Одиннадцать лет спустя

Микелина.

Наконец — то закончился ещё один год в Лондонской школе бизнеса, и я возвращаюсь домой в Россию на каникулы. В эту школу мне посоветовал поступить мой брат Ян. Выбор пал на сферу финансов и менеджмента. Это не удивительно, когда отец оставляет тебе в наследство сеть отелей. Хотя, меня эта специальность особо не интересует. Финансы это не моё, но я стараюсь учиться на отлично, чтобы не расстраивать моих братьев. Они вкладывают в моё обучение большие деньги, и я не могу их подвести. Они никогда не экономили на моём образовании, я знаю пять языков, занималась танцами, пыталась рисовать, они никогда мне ни в чём не отказывали.

Несколько дней назад мне исполнилось восемнадцать. Мой брат Ян подарил мне машину, а Вил перевёл круглую сумму на банковский счёт.

Ян просил подождать его и не улетать без него. Обещал вернуться из Америки и вылететь домой на его частном самолёте, через несколько дней. Ну что мне делать дома, когда в России у меня есть парень Майкл, который в этом году окончил ту самую школу бизнеса, в которой я учусь. Приехав в аэропорт, я прошла регистрацию и сев в самолёт, отправила Яну сообщение.

«Привет! Возвращаюсь в Россию, так что за мной лететь не нужно. Буду ждать тебя дома. Не забывай о годовщине наших родителей, ты обещал вернуться вовремя. Люблю тебя. Твоя как всегда не послушная сестра»

Ответ пришёл быстро.

«Летишь к своему парню, знаю. Сколько раз говорил, что он редкостный му…, между прочем. Но тебя в этом не убедить. Позвоню Вильяму, чтобы встретил тебя. Ты об этом точно не подумала»

Печатаю ответ

«Не называй его так и не выражайся! Ты его совсем не знаешь. Да ты прав, Вильяму я не звонила. Я уже взрослая девочка и способна добраться до дома на такси, чтобы не отрывать его от работы. НО, спасибо за заботу. P.S. Ты захватишь мою машину, я очень хочу на ней погонять?»

«Хорошо, я тебе её привезу. Пусть Вил увидит, какие подарки нужно дарить на день рождения, а не отделываться пополнением банковского счёта»

«Не будь букой! (Вильяма хватает). По-моему, счёт в банке это не плохо. Всё, отключаю телефон, мы взлетаем. До встречи дома. Целую»

Я откинулась в кожаное кресло, в салоне бизнес класса и надела наушника, включила музыку на своём айпаде. Домой. Закрыла глаза и вспомнила, как год назад узнала о том, что мои братья оборотни. Улыбнулась от этих воспоминаний, а тогда было не до смеха. Всё случилось так.

Я приехала на летние каникулы с Яном, к Вильяму, в наш дом. Днём решила почитать книгу, пока мои братья решают вопросы своего общего бизнеса. Сидя на крыльце нашего дома, услышала детский лепет, подняла глаза и увидела, как на встречу ко мне бежит голопопый мальчуган, лет четырёх. Первое что меня удивило: Что может делать ребёнок так далеко от основного посёлка? Второе: Почему он полностью голый? Третье: Если этот малыш из городка, а его родителей здесь нет, то, скорее всего малыш заблудился. Расположение домов, что у Яна, что у Вила примерно одинаковое, их дома построены последними в городке, в стороне на несколько километров. Так вот, что может делать здесь ребёнок?

— Малыш, привет, — позвала его я, стараясь не напугать, — а что ты здесь делаешь один?

Он остановился, посмотрел на меня, потом что-то пролепетал и рванул в лес. На свой возраст он двигался очень быстро, я откинула книгу в сторону и побежала вслед за ним, по тропинке, что вела вглубь леса на поляну. По пути поражалась насколько малыш быстрый, я семнадцатилетняя не могла его поймать. Выбежав на поляну, я огляделась по сторонам и увидела мальчугана, что-то болтающего в траве.

