15
— Познакомишь нас с Матерью Ак-ту-Гар? — прошептала я, нежась под лаской Вешика.
— Любопытная ты, наша… — Ночной Страж неохотно отстранился от меня.
— Как ты меня назвала, девочка? — в голосе арахнидки появились странные интонации.
— Мать Ак-ту-Гар… — я всё же выглянула из-за спины Веша.
И встретилась глаза-в-глаза с весьма харизматичной… женщиной.
Высокая… под сто девяносто… с фигурой и пластикой спортивной гимнастки. Осанка Императрицы. Матовые, совершенно без блеска, волосы… рекой спускались до колен. Миндалевидные основные глаза, приподнятые к вискам. Чёрные, как сама Тьма. Над ними — вторичные глаза, сейчас прикрытые веками, с густыми, длинными ресницами. Аккуратные хелицеры, с чёрными пятнышками. Строгий рот, отвыкший от эмоций. И всё это — на фоне кипенно-белой кожи.
Одета была прекрасная и опасная женщина в простой, серый комбинезон. Смотревшийся на ней как изысканное парадное платье.
Женщина наклонила голову на бок, фокусируя на мне взгляд.
— Мне нравится Мать твоего гнезда, Ночной Страж. — Сделала для себя некий вывод Ак-ту-Гар, — Я не дам некросам и метаморфам похитить её детёныша!
Мы, все присутствующие, перевели дыхание.
— Мне надо коснуться её! — непререкаемым тоном изрекла женщина.
— НЕТ! — отрезали Веш и Хоррш.
— ДА! — категорично ответила Ак-ту-Гар.
— Веш, это некрасиво… — я погладила взвинченного арахнида по груди, — Мы сами просим Мать Ак-ту-Гар о помощи, а сами противимся… позволь..?
— Тони… — в голосе Веша был упрёк, но он взял себя в руки. И, развернулся к Ак-ту-Гар, держа меня за плечи.
— Меня зовут Тони… — я нерешительно протянула руку вперёд.
— Мать-без-гнезда Ак-ту-Гар, — кончиками пальцев арахнидка коснулась моей ладошки.
Потом аккуратно облизнула свою руку языком:
— Теперь я смогу синтезировать твой запах и даже голос. Похитители кладки встретят достойный отпор, — от усмешки Ак-ту-Гар стало по настоящему жутко.
— Вы — наша единственная надежда, — Жиль неожиданно встал на колени перед изумлённой арахнидкой.
Я не успела охнуть, как его примеру проледовали ВСЕ присутствующие, кроме нас с Вешем.
— Я принимаю вашу Мать под свою защиту! — торжественно изрекла Ак-ту-Гар.
Её взгляд задержался на Ор, Шаде.
— Мать Тони, — арахнидка склонилась ко мне, — А вон тот самец… он кто для тебя? Он не отец, не однокладочник, не муж, не наложник, не охранник… он связан и не связан с тобой…
— Он стал для меня… — я замешкалась, подбирая слова, — Он мой однокладочник… стал им…
— Ессли я выживу… я хочу призвать его себе, — в глубине глаз Ак-ту-Гар проявляется женский интерес, — Ты не против?
— Только он сам будет это решать, — твёрдо ответила я.
— Ссссоглассна….
И мгновенно оживляется:
— У нас очень мало времени. Мне нужен подробный план Гнезда. — Исчезает Хоррш, — Где Тони будет откладывать кокон? Страж, мне нужна настойка Пыльных грибов! — Веш кивает и исчезает за дверью, — Я должна знать запах всех, кто будет находиться рядом с кладкой! — растворяется безопасник, вызывая явно сожалеющий вздох у суперженщины.
— Всё будет хорошо, Тони. — Ак-ту-Гар неожиданно улыбнулась мне улыбкой любящей и всё понимающей матери. Вселяя уверенность — мы будем бороться и побеждать! — Но тебя что-то печалит… И рядом нет ещё одного мужчины, чей запах связан с тобой. Кто он?
— Сет-пторх… — я невольно поморщилась. Уж больно неприятно было вспоминать о пылком спиче крылатого упрямца.
— О! Сложные самцы! А их Высокородные — твари, каких ещё поискать надо!
— Мы все знаем, что всё, что он сказал — ложь! Ты его спасла и ни к чему не принуждала! — вспылил Прайор. — Рыбонька, привезли наших сыновей…
— О! У вас сыновья..? Но… — удивилась Ак-ту-Гар.
— Это мальчишки, от которых отказались мои бывшие партнерши… А Тоня приняла в семью и меня простила… — доложился простодушный триторх, не замечая как под тщательно сдерживаемым безразличием у арахниды промелькнуло изумление.
— Тони приняла в гнездо… чужих маленьких самцов…?
— Да. А что в этом странного? — удивилась я. — Дети-то в чём виноваты? В том, что они не того пола?
— Хм… у большинства рас так и есть, — пояснила Ак-ту-Гар, — Но сейчас нам не до этого! Мне не нравится некий… фон… некий странный, словно искусственный запах. У кого-то из твоих мужей — искусственный запах! — уверенно заявила арахнида, прислушиваясь к самой себе.
— Этого не может быть! — по сердцу полоснуло болью, — Кто..?
— Он! — Ак-ту-Гар, резко поворачиваясь, указала на… Прайора! Одновременно выпуская веер паутины.
Но тот, кого я искренне воспринимала как моего искреннего и непосредственного триторха, неожиданно ловко увернулся, мгновенно оказываясь у дверей.
