Глава 21. Подарок для Руса

Он не успел оглянуться, а число гостей уже перевалило за полдюжины. В квартире стояла знакомая суета. Друзья открывали бочонок с пивом, доставали бокалы, заказывали из ресторана еду. Громко и звучно обсуждали новенькую молоденькую преподавательницу.

Рус услышал, как хлопнула входная дверь. На пороге гостиной показался Александр, давний приятель и ярый любитель девочек помоложе. Подавай ему исключительно первокурсниц… Хотя Трубачёв подозревал — причина такой любви до жути банальна. Другие девчонки на него, скорее всего, просто не западали.

Приятель слишком молодо выглядел: низкорослый и очень светлый, к тому же черты лица до сих пор мальчишеские, хотя он старше Руса на целый год.

Александр пришел не один, под общие аплодисменты ввел в гостиную трех желторотых студенток.

«Вот и первые девочки…» — отметил Трубачёв про себя.

Гостеприимный хозяин еще какое-то время был занят организационными моментами: расплатился с курьером за доставку еды, распорядился, чтобы ребята составили вместе два больших стола. Когда все расселись и немного выпили, Руслан краем глаза отметил, что Александр указал одной из девчонок на спальню. Та пошла в указанном направлении, недвусмысленно покачивая бедрами.

«Еще чего не хватало!»

Рус взглядом показал другу на балкон, а когда тот вышел, строго процедил:

— Ты главное правило нахождения в этой квартире помнишь?

— Конечно! Здесь трахаешься только ты! — тот пожал плечами как ни в чем не бывало.

— Тогда забирай из моей спальни ту рыжую девку и идите в отель! Ты вполне можешь себе это позволить…

— Ты не понял, Рус! — возмутился Александр.

— Что тут непонятного? Мне не нравится, когда на моей постели зажигает кто-то, кроме меня!

— Я ее для тебя привел, дурень! Выбрал самую сладкую, от сердца, считай оторвал, а ты…

— Серьезно? — брови Руслана поползли вверх.

Нечасто Санёк проявлял подобную заботу о друге.

— Ну конечно! Парни сказали, что ты хандришь из-за какой-то рыженькой, которую оставил дома, ну я и… Пользуйся, в общем! Девчонка свеженькая, в порочащих связях пока замечена не была…

«Вот тебе на… Собственно, почему нет?»

Секса ему и вправду очень даже хотелось, не оставаться же монахом, если Апельсинка вдруг решила, что он ей больше не нужен. Хандру лучше лечить активно, чем молча от нее страдать.

— Спасибо, Санёк! — Он кивнул приятелю.

Решил проверить, что собой представляет нимфа, так щедро предоставленная товарищем. Зашел в спальню и застал свой «подарок» сидящей со скрещенными ногами на диване.

Девица явно нервничала — плечи зажаты, в руках теребила сумочку.

Что до внешности… Рус назвал бы ее сносной. Грудь в порядке, ноги стройные, а вот лицо немного подкачало.

— Как тебя зовут? — спросил он хриплым тоном.

— Соня… — протянула она.

«Какая разница, какое у нее лицо?» — прорычал он про себя. Для него сейчас главное — доказать самому себе, что на Апельсинке свет клином не сошелся. Рус потянулся к верхним пуговицам своей рубашки, начал расстегивать, заметил, как неумело девица спускает лямку сарафана с худого плеча.

«В порочащих связях пока замечена не была…» — неожиданно всплыли в голове слова друга. Может, оно и так, но в спальню к незнакомому старшекурснику пошла, пусть для нее это пока и не норма — начало положено. Этот факт заставил поморщиться, его всего передернуло, и он прекратил расстегивать пуговицы.

Рус постарался посмотреть на ситуацию со стороны и сам себе поразился. Еще несколько месяцев назад он уже поставил бы «подарок» на колени и с упоением совал бы член ей в рот или уложил на спину и таранил ее между ног.

А теперь… Теперь, кажется, такой вариант ему не подходит!

Он так не хотел, он эту девушку не хотел. Это всё — пройденный этап. Надоели на всё готовые шлюхи. Хотелось чего-то чистого, родного, светлого… Флору!

«Может, кто-то сейчас так же оценивает ее? Думает, поиметь или нет?» — как только эта мысль появилась в его мозгу, перед глазами поплыли красные круги.

Пусть Флора говорит, что хочет, она не в праве запретить ему прилететь в родной город. И он прилетит! Потребует от нее объяснений лично.

