29. Отец невесты
- На твоем месте я бы заткнулся сейчас. Держал язык за зубами.
Голос Савина ледяной, отрывистый и непривычно эмоциональный, что ощущается даже через наносной холод. Меня непроизвольно продирает мурашками, но это все - лишь рефлекс, обычная реакция на этого урода. Внешне, тем более, вообще никак не проявляющаяся.
Стою, смотрю в глаза своему гребанному непосредственному начальству, и вот есть внутри ощущение, что все, конец мне. Доигрался, Леха, доходил по тонкой нитке. В принципе, все логично. Когда-то и этому финал должен быть. Пусть такой, не особо подготовленный… Ничего, разберемся.
Ну не убьет же он меня! Надеюсь, блять… Хотя, уже есть сомнения, учитывая тот приказ, что мне был отдан буквально сегодня вечером. Приказ, который я с огромным удовольствием выполнил. И еще бы выполнил. А потом еще бы из могилы достал и выполнил… Просто это впервые, когда генерал вот так, без экивоков и прочего, моментально решил судьбу нескольких человек… На моей памяти впервые, естественно. А так… Хрен его знает. Не зря у Савина подпольная кликуха – ледяной генерал… Это мне по страшному секрету сказали еще в самом начале нашей с ним совместной работы. Я тогда только усмехнулся пафосу. И лишь потом, немного пообтесавшись, понял, что про пафос тут речи вообще не идет. И, скорее, налицо преуменьшение…
Все это я, естественно, держал в башке постоянно. Даже когда его дочь трахал. Правда, на ситуацию ничего уже не могло повлиять… И, вот честно, если бы вернуть все назад и решить , буду ли опять влезать… Я бы влез. Однозначно. Просто для того, чтоб на Принцессу мою смотреть. И, если больше не увидимся, знать, что она где-то есть. Что она счастлива. И что у нас с ней была парочка сладких моментов, ради которых и стоит жить, по большому счету. Короче говоря, не боюсь я сейчас ледяного генерала. Нифига не боюсь. Плевать мне на его лед. И на ствол, который, наверняка, уже снят с предохранителя. Главное, чтоб Принцесса сумела выбраться. Весь мой план белыми нитками шит и полностью рассчитан на ее инициативу. Ну и на то, что Алинка – дочь своего папаши все же. А, значит, немного сумасшедшая и умеющая доводить ситуацию до логического финала. Примерно просчитываю время ее поездки и сколько мне по этому поводу надо валять дурака, чтоб отвлечь Савина от дочери. Еще рано. Еще едет, наверно, с водителем… А потому сужаю нахально глаза, пытаясь изобразить безбашенного придурка.
- А я и не пытаюсь ничего сказать, товарищ генерал, просто прокомментировал ситуацию. И свое в ней участие.
Савин не реагирует на мой бред, скользит взглядом, словно букашку под микроскопом изучает: откуда такая нахальная взялась? А если ее ногтем?..
- Сколько это длится?
- Не имеет значения.
- Имеет. Отвечай, щенок тупорылый!
- Это – мое личное дело, товарищ генерал, и распространяться я не собираюсь!
- То есть… С самого начала, да? Мелкий говнюк! Да как ты посмел только?.. Я же тебе сказал, что ни волоска, чтоб не вздумал ее трогать!
Я молчу, только подбородок выше задираю. Пош-шел ты!
Генерал мою бессловесную коммуникацию очень четко считывает, скрипит зубами, но пистолет не лапает, и на том спасибо. Значит, продолжаем разговор.
- Если я узнаю, щенок ты тупой, что ты ее… Хоть немного… Заставил… - он подходит ближе, давя резкостью, но я стою и смотрю спокойно. И даже усмехаюсь.
- Не надо гадостей, товарищ генерал, - шиплю тихо и лениво, сознательно немного выводя, заставляя тратить на меня больше времени, чем планировалось. Принцесса уже, быть может, убежала… Ему вот-вот должны позвонить… Главное, чтоб сам не набрал раньше, чем нужно… А потому – бесим и выводим на диалог. Чтоб поунижал немного, но не пристрелил. – У нас все по согласию…
- По какому, блять?.. - повышает он голос, яростно разглядывая мою наглую рожу, но потом немного сбавляет тон, вспомнив, что мы не у него в кабинете, - по какому согласию? Ей едва двадцать лет! Она – ребенок еще!
- Но это не помешало вам подложить ее под Расщепаева, - резонно замечаю я. И готовлюсь отхватить. Тут тонкая тема, болючая.
Генерал несколько раз сжимает-разжимает кулак, разглядывая меня с ненавистью, но сдерживается.
