Глава 8

Глава 8

До самой ночи Эвелина прождала мужей, но они так и не появились, волнение закрадывалось, но понимая сложность их работы, девушке пришлось лечь спать с тяжелыми мыслями. Утром она проснулась в объятиях Годрика, а за спиной оказался Руфус, видимо они отбросили в сторону все сомнения и неловкости. Для Эвелины это было немного поспешным со стороны Руфуса, и если к Годрику она успела привязаться сильнее, то со средним братом у них не было времени на большее сближение и общение.

— Доброе утро Эви. — произнес Годрик, целуя сонную девушку.

— Доброе утро вам… обоим. — смущенно произнесла девушка.

— Доброе утро, чего же вам не спится в такую рань. — проворчал Руфус и принял сидячее положение. — Эвелина ты прости меня за то, что без разрешения влез к тебе в постель, просто день и ночь выдались сложными. Твоя комната была ближе всех, ну и если быть до конца честным, рядом с тобой я уснул мгновенно, чего обычно не случается. — неожиданно даже для самого себя разоткровенничался Руфус.

— Мне жаль, что работа отняла у вас столько сил. — прошептала Эвелина. Девушка была смущена, но при этом понимала, что таким образом мужчины успокаивались, да и на самом деле ничего поспешного для них не произошло. Годрик прямо сказал о том, что все трое хотят быть ее мужьями, а значит и сближение неизбежно. С такими мыслями она отправилась приводить себя в порядок, а мужчины разбрелись по своим комнатам.

— А Коул не присоединится к нам? Он домой не возвращался? — уточнила Эвелина у мужчин за завтраком.

— Нет, у него есть незавершенные дела, но не стоит беспокоиться, очень скоро он вернется и сам все расскажет. — ответил Годрик.

— Понятно.

— Эви ты проведешь со мной время? Отправимся на свидание? — спросил Руфус. Эвелина перевела свой взгляд на Годрика, словно спрашивая и у него разрешения.

— Не смотри на меня сладкая, тебе не нужно мое разрешение. Проводите время вместе, мне все равно снова нужно будет оставить тебя сегодня. Это не то, чего ожидаешь, встретив искру правда? — горько усмехнувшись произнес мужчина. Девушка подошла к нему, чтобы обнять и произнесла:

— Я все понимаю и принимаю таким как есть Годрик. У нас впереди вся жизнь, мы еще устроим тебе отпуск в виде нескольких выходных и тогда сможем провести больше времени вместе.

— Ты знаешь о том, что слишком прекрасна для нас. — произнес Годрик и не стесняясь брата, поцеловал девушку. Эвелина не заметила, как оказалась притянута к Годрику на колени и с удовольствием отпускала на волю свои нарастающие чувства к мужчине.

— Кха-кха. — напомнил о своем присутствии Руфус, а прервавшаяся парочка по глазам среднего брата поняла, что зрелище не то, что не смутило его, скорее наоборот вызывала желание присоединиться к ним. Совершенно не скромный возбужденный бугор в штанах Руфуса, замеченный Эвелиной, бросившей взгляд на тело мужчины, выдавал его желание с головой. — Я понимаю, что вы тоже скучаете друг по другу, но сегодня моя очередь братец. — произнес Руфус и протянув руку Эвелине, потянул ее за собой в глубину дома, на самый верхний этаж. Годрик подмигнул искре и отправился на работу.

— Ты уже бывала на верхних этажах? — уточнил Руфус по дороге.

— Только в библиотеке.

— Значит до моей любимой комнаты не добралась, хотя она теперь вторая по счету.

— Почему вторая?

— Первая твоя спальня. — хитро прищурившись произнес Руфус, наслаждаясь реакцией девушки.

— Ты неисправим.

— Признайся, именно это тебе и нравится во мне. — поддел ее мужчина и приложив руку к двери комнаты, открыл ее пропуская первой девушку.

— Ну как тебе? — уточнил он, после нескольких длительных минут тишины.

— Здесь так необычно и красиво, ты музыкант? — уточнила Эвелина, взглядом указывая на пианино.

— Иногда. — ответил Руфус, наблюдая за ширрой и наслаждаясь переменой эмоций на ее лице. Она была такой открытой и доверчивой, это подкупало больше, чем фальшивые ужимки и наигранное кокетство других женщин. Мужчина впервые за все время захотел сыграть для нее, она стала особенной, близкой и понимающей. Перед ней он мог быть откровенным, ни магия, периодически вырывающаяся из него ни его работа, ни специфичный мрачный характер не смущали и не тяготили ее.