— Малыш, подожди, не убегай, — крикнула ему в след. И вот, на моих глазах он превращается в волчонка! Я таки и села на пятую точку, больно ударившись своим бедным копчиком. Испугалась жутко. А этот мелкий волчонок, очень похожий на щенка собаки рванул в лес. Я была в шоке и рванула домой. Неслась, как будто за мной неслась стая волков, хорошо хоть не орала во всё горло. Вбежала в дом, запыхавшись, сразу рванула в кабинет к Вильяму. Они там находились вчетвером со своими заместителями Грегом и Виктором. Как только я вбежала в кабинет на меня уставились четыре пары глаз.

— Что случилось? — вместе спросили они, увидев меня. И быстро подскочили ко мне.

— Вил, мне срочно нужен номер телефона психотерапевта. Срочно! У меня галлюцинации, — Выпалила я.

— Какие ещё галлюцинации? — задал вопрос Вильям, а парни переглянулись между собой.

— Там, на поляне, — сбивчиво, запыхавшись, начала я. Глубоко вздохнула, — в общем, сижу я на крыльце, вижу мальчугана маленького и голова. Он рванул в лес, а я за ним, он же ребёнок, что он может здесь делать? А он, на поляне, превратился в волчонка! У меня галлюцинации, мне нужен врач СРОЧНО! — Заорала я.

— Стоп, стоп, стоп, сядь на диван, — сказал Ян. Я рухнула на него и обняла себя руками. Я схожу с ума, я схожу с ума. Я СХОЖУ С УМА! Волки мерещиться! Парни переглядывались между собой и молчали. Что за игра такая в гляделки?

— Вил, звони Альберту мне страшно, — воскликнула я.

— Подожди минутку. На вот лучше выпей, — Ян заботливо протянул мне стакан воды.

— Подожди здесь, — сказал Вильям, взяв со стола мобильник начал, набирать чей-то номер и вышел за дверь. Я медленно начала пить воду, отхлёбывая её мелкими глотками. Я сошла с ума, определённо. Через несколько минут он вернулся. Они опять переглянулись между собой. Вил и Ян сели напротив меня на соседний диван.

— Верховный не против, — сказал Вильям.

— Что ещё за Верховный? — поинтересовалась я.

— Микелина, у тебя нет галлюцинаций, — продолжил говорить Вил.

Это конечно хорошо, ну что — то не верится, подумала я.

— Ага, как же? Я видела…

— Ты видела как ребёнок — оборотень в первый раз перекидывается в волка, — ответил Ян.

— Чего? — удивилась я.

— Это я виноват, — отозвался Вил, — должен был тщательней следить за обращением, обычно это происходит в полнолуние.

Я сидела и переводила взгляд, то на Вильяма, то на Яна.

— Мик, послушай, на самом деле мы не люди.

— Ага, как же! А я зубная фея в таком случае!

— Ух. Как же с тобой сложно, — это уже Грег.

— Ладно, а кто вы тогда? — Уже спокойней.

— Оборотни, — ответил Вильям.

— Ктоооо?

— Оборотни, — ответил Ян.

— По моему, — начала я, — медицинская помощь нужна не только мне, а всем присутствующим в этой комнате, потому что оборотней не существует!

— Существуют, — это уже Виктор.

— Все, я звоню своему психотерапевту Альберту Смиту.

— Ты удивишься, если узнаешь, что он тоже оборотень? — спросил Ян.

Ну, это уже перебор, я вскочила с дивана.

— То есть как оборотень?

— Мы тоже сестрёнка, оборотни, — произнёс Ян.

— Ага, как же? И я вместе с вами. ЗДРАВСТВУЙ КЛИНИКА! — Развела руками.

— Нет, ты человек, хотя в тебе тоже есть гены от оборотня, — это уже Вильям.

— Вы шутите?

— Парни, она нам не верит, — отозвался помощник моего брата Вила, Грег, — а давайте ей покажем, чтобы убедилась.

