20

Микелина

Ровно в девять вечера внедорожники въехали на частный аэродром. Нашим самолетом оказался грузопассажирский Боинг. Увидев его, у меня пропал дар речи.

— Это не слишком? Его же заметят! — воскликнула я.

— Детка, у нас разработан план действий. Все просчитано и продумано. Не переживай, — ответил Себастьян, выходя из машины.

А я могла лишь хлопать глазами.

Мы летели уже целый час.

Расположившись на мягком сиденье, я невидящим взглядом провожала проплывающие мимо облака. Вздрогнула, когда рядом со мной оказался Себастьян. Он протянул мне стаканчик с горячим шоколадом.

— Держи.

Я машинально потянулась за стаканчиком и наши пальцы соприкоснулись. По позвоночнику прошелся слабый разряд тока, а по телу побежали мурашки. На мгновение я застыла. Что со мной происходит? Нахмурилась. Быстро взяла стаканчик из его рук и только сейчас поняла, что замерзла. Это было вовсе не от холода, скорее всего, нервы.

— Замерзла, — констатировал он и потянулся в багажное отделение.

Себастьян достал одеяло и накинул его мне на плечи.

— Спасибо, — прошептала ему и сделала глоток.

Он сел напротив меня в соседнее кресло. Его изумрудные глаза смотрели на меня с голодом. Я с трудом сглотнула вязкую слюну и поежилась.

— Мы так с тобой и не поговорили.

Я смирила его тяжелым взглядом. Выяснять отношения в самолете, это меньшее чего мне сейчас хотелось.

— Я не успел поблагодарить тебя.

Я нахмурилась.

— Ты поступила совершенно глупо, соглашаясь на искусственный оборот, но в то же время, очень храбро. Луна! — он запустил пальцы в волосы. — Да ты самая безрассудная женщина из всех кого я встречал!

Я выгнула бровь, не до конца понимая, он меня хвалит или выговаривает.

— Ты смогла убедить альф и они избрали тебя верховной, ты не жалея себя пошла на бой с этим ублюдком, — вздохнул. — Я видел как ты сражалась и… мой волк восхищался тобой в тот момент.

Я смутилась. Хвалит.

— Если бы не ты, у меня бы не получилось его одолеть, — честно сказала.

— Ты себя недооцениваешь, Микелина, — серьезно произнес он и покачал головой.

— Я не хотела никого убивать, Себастьян. — сглотнула.

— Мне жаль, что тебе пришлось пройти через это, но не буду скрывать, мне понравилось, как ты наваляла Эрику Коста.

А я впервые, за все время, искренне улыбнулась.

— Что? — не понял он.

— Ты говоришь как твой отец.

Себастьян нахмурился.

— Я видела его на той стороне и он слово в слово произнес эту фразу. Похоже, я его тоже впечатлила, — вздохнула. — Это он заставил меня поверить в мои способности и повести волков за собой. Благодаря ему парни вернулись.

И я рассказала Себастьяну о гранях и пересказала наш диалог с Аланом Блэком, только немного опустила детали.

— Не вероятно, — выдохнул он.

— Да, — мягко улыбнулась.

— Даже там он постоянно работает! Хотелось бы, хоть на миг его увидеть, — с тоской произнес он.

— Поверь, Себастьян, выглядит он прекрасно и вы с ним очень похожи, — улыбнулась. — Он как и ты, ходит в идеально выглаженном черном костюме. Наверное, это у вас в крови.

— Да, это отец привил мне любовь к костюмам.

Я кивнула в знак согласия. Дальше мы летели молча. Себастьян был погружен в свои мысли, а я уставилась в иллюминатор.

С каждым часом напряжение в самолете усиливалось. Оборотни готовились к нападению. Михаил раздавал указания, Ян взял на себя первую группу, Вильям возглавил вторую, а Себастьян третью. Я сидела тихо, как мышка и старалась не мешать.

Когда самолет коснулся земли, Себастьян достал из багажного отделения мою дорожную сумку. Я быстро вытянула из нее горнолыжный костюм и принялась переодеваться.

— Микелина, ты должна делать все так, как я скажу, — строго произнес Себастьян.

Я кивнула. Он помог мне застегнуть кнопочки на куртке и обмотал шею шарфом.

— Сейчас мы поедим на снегоходах в горы, там первая остановка. В пещере мы обернемся и ты поедешь верхом на моем волке. Когда мы подойдем ближе к лаборатории, то снова обернемся и нанесем удар. Твоя задача не высовываться и держаться рядом со мной, понятно? — последнее слова он произнес с нажимом.

Я закатила глаза.

— Да, я все поняла. Вести себя тихо, не высовываться, не паниковать.

— Верно, — с этими словами он натянул мне на голову шапку и помог с перчатками. — Готова?

— Да.

Вереница снегоходов несколько часов неслась по заснеженным горам Аляски. К полудню, мы оказались в первом пункте остановки — в пещере. Внутри было сыро и темно. Оборотни без особого труда ориентировались в пространстве, а мне пришлось использовать фонарик.

— Не замерзла? — заботливо спросил Себастьян.

Я замотала головой.

— Мы выдвигаемся через двадцать минут. Будь готова и держись рядом.