Пространство разорвала трещина телепорта…
Последнее, что запало мне в память — жуткие, "хамелеоньи" глаза на правильном лице моего мужа…
Ак-ту-Гар, обняв меня и закрывая от отдачи телепорта, прыгает за диван и укрывает нас пологом странной паутины.
Грохот… клубы пыли… звуковая волна… взрывная волна…
Спустя несколько минут арахнида, поглаживая меня по плечу, шевельнулась и совсем по-человечески чихнула:
— Чих… нам повезло. Телепорт попался слабенький. Будь он нормальным — и нас бы размазало ко стене как пищу для вылупившихся детёнышей. Эй! Самцы! Вы живы!?
— Живы! Уберите ловчую сеть! — это Жиль.
Радости моей не было предела.
— Жиль, а остальные? — пискнула я, пока Ак-ту-Гар снимала сеть и осторожно поднимала меня с пола.
— Все живы, милая, — улыбнулся Жиль.
За его спиной поднялся величественный белый наг, припорошенный пылью, угрюмый Клод, на котором пыли было не видно и мрачный Маркус.
— Но… если с нами всё это время был НЕ-Прайор… — я пыталась говорить спокойно, но губы предательски дрожжали, — То где Прайор? Когда его успели подменить? И выходит, что они теперь знают…
— Да, милая, — Маркус усадил меня на колени, посылая успокаивающую волну дочери, — Они знают о наших планах. И знают об Ак-ту-Гар, Жиле и о том, что мы знаем, что они знают…
— Прайор…! — моё сердце рвалось от боли…
— Мы найдём твоего непутёвого самца. — Вмешалась арахнида, — Сосредоточься! Я помогу послать Зов и последовать за его откликом. Ты поймёшь — жив ли он и где его держат!
***
Пытаюсь!
Из носа закапала горячая кровь. Голова стла тяжелой, словно чугунной. Но у меня ничего не получалось.
И вот, когда я уже отчаялась, меня словно потянуло куда-то.
В нос ударил спёртый воздух, такой, какой бывает, когда на кораблях или станциях, экономят на качестве очистки воздуха и на растениях-рекультиваторах.
Я застыла, пытаясь разглядеть хоть что-то в душной темноте, насышенной болью и безнадёжностью.
"Прайор! Пожалуйста! Отзовись! Мы разоблачили метаморфа, который вместо тебя прилетел к нам! Откликнись! Мне страшно за тебя!" — ору я про себя, что есть силы.
— Парни… — в удушливой тьме едва слышно раздался родной голос, — Я наверное свихнулся… мне кажется, что моя жена сейчас находится тут… энергетически… и зовет меня… ментально…
— Ты не свихнулся… я тоже слышу… — Прайору ответил едва слышный голос, — Слышу… на пределе восприятия… но я — СЛЫШУ!
— Я тоже… — даже плен не смог выжечь из голоса третьего пленника иронию, — Она ищет тебя на волнах арахнидов…
— Один из моих побратимов… арахнид… — пояснил Прайор.
— Нет… — третий был категоричен, — Это эманации могучей Матери Гнезда…
— Моя рыбка… — в голосе Прайлоа появилась нежная улыбка, — Она такая… заставит и Мать Гнезда ей помогать…
Тишина, а потом…
— Рыбка… если ты меня слышишь… Мы в плену у метаморфов… в районе мёртвого спутника у Железной звезды. На заброшенной Базе карианцев в секторе 51375 в галактике Спящего орга. Я люблю тебя, милая! Если надо будет выбирать — не заморачивайся с нашим спасением! Главное — не дай себя пленить и береги Машу.
Я рванулась к триторху, пытаясь обнять и передать хоть немного силы… но меня уже вытянуло назад…
С трудом выплывала из чёрного марева…
— Открывай глаза, глупая, влюблённая сссамка! Я сссказала — исссскать…. а не отдавать сссамцу жизненную энергию! В сследующий раз — укушшшу!
Я разлепила глаза:
— Он… он…
— Я всссё сслышшала! Сссстраж ужже сссообщил Сссоветнику и тот направитссся в указанный квадрат….
Сухая, горячая рука легла мне на лоб, смывая усталость и тревогу.
Потом меня осторожно приподняли, облокачивая на диван.
Огляделась…
Уф… как мне сейчас стыдно за не обдуманный порыв!
Нет! Никто из моих любимых не злился, не обижался. Но стольно боли и страха за меня было в глазах моих мужчин! Причём я была уверена — они не за себя боятся! А за меня и Машку! Потому, что без меня жить они не будут!
— Простите… я — идиотка! Я всех вас люблю и не представляю — как смогу перенести даже разлуку с каждым из вас… не говоря уже о совсем плохом… а Прайору так плохо!..
— Ак-ту-Гар нам всё показала, змеечка, — попытался улыбнуться Хоррш, — Веш уже всё передал Советнику. И тот уже летит по указанным координатам. Всё что у нас остаётся — это надеяться на то, что С,Таолл успеет спасти пленных и Прайора…
— А лже-Пра…?
— Сбежал! Счастье — что нас всех не размазало отдачей! — Веш сухо щелкнул хелицерами. — Но у меня есть вопрос к инглиму…
— Если ты хочешь допросить тот организм-симбиот, что слился с Тони, то зря, — Ак-ту-Гар сложила руки на груди, и с едва заметным превосходством усмехнулась, — Метаморфы не зря провели эти миллионы лет! Только Мать Гнезда может отличить метаморфа от настоящего носителя. Симбиот получал те же волны, что и от объекта копирования. Это выше его возможностей.
— Инглим уже в который раз нас подводит! — злилися Веш.
— Он — всего лишь симбиот. А ошибаться могут даже столь безупречные — как я. — Спокойно констатировала факт своей уникальности арахнида.
