Глава 1.4

— Какая?

Я сделала глубокий вздох, чтобы подавить дрожь во всем теле. Ноги предательски дрожали, как у шефа в кабинете, только в этот раз на кону была не работа, а моя жизнь. Впрочем, есть плюс, после такого приключения визит к шефу меня точно пугать не будет.

— Вы отдаете девушек без какой-либо подготовки, без знаний о мире, — ответила я. — Вашим покупателям с ними будет сложно, это куча проблем, да и они попросту могут посчитать девушек дурочками.

Мужчина сел на диван, задумчиво прикусил губу, жестом предложил мне занять кресло, что я, собственно, и сделала. Оно оказалось крайне удобным. Будто бы подстраивалось под тело. Я бы, наверное, расспросила про него подробнее, но сейчас было не до этого: на кону стояла моя жизнь.

— Да, наверное, было бы полезно, — сообщил мужчина. — Но проблема в том, что твой покупатель явится уже завтра.

— Ничего страшного. Я быстро усваиваю, — заявила я. — А так, при хорошей подготовке девушек, у вас на рынке не останется конкурентов.

Ужас, что я делаю, составляю бизнес-план работорговцу! Но, как говорят, хочешь жить, умей вертеться.

— А то, наверное, много кто может так девушек поставлять, — заметила я.

— На самом деле нет, — возразил мужчина. — Для перемещения в другой мир нужен специальный артефакт, который крайне сложно достать и еще сложнее сокрыть. Это вечная проблема с габаритными артефактами.

Ага, вот и самое важное. То есть способ вернуться есть. Еще бы знать, что за артефакт. Но как расспросить моего собеседника, не выдав план побега?

— Вау, тут еще и артефакты есть? Хотела бы хоть один увидеть, — сказала я. Это единственное, что пришло в голову.

— Что ж, могу показать один. Но если ты слабый маг, то ничего не почувствуешь, — при этих словах мужчина положил руку в карман, достал браслет и передал мне.

— Только не надевай, — предупредил он.

Я сразу почувствовала какую-то странную вибрацию от предмета, по коже пошли мурашки.

Похоже, я все-таки что-то чувствую.

— Ничего, — сказала я.

— Не переживай. Никто у иномирянок уровень магии не проверяет, ибо в Академии могут учиться только знатные люди. Кроме бытового факультета, но там и не учат толком.

Какой у них мир-то замечательный. Работорговля, ограничения в образовании, что еще я найду?

— Я, кстати, Паир, — представился наконец мужчина, затем предложил мне самой задавать вопросы, поскольку не мог предположить, что может понадобиться такой везучей девушке, как я. Ведь он собирался меня продать барону Кариру, который был у Императора на хорошем счету.

В конце концов, я решила узнать про местную валюту и цены, пояснила, что мне нужно это, чтобы понять, не слишком ли меня будет обделять барон.

— Точно, надо же тебе наряд подходящий поискать, драгоценности, чтобы ты выглядела лучше, — вспомнил мужчин, хлопнув ладонью по лбу.

— Да, это правильно. И почитать что-то, чтобы удивить его своей учёностью, — сообщила я.

— Хорошо, — сказал мужчина, довольно потирая руки. Похоже, он был очень рад, что ему попался такой беспроблемный товар. — Что ж, пора тебе уже немного отдохнуть.

Мужчина достал какой-то свиток и что-то нацарапал стилусом, тут же прибыла девушка. Удивительно бледная девушка, с тонкими, почти прозрачными волосами, очень худенькая, облаченная в серое поношенное платье.

— Подготовь девушке комнату и ужин принеси…

— Какую комнату? Клетку?.. — начала девушка.

Я невольно нервно сглотнула.

Что ж, понятно, где он содержал моих предшественниц. По идее, нечему удивляться, однако я очень хорошо понимала, что у меня много шансов оказаться в этой клетке.

— Комнату! — рявкнул хозяин. — Гостевую.

Минут через пять меня уже перевели в собственную спальню, чем-то обстановка напоминала номер отеля: кровать, шкаф и дверь в уборную.

Но самое главное, здесь было окно. Взглянув на улицу, я поняла, что темнеет.

Через какое-то время принесли ужин, состоящий из каши с незнакомыми мне фруктами, а также несколько книг, нечто длинное и огромное, именуемое «платье», и туфли. Обувь кожаная, с небольшим каблуком, немного больше, чем мне нужно.

Вечером заглянул Паир и пожелал хорошо выспаться, что в мои планы не входило. Ночь была моей единственной возможностью выбраться.