Из-за того, что я сменила внешность, мне пришлось одеть серый плащ мага, глубокий капюшон которого идеально скрывал «обновленное» лицо.

Ключ от комнаты приняла дочь хозяина. Веснушчатая девчонка испуганно защебетала, заверяя, что если бы ее отец знал, что я магичка, то комнату выделил бы лучше. Взмахом руки я остановила поток извинений и попрощалась.

Вообще-то я еще не имею права на серый плащ – клятву верности Братству магов принцесса Севера должна была дать во время путешествия. Поэтому, напорись я на магический патруль, объяснять почему я в плаще, но без личного знака, придется долго… и в дозновательской.

Юлиан также надел плащ мага, но чувствовал себя в нем вполне уютно и уверенно.

Когда мы подходили к трактиру «Серебряный клинок», я терялась в догадках, как же будем разыскивать пегасов среди такого скопления народа. Оказалось, искать и не нужно.

Крепко сбитый смуглый парень и хрупкая нежная девушка казались такими разными. Пока я не увидела их глаза – нечеловечески прекрасные, сияющие сдерживаемой Силой.

– Разрешите поинтересоваться, есть ли на сегодняшний полет свободные места, – вежливо произнес Юлиан. – Мы с сестрой надеемся покинуть Элевтию в ближайшие часы.

Желтые, как у пустынной кошки, глаза девушки встретились с сапфировыми глазами парня – словно они мысленно общались, да, наверное, так и было.

Парень кивнул и указал рукой на свободные стулья, предлагая присесть.

– Места найдутся, если объясните к чему такая спешка, – голос желтоглазой девушки полон чарующей хрипотцы.

– Мы вынуждены спрашивать о причине отъезда, – поспешил стереть грубость подруги парень. – Были такие случаи, когда должники или преступники, сбежавшие из-под стражи, пытались скрыться с нашей помощью. А нам проблемы с законом не нужны.

– Проблем не будет, – пообещал Юлиан и стал обговаривать цену.

Я, конечно, оплачу половину стоимости перелета, но раз Юлиан взял на себя роль старшего брата, пусть крутится. Оплата, кстати, обошлась мне в три четверти всей имеющейся наличности. Если бы не складчина с магом, то никуда я бы не улетела…

Трактир отличался от подобных заведений убранством зала – на стенах висели чучела голов хищных животных и темных тварей Межграничья. Я присмотрелась… Ого! Если это не иллюзия, то хозяин – весьма примечательная личность. Над камином висело чучело дымчатого волка. То ли животное, то ли порождение тьмы, этот хищник был умен почти как человек. Сбиваясь в стаи, дымчатые волки за несколько часов вырезали селения, и еще двадцать лет назад держали в страхе степные и лесные районы империи. Убить хитрую тварь неимоверно тяжело – не все заклинания ей опасны, а сталь не всегда успевает пробить сердце монстра. Быстрая, смертельно быстрая тварь… И тот, кто ее одолел – мастер меча.

– Хозяин таверны – бывший охотников, – подтвердил ламчерион, словно прочитав мои мысли. – В следующий свой приезд в Элевтию, найдите время и поставьте ему пиво – он не откажется поделиться своим боевым прошлым. Вам, ученице, наверняка будет интересно и полезно его послушать.

Пока я рассматривала интерьер, парень рассматривал меня. Малоприятное открытие. И неуютное ощущение.

– Подавальщиц не дождешься, – мрачно проговорил Юлиан, – что будешь, Эва? Я пойду, сделаю заказ.

– Я не голодна, но от пива не откажусь.

Как только Юлиан отошел, ламчерионы назвали свои имена и уставились на меня так, словно я им была должна.

– Твой брат знает, кто ты? – вкрадчиво спросила Валэри.

– А кто я? Я его сестра, – пожала плечами и, чтобы не лгать, мысленно уточнила: «Сестра по несчастью».

– Смотри, девочка, заиграешься. Аура-зеркало имеет последствия, – прищурив глаза, произнес Ян.

– Все имеет последствия, даже жизнь. И, тем не менее, мы продолжаем жить, наслаждаясь этим процессом.

Я несла бред, прекрасно понимая это, но остановиться не могла. Мне было страшно. Получается, что я полукровка из хэмеллов, видел едва ли не каждый встречный. Я считала себя неуязвимой, неузнаваемой. Выходит, ошибалась? Неужели проклятие моего рождения так заметно? Неужели грязная кровь одного из моих родителей будет мешать жить спокойно? Я не хочу быть хэмеллом! Хочу быть чистокровным человеком! За подобное счастье я готова даже отречься от магии…

– Это будет тяжело, – произнесла Валэри.