Я кивнула и чтобы никому не мешать, поспешила выйти на воздух. Остановившись у выхода в пещеру, я осмотрелась. Не удивительно, почему оборотни решили именно так дойти до своей цели. Ветер заметал следы от снегоходов, но не звуки, которые они издавали. Люди могли нас услышать, тем более, лаборатория хорошо охранялась.

Мгновение и выглянуло солнце. Оно озарило горы, вокруг заблестел снег, и стало тихо-тихо, лишь иногда снежинки кружились в воздухе. Я залюбовалась этой красотой и настолько ушла в себя, что не заметила, как ко мне со спины подошел черный волк. Он носом подцепил мою шапку и шумно вдохнул запах моих волос.

— Ай, — пискнула я и отодвинула наглую морду.

Поправила шапку. Посмотрела на волка, а потом на снег и увидела, какой контраст он создает.

— Ты же весь черный! Ты привлечешь внимание людей.

Волк отрицательно покачал головой, а я перевела взгляд на сумку, что находилась рядом с ним.

— Это оружие? — указала рукой.

Волк закивал.

— Я её возьму.

Рык в протест. Волк опустился на живот и позволил мне его оседлать. Он встал в полный рост, а мне в лицо ударил ветер. Запах цитруса и леса после дождя смешался с морозным воздухом.

— Ух, — втянула его аромат и зажмурилась.

В груди вдруг стало так тепло, что я невольно потерла место, где билось сердце. Странно, но мне захотелось прижаться к волку и вдыхать этот головокружительный аромат. Не понимаю…

От размышлений меня отвлек новый рык. За спиной Себастьяна выстроились волки и у каждого в зубах были огромные сумки. Они о чем-то ментально говорили с вожаком и рычали, а когда Себастьян напрягся, я поняла, что он готов к прыжку. Я легла волку на спину и крепко обхватила его за бока.

— Я готова, — прошептала.

Мы бежали несколько часов по белому снегу. Вокруг выл ветер, падал снег, но мне, на спине моего волка было совсем не холодно. Его аромат укутывал и приносил покой, а тепло исходящее от него, согревало и, не смотря на то, что нас ждала новая битва, я была уверенна, что мы одержим победу.

Волки прибежали к горам и нырнули в пещеру. Я сползла со спины Себастьяна и только сейчас поняла, как у меня затекли мышцы. Я присела на землю и попыталась отдышаться. Послышался треск костей и меня обняли горячие руки. Себастьян подхватил меня под попу и усадил на камень.

— Устала?

— Немного. Чуть-чуть посижу и приду в норму.

— Хорошо, — он потянулся к сумке и достал оттуда термос с горячим чаем.

То ли от страха, то ли от усталости мои пальцы не слушались, а руки тряслись. Себастьян сам открыл термос и налил мне горячего чая.

— Выпей, — он и вложил мне в руки стаканчик.

— Спасибо.

— Не бойся, у нас все получится, — заверил меня.

Я кивнула.

— Альфа, — окликнул его омега и я вздрогнула. — Мы проверили периметр. Все о чем говорила лу… Микелина, подтвердилось. Мы смогли взломать их чистоту и теперь, слышим переговоры охраны.

— Отлично, — кивнул Себастьян и обратился ко мне, — скоро выдвигаемся.

Волки быстро оборачивались в людей и готовились к наступлению. Я сидела в стороне и старалась не мешать. С каждой минутой мое сердце билось все быстрее и быстрее.

— Все пройдет быстро, Микелина, — произнес Марк и сел рядом. Он улыбнулся с предвкушением, — У нас все спланировано. Через несколько минут в здании произойдет взрыв и начнется паника. Затем, первая группа зачистки пойдет вперед и освободит первый этаж, следом пойдет моя группа, а потом вы.

Я посмотрела в довольное лицо омеги и сказала:

— Ты сейчас выглядишь как мальчишка, который хочет сломать песочный замок, — пробубнила я.

— Знаю, но мне действительно хочется уничтожить ещё одну лабораторию. Не хочу, чтобы сородичи страдали.

Кивнула. Я прекрасно его понимала, потому что на себе ощутила весь тот ужас, который испытывали оборотни.

— Осталось две минуты, Микелина. Приготовься.

Как и обещал Марк, в назначенное время, по периметру начались раздаваться взрывы. Охрана лаборатории были атакованы оборотнями. Я не видела происходящего, но отчетливо слышала крики, стрельбу и взрывы. Длилось это сражение минут десять.

— Пришло время, — произнес Себастьян.

Наша группа вышла из укрытия и побежала в сторону здания. Мы остановились перед высокой оградой с колючей проволокой и огромной вывеской, на которой крупными буквами было написано: «Частная собственность — посторонним вход воспрещен». Я замерла возле высокой ограды. Перебраться через колючую проволоку я не могла, но Себастьян быстро подхватил меня под попу и с легкостью перемахнул через ограду.

— Держись за моей спиной, — сказал он и поставил меня на землю.

— Да.

Пройдя чуть дальше, мы увидели впереди белую полоску здания. Оно было одноэтажным и представляло собой самую обычную исследовательскую станцию. Это было ложным мнением, потому что столько камер видеонаблюдения на обычных станциях не ставят, её не ограждают колючей проволокой и не охраняют, как засекреченный объект. Я знала, что в целом эта была крепость, исключающую возможность бегства изнутри и неприступную снаружи.

К нам приближалась группа омег.

— Видеонаблюдение вырублено, альфа, — произнес Марк и мы быстро побежали за ним в здание.

