Глава 43

Доментиан

Полёт до Хаоса я отложил. Искать в ночи Кадума после его выкрутасов и метаморфоз в бейтира, идея даже для меня сомнительная, поэтому решил перехватить его сразу после похорон. Только придётся идти на эти самые похороны.

Что там говорили про внешний вид? Ах да, прийти в голубом. Из голубого у меня только синий, но в нём я был на вечеринке у Брама. Не могу же я на два подряд мероприятия надеть один и тот же костюм! Пойду в красном. Красный почти что голубой. Эти цвета очень похожи, разве нет? Говорят же, голубая кровь, хотя она у благородных такая же красная. Я проверял.

На похороны я немного опоздал, но ничего особо не пропустил. Толпа из студентов и преподавателей голубой лужей растеклась по всему выделенному пространству. Никакого порядка: ни шеренг, ни колонн, ни командиров. Только у самого гроба было подобие почётного караула из знатных студентов Академии. Кадума там почему-то не оказалось. Я поискал взглядом в толпе и не нашёл.

И где его носит?

Меня с остальными преподавателями поставили поближе к гробу и кафедре с ректором, и церемония официально началась. Открыл её Урлах-Тор заунывной речью, которую все терпеливо пережидали. Небольшая стайка грифонов справа тихо перешёптывалась о причинах смерти Галгалеи. Часть уверяла, что это несчастный случай, часть настаивала, что это убийство. Особую радость студентам доставляли рассуждения о возможном убийце. Моё имя, конечно же, прозвучало. Я бы очень удивился, если бы не услышал его. Шушуканье пресёк Камнегрыз. Одного его взгляда хватило, чтобы болтуны позакрывали рты. У коменданта явно власти не меньше, чем у ректора. Я бы даже сказал, именно он истинный владетель Академии.

Разговоры студентов затихли, пришлось искать другое развлечение. Взглянул на МакКоллина, стойко переносящего пытку речью. Вампир как вампир. Что же он задумал делать с кровью дракона?

Потом рассмотрел дроу, морщащегося от света. Тут я его понимал, солнце и меня раздражало. Преинтересный у дроу костюм, кстати, надо бы перенять пару деталей. Несомненно, это Элкатар, принц Дома Благородства Магии, очень он похож на свои портреты. Какое зелье ему понадобилось? Ради него он в СУМРАКе? Бред! Здесь явно что-то другое замешано. Или кто-то другой.

Скользнул взглядом по остальным. Одна из студенток, фейри, стоящая совсем недалеко, то и дело косилась на меня, явно осуждая и моё происхождение, и красный вместо голубого сюртук. Я узнал эту девицу: именно её я встретил у башни Кадума. Лайон Боллинамор. Судя по фамилии она из лесных краёв Бальбиэна. Непрошенными вспыхнули воспоминания, как взвивается к небу багровый огонь, как рушатся многовековые деревья в клубах едкого дыма, как ревёт пламя, заглушая стоны раненых. И пепел, повсюду чёрный ядовитый пепел.

Когда фейри снова задержала на мне взгляд, я улыбнулся ей самой обворожительной улыбкой и подмигнул, заигрывающе и нахально. Со стороны могло показаться, что между нами происходит нечто романтичное и даже пикантное.

Фейри замерла, потом подчёркнуто медленно отвернулась, изо всех сил делая вид, что ничуть не смущена. Но я готов был на что угодно спорить, что такие игривые переглядывания с демоном ей претят ещё больше, чем открытое противостояние. Увы, фейри, как там, Лайон, смогла удержать себя в руках. Нет бы как в прошлый раз убежать или слезами залиться для приличия. Ну или попыталась бы напасть, всё же хоть какое-то развлечение.

Скучно. В целом, похороны были лишены лоска и изысканности. И судя по счастливым улыбкам, то и дело пробегающим по лицам скорбящих, жизнь Галгалеи отличалась большим шиком, чем смерть.

Я взглянул на Лайон. «Нет, больше не смотрит на меня, — с сожалением подумал я. — Довольно искусно делает вид, что слушает ректора. Но меня не обманешь. Мыслями она где-то далеко. Интересно, я есть сейчас в её мыслях? Придумывает для меня казни или просто проклинает на все лады? Или летает где-то в облаках?»