Мне стало жарко: она что, читает мои мысли? Да нет, не может этого быть.

На всякий случай я переспросила:

– Что будет тяжело?

– Жить так, как ты живешь сейчас. Что ты позабыла на просторах Северной империи? Почему не в Вискуре? К таким, как ты, здесь относятся плохо, так что тебя держит?

– А может, я шпионю потихоньку на благо родины, – улыбнулась я в ответ.

– Нет, – покачала головой желтоглазая, – они не посылают на смерть детей. Каждый ребенок, пускай кровь его разбавлена, ценность всего народа.

– Так что же ты здесь делаешь? – задался вопросом второй ламчерион. – Ходят слухи о пропавшем представители твоего народа. За сведения о нем назначена знатная награда. Это случайно не ты?

Вспомнив хэмелла в клетке, я ужаснулась и похолодела. Видя мое изумление и страх, парень расшифровал их неправильно и поспешил успокоить:

– Ладно, не трусь – ищут мужчину, а не девушку. Хотя и я не понимаю, что ты делаешь в недружественном государстве. Ты должна бояться за свою жизнь.

– Боюсь, – согласилась я. Как им объяснить, что Вискур снится мне в кошмарах? И я не хочу обретать кровных родственников? – Но я родилась в империи и умру на ее просторах.

Ламчерионы переглянулись и пожали плечами.

– Смотри, как бы это не случилось в ближайшем будущем. Ты доверяешь своему спутнику?

– Он спас мне жизнь.

Тайны Юлиану я не доверю, ну а жизнь уже вверяла не раз.

Ламчерионы принялись за свой ужин, состоящий из вареного мяса, овощей и фруктов. Ели они красиво и, пожалуй, даже чувственно. Никогда бы не подумала, что подобные могущественные существа могут получать удовольствие от такого простого действия, как еда.

Ян заметил мой наглый интерес, томно надкусил яблоко и весело подмигнул.

– Можно два вопроса? Заранее приношу извинение, если обижу своим любопытством.

– Да хоть с десяток вопросов! Если это не требует разглашения тайн нашего народа, мы с удовольствием ответим, – милостиво разрешила девушка.

– Я читала легенду, что хэмеллы – дети любви между ламчерионом и камийцем, демоном страсти. Это правда?

Они смеялись долго. И до слез. Обижаться стоило только на себя за наивные вопросы.

– Нет, легенда – глупая сказка. Если второй вопрос такой же веселящий, то лучше не задавай – на нас уже оборачиваются.

Я с обидой смотрела на ламчерионов. Как же так? А хвост? В боевой ипостаси хэмелла появляется хвост, очень напоминающий жало ламчериона. Разве это не доказательство родства? Ну да ладно, может это страшная тайна, которую полукровкам знать не обязательно.

– Все-таки рискну и задам еще один вопрос. Вы когда-нибудь летали возле Грани? Есть ли у нее край? Можно ли ее перелететь?

В глазах ламчерионов сразу пригасли смешинки. Смена настроения на их лицах – как игра света и тени: в любой момент может обнажиться что-то новое.

– Эти вопросы задает себе каждый ламчерион, впервые раскрывший крылья, – начал парень и неуверенно посмотрел на подругу, точно не зная, что говорить дальше.

– Нет, у Грани нет края, ее невозможно перелететь, – продолжила девушка. – Чем выше поднимаешься, тем становится холоднее, тяжелее дышится. Что за странный вопрос? Хочешь покинуть наш уютненький мир?

Быстро замотав головой, я поспешила откинуть страшные обвинения. Нет, оказаться за Гранью, в компании порождений тьмы, я не хотела. Слава богам, разграничившим миры!

Появление Юлиана прервало нашу познавательную беседу. Мой товарищ основательно оголодал – он нес большую миску с рагу и мое пиво, еще два блюда с хлебом и мясом несла вслед за ним подавальщица. Довольно таки миленькая девчонка, с приятными глазу формами. Но нахальным взглядом, который она не могла оторвать от моего спутника, хотя бы ради приличия.

– Зря ты отказалась, – произнес Юлиан, толкнув кружку в мою сторону, – неизвестно, когда еще мы сможем поесть.

– Ну почему же? До отлета есть время, – возразила желтоглазая.

– Скоро сядет солнце, разве еще придется ждать?