Первый этаж был жилым. Внутри находились офисы, столовая для персонала, комнаты для сна. Все было рассчитано на то, чтобы люди могли жить здесь годами и ни в чем не нуждаться.

Я закрыла нос перчаткой, как только мы вошли внутрь. Весь пол столовой был усыпан трупами ученых и охраны, а в воздухе стоял яркий запах крови. Тошно. Судя по количеству убитых, в столовой обедали. Поборов рвотный рефлекс, я искала взглядом знакомую женщину, но нашла ту, что совершенно не ожидала. Я быстро подошла ближе и увидела мертвую Марту Ферт — женщину, что взяла меня к себе после больницы. Я едва удержалась на ногах. От воспоминаний закружилась голова.

— Боже… — прошептала. — Себастьян, я её помню, она была моей сиделкой в больнице у Альберта, когда мне было семь. Это она меня забрала к себе после комы.

— Я знаю, детка, — тихо произнес он.

Его сильные руки легли мне на плечи.

Эта женщина помогла мне встать на ноги, она была для меня опорой и… оказалась предателем. Похоже, я совсем не разбираюсь в людях…

— Марк, прикажи омегам заминировать здание. Нужно сравнять его с землёй, — прозвучал приказ Себастьяна.

Марк кивнул и обратился ментально к своей группе.

— Микелина, куда нам идти дальше? — обратился ко мне Михаил.

Я, едва сдерживая слезы, сорвала ключ-карту с шеи мертвой женщины.

— Туда, — указала на дверь ведущую вниз.

Через несколько пролетов мы остановились у бункерной двери.

— Вот, — я подбежала к закодированному замку. — Сейчас нужно повернуть налево и пройти по коридору сорок восемь шагов, затем поворот направо и ещё двадцать пять шагов. Эта дорога ведет на уровень ниже. А если свернуть налево, то там находится штаб охраны.

Михаил кивнул и отдал приказ своей группе. Они приготовились отразить удар, а я провела картой по замку, лампочка которого тут же загорелась зелёным. Мгновение и дверь отворилась. Маршал и его группа нырнули в коридор. Следом зашел Вильям и его группа, затем Ян. И Себастьян… Сердце пропустило удар.

— Марк, будь рядом с моей парой.

— Да, альфа.

Не прошло и минуты как снова послышались выстрелы, крики и стоны раненых. Мне хотелось закрыть уши и убежать, но я понимала, что этим не смогу помочь заложникам.

— Путь свободен, — оповестил Марк, и мы побежали по коридору.

Вскоре, мы встретились с группой Михаила, с группой Вильяма и Себастьяном.

— А где?

— Ян останется на этом уровне и проведет зачистку, — объяснил Себастьян.

Я кивнула и затараторила.

— Вниз идут лифты, но ехать на них не безопасно. На втором уровне находится ещё один пункт охраны, и он располагается рядом с шахтой. Если спустимся на лифте, то попадем под обстрел, — вдохнула. — Нужно добраться до начальника охраны, у него имеется ключ-карта, без него не открыть клетки.

— Понял, — ответил Михаил. — Мы идем к лифту, а ты альфа, — посмотрел на Вильяма, — спускайтесь вниз по лестнице и отвлеките их.

Парни кивнули и разошлись в разные стороны.

Я продолжила говорить.

— Нам нужно пройти через две лаборатории и свернуть налево, там лестница на третий уровень.

— Понял, — ответил Вильям.

И снова Марк, и я двигались следом за нашей группой.

Мы углублялись все дальше в здание тюрьмы, минуя все новые проверочные пункты. Очередная бункерная дверь была заблокирована. Я провела картой, но замок не поддался и запросил пароль.

— Отойдите, — приказал Себастьян, а сам подошел ближе и попытался вырвать дверь.

Дверь была тяжелой настолько, что он не смог вырвать её с первого раза. Оборотни навалились на неё и со второго раза, она немного поддалась.

— Нужно торопиться, — произнес Вильям. — Мы можем не успеть прикрыть парней.

Я сжала руки в кулаки и зажмурилась. Женщину, которая издевалась надо мной, звали Эльза. Это она постоянно меняла код на замках, а потом гуляла среди клеток и напевала песню. Она повторяла….

— Я, кажется, знаю! — воскликнула и подбежала к Себастьяну.

Я провела картой по замку, и на дисплее высветился ввод для пароля. Я набрала: ИГРА В ЖМУРКИ.

Писк и дверь издала щелчок.

— Игра в жмурки? — переспросил Марк.

— Ты не представляешь, к какой сумасшедшей ученой я попала.

И снова я, и Марк, остались вдвоем, а оборотни последовали за Вильямом и Себастьяном. Звучали выстрелы, слышались крики, погас свет, и помещение погрузилось в темноту. Заморгала красная лампочка. От нахлынувших воспоминаний, стало трудно дышать, пот скатывался по позвоночнику, а лоб покрылся испариной. Я схватилась за сердце и попыталась сделать спасительный глоток воздуха.

— Микелина, что с тобой?

Марк схватил меня за плечи и пристально посмотрел мне в глаза.

— Да у тебя…

— Отойди от моей пары, — прорычал Себастьян, и Марк отступил на несколько шагов назад.

Во мраке, я отчетливо почувствовала запах леса после дождя и цитруса. Горячие руки обхватили мое лицо, и зелёные глаза пристально смотрели в мои.