— Что предлагаешь? — Вешик всё никак не мог успокоиться.
— Скорее всего — Тони начнёт рожать сегодня… в ночь… у меня есть несколько часов для подготовки. И мне надо узнать запах ВСЕХ, кто будет находиться внутри охраняемого контура!
— Работаем! — одновременно кивнул Вешик, отец и Ор, Шад.
— ВСЕХ, по очереди мы будем приводить в соседнюю комнату, — дабавил Вешик, задерживаясь у дверей.
— Иди уже! — рассердилаась Ак-ту-Гар. — Пока я рядом, ничего с вашей Парой не случиться! И… да, ещё раз проверьте блокирующие экраны. Там какой-то спектр не отражается!
Молча и уважительно поклонившись арахниде, из комнаты выскользнули Лаашвар и Клод.
— А с вами что делать? — упёршись руками в бока, Ак-ту-Гар переводила взгляд с Жиля на Маркуса.
— Мы не уйдём! — начал злиться Старший супруг. — Я нужен для подпитки. А Жиль — как никто может её защитить!
— Хорошо… — сдалась женщина, — Берите свою самку на руки и несите туда, гда будем откладывать коконы…
Маркус обменялся с Жилем только им понятными взглядами и подхватил меня на руки.
Странная внутрення тишина вдруг сменилась на панические причитания инглима:
"Госпоже грозит беда! Маше грозит беда! Я говорил-говорил, что Прайору и прочим самцам нельзя верить! Нас хотят забрать! Не отдам госпожу и Машу!"
Из-за неконтролируемых эмоций инглима меня корёжило не по детски.
Кожа покрывалась жемчужной сеткой, которая то нагревалась — до ожогов, то леденела — до онемения. Иногда кожу рвали даже на вид — отравленные шипы. Ненадолго инглим приходил в себя и старался обезболить и залечить им же нанесённые увечья. Но его накрывала новая волна паники и всё начиналось снова.
В промежутках между начавшимися схватками и истерикой инглима я видела лица Маркуса и Жиля.
И в них прочла смертный приговор инглиму.
— Марк… Жиль… — в промежуток, между приступами, облизав покрытые кроваваой коркой губы, я нашла в себе силы на слова. — Инглим… не смейте его убивать…
— Дыши… — Маркус нашел в себе силы улыбнуться, — Не убьём мы его… Сейчас симбиот Жиля его успокоит… держись, милая!
Действительно, Жиль застыл неподвижно, а его симбиот едва касается моей кожи там, где снова проявились жемчужины съехавшего с катушек инглима.
Рядом со мной оказалась Ак-ту-Гар.
— Что тут у нассс? Ясссно… Ты! — Она обращалась к Жилю, — Я сейчас помогу тебе усссспокоить этого паникующего паразита! На счет два… Раз… Два!
По коже рассыпались невесомые уколы и… инглим пришёл в себя!
Пришел в себя настолько, что деловито поинтересовался у меня — чего я паникую и почему Машка такая задерганная!
От этого хамства не нашла ничего лучшего, как обматерить инглима. Причём, самыми нейтральными в моём монологе были два слова — "сволочь" и "пиявка"!
Ак-ту-Гар рассмеялась серебристо-грудным смехом:
— Ха-аха-ха…! Сильная самочка-мамочка! Теперь я уверена — она родит нормально! Милая, ты слышишь меня?!
- Да…
— Я всех проверила. Больше нет шпионов и предателей. Скоро подойдут твои самцы. И мы будем откладывать Наследницу!
Арахнида была воодушевлена и очень довольна.
Хоть у кого-то день удался!
***
Следом за арахнидой, в напичканную аппаратурой "родовую" — огромную комнату, способную вместить с удобствами больше сотни людей, и которую Ак-ту-Гар деловито укутывала в паутину, пришли мои супруги, отец, Ор, Шад и парни из Черной сотни.
— Всссе здесссь? — уточняет деятельная Ак-ту-Гар, не отрываясь от дела.
— Да, Мать-без-гнезда! — отрапортовал Вешик.
— Замкнуть контур!
Едва заметная дрожь земли… и мы отсечены от всего мира.
Машка, словно ждала этой команды. Сильнейшие схватки, почти без перерыва следующие одна за другой, не давали мне даже вдохнуть воздуха!
— Дыхательный аппарат! — дёрнулся врач.
— Инглим… гадёныш! У Тони спазм дыхания! Ты для чего там сидишь? — Веш перетекает в боевую форму, нависая надо мной.
Внезапно спазм пропал и я задышала, с благодарностью глядя на моего Стража.
— Теперь уйди… — даже Ак-ту-Гар не осмеливалась коснуться неадекватного Веша.
Арахнид, не выходя из боевой формы, просто отодвинулся, пропуская ко мне врача и арахниду.
— Всё хорошо… вижу головку малышки… а теперь — тужься, милая! Ещё… ррррр… родовые пути узки, а девочка — крупная! Нож!
Бешеное шипение Веша, которого оттаскивают Хоррш и Ор, Шад….
Острая боль…
— Дыши… молодец… теперь тужься! Ещё! Ну, сильнее!
Напрягаю все силы, чувствуя, как лопаются сосуды, рвутся ткани…
БОЛЬ!
И… хлюп…
Влажный плеск, недовольное кряхтение, радостные возгласы родных…
Машка! С днём рождения тебя, доченька!
— Корми! — к моей груди прислонили обихоженную Марусю, — Послед быстрее выйдет…
Доченька деловито покрутив головой, мёртвой хваткой вцепилась в вожделенный сосок, исходящий густыми, горячими каплями…
Мои мужчины с умилением наблюдали за этим действом, не решаясь подойти ближе.