– Отлетаем в полночь, если что-то не нравится, маг, можешь оставаться в городе, – отрезал Ян. – Через два дня мы вернемся и будем летать в старом режиме.

– В полночь так в полночь, – вздохнул маг. – Мы успеем еще и выспаться. Я сниму комнату, не возражаешь?

Я пожала плечами:

– Как хочешь, мне и здесь неплохо сидится.

Мой спутник быстро расправился с заказанной снедью. По моим наблюдениям, он не отказался бы и от добавки, но на пегасах вообще-то не рекомендуют летать на полный желудок.

Юлиан поднялся наверх, оставив мне второй ключ от комнаты.

– Ты все же ему доверяешь, – констатировал Ян. – А он тебе?

– Думаю да, если столько ночей спокойно спит, повернувшись ко мне спиной. Кстати, почему вы не делаете перелеты в пустыню?

– Не наш воздушный маршрут. Если тебе нужно в оазисы, можешь договориться с ламчерионами из Лапимара.

М-да, легко сказать – договорись. До столицы Лулианского королевства еще добраться нужно. До Лапимара, если ехать напрямую по Лулианскому тракту, то дней за двадцать шесть можно добраться до места назначения. Естественное, меня это не устраивало. По моему личному календарю до возможной смерти оставалось не так уже много времени. Подумать только! Мои дни сочтены – ужасающая фраза, если вдруг осознаешь ее смысл. Знать дату смерти, отсчитывать до нее дни – это страшно… Лучше не знать, сколько Жизнь и Судьба отмерили вздохов до прихода бога Смерти, который выпьет последний…

«Как поэтично выражаешься! Ладно, хватит, ныть. Это не поможет», – Грэм всегда отзывался, не давая мне пожалеть себя.

«Знаю, что не поможет. Твоей стойкости у меня нет, уж не обессудь».

«Вообще-то я на тебя и не сильно давлю. Ты бессовестно пользуешься моей добротой».

«Угу, попользуешься твоей добротой, которой нет… Кстати, теперь уже ты жалуешься. А что, скажешь это не так?»

С телохранителем можно пререкаться часами, получая от этого взаимное удовольствие. Но всему свое время. Сейчас стоит прислушаться к разговору ламчерионов с богато одетым иностранцем. Что к столику пегасов подошел чужеземец, понял бы и ребенок.

Темные раскосые глаза, смуглая кожа, рокочущий звук «р» – все это характерно для граждан Аг-Грасса. Единственное несоответствие образу типичного представителя западной страны – невысокий рост и полнота. Оказалось, мужик – купец, который заказал себе полночный перелет. Теперь он требовал совсем другого и сильно возмущался, что ламчерионы не хотели плясать под его дудку.

Перенос времени обошелся агграсскому купцу в дополнительную плату.

– Эва, сообщи своему брату, что мы взлетаем через час. Ждем вас возле круга, – произнесла Валэри и, не обращая внимания на брызгающего слюной агграссца (он видите ли не хотел попутчиков!), посоветовала поужинать.

Советуют поужинать? Почему бы и нет. Тем более обжора в моем теле требовал еды. Предупрежу об изменившихся планах Юлиана – и за ложку…

Благодаря обряду отзеркаливания ауры, я прекрасно чувствовала своего спутника. Своим ключом я открыла номер, в котором ощущался маг.

Дверь распахнулась тихо.

Впрочем, даже ее скрип не отвлек бы моего попутчика. Да и ритмичный стук ножек кровати о пол заглушал посторонние звуки.

Юлиан был занят. Очень. И его занятие разделяла симпатичная подавальщица…

– Ой, простите! Я зайду попозже!

От смущения хотелось провалиться прямиком на первый этаж… Молодой маг невозмутимо натянул простыню на обнаженную девушка, сам остался, как был. Мне пришлось отвернуться.

– Что случилось, сестренка? – забавляясь ситуацией, весело спросил Юлиан. – Трактир горит? Или потеряла свою игрушку?

– Ламчерионы перенесли время отлета, – стиснув зубы, холодно процедила я. – Через час нужно быть возле телепортационного круга…

– Хорошо, я скоро спущусь в зал. Иди, поужинай, сестренка.

С горящими щеками и напутствиями заботливого «братика» в спину, я выскочила в коридор. Грэм внутри меня ржал, как безумный. М-да, ситуация потешная, обхохочешься…

Немного успокоившись, я спустилась вниз и сделала заказ. Вторая подавальщица, уставшая женщина с добрыми глазами, стала искать свою помощницу. Честно, я не хотела, чтобы беспокоили временную подругу Юлиана, но как-то помешать не могла.