Пальцы мужчины медленно скользили по клавишам выпуская мелодию на свободу. Следом за звуками давящая на большинство существ магия вырывалась на свободу. Ослабевал контроль над силой и нарастала увлеченность игрой. Мужчина был так поглощен моментом, вдохновением и гармонией, разрастающейся внутри него, что не заметил, как себя ощущала в это время Эвелина. Девушка не сразу обратила внимание на то, как привычная слегка дергающаяся дымка возле мужчины, стала распространяться по всей комнате, создавая более мрачную и темную обстановку, словно поглощая в себя весь свет присутствующий здесь.

Ширра стала медленно подходить ближе к Руфусу, легкая дрожь пробежала по телу, затем она почувствовала прохладу всем телом. Магия мужчины как будто хотела проверить Эвелину на прочность, выдержит ли она ее давление, сможет ли впустить в свое сердце этого мужчину без сомнений и раздумий. Только магия не знала о том, что девушка была настолько наивной, открытой и чистой, что сама того не ведая, впустила всех троих братьев, возможно пока не испытывая сильнейшую любовь, но она была поглощена глубокой привязанностью и симпатией ко всем троим. Разве что Годрик стал ее первой влюбленностью.

И тут ширра поняла действие магии Руфуса, она вынуждала захлебываться существо в своих самых глубоких и потаенных чувствах. И если ее еще сокрытые и не вынесенные на всеобщее обозрение чувства были наполнены приятным, то каково было бы тому, в сердце и помыслах которого сокрыта злоба, агрессия, ревность, жадность и прочие гнетущие, разрушительные сочетания.

Сквозь пелену магии, которая постепенно стала ластиться к ногам девушки, а затем и вовсе расстилаться по полу комнаты, Эвелина смогла более четко расслышать окончание мелодии. Спина Руфуса еще была напряжена и ширра подошла к нему, чтобы расслабить его плечи, а затем и вовсе обнять. Секунды объятий и мужчина развернулся к ней. Она смотрела в его глаза и видела в них себя. А он пытался передать ей все бушующие и неожиданно яркие чувства, одолевшие его. Страстный, бушующий словно магия поцелуй поглотил Руфуса и Эвелину. Тень уже стоял и прижимал девушка к себе так плотно и крепко, что платье на ней непростительно задралось, обнажая ноги и бедра. Небольшой перерыв между чередой пленительных поцелуев и взгляд Руфуса скользнул по телу ширры. Порыв к сближению был сильным и быстрым, но Эви до сих пор была не готова перейти к большему с Руфусом, тем более раньше Годрика, она считала это нечестным и неправильным, хотя эмоции и ощущения твердили иное.

Руфус догадывался о мыслях девушки и поправив ее одежду, еще раз тягуче поцеловал, прикусывая припухшие и такие желанные губы.

— У нас еще впереди есть целый день, побудем здесь или отправимся на прогулку?

— Давай останемся здесь. — несмело попросила Эвелина. Глаза Руфуса лишь ярче блеснули в затемненной магией комнате. — Сыграешь еще несколько мелодий, мне очень понравилось.

— Тогда присаживайся вот сюда. — указал Тень на удобное кресло возле пианино.

Руфус с удовольствием сыграл не одну мелодию для ширры. А Эвелина наслаждалась видом мужчины и его игрой на инструменте. Очарованные друг другом и поглощенные моментом, мужчина и женщина не заметили пролетевшего времени. Перерыв на обед, а после они все же выбрались на прогулку.

— Расскажешь мне о магии Годрика и Коула? — улыбаясь спросила Эви.

— Лучше бы это тебе узнать у них, но вряд ли они расстроятся из-за того, что об этом расскажу тебе я. К тому же, моя магия в какой-то степени более отталкивающая и разрушающая жизни и сущность людей.

— Ты словно частичный менталист. — задумчиво произнесла ширра.

— Ты права. Как-то так сложилось, что все трое мы рождены от разных отцов, истинных нашей матери. И магия наша оказалась уникальной и смешанной между собой разными видами и особенностями. Я менталист и частичный эмпат, но оказывать влияние на существ приходится насильно, поэтому дар некромантии тоже приходится подключать. Вся эта гремучая смесь вынуждала меня оставаться одиноким до твоего появления в нашей жизни.

