37. Алиса
Втягиваю носом аромат того, во что упираюсь лицом. Нежный яблочный запах щекочет пазухи. Я словно в яблоневом саду.
Приоткрываю глаза и вижу темную подушку. Не моя. Приподнимаю голову и осматриваюсь. Какого черта я сплю в ее комнате, и где сама Гаечка?
Скидываю плед и, прикрывая зевающий рот рукой, сажусь. Судя по тому, что я в одежде, а постель не растелена, я вчера уснул прямо тут. И был заботливо укрыт. Она же ночевала где-то еще. Я бы точно не забыл ночь с ней и не упустил бы такую возможность.
По шуму льющейся воды догадываюсь, где надо искать ее. Тихо стучу, но мне никто не отвечает. Прости, детка, но я не могу пропустить такое зрелище. Захожу в помещение, попадая в облако пара. Жаль, шторка не прозрачная и ничего не видно.
- Доброе утро, Гаечка.
Когда произносил это, хотел просто ее подразнить. Но то, как эффектно она падала, получилось даже лучше, чем я ожидал. Ее упругая попка прямо в моих ладошках. И пусть между нами тонкий слой ткани, это не помешало мне прочувствовать ее. Коснуться пальцами там, где я уже почти потерял надежду ее потрогать. И тут такой подарок судьбы.
- Руки убери и вон отсюда, - переходит на крик. Подталкиваю ее корпус вперёд, чтобы она встала на ноги.
- Я не хотел тебя так напугать, - пытаюсь говорить серьезно, но все равно смешно.
- Напугать? Я вот думаю, ты это все специально задумал. Гад. Не думала, что такой подлый. Знала бы, разбудила вчера и выперла домой. И выйди, мне надо одеться.
- Можешь одеваться при мне, я не против, - шучу в ответ. Забавляет эта ее злость по отношению ко мне. Все лучше, чем равнодушие.
- Если ты сейчас же не выйдешь, то я, - замолкает, подбирая нужное слово, - я…
- Будешь одеваться при мне, - заканчиваю за нее. И, сняв с вешалки розовое полотенце, протягиваю ей. За шторку.
Быстро выхватывает и закручивается в него.
Все, что хочу сейчас, чтобы открыла шторку. Взглянуть одним глазком. Для бодрого утра. Такую вспотевшую полусекси.
Откликается на мои мольбы и отодвигает шторку, которая разделяет нас. Да… малышка. Гаечка. Богиня. Влажные рыжие волосы перекинуты через плечо. На коже капли не вытертой воды. Если бы она только подала знак. Один. Я бы слизал с нее эту росу и дал кайфануть.
- На мне узоров нет и цветы не растут. - Портит всю красоту момента. - Хватит пялиться.
- Можно мне тоже в душ?
- Сначала дай мне одеться.
Ещё раз скольжу по ней взглядом. Надо быть железным, чтобы выдержать такое испытание. Маркуша скоро в узел свяжется и повесится на ближайшем столбе.
- Ты очень красивая.
Хочу. Хочу видеть этот вспыхнувший румянец на щеках. И не от того, что она после душа. Хочу провести языком по этим прикушенным пухлым губкам. Хочу смотреть в эти большие глаза и ловить в них стеснение. Хочу, мать твою, всю ее.
Но не сейчас. Пусть сама захочет меня.
Выдыхаю и оставляю ее. Мне бы сейчас свалить. Оставить одну. Чтоб подумала. Чтоб соскучилась. Чтоб эта неопределенность давила на нее. И она сорвалась.
Но желание побыть с ней сильнее. Поэтому подпираю спиной стену напротив и жду, когда она освободит помещение.
Через пару минут возникает передо мной. Уже в одежде. Но не менее соблазнительная.
- Ванна свободна, - Кивает через плечо. И проходит мимо. Даже не смотрит. Коза. Я же спас ее от падения. Могла бы и отблагодарить. Но я уже понял, что гостеприимство - это не ее конек. Скрываюсь в ванной и раздеваюсь.
У ванны со шторкой есть свои плюсы. Можно вот так кого-то обнять. Хотя в душевой кабинке не менее значимое превосходство в виде прозрачной двери.
Через минуту дверь приоткрывается. И те доли секунды в надежде, что она передумала, рушаться, когда в нее протискивается рука с чистым полотенцем.
- Может зайдешь? Спинку пошаруешь? Разрешу даже это сделать коготками, - Усмехаюсь и снова дразню.
- Кота себе заведи, если появляется желание побыть когтеточкой.
- Да, кошечка, непременно. Уже есть одна на примете.
Пальцы с полотенцем разжимаются и я едва успеваю подхватить его, пока не упало на пол.