— Ты хочешь это увидеть? — спросил Ян. Я кивнула.

— Ну, я не поверю, если не увижу это своими глазами.

— Давай Виктор, только Верховный тебя убьёт, если узнает, — предупредил его Ян.

Виктор, это помощник моего брата Яна.

— Ну, кто-то должен это сделать, альфа, — ответил Яну он.

— Сделать что? — спросила я.

— Это, — ответил Виктор.

Он отошёл в центр кабинета и стал раздеваться.

— Что он делает? — недоуменно выкрикнула я.

— У нас нет комплексов, — ответил Виктор.

— Зато они у меня есть! — я зажмурила глаза, не смотря на эту картину. Услышала треск костей и открыла один глаз. В центре кабинета, стоял серый волк. Нет, серый, большой волк!

— А где Виктор? — ошарашено, спросила я.

— А это он и есть, — ответил Ян.

Да здравствует моя отключка! Я грохнулась в обморок. Очнулась лёжа на диване и на меня смотрели четыре пары обеспокоенных глаз.

— Очнулась сестрёнка? — спросил Ян.

— Определённо, — подтвердил Вил.

— Значит не глюк, да? — прохрипела я

— Не глюк, — подтвердил Виктор.

Я села. Ко мне в руку Ян всунул стакан воды.

— Эм, почему я до сих пор ничего об этом не знаю?

— Изначально наши родители были против, — ответил Вильям

— А они тоже? — спросила у братьев.

— Отец да, он был альфой оборотнем. А мама нет, она была человеком, — ответил Ян.

— Значит, я как мама родилась человеком?

— Ты человек, но в тебе есть гены оборотня, только перекидываться ты не можешь, ответил Вильям.

— А кто такой альфа?

— Альфа — это глава клана, — ответил Ян.

— А ваш закрытый городок это стая, — констатировала я

— Догадливая, — ответил Грег.

— Вильям ты альфа этой стаи?

— Да, — ответил он.

— Ян, а ты тоже альфа, только в своей стае?

— Ага.

— А Грег и Виктор? — посмотрела на них.

— А мы беты, — весело ответил Грег. Ему то весело…

— Беты говоришь? А кто такие беты?

— Они наши заместители, — ответил Вильям.

— А…

Я рухнула обратно на диван, закрыла глаза. Тишина, хорошо. Меня здесь нет. Нужно представить что — то успокаивающее, как учил меня мой психотерапевт. Полянку. Я иду по ней и собираю ромашки.

— Раз ромашка два ромашка…

— Что она делает? — спросил Виктор.

— Не мешай мне Виктор, я пытаюсь собраться с мыслями, — не открывая глаз, ответила ему.

Вдох, выдох. Вдох, выдох, как учили на уроках йоги. Открыла глаза и уставилась на них.

— Вот я всегда знала, что с вами что — то нет так парни, но думала это у меня с головой проблемы, ан, нет… Я выросла среди оборотней и… Понятно, почему по ночам я оставалась одна. Вы же по лесу бегали? — закрыла глаза.

— Угу, — ответил Ян.

— Конечно, бегали. Зачем же вам такие площади земли, да ещё с лесом. А я то понять не могла, почему вы за городом живёте. И как же вы скрывали от меня это столько лет…

— Как то она это спокойно воспринимает, — констатировал Грег

— А ты вообще помолчи Грег. Подожди, а Мел тоже? — открыла один глаз.

— Ну да, — ответил он, — здесь все оборотни, ну кроме тебя.

— Ну, спасибо Грег, а то я сразу не догадалась, — огрызнулась я, открыв глаза — я чувствую, что меня выставили дурой. По-моему несправедливо было от меня это скрывать столько лет.

— Так хотели родители. Это была их воля, — повторил Вильям.

Я вздохнула. Надо стараться мыслить рационально.

— А где истерика? — спросил у Яна, теперь уже его бета Виктор.