— Детка, ты очень, очень сильная, — мягко произнес Себастьян. — Ты привела нас в лабораторию, чтобы спасти оборотней. Ты очень много сделала, и осталось немного, всего лишь один шаг. Я понимаю, тебе страшно, но мы не можем останавливаться. Послушай, ты не одна в этом коридоре, я не позволю случиться ничему плохому. Сосредоточься на том, что нужно завершить начатое и спасти оборотней, — я кивнула. — А теперь, не пытайся контролировать дыхание и просто расслабься.

И я послушала Себастьяна. Его вера в меня, его запах и тепло волка, помогли мне справиться с паникой. Я сделала вдох и ещё один.

— Умница, — горячие губы коснулись моего лба.

— Я… готова.

— Тогда идем.

Пока мы бежали по коридору, Себастьян не отпускал мою ладонь. Я едва не сбилась с шага, когда неожиданно, красная лампочка перестала моргать, и включился свет.

Мы встретились с командой Вильяма и Михаила. Последний, держал в руках ключ — карту от клеток. Он передал его Себастьяну. Мы подбежали к новой двери и наконец-то дошли до цели.

Длинный коридор, белые шероховатые каменные стены, навевающие уныние, и прохладный влажный воздух. Камеры были стерильно чистые и холодные — сплошь металл и голые стены. В них находились напуганные оборотни. Заключенные, увидев нас, поднялись, подошли к решеткам и с изумлением уставились на меня. Лица у них были печальными, но в глазах был проблеск надежды.

— Все хорошо, не бойтесь, — негромко произнесла я.

Внезапно они рухнули на пол и сложились пополам. Я обернулась и поняла, что Себастьян воздействует ментально на них.

— Что ты делаешь, Себастьян?

— Они должны принять меня, как своего альфу. Без этого, они не выйдут из своих клеток.

Он снова перевел взгляд на оборотней.

— Но им же больно, — сипло произнесла я.

Послышался треск одежды, ломались кости, и оборотни один за другим, стали оборачиваться. Теперь за решеткой стояли не люди, а волки. Они поджимали уши, скулили и просили пощады.

— Открывай, Вильям, — прорычал Себастьян, и двери камер распахнулись.

Я с облегчением вздохнула, ведь ни один оборотень не пожелал остаться здесь, а значит, у них теперь есть дом.

— В следующем отсеке находятся дети, — тихо сказала Себастьяну.

Там все повторилось, но на этот раз, Себастьян не был так жесток. Тех, кто уже был способен оборачиваться, он подчинил, а совсем маленьких передали матерям.

— Это все оборотни?

Я отрицательно замотала головой.

— Выводите спасенных, — приказал Себастьян Вильяму, — а нам надо двигаться дальше.

Мы побежали по коридору и остановились у секции: «Особо опасно»

Путь в эту секцию преграждала прочная двойная дверь. Когда мы оказались в длинном коридоре с рядами камер, отделенных от него решетками, я почувствовала, что моя тревога нарастает.

— Остался один, — произнес Себастьян и я кивнула.

Мы подошли к последней клетке, внутри которой, находился большой серый волк. Он сжался в дальнем углу и готов был в любой момент напасть на нас. Он скалился, и с его пасти текла слюна.

— У него бешенство, — произнес маршал.

— Нет! — воскликнула я. — Откройте мне клетку, я его знаю.

Себастьян посмотрел на серого и тот упал. Он сложился пополам и истошно заскулил. Ему было больно, очень больно.

Я подбежала к Себастьяну и ладошками обхватила его лицо.

— Себастьян, я прошу тебя не нужно причинять ему боль. Он не дикий и совсем не опасный, он просто боится. Пожалуйста, я могу на него воздействовать.

Но Себастьян не обращал на меня внимания. Он хотел подавить его всей своей сущностью.

— Не смей, — ударила его кулачками в грудь. — Ты делаешь ему больно, — закричала я и по лицу покатились слезы, — я сама. Пожалуйста.

Не знаю, но моя истерика помогла. Себастьян посмотрел на меня своими желто-зелеными глазами, и волк перестал страдать.

— Позволь мне. Он мой друг, понимаешь? — вышло жалобно.

— Хорошо, — прорычал волк, — пррробуй, пара.

Я кивнула.

— Откройте клетку.

— Но…

— Откройте клетку! — воскликнула я.

Себастьян перевел взгляд на серого и что-то ментально ему передал. В ответ, серый волк сделал несколько шагов назад и замер. Клетка распахнулась и я сделала шаг внутрь. Чтобы не провоцировать волка, я медленно опустилась на пол и продемонстрировала открытые ладони.

— Ник, ты же помнишь меня? — протянула ему ладонь, — это я Лина. — Улыбнулась. — Помнишь, я звала тебя Ониксом, за твои глаза, что переливаются в темноте коричнево-оранжевым цветом?

Волк тряхнул головой и сделал нерешительный шаг вперед. Его холодный нос коснулся кончиков моих пальцев.

— Я обещала вернуться, помнишь?

Волк быстро оказался рядом. Он опрокинул меня на спину, но я успела обхватить его за шею. Он лизнул мне щёку своим шершавым языком.

— Я здесь, — всхлипнула, — это я.

Треск костей и трансформация. Меня обнял мужчина.

— Мелкая, это действительно ты?

