Глава 1

Отрывистый стук раздался, когда я уже собиралась уходить домой. – Кого там принесли духи? Мы закрыты! – проскрипел дядюшка Фан, тщательно запирая шкатулку с деньгами. Доход сегодня был невелик, но по сравнению с прежним – ошеломителен. Всего за полгода я из захудалой лавки сделала уважаемое заведение, где можно было купить все для лечения – от трав до настоек и мазей. – Фан Джиан, открывай! Иначе мне не жить! Помощь целителя нужна срочно! – Что случилось, уважаемый господин Янь? – сменил тон мой помощник. Голос владельца трактира напротив звучал странно —приглушенно и хрипло, будто его недавно душили. Дядюшка Фан повернулся ко мне. – Впустить? – неуверенно уточнил он. Еще бы. Спасать-то неизвестных мне придется. А у меня вечером чаепитие, которое ну никак нельзя пропустить! – Там раненый. Он истекает кровью! Руки сами подхватили сумку-аптечку. Опыт никуда не девается. Даже попав в проклятую дораму, я продолжала инстинктивно отзываться на извечный вопль о помощи. «Врача! Позовите врача!» Пусть я не из скорой, а хирург, но оставлять людей умирать не в моих правилах. – Он хоть не разбойник? – мрачно спросила у трактирщика, распахивая дверь лавки и протискиваясь мимо него на улицу. – Нет, что вы, госпожа Ши! – отчаянно замотал головой перепуганный мужчина. Так-то он ростом под два метра и поперек себя шире. Еда на его кухне отменная, а господин Янь ее регулярно дегустировал. Что могло устрашить этого здоровяка? В «Большой чаше» даже вышибал не держали —владелец сам мог усмирить кого требуется одним взглядом. Надеюсь, это не какой-нибудь наемный убийца, пострадавший на задании. Вокруг район довольно спокойный: лавки, рынок, патруль регулярно проезжает. – Веди. Трактирщик засеменил впереди, то и дело опасливо оглядываясь по сторонам. Вскоре я поняла причину его испуга. Обеденный зал «Большой чаши» заполняли солдаты. Тут был целый отряд – не меньше десяти человек. И все молча уставились на нас. Я невольно отступила обратно за порог. – Это господин Фан и его помощница, – суетливо пояснил господин Янь. Почтенный старец и официальный владелец нашей лавки снадобий осторожно выглянул из-за меня и приветственно улыбнулся. Что армейские забыли в столице? Им место на границе или в мятежных регионах. Неужели… Прерывая мои мятущиеся мысли, вперед выступил один из военных. Доспех подороже, вид ухоженный. Даже не десятник – скорее, тысячник, капитан, а может, и полковник, в переводе на привычные звания. Никак не запомню местные титулы. Знать еще худо-бедно освоила, а в прочих пока что плаваю. – У нас раненый. Прошу, поспешите, – с коротким поклоном мужчина указал на лестницу, ведущую на второй этаж. На ступеньках виднелась кровь. – Показывайте. И подготовьте теплую воду, жаровню и рисовое вино, – бросила на ходу трактирщику. Тот кивнул и метнулся на кухню с видимым облегчением. Мрачные вооруженные постояльцы кому угодно обеспечат стресс! Пострадавшего я бы нашла и без подсказок. Прерывистая дорожка бурых капель вела к первой же комнате слева. Офицер услужливо распахнул передо мной дверь. Дядюшка Фан уверенно протиснулся первым и засуетился, создавая иллюзию бурной деятельности. Для всех окружающих целитель – именно он, а я так, на подхвате. Женщине больше и не положено. – Что произошло? – негромко поинтересовалась я, подходя ближе к постели. – А самое главное, как давно? Пострадавший цветом кожи не сильно отличался от белоснежной простыни. Несмотря на наспех сооруженную повязку на голове, алая жидкость продолжала изливаться пульсирующими толчками, пропитывая бинт и подушку. Похоже, задели одну из артерий на лице. – Около трети палочки благовоний, – быстро ответил воин, проигнорировав первый вопрос. Минут пятнадцать, значит. Ну что ж. Приступим. Спешно размотала ворох ткани, открывая рану. На последнем слое рука дрогнула – я узнала мужчину, хоть мы никогда прежде не встречались. Прославленный генерал, будущий ван – почти принц по статусу, но не по рождению. Бунтовщик, которого казнят в двадцать шестой серии за покушение на его императорское