61. Жестоко, но такова жизнь!

Ракель

Вскинув руку, я, не отрывая взора, дала своей рвущейся на свободу магии волю. Секунда, и из моей распахнутой ладони вырвалась тьма, устремляясь ввысь.

Я чувствовала, как сила выходит из меня, как распространяется по всей округе, как давит на окружающих, заставляя их нервничать.

Упивалась этими мгновениями.

– Я накажу вас! – слова сами по себе срывались с моих губ. – Вы ответите за всё!

Советники кричали, создавая фоновый шум, они были напуганы, но оно и не удивительно. До них дошло наконец зачем именно их сюда пригласили.

Стражи рассыпались по саду, но большая часть стояла возле моего отца, смотря во все глаза, ведь никто из них не видел ранее, на что я способна, если захочу.

Два беглеца панически метались под куполом барьера, пытаясь его пробить. Они напрягались что было сил, врезаясь в прозрачную пленку, но им оставалось недолго ловить потоки ветра под своими крыльями.

Моя тьма превратилась в щупальца, которые расползались в вышине, заключая ревущего принца в кокон. Он бился, пытаясь освободиться, но тьма все сильнее стискивала его чешуйчатое тело, обездвиживая. Правитель пытался помочь своему сыну, но стоило ему приблизиться к нему, как моя семья и стражи начали производить обстрел магическими сгустками, не позволяя помешать выполнению моего задуманного плана.

– Что вы делаете?! – кричали советники, намереваясь прорваться ко мне, с целью остановить.

– Прекратите немедленно! – слышалось с их стороны.

– Корнуэл, – произнесла я одними губами, не отрывая взора от попавшего в мою власть наследника.

Темный страж появился в одно мгновенье.

– Накрой советников куполом, поглощающим шумы, и покажи им то, что удалось вытянуть из мыслей дракайны. Пусть они знают, за что казнят их будущего правителя!

Создание бездны не стало задавать лишних вопросов, как и всегда. Оно направилось к приглашенным гостям, выполняя то, о чем я его попросила.

Дикий рев, вспышки магии, ругань, крики, куда именно стрелять и не медлить… Все сплелось в какофонию звуков, которые в конечном итоге сменятся стонами боли и воплями от адских мучений.

Не оттягивая момента, я со всей дури потянула свою магию на себя, впитывая ее обратно в тело, и наследный принц с безумным ревом полетел вниз, выплевывая пламя.

Лэстер с Ясминой оказались рядом, создавая защиту, и пламя просто стекло по ней, не причиняя вреда.

– Будь осторожна! – повысил голос брат, явно переживая. – А если бы я не успел?!

– Не кричи! – ответила я спокойно, сосредотачивая все внимание на том, кто уже почти достиг земли.

Секунда... почва под ногами сотряслась. От падения туши ящера в разные стороны полетели ошметки травы и грунта, а слуха коснулся болезненный стон наследника драконьих земель.

От удара из его ноздрей потекли струйки крови, но это, по всей видимости, лишь сильнее разозлило дракона.

Барэльд взревел на всю округу, пытаясь встать на лапы, вот только моя тьма не позволила этого, стягивая сильнее и впиваясь в чешую, едва ли не до хруста костей.

Я чувствовала как мои мышцы напряжены до предела, как пульсирует в ушах и колотится сердце. Вены на руках вздулись, а тело пробивала мелкая дрожь, но я не переставая удерживала концентрацию, не позволяя убийце Ливана вырваться.

Правителя так и гоняли по небу, не давая ему снизиться. Он метался под куполом барьера, рыча и извергая пламя, стараясь помочь своему сыну, который вскоре поплатится за все свои совершенные грехи.

– Ты убил моего супруга! – произнесла я ледяным тоном, напрягаясь до предела и усиливая давление на чешую ящера.

Из его пасти вырвался болезненный рев, а кровь из ноздрей усилилась, но мне было плевать. Не жалко! Ни капли не жалко! Такие твари, как он, не имеют право жить!

– Ты желал заполучить меня, так вот она я! Попробуй, возьми! – продолжала я, вскидывая вторую руку и проделывая все те же манипуляции с тьмой. – За то, что ты осмелился лишить меня счастья, за то, что забрал право быть любимой, обрекая на вечные мучения, я отвечу тебе тем же!

Напряжение достигло своего пика. Я не смотрела по сторонам, игнорируя крики и беготню стражей по поляне, все мое внимание было сосредоточено только на нем одном – на том, кто погубил половину моей души.

– Я, дочь правителя этих земель, – мой голос дрожал, но я продолжала, наслаждаясь хаосом, творящимся вокруг, – призываю тебя ответить за совершенные злодеяния!

Моя тьма оплела крылья наследника у самого основания, сжимаясь с каждой секундой все сильнее.

Принц Барэльд бесновался, мотая мордой из стороны в сторону. Плевался огнем и ревел от боли, ведь я неустанно усиливала давление, уверенно двигаясь к своей цели.

– Ты забрал у меня сердце, а я заберу у тебя возможность парить в небесах! – слетело тихое с моих губ.

Собрав всю мощь для финального рывка, я дернула магический силок, что было сил, и по саду, вперемешку с диким ревом, прокатился хруст ломающихся костей… Я знала, что теперь наследник будет летать лишь в своих мечтах. Жестоко, но такова жизнь. Совершил зло – будь готов заплатить!

Наследный принц был повержен. По моей воле он стал отбросом общества, ведь если дракон утратит возможность летать, то вместе с ней потеряет и всё остальное. Он лежал бесчувственной тушкой, пребывая в бессознательном состоянии от болевого шока. Его крылья свисали тряпочками, держась на одной коже и не имели шанса на восстановление.

– Я отомстила за тебя, любимый… – тяжело дыша, ощутила, как по моим щекам потекли слезы. – Всю свою оставшуюся жизнь этот ублюдок будет гореть в агонии, изо дня в день переживая свой личный кошмар.

– Ракель, – крикнул Лэстер, тряся меня за плечи, так как я будто выпала из реальности, понимая, что неминуемо приближается то, чего я так боялась. – Сестрёнка, посмотри на меня! Как ты?

– Я прошу, – перевела взор на брата, – не убивайте правителя. Пускай он до конца своих дней мучается от того, что его сын где-то скитается по земле не нужный никому. И ещё… – я тяжко вздохнула, – выкиньте бывшего принца с наших земель. Без своих крыльев теперь он никто! Нечего с ним церемониться! Мусору не место в государстве демонов!

– Ты куда? – кинулась за мной Ясмина, но я остановила ее одним взглядом.

– Не нужно, – мотнула я головой. – Хочу одна… Одна проститься с Ливаном. Мне здесь больше делать нечего…