутить на себе ЕГО взгляд, но он не смотрел… Я для него была чем-то простым, обыденным и примелькавшемся…

«Ненавижу!» – рычала мысленно, поражаясь своим эмоциональным качелям. То готова была просить прощения, а сейчас желала разорвать его на куски за безразличие.

Как только мы оказались за пределами пещеры, я дружелюбно улыбнулась брату, а потом и пристально смотрящей Ясмине, которая спрашивала глазами: удалось ли мне выполнить задуманное. Глядела на нее и чувствовала, что нить, удерживающая мой самоконтроль, сейчас лопнет, и я разревусь. Вот возьму и зарыдаю на глазах у Лэстера и того, кто растоптал меня морально.

– Тебе легче? – спросила я у подруги, сдерживаясь из последних сил.

– Если честно, то ощущаю слабость, – поморщилась она. – Может, порталом уйдем?

«Поняла… Ты все поняла и решила спасти меня, да?»

– Без проблем, – пожала я плечом, щелкая пальцами и создавая пространственную воронку, в которую первой предложила шагнуть Ясе и только потом последовала за ней.

Парни остались, но я знала, что надолго они там не задержатся.

– Что случилось? – кинулась ко мне Ясмина, когда мы оказались в ее покоях.

Я хотела сказать, честно. Но понимала, что стоит только раскрыть рот, как меня сорвет.

– Ракель, – Яся волновалась все больше, а я стояла, словно истукан, смотря в одну точку и чувствуя, как слезы застилают зрение. – Боги, он тебе нагрубил? – допытывалась подруга. – Оттолкнул? Отверг? Насмехался? Да почему ты молчишь, не пугай меня, – взмолилась она.

– Он, – всхлипнула я, ощущая, как дрожит моя нижняя губа. – Он… сказал правду...

Из груди вырвался всхлип, потом еще один и еще…

Ясмина сгребла меня в охапку, прижимая к себе, и я разрыдалась, позволяя выпустить на свободу ту маленькую девочку, которая с самого детства верила в чудеса и настоящую любовь…