Мою еду взъерошенная девица несла, сердито перекривив хорошенькое личико. Миска с супом брякнула на стол, обдавая меня капельками жирного бульона.

– Благодарю, – холодно произнесла я.

– На здоровье! – рявкнула подавальщица, наверняка мысленно пожелав: «Чтоб ты сдохла!»

Я, конечно, понимаю девичье разочарование. В кои-то веки удалось потискаться. Да еще и с красавчиком, а я помешала. Ну, кто я после этого? Ясное дело, первейший враг.

Разъяренная девица вскоре вернулась с коронным блюдом повара этого заведения – жареным мясом под красным соусом. Тарелка, брошенная с еще большей злостью, заскользила через весь стол и аккуратно приземлилась прямиком мне на колени. Аппетитные кусочки в художественном беспорядке украсили мои штаны и подол светлой рубашки.

Я не могла подавить гнев:

– Дрянь!

– Сука! – парировала девчонка.

– Корова! – ответила я.

– Шлюха! – голословно обвинила она.

– Сама подстилка! – я окончательно обиделась и зашвырнула в подавальщицу суп. Запустила метко. Жаль, любимый суп… с грибочками…

Подавальщица с криком, напоминающим рычание, бросилась на меня, намереваясь вцепиться в волосы. Не получилось – ее товарка, вторая подавальщица, успела схватить девчонку за подол платья.

– Извинись, – зашипела старшая женщина, – твое поведение будет стоить нам доброй славы.

Девчонка пробормотала что-то неразборчивое и ушла вслед за старшей.

Точно выйдя из пьяного угара, я с удивлением оглядела поле битвы. Нам едва ли не аплодировали. А что? Драка никак не созреет, ни летописец, ни бродячие артисты своим присутствием не почтили. А девичья грызня – тоже развлечение…

«И это принцесса Северной империи, – притворно вздохнул Грэм. – Благородная аристократка, жрица Судьбы, магесса немалого уровня… Перечислять дальше? Или хватит, уже застыдилась?»

«А что мне было делать? Утереться – и молчать, как скромная долготерпеливая послушница богини Любви?»

«А хотя бы и так. Ты уедешь, а девчонке здесь работать. Зачем ломать ей жизнь?»

«Ну ты даешь! Повторяю, сносить оскорбления – не в моем характере!»

«Знаешь, смирение – нужная вещь, никогда не знаешь, что уготовила в скором времени Судьба. Сегодня ты пинаешь, завтра пинают тебя».

«И это мне говорит сатуриец! Человек, отвечающий на малейшее оскорбление ударом меча!»

«Не преувеличивай. В нашем кодексе есть точные правила, когда смирение – вынужденная необходимость».

Старшая подавальщица вытерла стол. Мой заказ повторили за счет заведения и принесли с извинениями и смущенными улыбками. Есть совершенно не хотелось. Посетители таверны время от времени бросали на меня любопытные взгляды: а вдруг еще что-нибудь надумаю учудить? Такая популярность, мягко говоря, меня не устраивала. И кто в этом виноват? Мой попутчик!

Когда Юлиан спустился вниз с нашими вещами, я была зла. Шуточки парня по поводу моей невежливости – стучаться, мол, надо! – настроение не улучшили. Стараясь поспевать за широко шагающим магом, я чувствовала, как закипаю от злости. Еще пара таких фраз – и я буду плеваться огнем, как песчаные саламандры. Клянусь Гранью, мне никогда не хотелось кого-то так стукнуть! И это притом, что у меня мягкий и незлобивый характер…

«Хм, у тебя характер незлобивый? – сыронизировал Грэм. – После шести лет в роли принцессы ты растеряла последние крупицы добродушия. И, по-моему, тут пахнет ревностью».

«Чего?! – опешила я. – Я?! Ревную этого… этого волокиту с плохим вкусом? Как же ты плохо меня знаешь!»

«Наоборот, я хорошо тебя знаю, детка. Ты ревнуешь. Но не потому, что Юлиан тебе нравится. Просто он не проявлял к тебе интереса, как к девушке, ты к такому не привыкла».

«А-а-а, – быстро успокоилась я. Неприятно, когда тебя обвиняют в том, чего нет. – Кстати, как думаешь, а почему не обращает?»

Грэм рассмеялся и принялся подтрунивать дальше.