— У нас ничего не будет, Соня! — строго отчеканил он и буквально вылетел из комнаты.

Девушка побежала за ним, но он уже не обращал на нее внимания. Только было собрался объявить, что вечеринка закончена, как увидел прямо посреди гостиной ее…

Апельсинка смотрела на него широко распахнутыми глазами, а в руках белая фарфоровая тарелка с аккуратно выложенным печеньем. На каждом кругляше из песочного теста кремом нарисовано сердечко — криво нарисовано, явно самодельный шедевр.

— Рус, ты сегодня популярный! Смотри, какая милаха к тебе пришла! Еще и сладенького принесла! — заметил Жорик и попытался приобнять Флору за плечи.

Та отступила в сторону, принялась лепетать:

— Я просто… я хотела… я вчера прилетела… Устроилась, испекла печенье, собиралась сделать тебе сюрприз…

Флорины руки вдруг опустились, а тарелка упала на пол с жалобным звоном. Печенье разлетелось по гостиной, смешиваясь с осколками. Однако девушка этого даже не заметила, еще раз посмотрела на Руса своими глазами-блюдцами, потом повернулась в сторону Сони.

— Я такая дура… — прошептала младшая Карц.

Рус сначала даже не понял, к чему это она, потом посмотрел на свою полурасстегнутую рубашку, на Соню, и наконец сообразил, что сейчас происходило в воображении Апельсинки.

— Флора, нет! — тут же заявил он.

Но девчонка не слушала, а может быть, и не слышала, поскольку тут же развернулась и бросилась из квартиры. Только разве от такого, как Трубачёв, убежишь? Он догнал ее в три прыжка, Флора только-только успела выскочить на лестничную клетку.

— Отпусти! Уйди и не прикасайся! — заверещала она, когда Трубачёв прижал ее к себе.

— Милая моя, драгоценная девочка, ничего не было!

— Я, по-твоему, полная дура, да? — выплюнула она, чуть не плача. — Я не думала, что ты вот так сразу будешь… Ты знаешь кто? Ты предатель!

— Да не было ничего! Мы же с тобой договорились — спим только друг с другом! Я умею держать обещания, и это сдержу, пока ты будешь со мной… Ты же со мной, Флора? Ответь!

Он внимательно всмотрелся в ее глаза, словно искал там ответа, но упрямица лишь покачала головой:

— Я тебе не верю!

— А ну пойдем!

С этими словами Трубачёв повел ее обратно в квартиру. Буквально подтащил к Соне и задал вопрос:

— Мы с тобой спали? Этой девушке интересно…

— Не-а… — тут же принялась качать головой та.

— Ей я тоже не верю! — упрямо заявила Флора.

— Хорошо… — Новый вопрос Руслан задал с такой громкостью, чтобы все в гостиной услышали: — Друзья, как долго я пробыл в спальне с Соней?

Все разом присмирели, удивленно воззрились на злющего Трубачева.

— Ну, пару минут… — пожал плечами Жорик и отступил подальше, так, на всякий случай.

— Слышала? — спросил Флору Руслан.

Потом подхватил под локоть совершенно обомлевшую девушку и увел в свою комнату.

— Скажи, пожалуйста, Апельсинка, я из тех, кому для секса достаточно двух минут? — спросил со всей серьезностью.

— Нет… — пробубнила она, а потом разрыдалась.

Это случилось настолько резко, что Трубачёв обалдел.

— Эй, ты чего? — спросил он, но Флора не ответила, лишь продолжала заливать слезами свои розовые щеки.

Тогда Руслан обнял ее, стал целовать в макушку, лоб, губы, гладить ее волосы. Успокаивал как умел.

— Никогда мне не изменяй, пожалуйста!.. — попросила она сквозь слезы.

— Обещаю, что не буду! — ответил он, продолжая прижимать Флору к себе. — Кстати, а как ты узнала, где я живу?

— Ну как же… ты не помнишь? Мы с родителями останавливались у тебя пару лет назад!

Рус почти сразу вспомнил ту ночь. Тогда он уступил Апельсинке свою постель. Даже не смел надеяться, что когда-то с ней эту постель разделит. Однако мечта вот-вот станет явью.

Трубачёв еще крепче прижал Апельсинку к себе и с шумом вздохнул, наконец осознав, что именно он сегодня чуть не сотворил с собой и Флорой.