величество. Тьенхэ Рейн. – Чего застыла? – грубый окрик вывел меня из ступора. Я повернулась к командиру – назову его так для ясности. – Что он пил и ел за вечер? И есть ли у вас оружие, которым его ранили? Похоже, на нем или в еде был яд. – Яд? – мужчина спал с лица, сравнявшись оттенком с начальством. Теперь я и его вспомнила. Юйшан Хэ, восьмой сын благородного семейства Хэ. Правда, от наложницы, что автоматически делает его вторым, а то и десятым сортом. Не простолюдин, но и не знать. Всю дораму он мучился в поисках своего места в мире, а в итоге был убит во время мятежа. Закрыл собой Тьенхэ от подлого удара в спину. Впрочем, бравый военачальник протянул еще всего две серии, и те в темнице. – Пил и ел все то же, что и мы, – неуверенно ответил воин, подумал и просиял: – Но пил чай! А мы – вино! Вот это же. Кивнул на кувшин. Ясно. Замаскировать привкус отравы проще всего в терпкой сладковатой жидкости. Наивный генерал, не привык к столичным интригам. Только странно. По сюжету его не травили. Откуда вдруг взялся яд? В дверь поскреблись тише мыши, и не дожидаясь ответа в комнату просочился трактирщик. Пятясь задом, приволок круглую жаровню на подставке, затем еще раз вернулся с тазиком, от которого поднимался пар, и кувшином заказанного пойла. Я тут же бросила в угли пучок полыни. Повалил горьковатый, камфорный дымок, создавая атмосферу клиники. Кроме суеверий – очищения от «злых духов» – в этом запахе имелась и практическая польза. Дезинфекция. Уж какая есть. – Что-то еще изволите, госпожа Ши? Господин Фан? – Мне б чаю… – начал было владелец лавки, но под моим строгим взглядом осекся. – Чашку. И теплый настой полыни, имбиря и красных фиников. Дядюшка, у вас набор номер четыре в сумке, передайте, пожалуйста. Варить пока догорит палочка благовоний, не меньше, но и не дольше. Мой помощник споро отыскал нужный мешочек и с поклоном передал господину Яню. Чашка появилась через минуту. Я за это время успела промыть порез, прижать сосуд и подобрать нити для зашивания. – Я думал, вы прижигать будете, – протянул Юйшан, глядя на мои приготовления. – Наш лекарь всегда так делает, если кровь долго не останавливается. – Руки вашему лекарю оторвать мало, – пробурчала я себе под нос, набирая в чашку горячей воды и капая в нее из раны для проверки. Вместо того чтобы свернуться, кровь растеклась облачком. Так и есть. Скорее всего, сафлор, возможно, с добавками аконита. Пульс частит и нерегулярен. – Я промыла рану. Похоже, на оружии тоже был яд, —помня предыдущую попытку, не стала просить показать кинжал. Видимо, убийцу не поймали и сильно этого стыдились. – Дам ему немного настойки мака и того отвара, что принесет трактирщик. Надеюсь, на кухне есть ваши люди и повторного отравления не произойдет? – Я проверю! – вспыхнул Юйшан и выскочил за дверь. Далеко не отошел – нам не доверял. Отрывисто отдал несколько приказов и тут же вернулся. – Пусть еще меду в отвар добавят, – не отрываясь от раненого, бросила я. – Хуже не будет. Он потерял много крови, силы нужно восстанавливать. – Хорошо, – командир внимательно следил за моими руками, в любой момент готовясь отразить нападение. Лучше бы раньше бдил так! Отбросив эмоции, я погрузилась в работу. Тонкая вышивка – куда там парадным одеяниям. Стянуть, но не слишком сильно, сложить края, не забыть проверить крепость каждого стежка. Застань меня за подобной работой любая местная барышня – хлопнулась бы в обморок. Бравый Юйшан и тот сглатывал через раз, борясь с тошнотой. В горячке боя рассечь человека надвое – милое дело, а вот так хладнокровно копаться в плоти – ужас и кошмар. Особенности верований, что поделать. – Ножницы. Господин Фан споро подал инструмент. За полгода дед наловчился, запомнил основные процедуры и частенько понимал меня с полувзгляда. Жаль будет его оставлять, когда время придет, но что поделать. С собой через всю страну я беднягу не повезу, староват он для переездов в никуда. Потрогала тонкий, плотный шов. Неплохо вышло. Кровь давно остановилась, кожа все еще холодновата, но это