Глава 30. Адель

Уже засыпала, когда дракон меня разбудил. Не только я к нему в покои забираться люблю.

Он велел одеться и следовать за ним.

Север — это холод. Морозило так, что у меня кровь в венах застыла. Я прижалась к дракону всем телом. Повезло же, горячий, как костер, все ему нипочем. А вот мне очень даже прохладно.

— Делин, имей совесть, отодвинься. Ты уже врос мне в грудь, — недовольно сообщил Сверр.

Он постоянно от меня отодвигался, ещё немного, и за лошадью побежит.

Лунный свет бликами освещал белоснежную гладь, а мы куда-то неслись. Зная дракона, ничего не скажет, если спросить.

В дали показались слабые огни, и Сверр остановил лошадь.

— Возьми и переоденься, — в меня полетел узелок, и я его даже поймала.

— Вы хотите, чтобы я надел платье?

— Не зря же я тебя с собой брал. Переоденешься, расскажу, что дальше делать.

— А вы отвернетесь? — меня начало смущать его внимание и пристальный взгляд желтых глаз.

— Делин, меня не интересуют тощие и бледные. Уж поверь, — усмехнулся дракон.

А это уже совсем обидно! Тощие ему не нравятся! А ощупывал в тот раз с превеликим удовольствием.

— Да что ты встал! Поверх накинь, и так сойдёт. Бабка полуслепая.

От сердца отлегло. Накинула платье и поскорее уселась назад, греться.

Мы въехали в маленькую деревушку, Сверр накинул на лицо черный капюшон. Он окликнул кого-то из жителей и кинул ему монету, после чего тот что-то долго и усердно объяснял.

— Слушай, я буду рядом. Ничего не бойся, спрашивай только то, что я тебе сказал.

Я кивнула.

Бабушка выглядела далеко не дружелюбно. Сколько бабулек я знаю, они все приятные, пирожками пахнут. А эта плесенью и поганками. Ее лачуга тоже не дружелюбная. Если бы не дракон за моей спиной, я бы развернулась и убежала.

— Добрый вечер, — поздоровалась, чтобы разрядить обстановку. — А я к вам в гости, издалека приехала, — она злобно усмехнулась. — Оплата тоже имеется.

— Раз оплата имеется, заходи.

Меня пугали ее глаза. Они казались стеклянными и безжизненными.

— Ближе.

Я присела напротив неё и аккуратно положила золото на стол.

Все было нормально, пока эта нездоровая на голову ведьма не схватила меня за руку.

Она громко закричала, ее глаза закатились. Мерзкий смех расходился по помещению.

— Ты! Наконец-то, нашли!

Мне стало плохо, я ощутила, как мои руки бледнеют, а по телу гуляет лютый холод.

Перед глазами потемнело. Я слышала как ворвался в помещение Сверр, чувствовала, как он подхватил меня, уводя прочь.

Мы все дальше заезжали в чащу. Внезапно он закричал и с силой вдавил меня лицом в гриву скакуна. Я тут же очухалась. Сверр повёл лошадь куда-то в сторону. Он постоянно оглядывался, в его руке горел огонь. А потом он обмяк и всем весом навалился на меня. Еле поводья перехватила.

— Сверр! Что происходит? — простонала, задыхаясь под тяжестью его тела. Но ответа не услышала.

Увела лошадь в сторону ущелья и, наконец, остановилась. Мой дракон медленно сполз вниз, опрокинувшись навзничь.

Он дышал. Это главное. Из его шеи торчала тоненькая игла. Осторожно вытащила ее и поднесла к носу. Сладкий запах какого-то растения ударил в голову, я ощутила ещё больший холод.

— Сверр, пожалуйста, очнись! Мне очень страшно!

Он все также ровно вдыхал воздух, будто бы крепко спал. И я поняла, в этот раз защищать дракона мне! Вот ему повезло! Лучше бы Арне взял. Из него бы девушка не очень вышла, но зато надежнее.

— Ну, что ж. Ты не бойся, Сверр, я рядом, — похлопав по плечу в той же манере, в какой он меня, решила его обнадёжить.

Достала из его сумки огниво и разожгла костер. Подложила дракону под голову накидку и принялась рассказывать ему про себя. Еды он, к сожалению, не взял, так бы, вообще, замечательный пикник вышел.

— А ещё, Сверр, у меня кошка была, ее звали Даная, у неё тоже были желтые глаза…

Как он внимательно слушает, нарадоваться не могу! Ситуация, конечно, неприятная, но главное, он жив, и при мне арбалет. Надо во всем искать положительные стороны.

Рассказывая, любовалась его лицом. Правильные четкие черты, очень красивые губы…

Сама не заметила, как потянулась к ним… Прикоснулась своими. А потом просто не сдержалась и ещё сильнее его поцеловала!

— Да ты больной! Отбитый! Что ты творишь!