Я перевёл взгляд на небо. Скучно. Скучно. Скучно. Поджечь, может, что-нибудь? Так вонять будет, сюртук и брюки испорчу. И если кто-нибудь сдохнет, опять придётся стоять на похоронах. Надо что-то повеселее.

Я спрятал руки за спину и незаметно сделал пару движений. Пришлось потрудиться, всё-таки непривычная мне магия, но когда закончил, в небо взмыли большие сверкающие пузыри. Ага, фейри заинтересовалась, как зачарованная смотрит. Любит блестяшки? Как все женщины. А если добавить эффектов? Я прошептал заклинание, один из пузырей поплыл к Урлах-Тору, завис над ним и с громким «бам!» лопнул. Блёстки посыпались на ректора, а голос превратился в писк. Совсем другое дело: все вокруг ожили — кроме Галгалеи, разумеется, — заулыбались, заиграли, как дети.

Откуда ни возьмись, появились мурлоксы. Они самозабвенно охотились за пузырями, нарушая и без того сомнительный порядок. Я с любопытством взглянул на Элкатара. Ну что, фиолетовый, рискнёшь этикетом и протоколом, начнёшь их собирать? Конечно, нет. Дроу слишком дорожат церемониалом и впечатлением, которое они производят.

В толпе поднялся неясный гул, а потом и смех. «Голая!» «Смотрите, смотрите!» «Ну и шуточки!» Одна из девиц оказалась стоящей без платья, в своеобразном нижнем белье, которое больше напоминало скромные лоскутки ткани и совсем не скрывало природных богатств студентки. Тут на похоронах всегда так? Чудесный сюрприз испортил МакКоллин: метнулся к девушке и укрыл своим сюртуком. Ну вот, похороны только налаживаться стали. Кто его просил портить представление?

Комендант через пару минут смог усмирить толпу, и ректор снова принялся за речь. Бесконечную, бесконечную речь... Где, в конце концов, Кадум? Я только ради него сюда явился. Найду — припомню. Я уже продумывал планы отхода, как слух уловил знакомые визгливые интонации:

— Что тут происходит?! Я всех уволю! Что за балаган вы тут устроили?!

Пара шагов в сторону, и я смог лицезреть, как призрак Галгалеи сидит в гробу и рассматривает собственный труп.

Я готов был зааплодировать. Беру свои слова обратно, замечательно, что я пришёл. Давненько я не был на таких забавных похоронах.

— О демоны, — провозгласил Урлах-Тор пискляво. — Моя Галгалея.

Опять я виноват. Но нет, в этот раз я ни при чём. Сам удивляюсь.

Камнегрыз очнулся первым, раскричался, чтобы кто-нибудь отвлёк внимание от гроба и призрака. Ну это просто праздник! Я бы мог Мымру упокоить и развеять, но не стал: я же не дурак такого развлечения лишаться. Просто сложил руки на груди и стал ждать.

Ждать пришлось недолго. Один из студентов, рослый маг из боевиков, бросился к знакомой преподавательнице — симпатяшке-оборотняшке — и вытянул её из толпы.

— Согласна ли ты стать моей женой?

Предложение руки и сердца на похоронах! Какая романтика! Браво!

Ректор, казалось, собрался потерять сознание и больше никогда его не находить. Студенты в почётном карауле замерли от ужаса каменными изваяниями, разглядывая вопящий призрак Галгалеи. Пузыри продолжали лопаться, осыпая всё вокруг блёстками. Студенты смеялись и пищали весёлые песни. Новоявленная парочка нескромно целовалась посреди толпы. Мурлоксы резвились и гонялись за пузырями под гневным взглядом дроу. Камнегрыз, как бешеная белка, носился туда-сюда и пытался навести порядок.

Я аккуратно отступил — в такой суматохе всё равно никто этого не заметил — и зашагал обратно в Академию. Прекрасная церемония получилась. Эта Галка хоть после смерти порадовала окружающих. Её похороны точно запомнят.