А я, ещё не отошедшая от родов, только сейчас обратила внимание на то, что что-то творится с пространством…да и вообще…
Всё плыло… и это было не следствием усталости и тяжелейшего напряжения всех сил!
На энергетическом и материальном уровне — нас атаковали. Методично и профессионально пытались взломать многоуровневую систему защиты нашего Дома.
— Твои самцы хорошо поработали, — сдержанно похвалила мою семью Ак-ту-Гар. — Пожалуй, у нас есть небольшой шанс выжить, пока сюда перекинут послушные С,Таоллу порождения.
Хотела было спросить — не слышно ли чего о Прайоре, как стала отходить плацента, и мне на некоторое время стало не до чего.
Маруся, наевшись, сладко сопела. Её окружают любящие и любимые… Чего ещё для счастья надо?!
— Что могу сказать, — врач улыбнулся, поворачиваясь к напряженным мужчинам, — Всё прошло прекрасно! А теперь — мамочке, как и дочке, надо отдохнуть!
Я не успела даже охнуть, как Веш коснулся моей шеи хелицерами.
Ну… спать, так спать!
Проснулась с чувством прогульщицы.
Ещё бы, там враги атакуют, разумные гибнут, наверное… а я тут — нежусь!
Но супруги уже давно поняли, какое шило они себе в жены получили. И приняли соответствующие меры.
Что значит соответствующие? Поясняю!
Меня оставили совершенно одну! Если не считать безмятежно спящую Марусю и невероятно вежливого инглима. Последнему, судя по всему, без Машки было скучно. И, едва я открыла глаза, как инглим, тоном уставшего, вышколенного дворецкого, пожелал мне Мирных Звёзд и поинтересовался о самочувствии.
Не услышав ответа, обиделся… но снова взял себя в руки и доложил, что мы тут будем куковать на троих, пока на планету вообще, и на наш Дом — в частности, не прекратится атака метаморфов.
Ехидное платьице не удержалось от подколки… Сообщив о том, что сама я не могу ни с кем связаться. Даже с симбиотами — Ак-ту-Гар постаралась!
"Стерва"!
"Кто она такая?" — негодовал инглим, — "Что она себе думает? Раз была Главой Совета Матерей, так значит — всё можно? Ор, Шада охмуряет! (Да… набрался от меня инглим словечек!) Нашими парнями командует! Надо её выгнать!"
Ого! "Платьице" никак ревнует!
От такой импульсивности я даже немного подвисла.
Подумав — как это сейчас смотрится со стороны, рассмеялась.
Ха-ха… Тетка лежит на постели и к чему-то прислушивается… А потом — явно отвечает… про себя или вслух!
Типичная шизофрения!
Инглим мои мысли услышал, разобиделся на весь мир и затихарился где-то во мне… на последок заявив, что его — такого всего положительного — совершенно не любят и не ценят! А он — о-го-го — на что способен ради семьи!
Рррррррр! Как я зла на родных и Ак-ту-Гар!
Нет, я всё понимаю! Но всё равно — зла!
Они — там! Против неведомой Смерти, которая однажды почти уничтожила этот мир. Рассудком я понимаю — ничем я помочь им не могу.
Понимаю — что полностью изолировать меня — не прихоть, а неизбежная необходимость. Что нарушение контура даже на ничтожном спектре приведёт к его падению и все наши усилия будут напрасны.
Но как страшно быть в неведении!
Эти дни я провела практически одна. Инглим не проявлялся. Маруся вела себя как здоровый новорожденный младенец. Спала… в промежутках — ела, привыкала исполнять естественные надобности и с удовольствием купалась.
А я молилась.
О том, чтобы с "нашей" стороны было как можно меньше погибших.
Чтобы метаморфы и ещё не проявившие себя некросы — отступили.
Вспоминала моих мужчин:
Упрямого Маркуса.
Безупречного Жиля.
Смертоносного Веша.
Непосредственного Прайора.
Бесстрашного Лаашвара.
Логичного Клода.
Пепельного нгаагата, ставшего для меня самым лучшим папой в мире.
Умного и проницательного Ор, Шада — брата, о котором можно только мечтать.
Озлобленного Харвина, которому я не смогла помочь, но за которого почему-то болела душа.
Ак-ту-Гар, у которой появился шанс на жизнь с "чистого листа".
С третьего дня, начала потихоньку заниматься не сложными упражнениями. Я должна быстро прийти в форму, чтобы не быть больным балластом.
Обнаружив отгороженную кухоньку, оборудованную по земному образцу и огромный холодильник и стазис-камеру, набитые земными продуктами, улыбнулась. Супруги давно говорили о том, что хотят попробовать земные блюда.
Делать было нечего. И я, для начала, решила испечь пироги. И сварить борщ.
И пусть я не знаю, когда мои родные смогут вернуться с войны, но приготовить им вкусненькое — это меньшее, что я могу.
Я готовила, а сама очень хотела, чтобы мои дорогие знали, чувствовали — я их жду!
Я хотела, чтобы они все слышали шепот моей души, обращённый к Мирозданью:
"Спаси их в минуту опасности! Сохрани в бою! Пусть полчища незванных уйдут назад, в своё логово. И больше никогда не появятся в нашем мире"!
Время шло… я уже привыкла к тому, как дрожжит земля, как вибрирует воздух, как пружинят энергетические щиты.