Вечерняя Элевтия отличается от столицы. В Семиграде в такое время ночная жизнь только начинается. Здесь же она, что называется, кипит. Прогуливающиеся парочки, компании веселых студентов (Элевтия славилась университетом, выпускающим архивариусов, писарей и прочих книгочеев и бумагомарателей) и просто горожане, спешащие по своим делам.

Возле телепорта безлюдно. Только два стражника, призванных следить, чтобы каменные блоки не растащили предприимчивые люди. Да, дико звучит, но охрана требовалась. Временно опечатанные круги разбирали на замагиченный от разрушения стройматериал и добавляли в заборы и фундаменты для большей стойкости. А что? Неплохая вещь в хозяйстве – маги заботились о безопасном перемещении и строили телепорты на века. Понятное дело, что и для гусей сарайчик из таких блоков простоит немало…

Понаблюдав некоторое время за ламчерионами (кстати, сдавать запечатанные телепорты под посадочную площадку первым придумал элевтийский наместник, а за ним подхватили уже остальные правители) солдаты ушли чаевничать. Благо здание городской стражи находилось рядом с телепортом.

От громадного в диаметре круга из серых камней веяло стужей, вызванным остаточной магией. Усевшись на холодный, высотой до пояса бортик телепортационного кольца, солдаты молча наблюдали за ламчерионами.

Наши знакомцы, что-то проверяя и поправляя, деловито сновали вокруг гигантской упряжи. Видеть подготовку к полету мне не приходилось, да и пегаса в его второй ипостаси тоже.

Магически упроченная упряжь состояла из хомута, кожаного седла, двух параллельных продолговатых корзин и сотен ремешков. В каждой корзине помещалось до шести-семи пассажиров. Естественно, сплетенные из специальной лозы корзины тоже были укреплены магией. Без магии подобная конструкция не выдержала бы тех нагрузок, что приходятся на полет. Насколько я знала, полеты на пегасах заканчивались для пассажиров летальным исходом в одном случае: после прицельного магического удара.

«Ну, что успокоила себя подобными размышлениями? – усмехнулся Грэм. Что-то он нынче разошелся: ни одного нормального слова, одни подколки. – Да ладно тебе, Эва, полеты безопасны. Я летал десятки раз. Уверяю, путешествие тебе покажется приятным».

«Точно? – мне вдруг вспомнилось, что так же Грэм говорил, когда пытался заставить залезть на верблюда. Дело было год назад, когда мы в составе посольской делегации направлялись в полис Арахар. Противная скотина (в смысле верблюд) меня невзлюбила и понесла вглубь пустыни. Меня, умирающую от жажды, нашли через несколько часов с задницей, утыканной колючками, и в компании мертвых скорпионов.

«Позволь уточнить: ложных скорпионов, безобидных насекомых, которых ты нещадно перебила. И верблюд сбесился из-за твоих неправильных действий».

«Конечно-конечно! Ламчерион тоже может обезуметь и сбросить неугодный груз».

«На ламчериона не так легко подействовать магией. Если с наездником будет все в порядке, путешествие пройдет комфортно».

«Всегда эти «если», – пробормотала я. – Если мы просчитаем все шансы, если защитные артефакты не подведут, если враг ошибется…»

«Ты странно себя ведешь, Эва. Скандалишь, жалуешься, плачешь – это, случайно, не твои женские дни наступают?»

«Ага, боишься испытать их прелесть вместе со мной?»

«Не боюсь, но опасаюсь», – признался Грэм.

«Разве есть разница между этими словами?»

«Сказать: я опасаюсь – звучит более мужественно, чем признаться, что в ужасе. Но я, действительно, просто опасаюсь. Об этом неизбежном зле я подумал в первый день нашего соединения. Поэтому готовился морально».

«Хм, вынуждена тебя огорчить. Я просто устала, вот и сдают нервы».

«Ничего не понимаю, – сатуриец искренне недоумевал. – Неужели потоки слез, поедание горы сладостей и обнимания с подушкой отменяются?»

«Чуточку огорчу: физиология хэмелла отличается от человеческой. Как объяснила перерывшая горы книг Регина, благоприятный период для зарождения новой жизни наступает раз в год. И то лишь, когда девушка достигает зрелости».

«Интересно, никогда не слышал о подобном. Твоя наставница молодец, что нашла такие сведения».

– Эва, пора, – окликнул меня Юлиан.

Тюки с товаром агграсского купца были загружены в корзины. Мужчина суетился вокруг своего груза, иногда украдкой поглядывая на потемневшее небо. Неужели дождя опасается?..

