Глава 32

— А теперь закройте глаза и вдохните.

Я послушно выполняла всё, о чём меня просил лекарь при осмотре.

Двейн привёл его минут двадцать назад, и всё это время мужчина проверял моё самочувствие.

— Ну как, я буду жить? — с улыбкой спросила я, когда мужчина закончил.

— Конечно, можете не волноваться об этом, Лилиана.

Лекарь по имени Ланц оказался достаточно молодым мужчиной с кудрявыми светлыми волосами и серыми внимательными глазами. Рядом с ним было как-то… спокойно. Ланц явно мог расположить к себе любого.

— В ближайшее время вам потребуется особое питание. Я всё напишу поварам, и они обязательно всё это для вас подготовят. Вам нужно будет лишь есть то, что вам будут приносить.

— Конечно.

— Ланц, так с ней точно всё в порядке? — уточнил Двейн, поглядывая на меня с волнением.

— Ей, конечно, ещё понадобится время на восстановление, но в целом — да. С ней всё хорошо. Можно не волноваться.

— Так, а что вообще произошло? Я так и не поняла. Всё случилось… неожиданно.

После моего вопроса мужчины резко изменились внешне — они сразу подобрались, стали серьёзнее, и от их улыбок не осталось и следа. Напряжение тут же повисло в воздухе.

— Двейн? Ланц? Что происходит?

Капитан уже хотел было ответить, но его прервал стук в дверь. Почти сразу дверь в комнату открылась, и в дверном проёме я увидела мощную фигура Годвина, одетого в военную фурму.

— Здравствуйте, Лилиана. Рад, что вы пришли в себя, — сдержанно кивнул он, а его взгляд внимательно прошёлся по мне, будто он хотел убедиться, что со мной действительно всё в порядке. — Мы можем поговорить?

— Конечно, — кивнула я. — Проходите.

— Я пойду, напишу список для поваров и проинструктирую их, — тут же поторопился сказать Ланц и вышел из комнаты, а вот Двейн остался на месте, демонстративно складывая руки на груди и впиваясь взглядом в только что прибывшего Годвина.

— Двейн, нам с Лилианой надо побеседовать наедине. Не мог бы ты оставить нас ненадолго?

— Я вам не помешаю.

— Но всё же…

Мужчины были настроены решительно. Понимая, что тут может начаться спор, я решила предотвратить это.

— Двейн, а ты не мог бы взять для меня несколько книг из библиотеки? На свой вкус. В ближайшие несколько дней я, скорее всего, не смогу покидать комнату, но хоть чем-то себя развлеку. Да, и я бы не отказалась чего-нибудь перекусить. Узнаешь об этом у Ланца и поваров?

Это был всего лишь предлог, и все это понимали. Книг в моих покоях, где я сейчас находилась, было достаточно, а есть на самом деле я не так уж и сильно хотела. Однако Двейн не стал спорить. Нежно погладив меня по волосам, он оставил легкий поцелуй на моей щеке и тут же покинул комнату.

— Присаживайтесь.

Я указала в сторону кресла, находящегося рядом с моей постелью, и Годвин тут же устроился там. После этого мне стало немного легче, ведь мужчина был очень высок, и даже когда я стояла рядом с ним, мне приходилось запрокидывать голову, чтобы посмотреть ему в глаза, а сейчас я вообще не встаю с постели. Хоть я и чувствую себя значительно лучше, но слабость даёт о себе знать. Даже сейчас, во время осмотра и нашего недолгого разговора с мужчинами, я успела очень устать, и меня жутко клонило в сон.

— Так что вы хотели узнать у меня?

— Не могли бы вы рассказать подробности того дня, когда вам стало плохо?

Не став ничего скрывать, я поведала обо всём, что произошло тогда. Мужчина внимательно меня слушал, не перебивая, и лишь иногда задавал уточняющие вопросы.

— То есть, вы не планировали этот поход к Амае Линской?

— Совершенно верно. Он вышел… спонтанным, — подтвердила я. — Вас ещё что-то интересует?

— Нет, вы ответили на все вопросы. Спасибо вам, — кивнул Годвин, вставая с кресла. Я думала, что он собрался прощаться, а вместо этого неожиданно услышала: — Знали бы вы, Лилиана, как я рад вас видеть сейчас живой.

На моих губах появилась робкая улыбка, а в душе разлилось тепло. Было невероятно приятно слушать это.

— Спасибо. Я тоже очень рада, что всё обошлось.

— Выздоравливайте, Лилия.

— Подождите, — остановила я его, когда он уже собирался уходить. — Я так и не поняла, что, собственно говоря, произошло? И что с Амаей? Ей уже лучше, как и мне?

— Вам ничего не рассказали?

— Не успели. Вы в этот момент пришли.

Мужчина задумчивым взглядом окинул меня, а потом ответил:

— Вы обе были отравлены сильнейшим ядом. Две недели вы были на грани жизни и смерти. Вас чудом удалось спасти, но Амая…

— Нет…

— Мне жаль, но эмануэ Амаю Линскую спасти не удалось. Всё, что мы можем теперь — так это найти её убийцу.