А потом…
Я искупала и покормила Марусю и уложила её спать. Как вдруг — всполошился молчавший до сего времени инглим:
"Сюда идут! Бери Машу на руки! Бери активатор телепорта и рюкзак. Я защищу тебя. У тебя будет десять-двенадцать секунд на активацию телепорта. Дождись, пока все войдут сюда. Тогда у телепорта будет лазейка в защите и он тебя перебросит через неё. Не знаю, выживу ли я, но тебя и Машу — я спасти смогу."
Не сомневаясь на мгновения — надеваю рюкзак, укладываю дочь в сумку-кенгуру на груди и судорожно сжимаю активатор в разом вспотевшей ладошке.
Физически — я чувствую, как сопротивляются щиты… сопротивляюся, но ломаются — под жутким напором запредельной, потусторонней силы.
Дверь вспухает чёрно-рыжими пузырями. Знакомое сочетание…
И я встречаюсь глаза-в-глаза с НЕ-Прайором. Он похабно ухмыляется. Его лицо "течёт", никак не желая стабилизироваться.
Остальные метаморфы толпятся за спиной НЕ-Прайора, признавая его старшинство.
Но… все они шарахаются в стороны, стараясь вжаться в стены.
Потому что в комнату входят три огромные фигуры, с головы до ног закутанные в тёмно-серые плащи и окруженные непроницаемым туманом.
Некросы…
***
"Прыгай, госпожа!" — приказывает инглим.
Сжимаю прибор…
Но активатор в моей руке рассыпается пепельной пылью.
"Вот и всё…" — обречённо вздыхаю я про себя. — "Звёзды, я всё вынесу! Пусть мои супруги выживут!"
"Надо же… — властный голос усмехается у меня в голове, — Самка сама стоит на грани Смерти, а всё равно молит своих мёртвых Богов о своих самцах!"
Вот это мы приплыли! Он — менталист!
— Да. Молю! Они — моя семья! — принципиально отвечаю вслух.
Ментальный голос снова недобро усмехается у меня в голове:
"Ты смогла меня заинтересовать, самка! Твоя дочь, к сожалению не сможет быть моей Парой! А вот ты… вполне!"
Злость на глумящегося надо мной некроса, боль от одной только мысли, что родные погибли, удивление от того, что меня сразу не убили. Отвращение от пошлого предложения. Всё смешалось в дьявольский коктейль. Хотелось прыгнуть к беспечно стоящему трио, зубами вцепиться в горло, рвать врага, пока не умрет он, или не умру я… Чтобы усмешка в ментальном голосе сменилась на злость… на страх… на боль!
Но некрос внезапно оказывается рядом. Окутывает меня сладковатым запахом тлена и сухих трав.
Одно прикосновение — и я парализована.
"Я нашел ту, которая исполнит Пророчество! Мы сейчас оставим тебя. Но скоро я приду за Платой! Жизнь твоих родных ведь дорого стоит!"
Пространство вокруг снова искажается.
На глаза падает Тьма.
Очухиваюсь от причитаний инглима — о нашей нелёгкой судьбе (нашей — в его интерпритации — это Машка, я и он) и кряхтения доченьки.
Я — на полу. На ковре.
В голове снова прокручивается леденящая Душу сцена.
А была ли она? Или ты, мать, с катушек от напряжения съехала?
Задаю вопрос инглиму, а в ответ:
" Какая такая сцена? О чём ты, госпожа?"
Чувствуя холод в животе, приподнимаюсь на локтях, оглядывая комнату.
Всё в порядке… чисто… а ведь были выбиты двери… и — вообще…
Ищу активатор телепорта. А вот его — нигде нет!
Мда… так всё-таки… Это — было, или нет?!
"Инглим" Так было вторжение некросов сюда, или нет?!" — непререкаемым тоном требую я.
"Ничего не видел, госпожа!" — подобострастно отвечает насмерь испуганный организм.
— Не зли меня! Тут были метаморфы и некросы! Они прорвали защиту… активатор телепорта не сработал! А потом нас пощадили! Было ЭТО?!
"Я ничего не видел, госпожа!" — упёрся инглим.
Что ж… Пока я буду считать — что это всё — плод моего воспалённого воображения…
ПОКА… но я всё равно докопаюсь до сути!
Поднимаюсь с пола, обдумывая произошедшее.
Подхожу к дверям. Пытаюсь открыть.
Фигушки! Дверь делает вид, что это не она разлеталась осколками от удара некросов.
Отошла к кровати, где ко мне протягивала ручки, чем-то невероятно довольная Маруся. Беру ее на руки, окутываясь обожаемым запахом. Пока доченька ест, утыкаюсь носом в волосики малышки, восстанавливая порядком пошатнувшуюся уверенность в собственной адекватности и разумности.
Так мне ЭТО всё почудилось, или нет?!
Уложив уснувшую Машу, нервно нарезаю круги в дальнем конце комнаты.
Вот как не свихнуться? Неизвестность… тревога за родных НЕлюдей… это происшествие…
Чем бы заняться, чтобы мозги на место встали?
Обошла свои владения…
Значит так! Грязно тут у меня. Будем делать Генеральную уборку! Ибо ничего так хорошо не успокаивает нервную систему, как уборка! Логика включается… фобии слабеют… мозг на место встаёт!
Бодренько нахожу приемлемую ёмкость. Наливаю воды. Вооружаюсь чистыми тряпками — и в бой! Драю все поверхности и размышляю о возмездии…
А этим клятым некросам, я ещё покажу — где раки зимуют! Даже, если это всё мне не привиделось!
Мироздание не будет создавать Абсолютное оружие, если на него нет управы. Значит и на некросов управа есть. И, как всё гениальное — а Мироздание и есть средоточие гениальности — всё просто. Надо только лишь взглянуть со стороны, под нужным углом. Нас этому учили. Вот и буду пользоваться порядком подзабытыми знаниями. А то — размякла в тепле и ласке! Скоро ходить разучусь! Никогда не думала, что нежность и безопасность так затягивают! Словно болото!