пройдет. Дышит ровно, пульс тоже приблизился к норме. – Пить! – едва шевеля губами и не открывая глаз, попросил пациент. Я поднесла остаток отвара и осторожно, ложечкой, влила немного. Тьенхэ поморщился. – Дрянь какая, – прошептал он. – Зато полезно, – назидательно сообщила я. – И в следующий раз непроверенное не пейте. Носите с собой серебряную иглу, что ли. Не все покажет, но хоть что-то. Будь это мышьяк, я б вас не спасла. Генерал сонно пошевелился и потянулся тоже пощупать рану. Я ухватила его за запястье, не позволяя порушить работу. Взгляд из расфокусированного на мгновение стал напряженно-серьезным. С таким и убить могут, если заподозрят угрозу. Вот она, благодарность во всей красе. Я нахмурилась в ответ и погрозила пальцем. – Сейчас перевяжу, не прикасайтесь пока. Еще занесете какую грязь. К моему удивлению, Тьенхэ послушался. Опустил руку, поежился. – Еще одеял принесите и пару жаровен, – распорядилась я, вытаскивая из сумки ровно нарезанные полосы чистой ткани. – После потери крови его может знобить. Бинтовать лицо – та еще задача. Особенно когда пациент, несмотря на влитый дурман, отказывается провалиться в забытье и пристально наблюдает за каждым движением. Мало мне его помощника! – Постарайтесь не улыбаться и не жевать слишком усиленно, может разойтись шов. Супы, каши и отвары —ваши лучшие друзья недели на две. И говорите поменьше. Взгляд генерала оброс колючками еще сильнее. Да, знаю, ты и так суровый молчун. Но что-то внутри подзуживало меня на провокацию. Не иначе отходняк после успешной операции. А еще смутная тревога. С тех пор как я неведомым образом очнулась в дораме, сюжет развивался неспешно и строго по плану. После похорон моей матушки, императрицы, про меня практически забыли. Пока я исправно присутствовала на важных церемониях и не отсвечивала, принцессу Юлиань никто не замечал. Борьба за власть развернулась в стороне – среди могущественных семейств и их представительниц при дворе, наложниц его величества. Первые дни я все пыталась проснуться. Не понимала, что за бред происходит вокруг, ведь засыпала я в собственном доме, а открыла глаза в храме предков правящего рода Ли, перед гробом благородной супруги Ву. Благо последовавшую истерику приняли за скорбь по почившей родительнице. Осознав, что отсюда не выбраться, я принялась судорожно вспоминать, с чего все начиналось. Выходило, что сейчас самое-самое начало дорамы «Цветок за стеной». На севере недавно стихли затяжные бои. Дело закончилось победой империи Тан, но перемирие было зыбким. Кочевники отступили лишь временно, и все это понимали. Меня, то есть принцессу Юлиань, вскоре отдадут замуж за их вождя в знак вечного союза. Как и все «вечное», брак не продлится и года. После унижений и тяжелых испытаний несчастную отравят и вернут тело на родину в подгнившем простеньком гробу —прямой вызов и оскорбление династии. Мне подобной судьбы не хотелось от слова совсем. План был прост. Накопить денег – и бежать из дворца к чертям собачьим! Внешность замаскировать проще простого, целители везде в почете, не пропаду. Тем более принцессу никто не заподозрит в неподобающих умениях. В глазах двора я всего лишь милая, воспитанная дурочка, отлично умеющая вышивать и знающая положенный благородной даме десяток стихов. Никто не принимал меня всерьез, даже собственная семья. Дядя, к которому я явилась с пробным визитом, лишь отмахнулся от просьбы позволить мне уехать из дворца. – Наша семья и так утратила свои позиции из-за смерти сестры. Ты хочешь окончательно опозорить род Ву? —строго вопросил он. – Сиди смирно, старайся угодить его величеству, подружись с наследником – ведь за ним будущее! А я-то знаю, что дружить со вторым принцем бессмысленно! Он скончается сразу после принцессы – попадет в засаду на охоте и свернет себе шею. Якобы несчастный случай. Дальше за трон начнется настоящая грызня, под шумок восстанет и этот вот генерал, что смотрит на меня темными, внимательными глазищами. А все потому, что женится на моей сестре и влюбится в нее, как последний идиот.