13. Три очень милых феечки сидели… в скайпе

— Чего там с Коляном?

Татка осторожно заглянула в кроватку, где на животике, вольно раскинув ручки, спала Аленка, очень сильно в этой позе напоминающая своего папашу. Такие же брови сведенные. И слюни пускает.

Вздохнув и очень сильно понадеявшись, что это просто ракурс такой, потому что быть во всем похожей на Серегу Бойца, с его иногда зверской физиономией — то еще испытание для девочки, она вернулась к ноутбуку. Там как раз очередное видео грузилось, да и сообщения в директ надо бы разобрать, и потом на почту глянуть, там, говорят, в спаме потерялось новое интересное предложение от известной марки подростковой косметики.

Татка, правда, считала, что из подросткового возраста давно вышла, но вот зеркало и рекламодатели с ней упорно не соглашались.

— Да чего с Коляном… — лениво пробубнил Элькин голос в скайпе, а сама Элька находилась где-то за пределами охвата камеры, — дурак какой-то…

— Да тоже мне, открытие! — фыркнула Татка, просматривая почту, — может, Ленкина врачиха не в его вкусе?

— А у него внезапно вкус обнаружился? — съехидничала Элька, — по-моему, он все, что движется, трахает.

— Ну, как стало понятно, не все, — резонно напомнила Татка подруге провал стратегической операции «Даешь порно в немецком стиле».

— Это у него, наверно, последствия сотряса, — забубнила Элька, а потом неожиданно появилась в камере, с набитым ртом и большим бутербродом с помидорой, сыром и куском шпротины.

Татка пару секунд с оторопением разглядывала это сооружение, припоминая, было ли у нее чего-то подобное во время беременности Аленкой? Вроде, нет.

Подруга же, мало того, что лопала, как не в себя, так еще и продукты сочетала дико.

Наверно, это потому что двойня. Ну, и еще гены Зверят, тут без вариантов.

— Тебе плохо не будет? — кивнула на бутер.

— Мне будет хо-ро-шо! — довольно промычала Элька, запихивая в рот сразу половину.

— А ничего, что шпрота жирная? И сыр? И что у тебя там? Майонез, что ли?

Татка, которая после родов в форму вернулась за считанные недели и уже вовсю рекламировала какие-то спортивные бренды для молодых мамочек, смотрела на это безобразие со страхом, боясь поправиться от одного только вида нездоровой калорийной еды.

— О чем ты? — удивилась Элька, — я всегда так ем… Еще с детдома…

— Боже… Ладно, вернемся к нашим баранам, вернее, барану. Может, ему еще раз про Наташу намекнуть? Она как, кстати? Нравится он ей?

— Угу, — Элька запила бутер сладким какао, — Лена рассказывала, что вообще в восторге. Типа, еще когда на дом к нему вызывали, заценила. Ну, я ж тебе говорила. Прям глаза закатывала, такой мужик, такой мужик…

Тут Элька скривилась, показывая свое отношение к подобным эмоциям. Особенно, учитывая, кто был их источником.

— А потом не остынет? А то разглядит, пошлет его лесом, а он в штопор, и опять наших подтянет…

— Не должна. Она ж сама знаешь, где работает. Там нормальных мужиков и не найдешь, в поликлинике-то. Да и со своими они хоть и спят, но замуж не ходят за них. Профдеформация, типа. А у нее первый муж был из госструктур. Он хоть и кобелем оказался, но она по мужикам в форме прется, сама мне рассказывала. Теперь замуж только за полицейского хочет. Ну, еще пожарные ей нравятся. Австралийские.

— Австралия далеко, а Колян тут, под боком. — Резонно заметила Татка, и улыбнулась, найдя в спаме письмо с предложением. — О, прикинь, мне контракт предлагают! С «Мисси Рут».

— Не знаю такой.

Элька была абсолютно равнодушна ко всем современным женским девайсам: косметике, украшениям, бесконечным фоткам в инсте и прочему.

Гонщица, любительница поковыряться в моторах самых разнообразных тачек, вечно замурзанная до невозможности и пропадающая в СТО, которой управляла вместе с братьями Зверевыми, она ужасно страдала на последних месяцах беременности, став неповоротливой и не способной залезть на байк.

Вернее, она-то считала, что способна, и даже хотела в качестве доказательства в гонках участвовать, но вот Зверята были сильно против.