Хихикнула, представляя изумление супругов. Они придут, а на месте размякшей Тони — нормальная землянка.
Весело будет… наверное…
А пока думай, Тонька!
Я так ушла в анализ той скудной инфы, что имелась о некросах, что не заметила открывающуюся дверь.
А потом меня смело обожающим вихрем.
Жиль и Маркус!
Что я там говорила о желании отказаться от нежностей? Да было такое! Но я ещё капельку… ещё денёчек понежусь в нежностях… А потом уже стану строгой и самостоятельной… Наверное…
Но как же это приятно — быть для любимых — ВСЕМ!
Баюкали и укутывали в нежность не только меня. Сладко спящую Марусю передавали с рук на руки бережно, словно снежинку. Мои попытки что-либо сказать — прекращались жадными поцелуями.
Но вот мы все немного успокоились, и я обратила внимание на то, что мы — не одни.
У дверей застыл явно арахнид. Скорее всего, это знаменитый и ужасный С,Таолл. Ничем особенным он не отличался. Разве что аурой. Давящей, тяжелой… не оставляющей права выбора.
Почувствовав моё возмущение — усмехнулся краем красиво очерченного рта, которого совсем не портили верхние хелицеры.
— Надо же… ваша сссамочка выдерживает меня и даже злитссся на принуждение. Она понравитссся моей Васси… и добавит живосссти в круг Матери моих ссссыновей.
От этой фразы меня аж перекосило.
— Простите, не рановато вы всё за всех решили? не хочу придираться, или оказаться неблагодарной… Но… У меня есть семья. И мы если и будем что-то делать, так только то, что вместе одобрим!
— Сссмелая самочка… — усмешка арахнида стала шире.
— Не надо давить на девочку! У тебя ссссвоя ссамочка ессть, — вдруг вступила в разговор, молчавшая доселе Ак-ту-Гар, стоящая в дверях.
— Я не собираюсь слушать твое мнение! — презрительно бросил Советник напрягшейся Ак-ту-Гар.
А мне стало обидно за арахниду. Да! Она накосячила! НО! Ради того, кого — как ей тогда казалось — она безумно любила! Она это осознала! И понесла страшное наказание! Семь сотен лет — одна! Брошенная теми, кого родила и кто ей в рот заглядывал! Никому такого не пожелаешь! И не надо её чморить… семьсот лет — более чем весомый срок давности… Ну и Ор, Шад ей нравится…
Эти мысли мелькнули в голове…
— Почему вы грубите ей? — уворачиваясь от поцелуев, теперь уже Маркуса, не отступалась я, — Вам приятно унижать того, кто слабее?
— Я прощаю тебя. На первый раз. Но мне интересссно… ты в ссссамом деле сссимпатизируешшшь этой… изгнанной? От которой отвернулисссь супруги, дети, всссё Гнездо? Или она настолько жалкая..?
— Да! Симпатизирую! — выдохнула я, — Она… Ой! Маркус… Она рождает… уважение…
Выдохнула, потому, что это были мои последние внятные слова…
— Мы ссс тобой поговорим, когда твои мужья утолят нужжду в тебе… — где-то на грани восприятия Советник усмехнулся, — Твои супруги не могут противостоять паучьему афродизиаку. Это надо вам вссссем, смелая ссамочка… и Ак-ту-Гар оссстанетссся с тобой…
"Афродизиак?! Он что…? Распылил что-то..? Ну — ГАД! Я всё-всё припомню…. ммм… а может и не всё…"
Уплывая в жаркие волны супружеской страсти, ещё пыталась мыслить… я…. а может быть это были мысли и возмущение инглима, ненавидящего арахнидов вообще, а ВСЕХ мужчин — в частности.
Как бы то ни было — всё была более чем прекрасно.
Правда у меня в груди трепыхнулась тревога за дочку, но тут же сознание коснулась мысль Ак-ту-Гар:
" Твой детёнышшш сссо мной… доверишшшь мне малышшку?"
" ДА!" — ответила я, несмотря на обиду инглима, на несколько мгновений выплывая из сладкого омута страсти.
До меня донеслась щемящая, до глубины души, благодарность измученной одиночеством Матери…
***
Кто сказал — что утро томным не бывает?
Не верьте — врут!
Не знаю, было ли сейчас утро по астрономическому времени планеты, или нет. Но я руководствовалась Земной поговоркой — "Когда встал, тогда и утро".
Сладко потянулась в постели, чувствуя некую тяжесть внизу живота и приятную, легчайшую ломоту в мышцах.
Да… вот это мы оторвались! Как же благодарна Судьбе за то, что она подарила мне таких мужей и такие чувства!
"А… кстати… Где мужья-то? ОЙ! И Маруську кормить надо! Ну и мать… Как она ещё не капризничает!"
Села на кровати, растерянно хлопая глазами. Супругов в обозримом пространстве — нет.
— Не надумывай глупоссстей, — раздалось над головой.
Ошарашенно вскидываю голову — над кроватью, на паутинном гамаке, покачивается Ак-ту-Гар. Маруся сладко спит у неё на руках.
— Я покормила её… проссти меня… не удержалась… Приму любое наказание… — а в глазах — тоска.
А в голосе гордой женщины прорываются виновато-молящие нотки.
Она, видимо, считает, что совершила какое-то злостное нарушение обычаев? Какое? Скорее всего — к девочке-Наследнице Гнезда, коей является Маша (с точки зрения арахнидов) — нельзя никому прикасаться и кормить… за исключение особо доверенных лиц.
