Глава 53

Проезжаю сквозь радушно распахнутые кованные ворота и паркую тачку, а сам почему-то на мгновение поднимаю взгляд и смотрю на небо сквозь лобовое. Голубое, безоблачное и чистое. Небеса обетованные. Так говорят. Мне не светят. Только вниз, во мрак и тьму с моим послужным списком…

Понимаю, что губы деформировала усмешка.

Хороший день сегодня, мать его, солнечный, в такой и помереть можно.

Отбрасываю ненужные мысли и выхожу из машины. Иду к пропускному пункту с охраной. Возвращаясь с задания, по традиции с отчетом должен предстать перед Кровавым.

Ребята на точке хмурые, взгляд прячут. Игнорирую. Пока я еще ассасин, пока боятся, но на долго ли хватит их опасения, если хозяин подаст команду “фас”?

Прохожу досмотр, когда появляется Змей.

– Сдай оружие, Джокер.

Без приветствия и лишних расшаркиваний приказывает глава службы безопасности Каца.

Упираю взгляд, и мужик все-таки проясняет:

– Приказ Кровавого, Фил. Не дури, оружие на стол.

Бросает взгляд в сторону пацанов из охраны, и они стайкой отправляются к моей тачке, потрошат все, проверяют.

Молча достаю стволы и сбрасываю весь боезапас, который ношу с собой.

Я знал, на что шел. У меня не было права на ошибку.

– Еще есть что?

Спокойно заданный вопрос, на который отрицательно мотаю головой.

– Тебя ждут, ассасин.

Выхожу на улицу и иду дальше к охренительно красивому особняку. Круто Кац поднялся. Империю отгрохал, с самых низов взлетел и в этом вот замке живет принцесса, ради которой бродяга предал все, отрекся от понятий и пальнул в цель, промахнувшись на три долбаных миллиметра. Пуля не задела сердца и не разорвала аорту.

– Любишь Ромео своего?

– Да…

Сейчас понимаю, что Маша вызвала чувства, и когда любишь, способен вырвать из груди сердце по ее просьбе. Только мой огрызок на хер никому не сдался…

Вдыхаю чистый воздух, хочу надышаться. Взять с собой частичку света и тепла, а перед глазами только Мэри. В слезах и на коленях, умоляющая за другого.

– Фак!

Зря пушку сдал, стрелять хочу, выбить из мозгов все лишнее.

Захожу в холл с непонятными статуями. Их сюда из музеев всяких, видно, привезли и с аукционов, висюльки на люстрах блестят, хоть глаза вырывай.

Когда ты идешь на смерть и понимаешь, что живешь последние секунды, тебе все равно на все и вместе с тем замечаешь нюансы.

Киллер влюбился в принцессу. Нет у тебя шансов, Фил, и жизни нет, это все так, игра в русскую рулетку и контрольный уже скоро.

Несколько пролетов, пару поворотов и вот я вхожу в кабинет Царя. Иван Кровавый упирает в меня бесцветные глаза с точками зрачков.

Сейчас он кажется каким-то безумным, глаза блестят в горячке, рука на перевязи. Знатно его изрешетило.

Одет, как всегда, в белоснежное. Дьявол любит белый цвет. Поразительно.

– Ну, здравствуй, Джокер.

Произносит холодно. Смотрит в глаза, и я киваю.

– Я промахнулся, – говорю сразу не расшаркиваясь.

– Знаю…

Отвечает спокойно, только за этим спокойствием чую бешенство.

– Объяснения, ассасин? – чеканит слова.

– Не рассчитал угол ветра.

Царь выдыхает.

– Не рассчитал, значит…

– Три миллиметра.

Губы растягивает в улыбке.

– Сдается мне, что это был не промах, а хирургия… Сосунка Серебрякова пожалел?!

Спокойно встречаю ледяной взгляд.

– Иногда промах это только промах, Царь.

– Закон знаешь?!

– Знаю. Ассасин платит жизнью. По-любому цена промаха смерть. Я пришел платить.

Молчит. Раздумывает. Даю время.

– Интересный ты пацан, Джокер. Собой рискуешь, под пули бросаешься, Мэри прикрыл, потом рванул за исполнителем и поймал, выбил признание… Все просекаешь. По понятиям вроде, и вдруг промазал и даже отмазки нормальной нет.

И тут у меня вопрос: если тебя перекупили, в чем я сомневаюсь, то почему ты пришел держать ответ?

– Ассасина не перекупить, Царь.

Отвечаю и смотрю в глаза своей смерти.

Лицо Вани Кровавого становится маской, непробиваемой, непроницаемой. Взгляд сцепляется с моим, и я стою до последнего на своем.

Я промахнулся. И готов принять наказание. Сам решение это принял, сам пошел на промах. Не лгу. Там были только я и винтовка, и никого, кроме меня.

Внезапно нарушает повисшее молчание и озвучивает приговор:

– Хорошо, Джокер. Цена ошибки смерть. Ты знаешь.

– Да. Таков закон для ассасина.

Кац бросает на меня странный взгляд, молча смотрит, ждет чего-то, и я молчу. Базарить больше нет смысла.

Нарушает наше молчание только игра здоровых пальцев Кровавого по дорогой глянцевой поверхности стола.

Смотрю за спину Вани, там вдали лес…

Когда ты на краю, надышаться вдруг хочется. Вкус и запах свободы мерещится в каждом вдохе и выдохе.

– Смертельная схватка по нашим законам. Я дам тебе шанс выжить. Драка на кулаках против четырех моих лучших солдат. Без оружия. Выживешь, я сниму с тебя долг в твою жизнь. Считай, что отплатил.

Отрываюсь от разглядывания и вновь смотрю в мертвые белесые глаза. Удивил Иван.

– Всем скопом меня гасить будут?!

Уточняю спокойно.

Моргает и отвечает ровно:

– Загашивать всем скопом я мог приказ дать сразу. Ты бы до меня не дошел. Но есть в тебе что-то. Я крыс чую. Ты даже сейчас не зассал. Короче, решение такое. Постепенно с бойцами один на один сойдешься.

Медленно выдыхаю. Кац старый закон сейчас применяет. Мой призрачный шанс на спасение.

– Ты кровью заплатишь за промах. Я хочу мести и если мою вендетту ты облажал, то и спрос с тебя. Казнь будет своеобразной, но, если выживешь, мы квиты.