— Я, — сквозь слезы засмеялась.

— Вернулась, — он провел ладонью по моей щеке, — живая.

За решеткой услышала недовольный рык.

— Может, на этом вы закончите любезничать? — рыкнул Себастьян.

— Верховный! — восторженно выдохнул Ник и склонил голову.

— Да, — рыкнул он.

А я быстро проговорила.

— Ничего не бойся, тебе только нужно принять своего верховного альфу.

— Понял, — послышался треск костей и теперь передо мной стоял серый волк.

Он не сопротивлялся. В знак почтения, Ник низко опустил голову и прижал уши.

— Все, а теперь пора, — рыкнул Себастьян.

Ник глухо зарычал и ментально обратился к Себастьяну.

— Михаил, уведи Микелину в безопасное место. Мы скоро вернемся.

Себастьян.

— Оборачивайся и одевайся, — указал на разбросанную по полу одежду.

Волк быстро трансформировался и принялся одеваться.

— Ник, значит? — хмыкнул я.

— Да, альфа, — склонив голову, ответил он.

— Знаешь, где искать эту суку?

— Предполагаю, что они спрятались в лаборатории.

— Показывай дорогу.

Парень бежал по коридору и я находился рядом. Через несколько минут мы прибыли на место. Ник подошел к огромной двери холодильника и попытался её открыть

— Изнутри заперлись.

— Отойди, — приказал парню и с легкостью вырвал толстую дверь.

Как и предполагалось, там сидело трое ученых.

— Не ожидали? — хмыкнул серый и в его взгляде появились оранжево — желтые всполохи.

— С этими, — указал на белобрысых брата и сестру, — делай, что хочешь. А с этой сукой, я сам поговорю.

Ник взял за шиворот двух молодых ученых и потащил их в лабораторию, а я подошел ближе к трясущейся темноволосой женщине средних лет и схватил её за шею.

— Давно мечтал с тобой познакомиться, — оторвал её от пола, и она повисла передо мной в воздухе. — Слышал, ты тоже. Я Верховный альфа, — представился ей.

В глазах женщины, стоя ужас.

— Теперь давай поговорим. Насколько мне известно, ты ставила эксперименты на моей паре?

Тишина.

— Отвечай! — рявкнул так, что повышибало стекла в лаборатории, а у женщины кровь пошла носом.

— Д-да.

— Шрамы на её теле твоих рук дело?

Она закивала в ответ. В лаборатории послышались истошные крики. Серый волк пытал своих пленных. Я оскалился.

— Ну, что ж, — задумчиво протянул я и повернул женщину спиной к себе.

Мои когти удлинились, и я с легкостью распорол одежду на её спине. Женщина вскрикнула и затрепыхалась.

— Стрррашно? — низко прорычал я. — А ты задумывалась о том, как было страшно и больно восемнадцатилетней девушке, которую ты мучила?

С этими словами я провел когтем по её спине.

— Ааа, — заорала она, — отпустите!

— Глупая, наивная, Эльза, — глумился мой волк, — мы только начали проводить эксперимент. Пойдем в лабораторию и спросим у Ника, какие ты использовала пытки над моей парой. Повторим на тебе, согласна?

Женщину затрясло от страха.

— Не бойся, ты всего лишь почувствуешь то, что заслуживаешь, — протянул ей и потащил сопротивляющуюся женщину в лабораторию…

Микелина

Мы поднялись по лифту на поверхность. Группа Вильяма со спасенными оборотнями уже покинули территорию. Группа Яна и Марка закладывали взрывчатку.

— Идем, Микелина, — потянул меня за собой маршал.

Прошло уже около часа, а Себастьяна и Ника не было.

— Михаил, они скоро вернутся?

По невозмутимому виду маршала, было не очень — то понятно, о чем он думает. Он как каменное изваяние стоял у входа в пещеру и ждал своего альфу.

— Альфа занят, — коротко ответил он.

Занят. Лишь бы Ника не прибил! Луна, может он решил… Нет. Нет. Нет! Такого не может быть! Сердце бешено заколотилось.

— Они уже идут, Микелина, — мягко произнес маршал.

Я кивнула и стала ждать.

Два волка неслись с невероятной скоростью в нашу сторону, а я завороженно смотрела на них и не могла поверить чуду. Живы!

Первым к нам подбежал волк Себастьяна. Он остановился возле меня, и я выдохнула с облегчением. Волк не ранен. Я быстро бросила взгляд в сторону серого и над головой злобно зарычали. Ник остановился в нескольких метрах от нас, и я выдохнула с облегчением. Все в порядке. Черный волк лег на снег, и я быстро на него взобралась.

Когда мы оказались на безопасном расстоянии от лаборатории, произошел взрыв. Здание разлетелось в клочья, и я радовалась, что ни одна жизнь больше здесь не оборвется.

Дорога назад оказалась намного быстрее.

И снова самолет. Я смогла выдохнуть с облегчением, когда мы поднялись в воздух.

Несколько часов, не замечая усталости, я разносила детям еду, воду, укутывая их в одеяло. Когда все оборотни были размещены, я приняла от Себастьяна стаканчик горячего чая и буквально свалилась в кресло. Я укуталась в одеяло, поджала под себя ноги и сделала глоток.

Себастьян был занят. Он, не отрываясь от телефона, с кем-то разговаривал и отдавал приказы, Вильям и Ян говорили по скайпу со своими парами.