— А её не будет, — ответила ему я. — Так вы покажите мне своих волков? Только не поняла, а раздеваться то зачем?

— Одежда в клочья летит при трансформации, — ответил Виктор.

— Ух, — помолчала немного, под пристальные взгляды четырёх пар глаз, — значит, я родилась человеком, да?

— Да сестрёнка, — дал ответ Вильям.

— И со мной что- то не так да? Ну, я же не оборотень как вы?

— С тобой все так, — ответил Ян, — ты просто родилась человеком.

— Угу, — помолчала, — Хочу выразить, что мне очень, очень обидно, что вы это скрывали. Я понимаю желание родителей, но… не знаю мне нужно обо всём этом подумать.

Я встала с дивана и направилась на выход из кабинета.

— У тебя изменилось отношение к нам? — спросил обеспокоено Ян.

Я развернулась и шокирована, уставилась на них.

— Вы считаете, что факт того, что вы оборотни может повлиять на моё отношение к вам? Да как ты вообще можешь думать про меня такое Ян. Мне обидно, что вы молчали, но от этого вы не станете мне чужими. Вы вырастили меня. Я никогда не откажусь от своей семьи, так что вы парни меня обидели дважды, подумав, что я могу изменить своё мнение о семье! — Выкрикнула я. Развернулась и пошла.

— Ну, Мик, — пошёл за мной Ян, — ну прости!

— Нет, — рыкнула я.

— Ну, я вообще редко извиняюсь и мне не очень приятно, что я тебя обидел.

— И мне тоже, — буркнула я, поднимаясь лестнице в свою комнату.

— Ты для нас дороже всего на свете, — а это уже Вильям.

— Как и вы для меня, — ответила я, продолжая движение.

— Так что же не так? — спросил Ян.

— Не знаю. — Заходя в свою комнату, ответила Яну, сев на кровать. С одной стороны подсел Вильям с другой Ян. Начал Вильям.

— Ну, оборотни мы, ну а ты человек, но любить то мы тебя меньше не стали.

— Угу. Да только вы мне врали столько лет, — обиделась на них я.

— Хорошо, узнала бы ты, что мы оборотни, что бы чувствовала. Только честно? — продолжил Вильям.

— Не знаю, — подумала, — что я не такая как все, наверное.

— Ну, а мы не хотели, чтобы ты так думала, — ответил Ян.

— Ты равная любому из оборотней, хоть и человек. Ты сильная духом. В тебе есть что-то от отца, а он был альфой, как ты уже знаешь. Поэтому тот факт, что ты не можешь оборачиваться, не делает тебя чужой для нас. Ты всегда будешь нашей младшей и любимой сестрой. А говорить мы тебе не решались, не знали, как ты будешь реагировать на это, если б узнала раньше. Берегли твою психику.

— Мы хотели молчать до восемнадцати, — продолжил Ян.

— А что бы изменилось в восемнадцать? — прищурилась я, чувствуя подвох.

— Не важно, — закончил Вил.

— Так что- то изменилось? — обеспокоился Ян.

— Вот есть подвох в вашем рассказе, чувствую, что недоговариваете мне чего то.

— Мы не врём, — ответил Ян, — Ну так что?

Я вздохнула, не могла злиться на них, а очень хотелось, но не могла.

— Я всегда буду любить вас парни, хоть у вас хвосты есть и бегаете вы по лесу в шкуре волков. Вы моя семья, самые близкие.

Они меня крепко обняли с двух сторон так, что мне дышать было нечем. — Задушите, — просипела я.

— Прости сестрёнка, просто мы рады, что ты нас принимаешь.

— Куда я денусь, — буркнула я, — Расскажите мне, только правду.

И мы говорили, долго. Я сидела в позе лотоса в центре своей кровати, а они рассказывали о своей волчьей жизни. Теперь многое для меня стало понятным. Вильям рассказал, что Грег (парень, которого я повстречала на ярмарке, когда была ребёнком), стал его бетой.

