16

Следующие дни я только и слышу, что о предстоящем приеме, причем не только от Роберта. Колонки о светской жизни в газетах пестрят анонсом, на центральных улочках дамы только и судачат о том, в чем они туда пойдут, и кто приглашен. Узнать что ли подробности пора, а то я с женишком, вступившим в период затишья своего безумия, предпочитаю максимально не контактировать.

— Здравствуй, — приветствую Роберта у входа, как он любит.

— Привет, девочка моя, — нежно отвечает тот и клюет меня в щеку. — Ты такая красивая сегодня.

— Эм, — не нахожу, что ответить и отделываюсь натянутой дежурной улыбкой.

Мы как обычно чинно ужинаем. Не знаю, что должно произойти, чтобы этот чопорный аристократ изменил свой распорядок дня.

— Скажи, дорогой, — вырываю клещами из себя это слово, — а вокруг такой ажиотаж по поводу предстоящего вечера, там что-то особенное будет происходить? Просто я собиралась надеть красное платье, в котором позировала на фотосессии в честь своего дня рождения, ты видел, а теперь даже не знаю.

— Ты до сих пор не подготовилась!? — Ромиро откладывает столовые приборы, вытирает руки и вопросительно с упреком смотрит на меня.

— Я, эм, готовилась, — отвечаю растерянно. Вот же какого за язык себя тянула! Будет очередная сцена сейчас. — Тот наряд я не носила ни на одном приеме.

— Хм, — задумывается Роберт, наверное, вспоминая, что там за платье такое имеется в виду, — возможно, оно и подойдет.

Фух. Вмиг расслабляюсь. Кажется, пронесло.

— Так а в честь чего такой ажиотаж? Ведь Далтоны всегда устраивают приемы в это время года, — повторяю интересующий меня вопрос.

— Во-первых, милая, — снисходительно начинает объяснять мужчина, — вокруг приемов у Далтонов всегда ажиотаж. Ты, видимо, не обращала на это внимание, но оно и верно, не к чему оно тебе, у тебя ведь всегда был, есть и буду я.

Меня мелко передергивает от зловещего смысла этой фразы, но Роберт, кажется, ничего не замечает и продолжает дальше.

— Во-вторых, получить приглашение на их прием всегда было чем-то вроде подтверждения того, что твоя семья имеет какой-то вес в нашем мире. Просто и ты и я богатые с уважаемыми фамилиями изначально, потому эта причина тебя тоже никогда не могла по-настоящему интересовать, — целует мою руку Роберт. — А еще плюс ко всему мистер Далтон крупный бизнесмен и приглашает много нужных деловых людей к себе. Я в этот раз приглашен как самостоятельная персона, представляющая свою фирму, удачно заключившую контракт года, а не как наследник Ромиро.

Мой жених мечтательно улыбается, видно вспоминает детали того самого заключения.

— Но еще же есть и третья причина особого ажиотажа этого приема. Сынок Далтонов отщепился от семьи и пошел в свободное плавание, и вроде как неплохо идут дела у него. Только его отец злится и не хочет этого признавать. Вот он и устраивает ежегодный вечер, а собственного отпрыска не приглашает, представляешь?

— Ясно. Наш аристократический мир как всегда кишит сплетнями и любовью к грязи. Хоть бы раз что хорошее обсуждали.

— Не всем быть такими непорочными как ты, моя дорогая, — томно произносит Ромиро, целуя мою руку.

Я тут же застываю, как кролик в цепких объятиях удава. Что следующее предпримет хищник? Есть ли вариант сбежать?

И пожалуйста, только не надо ко мне приставать. Не знаю почему, но такой псевдомилый Роберт настораживает еще больше. Должно быть, это из-за того, что я не знаю, когда рванет.

— Гхм, — ненавязчиво возвращаю руку себе под предлогом продолжить трапезу, — ты очень добр.

— Но все-таки я разочарован, что ты только в последний день задумалась о своем внешнем виде на приеме, — голос Роберта вмиг холодеет. — Больше чтобы так не делала. Ты лицо нашей семьи! И не должна выглядеть хуже других, только лучше! Всегда и во всем.