- Не твое дело, сопляк. И не дай бог тебе хоть краем узнать, что я испытывал в этот момент…
Я смотрю на него внимательно и неожиданно осознаю, что генерал-то у нас еле-еле сдерживается. Трещит лед, норовя разлететься в разные стороны, осколками пропороть каждого, кто окажется в зоне поражения… Не повезло Расщепаеву… Интересно, вопрос уже решился? Стабилизировался? Раз генерала принесло сюда раньше ожидаемого времени… Если да, то быстро он. И жестко, скорее всего… Но спрашивать про Расщепаева – себе дороже. Не ответит, да еще и вспомнит о делах насущных, наберет шофера… Раньше времени. И потому надо плясать дальше.
- Я ее люблю.
Фраза вырывается неожиданно даже для меня. Планировал-то я другое. Но сейчас, на секунду заглянув под ледяной занавес и осознав, насколько генерал реально переживает за дочь, мне не хочется больше плясать. Хочется все честно сделать. Правильно. Ну да, я – не тот парень, который нужен его девочке, это понятно. Более того, сам бы, будь на его месте, такого , как я, даже на пушечный выстрел не подпустил к своей дочери! А вот на расстояние полета пули от свдшки, пожалуй, да… Но так получилось, я ее люблю, я хочу с ней быть… Ну, черт! Ну что теперь делать?
Генерал с полсекунды переваривает информацию, а затем выдает:
- Ты – это кто? Кто ты такой, мать твою? Чего ты добился? Ничего! Ты – никто, пустое место! Без образования, без мозгов нормальных! Она – певица, у нее будущее! Она уедет учиться, я уже проплатил Европу ей… Она уедет учиться, и ваши дороги разойдутся навсегда. Я не позволю, чтоб моя дочь из-за такого, как ты… Ты понял меня?
- Понял, - киваю, сжав злобно челюсть, - дворовый пес не подходит Принцессе, да?
- Именно так.
- Знаете, товарищ генерал… - а это я уже не сдерживаюсь. Пошел он, в самом деле, - пусть она решает, ясно?
- Она не будет ничего решать! Она сегодня же вылетает из страны и назад не вернется!
У меня буквально сердце останавливается! То есть, Савин, сучара, все продумал уже? Все решил??? И вот теперь мне реально холодно. И дико страшно. Хочется свалить отсюда побыстрее, найти мою Принцессу и, наплевав на всех, утащить ее в какую-нибудь нору. Спрятать! И лечь на порог тем самым дворовым псом! Я трясу головой, прикидывая, как действовать дальше. Где Принцесса? Удалось ли ей свалить от водителя? Или, быть может, их перехватили люди генерала, и сейчас ее под усиленным конвоем везут в сторону аэропорта? Бля-я-я-я…
Генерал явно собирается еще что-то сказать, но его прерывает звонок. Савин, не отрывая от меня яростного взгляда, поднимает трубку. А через секунду на всю комнату, и весь этаж наверняка, раздается гневный вопль: «Какого хуя???», и я понимаю, что Принцессе удалось свалить!!! Моя девочка! Моя умница! Блять, как я ее люблю! И все же, херовый из меня шпион, потому что не удается удержать лицо, и Савин мгновенно все просекает. Дает отбой и молча хватает меня за ворот, подтаскивает к себе ближе:
- Где она?
Я молчу, смотрю на него, уже не скрывая торжества. Генерал встряхивает меня, а через мгновение в подбородок упирается ствол:
- Где?
Да вот хрен я тебе сказал, ледяная ты жопа! Пош-ш-шел ты!
- Савин, - неожиданно раздается от двери спокойный низкий голос.
Мы оба оборачиваемся. Рыжая ведьма, кутаясь в темную шаль, стоит у порога и смотрит на нас напряженно и недовольно.
- Я хочу с тобой поговорить, генерал.
- Мне некогда сейчас, - рычит Савин, - потом поговорим!
- Нет, - так же спокойно, не повышая голоса, отвечает женщина, - сейчас. А мальчик подождет снаружи.
Савин еще пару секунд давит мне на сонную артерию стволом, словно колеблется, прямо тут пристрелить, или просто вырубить , чтоб затем допросить? Но все же убирает оружие обратно в кобуру, кивает мне повелительно на дверь:
- Жди там. И попробуй только свалить!
Я усмехаюсь и выхожу из комнаты, прикрыв за собой дверь… Не до щелчка, естественно. Ведьма, судя по тому, что голос ее доносится уже в стороне, не замечает, что осталась щель, а генералу вообще не до того. И потому я прислоняюсь спиной к стене рядом с дверью и нахально прислушиваюсь к разговору. И нет, мне не стыдно, о чем вы вообще?