Его сестра Мел, с которой я впервые встретилась там же, стала моей подругой. А что самое интересное я, наконец — то поняла, почему меня так притягивает Луна. Я об этом конечно никому, никогда не рассказывала, но теперь я не сомневалась, что нормальная. А я столько лет боялась…

Прода от 26.05

Позже, тем же вечером мы сидели на кухне в нашем доме, и пили чай. Вил и Ян расположились рядом друг с другом, я же села напротив.

— Мик! А почему ты так легко приняла, тот факт, что мы волки? Я думал, что ты испугаешься, убежишь, — задал вопрос Ян

Я задумалась. Хмыкнула и выгнула бровь.

— Ян, ты называешь это легко? Да я в обмороке вообще-то была. Хотя не знаю, — задумалась, — может потому что сама на это надеялась, — братья удивлёно уставились на меня, а я продолжила — хотела себя оправдать, должно быть. Знаете, я всегда ощущала, что вы необычные люди. Помните, когда я была маленькой, у меня был волк, ну игрушка. Я любила его, очень. Мне всегда нравилась мистика волки, оборотни, вампиры. Я вообще-то обожаю смотреть на Луну. Когда по ночам вы уходили, и я оставалась одна дома, то открывала окно в своей комнате и смотрела вдаль, слушала завывание волков, и поверьте, оно меня не пугало никогда. Луна меня завораживает, притягивает, манит что — ли. Я просто об этом никому не говорила. — Вил и Ян переглянулись, уставились на меня удивлённо, — и не смотрите на меня так. После вашего рассказа я поняла, что нормальная. Всё встало на свои места. Мне было очень трудно, когда я видела, что вы переглядываетесь между собой, у меня были ощущения, что вы общаетесь. Да, кстати вы так общаетесь?

— Да Мик, — ответил Ян

— Ну, вот видишь, а когда я смотрела на ваши «гляделки» мне казалось, что я сумасшедшая. Вы же сами знаете, какие у меня были проблемы с психикой. Я считала себя неуравновешенной, А когда узнала правду, на душе стало легче. Я поняла, что вы не люди, а оборотни и значит со мной всё нормально, ну, на сегодняшний день.

— Нам очень жаль Мик, что ты так себя чувствовала на протяжении стольких лет, — сказал Вил.

— Мне тоже, но я не осуждаю вас. Не имею право, вы делали это, потому что считали правильным для меня. Мне сейчас намного лучше. И знаете, иметь братьев оборотней это здорово и плохо одновременно, — он удивлено посмотрел на меня, а я улыбнулась — Вы ведь со своим нюхом можете учуять даже тонкие запахи, так ведь?

— Ага, — ответил Ян

— Ну, понятно, почему, когда я приходила с какой-нибудь вечеринки Вильям, да и ты тоже вечно ворчали. В ванну меня гнали. Я представляю, когда смешиваются все отвратные запахи воедино, для мохнатых это настоящая пытка. И ещё не очень удобно, когда ничего не скроешь от вас. Это ведь так?

— Да Мик, мы чувствительны к запахам, а запах после вечеринки самый отвратительный это точно, — фыркнул Ян

— Ещё, мы чувствуем любую перемену эмоций. Меняется запах у человека или оборотня, — отозвался Вил. Я подула на свою чашку с чаем и задумалась.

— А можно спросить?

— Валяй, — ответил Ян

— Если запах у человека, ну или у оборотня меняется при смене эмоций, получается, каждый человек пахнет чем-то необычным, не все же одинаковые? Нет, я не говорю про парфюм, сигареты и прочую химию. Как пахнет человек, ну после душа, какой у него естественный запах?

— Ну, знаешь Мик, каждый пахнет особенно, — ответил Ян.

— Интересно, а я чем пахну?

— Ты пахнешь розами, — ответил за него Вильям.

— Розами? — Не поверила я.

— Ну, да твой запах розы, — это уже Ян.

— Хм. И в толпе с закрытыми глазами вы меня найдёте?