— На самолете даже душ есть! — протянул Ник и сел рядом.

Он был одет в джинсы, футболку и белые кроссовки.

— Я уже забыл, что такое нормальная одежда, Лина.

— Я Микелина, Ник, Микелина Стейн, — протянула ему свою ладонь.

— Ник Джонсон. Очень приятно видеть тебя живой, Микелина Стейн.

Я фыркнула.

— Просто, Мик.

— Я бы хотел тебе сказать, что скучал, но думаю, твоя пара не оценит.

В ответ послышался грозный рык, и парень немного замялся.

— Если честно, я думал, что ты погибла, — выдохнул он.

— Я тоже так думала, Ник, — вздохнула. — Ко мне вернулась память только несколько дней назад.

— И ты сразу пришла за нами?

— Я привела на помощь самого верховного, — улыбнулась. — Это он вас всех спас и принял в стаю.

— Я всегда знал, что ты особенная, но пара самого верховного волка!? — восторженно выдохнул он. — Расскажи, что с тобой произошло.

Вздохнула.

— После того как меня забрали из камеры, Эльза решила провести очередной эксперимент. Она, сам знаешь, была с садистскими наклонностями. Ученые вкололи мне сыворотку, которая стерла мою память. Эльза подделала мои документы и решила проверить свою теорию о парности оборотней. Меня избил её подручный — Гровер. Он переломал мне ребра, повезло, что он ненавидел таких как я и не изнасиловал. Он оставил меня умирать на трассе неподалеку от города Тумуотер, а перед тем как уехать, сбил машиной. Меня нашла пожилая пара, они вызвали полицию и скорую. Я провалялась в коме несколько дней, а когда очнулась, то ничего не помнила. По документам у меня было другое имя. Если честно, то я бы потерялась, но меня приютила к себе Марта Фёрт. Как оказалось, она работала на лабораторию и присматривала за мной некоторое время. Я думала, что Марта мне помогала, а она стала частью умело разыгранной игры. Вскоре, я переехала в другой город, там меня нашел Себастьян…

И я рассказала, как вернулась домой.

— Ого, — выдохнул Ник, — трудно тебе пришлось.

— Вам было хуже. В отличие от вас, я все это время была на свободе. Страшно представить, что эти ученые делали с вами, — поежилась.

— Эй, все нормально. Все остались живы, — ободряюще произнес парень.

— Угу, только столько времени упущено, — сделала глоток чая, прижилась щекой к спинке кресла и отставила стаканчик в сторону. Закутавшись в одеяло, я прошептала. — Расскажи как ты там жил?

— Ну, было весело…

Ник пытался меня развеселить. Все, о чем он говорил, сводил к шуткам, а я кивала и постепенно уплывала в сон.

Себастьян.

Я давно не испытывал такую жгучую, невыносимую ревность, и виной всему был оборотень. Мой волк требовал разорвать серого и уничтожить его тело. Перед глазами мелькали картины разнообразных вариантов убийств и каждый новый, мне нравился все больше и больше. Я из последних сил сдерживал своего волка.

Первое желание убить, возникло, когда моя пара умоляла меня не делать ему больно. Я тогда понял, что они были близки, но вот насколько близки? Мне не хотелось делать поспешных выводов, но меня не покидало чувство, что Микелина не приняла мою метку из-за него. Если бы мои предположения подтвердились, то серый уже бы умирал, захлебываясь собственной кровью. Я не отдам свою пару никому, даже если придется придушить этого волка, а Микелину закрыть в башне нашего замка! Черт, Я спятил!

Она без капли страха вошла в клетку. Конечно, перед этим, я предупредил серого волка, чтобы даже не думал делать ей больно. Если бы я почувствовал от него, хоть каплю агрессии в сторону моей пары, то убил бы его мгновенно. А он… Блядь! Он и не думал нападать! Его волк был рад встречи, он ластился к моей паре, вылизывал её щеки, а она его обнимала! Обнимала другого и принимала чужую ласку! Я в аду!

В обратную дорогу, Микелина ехала верхом на моем волке. Он, ощутив запах пары, почувствовал себя лучше и даже немного успокоился. Малышка ласково гладила волка по спине и пропускала свои пальчики через черную шерсть, а мне хотелось верить, что пара чувствует мое нервное напряжение и пытается усмирить мою вторую сущность.

В самолете стало ещё хуже. На горизонте маячил конкурент и моего волка это жутко бесило.

Микелина погрузилась в работу, и я смог выдохнуть с облегчением. Она помогла занять места спасенным оборотням, разносила им воду и еду, укутывала детей в теплые пледы. Мне было трудно смотреть на эту картину, потому что в глазах пары, я видел столько боли и сострадания, что сердце сжималось в груди. Мой волк скулил, он понимал, как трудно ей было, но она держалась, даже улыбалась и пыталась шутить. Я чувствовал едва уловимые отголоски её эмоций, но понимал, что она их не ощущает, словно… Я попытался потянуться к ней ментально, но врезался в глухую стену и отрешенность. Складывалось впечатление, что все её эмоции заледенели. Странно.… Надо показать её Альберту, может он объяснит то, что выходит за рамки моего понимания.