Когда ламчерионы объявили о своей готовности к полету, купец вдруг вспомнил, что забыл важные документы. Возмущенный Ян не удержался от ругательств – купец, настаивающий на поспешном отлете, сам тормозил. Утешило то, что его дом недалеко от телепорта.

– А куда сядем мы? – поинтересовалась я, когда страсти по забывчивому агграссцу улеглись. Место в корзине, как выяснилось, осталось только для купца.

– В седло, крошка, в седло, – рассмеялся Ян. – Разве брат не предупредил, что вы летите вместе с всадником наверху?

– Юлиан!!!

Маг улыбнулся и пожал плечами:

– Ты же хотела улететь из города любой ценой. Чем теперь недовольна? Мест в корзинах не было.

– Ты скотина, Юлиан! Я высоты боюсь!

– Не переживай, крошка, сядешь между нами. И я не дам такой красавице упасть, – утешил ламчерион. Даже в приглушенном свете кружащихся магических светильников было видно, как смеются его синие глаза.

Забавно. Наездник он, я же думала, что наоборот.

Валэри, переодетая в темный балахон, вступила в центр упряжи и подняла тяжелый, украшенный стальными заклепками хомут.

На наших глазах происходило чудо.

Воздух вокруг девушки дрожал, контуры тела обозначились легким золотистым сиянием. Свечение становилось ярче, и вот вместо хрупкой фигурки в круге телепорта находилось прекрасное в своем совершенстве и могуществе существо. Грациозное тело, покрытое чешуйками, продолговатая морда с острыми клыками, когтистые мощные лапы. Длинный подвижный хвост, как у скорпиона, сделал несколько неторопливых движений, кожистые крылья, покрытые мехом, расправились и сложились вновь – ламчерион проверяла, насколько хорошо вошло ее тело в сбрую.

Ян подошел к пегасу, ласково погладил по грубой шкуре морды. Он, кстати, тоже изменился – его глаза светились желтым.

– Отлично, Валэри говорит, можно взлетать, – произнес всадник. – Где же этот демонов купец?

Я только открыла рот, чтобы сказать, где полагается находиться демонам…

С оглушающим свистом в двухэтажное здание стражи врезался огромный шар огня.

Взрывная горячая волна ударила по нам, сбивая с ног. Меня неслабо приложило о круг телепорта. Внутри что-то, наверное, ребро, противно хрупнуло, пронзая иголочками боли.

В глазах темно, во рту ощущается привкус крови…

– Эва! Цела? – Юлиан, осторожно перевернув меня на спину, тревожно заглядывал в глаза.

– Почти… Что происходит?

– Не знаю! Но купцу лучше поторопится, иначе ламчерионы взлетят без него.

Снова оглушительный свист, только гораздо сильнее. Огненные шары сыпались с неба, как град. Гигантский, пылающий град… Вспышки алого пламени… взрывы… жаркая волна сметающая с ног…

Прежде чем Юлиан поставил щит, я успела почувствовать как скручиваются волосы от жара. Под его прикрытием нам удалось встать на ноги и оглядеться.

В усеянном малочисленными звездами небе плыли темные тучи. Нет, не тучи. Громадные существа, со спин которых и летели огненные шары. Ламчерионы. Больше не кому. Но как это возможно? Ламчерионы всегда сохраняют нейтралитет?!

– Взлетаем! Быстрее! – из-за разрушенного здания стражи выскочил агграссец.

Коротышка бежал, на удивление, быстро – участь свежеподжаренной котлетки его не прельщала.

Ян сохранял спокойствие. Невозмутимо слеветировав в продолговатое седло, он сбросил нам веревочную лестницу. Юлиан пропустил меня вперед, да и еще и подталкивал сзади.

Последним загрузился в корзину купец. Тяжело дыша, он буквально взлетел по лестнице в корзину и, захлопнув крышку, проорал:

– Взлетай! Ради всех богов, взлетай! Они идут на второй круг!

Меня, зажатую между всадником и магом, била мелкая дрожь.

– Почему ваши напали на город?..

– Они не хотели этого, на них хианитовые ошейники! – перекричал грохот Ян.

Земля под нами удалялась – Валэри взмыла вверх. Несколько взмахов – и мы в чернильном небе, расчерченном огненными всполохами.

– Ты знаешь, что происходит?! – в свою очередь докричался до всадника Юлиан.

– Да, знаю! Аг-Грасса объявила империи войну!

Внизу пылал разрушенный город.