— Конечно, найдём, — ответил Вильям.

— А когда мне страшно?

— Мы и это чувствуем, — кивнул Ян в подтверждении слов.

— А скажем, если я вылью на себя флакон духов?

Ян поморщился, а я прыснула от смеха

— Тогда я задохнусь ночью.

— Я думаю, ты не один, — констатировал Вил

— Ну, тогда все понятно. А то вечные вопросы Вильяма: «Как вечеринка? Ты пила? Ты случайно не курила?» — Брр. Представляю, как я пахла.

— Поверь Мик, ты не представляешь, — отозвался он.

— Знаете парни, — я встала и подошла к ним со спины, обняла обоих за шею, — а я рада, что теперь мне стало известно, что вы оборотни, а вдобавок ко всему ещё и альфы. Но хочу вам сообщить, что я не стану покладистой девочкой. И выполнять любой ваш приказ не стану, как это делают остальные. Так что, я понимаю, что вы тут главные и всё такое. Но, я человек и подчинятся, не стану. И ещё, вы мне задолжали, и я буду мстить и, мстя моя, будет страшной! Я чмокнула в щёку Вила, потом Яна, — люблю вас хвостатые, — развернулась и вышла из кухни.

— А чай? — крикнул Ян.

— Я уже его выпила, — крикнула ему в ответ.

Конечно, я им не мстила, вовсе нет, я просто стала называть их мохнатиками. Оказывается, такая кличка выводила из себя любого оборотня, но мне таки хотелось поиграть на их нервах. У меня теперь было оправдание. Они мне врали много лет!

И ещё, для себя я поняла, что никогда и ни в чём не уступлю оборотню. Да, я не умею обращаться и вдобавок ко всему человек, но это не дает право оборотням распоряжаться мной как вещью. «С волками быть по-волчьи выть», как то так говорится в пословице? Но я не совсем была согласна с этим выражением.

В клане, не всегда был мир и порядок, в такой «семье» применялись и наказания, причём очень жестокие. Да, я не понимала братьев, но вмешиваться просто не имела права и на наказаньях я не присутствовала, держалась в стороне. Для них это норма, для меня нет. Оборотни воспитывались, по волочим законам, а я по человеческим. Со временем, я начала замечать, что не все оборотни воспринимали меня всерьёз. Я понимала, что отношение ко мне исходило из того, что мои братья не позволяли никому меня оскорблять. Любое отношение в клане зависит от альфы, так как он глава. Я была благодарна братьям за защиту, но мне очень хотелось заслужить это уважение среди оборотней, а не получить бонус к двум братьям — альфам…

Я вынырнула из воспоминаний от того, что стюардесса тихонько похлопала меня плечу, я открыла глаза и я сняла наушники.

— Что-нибудь желаете?

— Да, пожалуйста, апельсиновый сок.

Я подняла своё кресло, а стюардесса аккуратно передала мне стакан.

— Спасибо. — Пить хотелось просто ужасно. Посмотрела на часы лететь осталось чуть больше часа. Я снова откинулась в кожаное кресло и погрузилась в воспоминания.

Я много лет прожила в Англии, слишком много. До сих пор помню, как сбежала из дома сразу после больницы, в которой я пробыла больше года. Я бежала от этих воспоминаний, от самой себя. Только потом пришло осознание, что как бы далеко я не пыталась уехать, от себя не убежать и от воспоминаний тоже. Конечно, можно было заполнить их новыми, но по- моему это не для меня. Сейчас, мне было немного жаль Вильяма. У него, в отличие от меня и Яна не было выбора остаться или уехать. В России у него клан, его дом.

