Глава 27. Звенит январская вьюга

Такси заносило на сыром снеге. Вьюга была жуткая, метель, ад на дороге и особенно в твоём посёлке. Я сидела вцепившись в обивку сиденья и в груди жутко пекло от моих дурных мыслей и новостей, которые никак не укладывались в голове.

Одно точно: я лгать и скрывать ничего не собиралась. Не в моих это правилах. Я не трепло, но я точно знаю чьи секреты и от кого хранить. И никогда не поставлю интересы врага над интересами друга, пусть это и не по джентельменски. Ну и да, вставать между родственниками идея не лучшая, но знаешь что, Егор? Я может и ушла бы, но остался бы ты и твой дед со своим мерзким секретом.

Твоя жизнь фарс.

Твоя мать тут просто разыгрывала дешевую комедию из сопливого романа.

И я в это играть совсем не хотела.

Такси остановилось и у меня возникло желание записать водителя в ранг святых, за то что мы не разбились. Аллилуйя.

А вот от предстоящего разговора нервы напряглись, и я даже не сразу открыла дверцу такси.

Высунула нос, поставила на сырой снег одну ногу, и только потом вышла.

Вот вам и принцесса в трусах с алиэкспресса.

Какая дичь! Какая мелочь за этими красивыми обертками. Твоя семья мне тогда казалась сборищем мерзких людишек и я прекрасно понимала, что не смогла бы в их обществе жить. Как мало значат их слова, какая глупость и гниль. Они красивы и жесты у них широки, а внутри дешевка по «69рэ».

Но ты. Мне стало страшно, что и ты такой.

На какую-то секунду я задумалась о том, как много ты мог почерпнуть, и не слишком ли я слепа.

Ты открыл сразу и утянул меня в дом, отряхнув от снега. Немедленно усадил на диван, укрыл чём-то тёплым и стал целовать успевшие остыть щеки. А я смотрела на тебя, твои волосы, глаза, мимику и понимала, что ты мне так дьявольски дорог… помереть можно!

— Егор, — позвала я, выворачиваясь из твоего захвата и убегая от поцелуя.

— Что? — ты стал целовать мои пальцы, раз губы под запретом.

— Все обман.

Ты застыл.

Нет, не понял о чем я, просто застыл. Испугался.

— Ты уйдёшь? Если да, то — нет. Если речь не о тебе, пофиг! — это так было трогательно и серьёзно сказано, что я просто растаяла и посыпалась, оседая с дивана прямо в твои руки.

Растекаясь в твоих объятиях податливым слаймом.

— Егор. Меня уволили. Со всех работ, — я поймала твоё лицо, удерживая от себя на расстоянии. — Твой дед… он все за тебя решал. Это он давал тебе деньги, а не бизнес друга в которого ты вложился. Это он все делал. Даже на твоих друзей есть анкеты. И… мне он сказал, чтобы я с тобой была и тобой вместо работы занималась… и друзей удалила…

— Когда сказал? — ты отстранился, но я не видела во взгляде подозрения. Скорее болевой шок, ты не понимал что именно произошло, но уже чётко осознавал, что где-то запахло жареным.

— Только что. Минут сорок назад, — я отстранилась, порылась в телефоне и показала СМС от работодателей, которые просили меня уволиться.

— А это от него…

Три СМС сообщения, которые, кажется, все Егору пояснили.

«Лида, давай без глупостей!»

«Это мой внук! И я о нем забочусь!»

«Выбери себе и Люсе правильное будущее.»5ebdbc

— Люся? — безжизненно спросил ты.

— Он предложил ее в гипотетические невесты Илье. Это твой брат, да?

— Да… мой брат.

— Егор?..

Но ты не отзывался. Сидел застыв на месте и крутил в руках мой телефон. Все обман. Жизнь по сценарию. Друзья, работа.

— Знаешь. Меня даже неонатологом ждут в больницу, которую выбрал дед, — усмехнулся вдруг ты.

— С чего взял?

- Только что понял, что он им с ремонтом помогал. И почему раньше это злачное место меня не смутило? Молодого специалиста и сразу…

И ты захохотал.

— Да он издевается? Друзья… друзья… это же те, что в его отеле со мной были?

— Ага, — тихо ответила, понимая, что ты сам все уже осмыслил и собираешь вместе кусочки. Ох не придумал бы лишнего…

— Смешно то, что только они обожали этот бар. Тащили меня туда и я думал, что это смешно! Дед за мной так следил. И друг в которого я вложился… и ординатура… все это он. Мать знает?

— Егор, я рассказала только то что слышала, не накручивай, поговори с ним сам, пожалуйста.

— Не хочу!

— Вдруг я неверно поняла? Это возможно. Поговори, пожалуйста. Выясни все, расставь все по местам. Работа — черт с ней, другую найду, шпионить и следить за тобой я не собираюсь. Но дальше что?

— Ничего. Все к черту пошлю.

— И ординатуру?

— Пойду в обычную больницу. Не частную, не денежную. Буду там принимать обычных пациентов, не из платных палат. А пока отработаю последние месяцы фельдшером. Знаешь, даже тачку деду верну. Теперь бы выяснить на чьей стороне была бабушка и в теме ли она. Мать точно рада всему этому, я ее знаю. Анна Викторовна тоже не особенно парится. А вот Бабуля меня волнует. Эта ее странная афера с домом, квартирой… что-то мне это не очень нравится. И ещё кое что… — ты бормотал, как помешанный.

— Егор, ты выдохни, тише, — просила я, крепче обнимая твоё тело, а ты бился и хотел действовать. — Давай сегодня все просто обдумаем, а завтра решим. Давай, а? Пожалуйста?

— Лида… он не видит берегов. Он управляет нами, как куклами.

— Но теперь все. Ты все знаешь. Ты уйдёшь от этого. Он поймёт.

— Лид, почему ты не в бешенстве? Он же и тебя… как куклу. А ты тут даже ни при чем. Ты просто человек, который случайно оказался в моей жизни. Надеюсь, что случайно! Как же, блин, я надеюсь!

— Слушай, это же только работа, — я снова стала гладить твои щёки, а потом целовать их. — Глупость. Мною никто управлять не будет… А если и да, ну если я себя считаю свободной и счастливой… я не хочу думать о том, кто возомнил себя богом. Отряхнулась и пошла дальше! Егор, давай попробуем сегодня про это не говорить, а только думать. Завтра утром я пойду с тобой хоть к деду, хоть к бабушке, хоть к отцу, хоть к президенту. Но сегодня, давай ты просто дашь себе минуту тайм-аута и примешь тот факт, что ты был свободен и счастлив, и скоро снова все будет так. Пусть мнимые боги играют дальше! Главное же что ты чувствуешь. Ты. Сам! Ну хорошо, что узнал все, теперь переформатируешь жизнь и продолжишь с чистого листа… а обиды пройдут. Обещаю. Я с этим помогу.

Ты прижался к моему лбу и выдохнул.

— Как же все просто у тебя…

— Утро вечера мудренее. Знаешь, я так боялась к тебе ехать, а теперь понимаю, что зря. Все решаемо.

— Ты Люсю одну кинула?

— Не, с баб Мотей, соседкой.

Ты кивнул, обнял меня и мы долго ещё слушали жуткую вьюгу. Жуткую и громкую, и она убаюкивала и давала ощущение, что мы одни и под ее защитой.

— Не уходи никуда… ты мне нужна сегодня.