— Теперь ты точно не одинок, да и не был никогда, ведь братья и родители всегда были рядом. Даже расстояние не должно было создавать у тебя впечатления одиночества, может было что-то еще? — решила настоять и выяснить подробности Эви, сейчас ей хотелось знать больше о его прошлом, чтобы лучше понимать то, что он пережил.

— Я был молод и влюблен. Она казалась идеальной и совершенно не боялась моего дара. Тогда я не создавал впечатление мрачного и нелюдимого типа. Мы с братьями, тогда как раз проходили ввод в отряд Теней. И моя работа стала камнем преткновения между мной и ней.

— То есть она не смогла принять твою работу? И все?

— Вроде того. Я не уверен, что вся проблема была только в работе. Мы не обдумывали брак, любые разговоры на эту тему она пресекала, но мне было достаточно и того, что уже было, между нами. Позднее я узнал, что таким образом она подготавливала меня, чтобы я сам яростно возжелал жениться на ней.

Наши родители после того, как мы стали Тенями решили отправиться сначала в путешествие, а потом и вовсе переселились на другой материк. Так отцы планировали оградить маму от лишней траты нервов и переживаний за нас. Все же три сына на такой должности, а кругом казни, убийства, смерти и мучения, мерзкие поступки. Отцы нас очень подбадривали, но знали наперед, подобное всегда накладывает свой отпечаток на существо. Позднее семья приняла решение оставить нас с ограниченным количеством средств, чтобы шерры и ширры прознавшие об оставленном поначалу богатстве семьи Фрейзер на трех сыновей не ринулись разом разорять и растрачивать его направо и налево. Мы ведь все были молоды, даже Годрик хоть и был старшим из нас троих, все же тоже подвергался атакам алчных ширр желающих утянуть его в семью ради денег семьи Фрейзер. — произнес Руфус и ненадолго замолчал.

— Значит она была с тобой не только из-за того, что было между вами, но и намеревалась в нужный момент подтолкнуть тебя в браку, чтобы прибрать деньги вашей семьи к своим рукам? А тут ваши родители совершили хитрый и правильный шаг сократив финансы. — произнесла Эвелина. Внутри у нее расцветало неприятное и новое чувство ревности. Такое скользкое, раздражающее и беспокоящее изнутри. И вроде она понимала, прошло бывает разным у любого человека, но знать со слов Руфуса, что в его сердце уже была ширра, способная настолько сильно увлечь его, было неприятно. Девушка изо всех сил старалась сдерживать свой порыв собственничества о котором до этого момента и не догадывалась. Но ее с головой выдал проявившийся огонь на руках.

— В чем дело Эви? — удивленно просил Руфус, он не сразу понял в чем дело.

— Все в порядке, просто разволновалась.

— Забудь, это все в прошлом нежная моя. — произнес он и мягко повернув ее лицо к себе, поцеловал в губы.

— Хм, твой огонь не утих, что именно тебя заставило так разволноваться? — уточнил мужчина, наконец-то понимая, что именно могло взбудоражить его Эви. Да, именно его Эвелину и ее реакция только убеждала его в том, насколько глубокие чувства одолевают ее по отношению к нему.

— Я заревновала. Никогда бы не подумала, что так глупо буду ревновать тебя к какой-то ширре из прошлого, причем глупой ширре. — призналась Эвелина, опуская взгляд и пытаясь усмирить огонь.

— А мне это нравится и приятно, должен признать. — произнес Руфус и прижал ее к себе сильнее, носом вдыхая аромат ее кожи на шее. — Выпусти пульсар на лужайку, именно по этой причине у нас нет растений перед домом, всякое случалось и маме было ужасно жалко все труды и растения, что она своими силами поднимала и выращивала. И кстати, сейчас наши финансы преумножились в разы, причем без помощи родителей, знаешь ли, Тени зарабатывают приличные суммы денег, учитывая опасность их работы.

— Теперь мне многое стало понятно. — произнесла девушка и выпустила несколько пульсаров прожигая траву у дома. А после нахмурившись взирала на обгорелые участки земли с выжженой травой.

— Не беспокойся об этом, персонал все восстановит. Нам пора возвращаться в дом, Коул скоро вернется, а Годрик просит передать тебе поцелуй и то, что вернется ближе к ночи. — произнес Руфус с улыбкой вчитываясь в сообщения с браслета.

— Ты так и не рассказал о магии братьев. — напомнила Эвелина.

— Я тут подумал, пусть сами рассказывают свои истории. — лукаво улыбаясь произнес Руфус, предвкушая реакцию Эвелины на их рассказы, пусть тоже насладятся моментом.