— Само собой, — фыркнула Татка, демонстративно закатив глаза, — тот набор косметики для беременных, что я тебе дарила, где?

— Эээ… Не знаю… Ленке, что ли, отдала… О, а вот и она! Давай, подключу! Коллективный разум и все такое.

Элька с видимым облегчением подключила к беседе Лену, и разговор на какое-то время стал исключительно мирным и ни разу не интригантским. Здоровье, дети, мужья. Но потом тема Коляна, как самого главного раздражителя, опять возникла на горизонте.

— Слушайте, ну я Наташу знаю дольше вас, — Лена удивлённо развела руками, — она умеет … эээ… общаться с мужчинами. И, если Коля не заинтересовался, то это … Как-то даже странно…

— Ну да, — поддержала Элька, — я ей когда тачку чинила, обратила внимание, как на нее мужики смотрят. Очень аппетитная. Никого не оставляла равнодушным…

— И Зверят? — заинтересованно спросила Татка.

— Да конечно! — фыркнула Элька, — там Димас был, а ему вообще похрену!

— Так, девочки, — вернула Лена разговор в нужное русло, — непонятная ситуация. Наташа говорит, что он на нее очень даже реагировал, а потом, в какой-то момент, просто свернул разговор и ушел.

— Может, не встал? Или, может, она настойчивая слишком была? — задумчиво спросила Татка.

— Я спрашивала потом, — Элька пожала плечами, — но ничего внятного. Тебе, Лен, говорила она что-нибудь?

— Тоже ничего. Только то, что не против встретиться с ним еще раз.

— Ну, значит, надо хватать! Где мы еще такую дурочку найдем, чтоб на Коляна повелась! — заключила Татка.

— Да где угодно, блин, — фыркнула опять Элька, — Колян умеет бабам на уши так приседать… И после в кровать прилегать. Вопрос только в том, что потом он ни с одной не остается. Тут надо такую, чтоб цепанула. Чтоб прям любовь. — Она сделала паузу, отпивая какао, — ну, или чтоб наручники дома были у нее.

— Девочки, может, устроим какой-нибудь семейный праздник? Или на дачу выедем? Или на турбазу? Серега прикупил как раз, обмывать собирались через неделю… — предложила Татка, глядя на Эльку и прикидывая, где у нее в доме есть шпроты…

Надо их найти и… Уничтожить. Да.

— Это какую? — спросила Лена, — ту, что на островах?

— Ага, будет из нее место для семейного и не семейного отдыха делать… Но пока что там все по-советски, — увлеклась Татка, — в главном доме — огромный холл, а в холле — чучело медведя! Натуральное! Прикиньте? Я чуть в обморок не упала, когда увидела! Он еще так стоит, сука, сбоку, не сразу разглядишь… Представляю, как гости в темнотище на него натыкались и… Короче, ремонт и перепланировка на следующий месяц забиты, чтоб время перед Новым Годом осталось, и все сливки снять. Корпоративы, то да се… А пока мужики собирались тесной компанией. Без нас. Вы не в курсе, что ли?

— Нет… — Лена нахмурилась, — Даня не говорил. Видно, момента ждет.

— И мои молчат, — зашуршала шоколадным батончиком Элька.

— Ну и замечательно! — Татка усмехнулась, представив лицо Сереги, когда она скажет ему, что хочет пикник семейный и околосемейный. Радости — то будет… — Значит, я почву подготовлю. И вы тоже. Соберемся, с детьми, друзьями…

— И пригласим Наташу! — воодушевилась Элька.

— И надо сказать ребятам, чтоб Коляна позвали! — кивнула Татка.

— Не надо! — поспешно вставила свои пять копеек Лена, — Коляна не надо приглашать! А то насторожится! И мужчины наши насторожатся! Мужская солидарность — это страшная вещь!

— Да, не стоит, — согласилась Татка, представив, что будет, если Серега узнает, или догадается про их наполеоновские планы по поводу Коляна.

— Но как тогда быть уверенными, что Колян приедет? — Элька доела батончик и достала сгущенку.

— Боооже… — Татка моргнула, но не стала комментировать.

— Вы не знаете Коляна? — усмехнулась Лена, — Колян придет. Даже если не пригласят. Но в этом случае он придет обиженным. И всем устроит веселье.

— Ну вот и ладно, — довольно откинулась на стуле Элька, — тогда договорились. В этот раз мы ему веселье устроим.