По сути — Ак-ту-Гар — СУПЕР-МАМА. Даже не представляю, как она, с её материнским инстинктом выжила в одиночестве!
Она меня оскорбила? — НЕТ!
За Машкой присмотрела, покормила, убаюкала, пока её дурная мамаша, одуревшая от паучьего озверина (я ещё эту подляну Советнику припомню!), предавалась супружеской любви? — ДА!
Значит — Ак-ту-Гар — умница и на редкость ответственная женщина… чего обо мне после произошедшего я бы не сказала!
— Это я должна быть признательна за то, что моя дочь не осталась без присмотра… пока мы тут… одурели от стимулятора Советника, — честно ответила я, наблюдая как у арахниды от удивления открываются все шесть глаз. — И отдельно — спасибо за то, что накормила Машу… а… откуда…ээээ… молоко..?
От Ак-ту-Гар пришла волна благодарности.
— Я всссё так же оссстаюсссь Матерью… могу вызывать молоко, ссссодержащее всссё что необходимо для малышшшки… она уже дважды поела… Это так невероятно прекрасссно… ссснова кормить детёнышшша… Не бойссся — малышшшке такая еда не навредит!…позволишшшь… мне… иногда кормить её?!
— Для меня это будет Честью, — честно ответила я, утопая в волне эмоций, пришедших от арахниды.
— Ты встревожена, — заметила арахнида, — Не беспокойся. Твои супруги были срочно вызваны Советником. Я взяла на себя смелость отпустить их… тебе нужен был сон… и я сказала, что всё тебе объясню…
Уффф… На Душе сразу стало легко.
— У нас проблемы?
— Да. Я многое пропустила, пока была в заключении… но то, что я вижу — мне не нравится… Я потому и отпустила твоих самцов, что хотела поговорить наедине… Так вот… В моём Гнезде был старый воин. Он был настолько стар, что не помнил — сколько ему оборотов. По его словам — все в его Роду были необыкновенными долгожителями. Даже по меркам арахнидов. У него, как и у многих из Гнезда Воинов, была хорошо развита визуальная генетическая память. Он ПОМНИЛ то — о чём почти все мы забыли… О ВОЙНЕ, поставившей наш мир на Грань уничтожения. Он МОГ показать то, что видел его прапрадед… Метаморфов… Некросов… и то, как ценой непомерных жертв нам удалось победить. Я не сказала Советнику и твоим мужьям о том, что к тебе ПРИХОДИЛИ… и тебе не советую этого делать… Пока С,Таолл рядом. Ради безопасности своей самки и доверенного ему Мира, он начнёт свою Игру… Игру, в которой тебе будет отведена роль приманки в ловчей сети… а я этого не хочу! Нет. Советник не ненавидит тебя. Он просто ТАКОЙ. Он логичен и поледователен. Как и вся наша раса. Но у него появилась слабость — самочка, что носит его детёнышей. И ради неё он пожертвует всеми… и в первую очередь — собой. Не говори никому о некросах. Я ещё раз просмотрю воспоминания Сорша. И тебе покажу… наедине… Некрос не просто так тебя не тронул. И этому три причины… Ему нужна самка, для того, чтобы у него и его клана родились те, кто будет возглавлять их расу. Вторая причина в том, что в тебе есть нечто, к чему тянется некая Древняя сущность… а третья — банальна… они прорвались в ту лазейку, которую создал метаморф, притворяющийся твоим мужем. Но и метаморфы и, особенно, некросы, не могут находиться дольше нескольких минут под воздействием волн, которыми пронизано твоё Убежище и которые абсолютно безопасны для нас всех. Вот, коротко, то о чём я хотела поговорить с тобой в первую очередь. Что говорить своему Гнезду — решать тебе. Но я бы никому полностью не доверяла. Цену доверия ты видишь на моем примере… я тоже верила и доверяла своему Гнезду… а в результате — осталась одна…
— Спасибо за честность. Мне надо все обдумать. — поблагодарила я.
— Иди… приведи себя в порядок… скоро проснётся Наследница… — по-матерински тепло улыбнулась Ак-ту-Гар.
— Один бестактный вопрос. Можно? — спросила я задумчивую арахниду, баюкающую мою дочь.
— Для меня давно нет бестактных вопросов. И мало что может оскорбить. Спрашивай.
— Почему ты не оборачиваешься полностью? Только частично. Веш говорил, что Матери Гнёзд предпочитают постоянно находиться в полной второй ипостаси?
Арахнида помрачнела:
— Да это так. И я тоже предпочитала вторую ипостась. Но в ней просыпаются ИНСТИНКТЫ. Я бы не могла прожить столько лет, если бы не заблокировала ипостась. Понимаешь… вторая ипостась нужна, чтобы руководить Гнездом. Успокаивать одних. Вдохновлять других. Наказывать третьих. Без Гнезда вторая ипостась просто убивает… арахна не может жить без семьи… потому и Советник тоже постоянно находится в первой ипостаси… пока не организовал собственное Гнездо… и твой Страж — тоже…
— Спасибо! Теперь мне многое понятно! Я сейчас… быстренько в душ — и будем кормить Марусю!
Вернувшись из душа и покормив доченьку, спросила, задумчиво гладя невесомые прядки малышки:
— Ак-ту-Гар, прошу прощения за столь интимный вопрос… но… тебе действительно нравится Ор, Шад?
— Да. Меня к нему влечёт. К нему и… — арахнида внезапно замолчала.
Я оторвавшись от любования Марусей, взглянула на… смущённую(!) женщину:
— А мой отец… нравится?