- Это ведь твоих рук дело, да, ведьма? – рычит Савин так страшно, что у меня опять мурашки по коже несутся. Что именно ее рук дело? Это же я! Я надоумил Принцессу! Или… Или она тоже что-то сделала?
- Моих, - спокойно признается Аглая, и я не дышу, старательно слушая разговор…
Что она сделала? Что?
- Водитель в больнице, моя дочь – неизвестно где. Как ты это провернула?
- Это важно? – голос ведьмы все такой же, спокойный, даже мурлыкающий… Ведьма, блять!
- Нет, пожалуй… да и бессмысленно. Дочь уже ищут. И найдут, никуда она не денется. Но у меня другой, более насущный вопрос: зачем? Аглая, зачем ты это сделала? Зачем влезла?
- Потому что ты – не Господь Бог, Савин. И не смеешь командовать там, где вообще власти твоей нет.
- Это – моя дочь! Она – в моей власти!
Черт… Он так рычит… А если он ее убьет? Явно собирается же, судя по тону!
- Она – не в твоей власти, Савин! Пойми уже это. И отпусти девочку. Она будет счастлива.
- С этим сопляком безродным?
- А ты, я смотрю, белая кость, да, Савин?
- Не смей так со мной говорить… Не смей! Это – моя дочь!
- Твоя дочь давно выросла. У нее уже своя жизнь.
- Это – ошибка! Он – ошибка!
- Дай ей возможность совершать свои ошибки.
- Нет!
- Да, Савин. Да.
- Нет!!!
- Пойдешь искать?
- Да!
- Хорошо… Но вот тебе мое слово, Савин. Если выйдешь сейчас за порог, если начнешь мешать своей дочери и этому мальчику… То дороги назад не будет.
- Не угрожай мне, ведьма!
- Я не угрожаю. Я просто рассказываю, как все будет, Савин. У твоей дочери – не будет счастья, у тебя – не будет дороги сюда. Ко мне. Ясно?
Пауза, тяжелый выдох, затем мат, да такой затейливый, что я даже удивляюсь. Не слышал такого ни разу. Затем опять пауза… Словно генерал сейчас, именно в эту минуту, принимает самое главное решение… В жизни четырех людей. И дышать в этот момент категорически не получается. И сердце не стучит. Вообще. Все мы сейчас на перепутье. Из-за одного-единственного решения. Правильного или неправильного.
Пауза затягивается… А затем, с выдохом:
- Ведьма проклятая… Не смей этого со мной делать! Поняла?
- Да-а-а…
И , пока я прихожу в себя и пытаюсь снова научиться дышать, прикидывая, какое решение принял генерал, из комнаты доносятся непонятные звуки, отголоски фраз, словно приглушенные:
- Я тебе не забуду этого… Поняла?
- Да-а-а…
- Будешь… Будешь прощения просить…
- Да-а-а…
- Ведьма бессовестная… Сюда иди…
Только в этот момент до меня начинает доходить, что приглушенные звуки, это не что иное, как поцелуи, сбивчивый гневный шепот – потому что занят сильно генерал, на ведьме одежду рвет… Это чем они там сейчас заниматься планируют?
Ледяной генерал приглушенно ругается, слышится треск одежды и какой-то стук, словно ненужную мебель с дороги убирают, ногами отшвыривают… А мне неожиданно становится жарко, с удивлением ощущаю, что к щекам даже кровь приливает немного, словно горячую порнушку смотрю… Ведьма не отвечает ничего больше, только стонет, сладко так, словно кошка мурлычет… Покорная кошка. Когда требуется, покорная.
Е-моё…
Надо убираться отсюда, пока не просекли…
Но как дверь-то закрыть? Иначе, весь этаж сейчас услышит, как ледяной генерал ведьму наказывает…
Но тут дверь захлопывается сама, словно от порыва ветра, которого здесь нет и быть не может… А на пороге, с моей стороны, сидит здоровенный толстый кот. И щурится на меня очень даже разумными глазами. Вопросительно так, типа, наслушался, изврат? Вот и вали отсюда, пока цел… Я вдыхаю, киваю ему, неизвестно зачем, и отхожу подальше. В конце концов, судя по тому, чем генерал сейчас занят, он явно дочь искать не будет. А, значит, решение принято. Правильное решение. Можно выдыхать?
Кто не в курсе истории генерала и ведьмы ( тут такие есть?) велкам в бесплатный рассказ "Хеллоуин для генерала"))))