Я уже час говорил по телефону и ждал появления Микелины. Когда моя уставшая пара проходила мимо, я вручил ей стаканчик с чаем, в котором было подмешано успокоительное. Она его с благодарностью приняла и, укутавшись в мягкий плед, села в кресло. Пока она была увлечена спасенными, мой волк был отчасти спокоен, но когда рядом с ней оказался серый, то ревность снова набрала обороты. Я был бы рад отвлечься от разговора со своим бетой, но нужно было подготовить дома и разместить оборотней с детьми. Все же, я потерял суть разговора в тот момент, когда серый волк стал расспрашивать мою малышку о воспоминаниях. Я отдал последний приказ, распрощался с бетой, навострил уши и стал прислушиваться к её монологу. Микелина рассказывала серому о себе, обо всем что помнила, а потом, укутавшись в одеяло тихо засопела.

Я быстро оказался рядом и подхватил свою пару на руки.

— Идем, нужно поговорить, — кивнул серому и направился по коридору.

Дал парням ментальный пинок и братья Стейн пошли следом. Я отвел оборотня в свой рабочий кабинет. В помещении стояли диваны, они образовывали квадрат, в центре которого стоял стол. Я сел напротив серого волка и уместил Микелину на свои колени. Братья Стейн сели по правую и левую руку от меня.

— Она не проснется, — ответил на немой вопрос серого волка, — в чае было успокоительное.

— Зачем? — спросил он.

— Она неделю нормально не спит.

Парень кивнул.

— Мы не познакомились, — миролюбиво начал старший брат Микелины. — Я Вильям Стейн.

— Меня зовут Ян Стейн, — махнул рукой средний брат.

— Меня ты уже знаешь, — процедил сквозь зубы, — а теперь, я хочу услышать твою версию всей этой истории и сделай так, чтобы она мне понравилась, — раздраженно. — Я не слепой и вижу, как ты относишься к моей паре.

— Я бы не посмел, — развел руками парень.

Я ему не верил, не смотря на то, что ложь я чувствовал.

— Расскажи нам о Микелине, — приказал ему. — Все с самого сначала.

Парень вздохнул и, прикрыв глаза заговорил:

— Её привезли в лабораторию год назад и посадили в клетку, точнее, бросили на холодный бетонный пол камеры. Она была в вечернем платье и увидев это, я понял, что её выкрали с какого — то мероприятия. Наши камеры располагались друг напротив друга, и мне открывался обзор на девушку. От неё исходила сила, та, что заставляла подчиняться, та, что дала надежду каждому оборотню на то, что мы спасемся. Я только сейчас понял чем, а точнее кем, она пахла, — посмотрел на меня. — Девушка пришла в себя через пять часов и выглядела… потерянной. Она не понимала происходящего, но, похоже, ей это было безразлично. В её глазах была боль и желание умереть. Каждый оборотень чувствовал мелкую и страдал вместе с ней. Она не обронила ни слова, просто сидела на скамье и смотрела перед собой. Я пытался с ней поговорить, но она не реагировала и молчала. Я видел в синих глазах слезы и понимал, что её мир рухнул. Она просидела в такой позе сутки, а потом, — он прикрыл глаза, — у неё начался откат. Раньше я никогда не видел, как волки умирают от парной метки, — он тяжело вздохнул. — Эти садисты не подходили к ней двенадцать долгих часов. Сначала ей было больно и она надрывно стонала, потом она плакала, а потом… смирившись со своей участью, просто начала тихо угасать. Каждый волк понимал, что умирает сильная волчица, поэтому мы подняли бунт. Люди прониклись, они пришли и забрали её. Девушку вернули в клетку через сутки, без сознания, избитую и замученную. Они отстригли ей волосы, наверное, пытались таким образом унизить и сломить. Когда мелкая очнулась, то ничего о себе не помнила. Её запах стал обычным, человеческим и… Первое что она спросила, когда очнулась было: «Где я?» «Как меня зовут?» А я не знал, что ей ответить, ведь мы так и не познакомились. Тогда, я понял, что эта мелкая девчонка погибнет без меня, и решил стать ей другом.

— Другом, который испытывает к ней любовь? — пояснил я.

— Верховный, при всем моем уважении к тебе, я не знаю, как эту малышку можно не любить? Она чистый ангел, слабый и хрупкий. Таких как она, в нашем мире нужно носить на руках и потакать во всем. Каждый волк в лаборатории разглядел в ней что-то светлое, каждый проникся её теплотой. Рядом с ней всегда было тепло, она как солнце, давала надежду оборотням, что обязательно найдет способ вытащить нас всех из лаборатории. — он вдохнул и твердо произнес. — Не знаю, что у вас произошло, но будь она моей, я бы не позволил её украсть у себя из под носа.

Я глухо зарычал на серого волка и выпустил альфа-силу.

— Это вызов серррый?

Он замотал головой, желая избавиться от воздействия.

Парня приложило так, что у него носом пошла кровь. Моя малышка напряглась во сне, и инстинктивно положив свои ладошки мне на грудь, погладила меня. Она потерлась своей щекой о мое плечо и весь запал моего волка, как ветром сдуло. Я сильнее прижал к груди своего ангела.

— Не смотря на отсутствие метки, пара чувствует тебя, — поморщившись, проговорил серый и потянулся за носовым платком, который протянул ему Вильям..

— Лучше пррродолжай, — низко рыкнул.

Парень вздохнул и отбросив носовой платок в сторону, продолжил.