Тишина сгустилась, ощутимо давя на плечи:
— Да. И к нему — тоже! — решилась Ак-ту-Гар.
— А они… знают об этом? — уточнила я.
— Знают, — арахнида быстро, с ногами, забралась в свой гамак, пряча от меня лицо, — Я сразу честно им обоим об этом рассказала.
— …и? — я требовательно таращилась в спину странно смущенной женщине.
— Они не сказали — "да", — глухо ответила она.
СТОП! Она плачет?! Эта сильная, властная женщина-воин сейчас тихо плачет у себя в паутинном гамаке?!
А почему? Не потому ли, что ей, познавшей Власть и преклонение, а потом полное Забвение, унизительно ждать решения мужчин? Которым она — я в этом уверена — нравится? Подумала — как бы я себя чувствовала? Наверное — так же! Я сразу вспомнила, как страдала от язвительных слов Лаашвара… очень похожая ситуация. НО! У меня не было такого срока Абсолютной власти, как у арахниды. И, поэтому, я легче переносила горечь ситуации.
А тут… Что ж делать?!
ЁЁЁёёёжики колючие!
— Ак-ту-Гар!
Молчание и неровный вздох.
— Ак-ту-Гар! Может я и не такой тонкий знаток Души… но… они ведь не сказали — "нет"! Поверь — ты очень красивая женщина! Мудрая! Умная! Бестрашная! Любой мужчина будет гордиться твоим вниманием. А отец с Ор, Шадом — просто много повидавшие мужчины. Им надо всё хорошо обдумать и разобраться — какие чувства у них вызываешь ты! Поверь — они бы сразу сказали — "нет"! Значит — не смей комплексовать!
— Правда..? — беззащитная, робкая улыбка тронула строгие очертания рта арахниды.
— Уверена! Не забывай — вокруг чёрт-те-что твориться! В такие моменты — мужчинам не до сантиментов!
— Я… я совсем не знаю поведение мужчин НЕарахнидов, — застенчиво призналась великолепная женщина.
— Я помогу! И всё объясню! — усмехнулась я.
Ага! "Великий" знаток!
"Тонька, ты будешь дурой, если не сможешь сосватать отца и безопасника с Ак-ту-Гар! Они будут идеальной семьёй!" — решила я.
Вынырнувший из ниоткуда инглим робко поддержал меня в этом намерении. А я — ПОКА — не стала припоминать "жемчужной тряпке" его безобразное поведение… позже — СОЧТЁМСЯ!
Так! Марусю укладываем в кроватку. Я до сих пор буквально заставляю себя хоть ненадолго отпустить с рук дочку.
Но! Сейчас мне надо серьёзно поговорить с Ак-ту-Гар.
— Мы можем поговорить?
Арахнада, посомневавшись, ловко спустилась ко мне.
— Сначала я хотела бы узнать — что снаружи? Отбито ли нападение? Что с моей семьёй? Много ли погибших?
— Снаружи — разруха, но паники нет. Всё под контролем. Армада метаморфов уничтожена, но снова нет никакой информации о некросах. Все твои мужчины живы. Погибшие с нашей стороны есть. Но, если бы твоя семья не оповестила всех о нападении — жертв было бы в разы больше! Основные излучатели были брошены на защиту плотно заселённых планет. Совет принял решение вывести на орбиты всех планет Базы, укрывающие жителей от нападения. — проинформировала Ак-ту-Гар. — Где сейчас твоя семья — не знаю. С,Таолл делает всё возможное, чтобы отстранить меня и ограничить мне доступ к любой информации.
— Хреново, — резюмировала я. — А выйти отсюда мы с тобой можем?
— В ближайшие дни — вряд ли. А позже — нас перебросят на крейсер Советника и отвезут на мою родную планету. Самочке С,Таолла скоро рожать. Это раз. Тебя надо приучать к яду Стража и наагата. Два. Вероятнось нападения некросов на нашу планету — меньше десяти процентов. Значит, на планете ты получишь относительную свободу…
— А — ты?
— А я — нет…
— То есть? Тебе не позволят никуда выходить? Ты снова окажешься в заключении? — неприятно удивилась я.
— Да. — спокойно кивнула арахнида. — Приговор мне — бессрочный.
— Ммм… а если ты образуешь Гнездо с отцом и Ор, Шадом?
Ак-ту-Гар задумалась.
— Тогда Совет Гнезд снова будет решать мою Судьбу. И Судьбу мужчин, решивших довериться той, которой доверять нельзя!
— Это — как это?! — я начала раздражаться, — Я не согласна! А если они решат не отменять приговор? Тебя и моих родных снова изолируют?
— Вероятность этого больше девяноста процентов, — подавленно подтвердила арахнида, — Поэтому я лучше останусь одна… в качестве твоей охранницы.
— Я откажусь улетать! — всё… меня накрыло…
Всё сразу накопилось, и теперь, достигнув критической массы, вылилось в категорическое решение.
— Но приказ Советника не обсуждается!
— А я и не собираюсь с ним ничего обсуждать! — в таких случаях, все меня знающие, со словами — "Тоне шлея под мантию попала!", смирялись с моим решением.
— Он либо сломает тебя, либо убьёт! Ему НИКОГДА НИКТО не отказывает! — встревожилась Ак-ту-Гар, — Поверь, я поддержу тебя в любом твоём решении. Я не боюсь Смерти. Но твоя дочь, семья…
— Теперь — ты тоже моя семья! И за семью я буду стоять до конца!
— Я? Ты..? — арахнида порывисто обняла меня, — Спасибо, дочь!
Конец первой книги