Как же хорошо, что у меня был Ян, улыбнулась своим мыслям. Благодаря ему, веселому и внимательному брату я вышла из депрессии. Поначалу, ему было очень трудно со мной, он все время пытался заменить мне отца, и тогда я замыкалась, потому что в моем сердце был только один папа, и он покоился с миром на кладбище. Другому отцу в моём сердце места не было. Еще тогда в детстве для самой себя я решила стать сильной, но Ян закармливал меня нравоучениями и воспитанием. Помню тогда я подолгу не приезжала к нему из закрытой школы. Таким образом, пыталась объявить ему бойкот. Сейчас мне стыдно, а на тот момент я считала это правильным поступком. Вскоре, брат понял, что этим меня не взять и попытался, поговорит со мной. Как то вечером он начал разговор, мне было около девяти лет, я сидела на диване и игнорировала его попытки общения.

— Малыш, давай поговорим а?

— Я не малыш, теперь взрослая. Я Микелина, — пробурчала ему упрямо.

— Хорошо, как скажешь. Давай мы не будем разговаривать как взрослый и ребёнок, а поговорим как два взрослых человека?

— Давай, — подняла на него заинтересованный взгляд. Он сел рядом со мной на диван.

— Нам нужно постараться больше общаться, понимаешь и доверять друг другу? — я кивнула, — говори со мной, когда тебе плохо или хорошо. Я хочу знать обо всём, что творится в твоей голове. Я понимаю, что не заменю тебе отца, но позволь мне быть твоим братом и возможно…

— Другом, — перебила его.

— Что Мики?

— Мне нужен друг, — пробурчала я.

— Хорошо, как скажешь. Давай я стану твоим другом?

— Обещай, что не будет твоих нравоучений, как раньше, — спросила у него я.

— Договорились, я обещаю. Хочешь, поклянусь мизинчиком?

Я подняла на него глаза и пристально посмотрела.

- Нет, не хочу как раньше. Теперь, всё по-другому. Я взрослая.

— В таком случае, взрослые люди пожимают друг другу руку, — он протянул мне ладонь, — давай Мик, — я подала ему руки и пожала её.

После нашего разговора всё изменилось. Ян перестал на меня давить, и с тех пор, он стал не отцом, как изначально этого хотел, он стал мне другом. Самым близким другом.

Мне нравилось в нём то, что я могла не скрывать от него своих эмоций. И он не влезал в мою душу, хотя все понимал и беспокоился за меня. Просто каждый раз, когда я приходила домой расстроенная, он ставил чайник. Это стало нашим ритуалом каждый раз пить чай на кухне и говорить. Так я и росла. Каждый раз, когда у меня были проблемы в школе или с парнями я бегала к нему плакаться в его плечо. Он всегда меня слушал, но никогда не вмешивался в мою жизнь, он просто говорил со мной, пытался объяснить. Его мнение для меня было очень важным, и я прислушивалась к нему, делала выводы и уже самостоятельно принимала решения. Я знала, что ему очень трудно сдерживаться каждый раз, когда я приходила домой после очередного провального свидания. Но он сдерживался, думаю, понимал, что если начнёт лезть в мою жизнь без моего согласия, я перестану ему рассказывать о себе и замкнусь. Так что я могу сказать, Ян стал для меня самым близким человеком в жизни.

Шло время, и я подрастала, каждый вечер, вместе мы сидели на кухне пили чай. С каждым годом наша болтовня становились более серьёзней. Мы обсуждали наши общие проблемы. Он говорил о своей работе контрактах, а я о школе. Сейчас смешно вспоминать, как я взрослому брату рассказывала о своих школьных достижениях, а он очень внимательно выслушивал, а в ответ говорил об удачных подписанных договорах. Благодаря нашему вечернему чаепитию, которые порой затягивались на несколько часов, я научилась готовить и впоследствии наши посиделки с кружкой чая перетекали в ужин.