— Первым делом, я решил помочь ей с именем. Мы перебирали имена и искали те, что по её мнению, были ближе. Выбор пал на Лину. Теперь то я понимаю, почему именно это имя она выбрала. Мы сдружились, и это не осталось не замеченным для ученых. В один прекрасный день, они решили поставить над нами очередной эксперимент.

Я похолодел от ужаса.

— Ты правильно понимаешь, альфа, — покачал головой оборотень. — Ученые решили нас связать и вкололи нам одну крышесносную хрень, из-за которой мой волк взбесился.

Я сжал кулаки. От одной мысли, что она принадлежала другому, леденела кровь. Красная пелена затопила глаза. Если бы не спящая пара на руках, я бы уже вцепился в горло противнику и…

— Она справилась, верховный, — прохрипел серый.

Что? Я выдохнул и ослабил силу альфы. Уставился на волка.

— Ты же заметил, что я не совсем альфа?

— Что значит, не совсем? — спросил Вильям.

— Он не рожден альфой, парни. Следствие эксперимента, как я понимаю?

— Нет, влияние мелкой.

— Что? — одновременно произнесли мы.

— Я был рожден омегой, но начну сначала. Нас заперли в одной клетке и направили видеокамеры. Люди ещё те извращенцы, решили заснять наше спаривание. Мой волк взбесился, а Лина…она… я так и не понял как она шибанула меня своей ментальной силой. Откуда у неё она взялась, я тоже не знаю. Я вырубился, а мелкая, — он мягко улыбнулся, — долго извинялась за боль, что причинила мне. Она, тогда мне сказала: «Я чувствую, что у меня есть тот, кто мне очень дорог и я не могу его предать». — он перевел свой взгляд на меня. — Она не помнила тебя, верховный, но всегда любила. — вздохнул. — После провального эксперимента, над ней долго издевались. Видел шрамы на её спине?

Я кивнул.

— Это сделала Эльза, которую ты пытал. Она постоянно проверяла, не заработала ли у мелкой регенерация. Однажды, после таких опытов, Лина чуть не погибла от заражения крови. Тогда я понял, что её надо спасать из этого злополучного места. Мы несколько месяцев разрабатывали план побега, научились общаться жестами. Именно в тот период времени у неё началась проявляться сила. Не знаю, как она это делала, но я начал ощущать, что с каждым днем становлюсь сильнее. Микелина, словно подогревала моего волка изнутри! Обернуться я не мог, чтобы не навлечь беду на мелкую, за ней ведь и так постоянно наблюдали. Я спрашивал Лину, как она это делает, а она отвечала, что всем сердцем желает выбраться из этой тюрьмы и привести помощь. Однажды ночью у нас появился шанс сбежать. Мы прорвались и практически выбрались на поверхность, но на первом уровне нас поймали. Если бы она была волчицей, то смогла бы сбежать, я бы прикрыл, но человеку в таких условиях выжить бы не удалось. — вдох. — У меня был шанс сбежать, но я не смог оставить её одну, боялся, что убьют, а я не смогу защитить. Нас тогда отменно поколотили. Мне было легче, сработала регенерация, а её… За ней пришла Эльза. Мелкая, напоследок, обещала, что вернется и приведет с собой помощь. — Он перевел взгляд в иллюминатор. — Я ей не поверил, знал, что её ведут в лабораторию и она не вернется оттуда живой. Мой волк бился об решетки, пытался вырваться, но не смог помочь. Она не вернулась, и я решил… она всегда меня удивляла… — мягко улыбнулся и посмотрел в безмятежно спящее лицо моей девочки, — привела с собой армию и самого верховного. — Вздохнул. — Вот и все.

На несколько минут в кабинете повисла тишина.

— Парни, оставьте нас.

Вильям и Ян покорно встали и вышли. По лицам братьев Стейн было видно, что сказанное их впечатлило настолько, что они прибывали в шоке. Я чувствовал тоже самое, но был адекватнее.

Когда за ними закрылась дверь и мы остались одни в кабинете, я произнес:

— Я бы хотел тебя поблагодарить за то, что ты был рядом с моей парой и помогал ей, — слова выходили с трудом, но в душе я чувствовал благодарность.

— Я это делал не для тебя, альфа, — ответил парень.

Я знал, что волк не врет и этим, он мне нравился все больше.

— Я всегда знал, что у меня нет шансов, но всегда надеялся, что она полюбит меня. — с тоской произнес он. — Не буду врать, если бы я почувствовал, хоть на одно мгновение, маленькую искру любви от неё к себе, то украл бы её у тебя. — Усмехнулся. — Но я вижу, как она смотрит на тебя, верховный. В её глазах столько всего: боль, страх, потерянность, любовь к тебе и непонятная отрешенность, которая не дает ей чувствовать. — Он покачал головой. — Не знаю, что у вас произошло, но… хоть это и трудно, наберись терпения, альфа и дай ей время, — вдох. — Твоя луна заслуживает это, — тихо.

Я посмотрел на своего спящего ангела, и в сердце появилось теплота. Почувствовав это, моя малышка мягко улыбнулась во сне и снова потерлась о мое плечо.

— Если бы ты не хотел забрать у меня мою луну, то мы могли бы подружиться.

— Сам верховный предлагает мне дружбу!? — с горечью, усмехнулся он

Я фыркнул и прижал к себе свое сокровище.

— Да уж…