Сначала я училась готовить по книжкам, понимая, что Ян был очень голоден после работы. Потом поддерживая моё стремление его накормить, начал всячески мне помогать, хотя сам готовить не умел. Мы экспериментировали с разными продуктами, но сами есть, не решались. Лично я не хотела отравиться, и тогда Ян предложил взять «подопытным» его заместителя. Так мы и поступили. Как только я приготавливала очередной «шедевр» мы приглашали Виктора на ужин, на дегустацию. Мы внимательно наблюдали за ним, когда он уплетал мною приготовленное блюдо и просили оценивать мою стряпню по пятибалльной шкале. Виктор любил вкусно поесть и обманывать бы меня не стал, потому что он ел как настоящий гурман, и на его лице отображалась гамма эмоций. В общем, всё было понятно без слов. Иногда, смотря на выражение лица Виктора, мы с Яном хихикали, а порою хохотали, когда моя стряпня оказывалась просто непригодной для пищи. В общем, мы поступали очень хитро и не честно по отношению к заместителю Яна. Сами-то не ели до тех пор, пока это не попробует Виктор.

Со временем, я стала готовить лучше, и Ян решил мне оплачивать занятия у знаменитого шеф-повара. Наверное, он все-таки боялся за своё здоровье или за здоровье его зама. Через год, я начала готовить очень вкусно и в итоге, приготовлением еды в его доме по выходным, занималась я. В остальное время готовила его экономка, пока я находилась в бизнес школе. Постепенно к нам стали приходить на ужин парни из его охраны, и мы устраивали небольшие посиделки с ними.

Еще, благодаря Яну я научилась ездить на машине, хотя раньше их боялась до ужаса. Сказывалась авария в детстве. Я до сих пор помню, после нашего разговора в гостиной о доверии, я поняла, что оставаться одной дома мне страшно. В тот день, я впервые зашла в его гараж, в котором он коллекционировал машины. Вот тогда я влюбилась в эти дорогие тачки. Я стала ходить за Яном как хвостик и долго сидела в его гараже, пока они с Виктором чинили одну из его машин. Со временем, я втянулась и начала отличать болт от гайки. Мне настолько захотелось находиться рядом с братом что часы, проведенные в гараже, казались минутами.

Когда я подросла, Ян предложил прокатиться с ним по трассе, но я боялась и всячески отказывалась. На что Ян сказал: «Знаешь, нельзя бояться чего- то вечно, если ты хочешь быть сильной, нужно уметь перешагнуть через свой страх». — Я слушала и впитывала его слова как губка, долго думала над ними и решилась. Да, действительно я смогла с помощью Яна перебороть свой страх и в конечном итоге, я полюбила скорость. Она давала мне чувство свободы. Теперь для меня скорость — это одержимость и мой драйв. Как то поздно вечером Ян предложил с ним прокатиться и привёз меня на ночные гонки, в которых я впервые приняла участие. В шестнадцать я выиграла свой первый заезд. А впоследствии стала побеждать в соревнованиях. Тогда я ещё не понимала от чего проигравшие парни, бесились. Ну обогнала их девчонка на трассе и что? Теперь я понимала, что дело было в том, что человек смог сделать на трассе волка. А, как всем известно, с их скоростью и реакцией я не могла победить. Я знала, что Ян гордится мной. Каждый раз видела это в его глазах, как только пересекала финишную черту первой.

Помню, после очередной победы, Ян пообещал подарить мне на восемнадцатилетние, спортивную машину. И он сдержал слово. Теперь у меня есть Chevrolet Corvette C7 Z06, красного цвета. Моя личная машинка, которую я сама себе выбрала в салоне. Как только он мне её подарил, я от радости расцеловала его. Потом, прыгала как девчонка вокруг нового авто, поцеловала её капотик. Вечером мы с ним поехали кататься, и устроили тест драйв в ночной гонке. Уу, как же я её люблю, просто обожаю!

В общем, девушкам нравится бриллианты, а мне гоночные машины. Я могу поменять масло в двигателе или отремонтировать любую поломку. Это неудивительно, когда в твоей жизни есть брат, повернутый на дорогих авто. Не заметишь, как сам становишься фанатиком. Вот так повлияло воспитание Яна на меня.

С динамиков самолёта я услышала голос пилота, он сообщал о посадке. Ну, вот я и дома.